Ох, уж эти детки

-Самое прямое, мисс Грейнджер. - ответил директор, одарив ученицу одной из своих мягких, старческих улыбок, которым люди учатся улыбаться только с возрастом. С долей доброго снисхождения. - Доктор Хоггарт будет изучать ваш случай... Сказать, что все удивились - ничего не сказать. Кто-то недоверчиво нахмурился, кто-то одарил директора и психолога скептическими взглядами, кто-то фыркнул, кто-то замер, как изваяние, пытаясь правильно истолковать это заявление. Какой случай? Это просто очередная дуэль между враждующими факультетами, только и всего! Это не значит, что нужно сразу же вызывать мозгоправа и отправлять их всех в дурку. Всего лишь одна из многих-многих стычек. Они же не единственные такие! -Но профессор... Я не понимаю... - честно призналась девушка, предполагая, что возможно это не то, о чём они все подумали. Может старый хитрец просто захотел их проучить. -Мой добрый друг хочет сказать Вам, мисс, что я приехал сюда, чтобы поработать над враждебными отношениями между всеми вами. Мы с Альбусом... - сказал вдруг тот самый мужчина достаточно доброжелательным, даже в какой-то степени бархатным тоном, и Гермиона могла поклясться, что говорит он так только из побуждения вызвать доверие. -Прошу прощения, профессором Дамблдором, уже успели обсудить сложившуюся ситуацию, поэтому я в курсе школьной иерархии, как в курсе и того, что сами вы не выбирали людей, которых в будущем будете ненавидеть. Это за вас решило общество и факт наличия в нём социальных слоёв. Доктор чуть вышел вперёд, поправив на носу свои очки. Подумав несколько секунд он неожиданно взмахнул палочкой, наличие которой в его руке никто не заметил, и шестеро семикурсников по её мановению уселись на подъехавшие к ним стулья. Резко и не по своей воле, словно они в данный момент были тряпичными куклами, которыми управлял кукловод. В линию, прямо по среди комнаты. Гриффиндорцы напротив слизеринцев. Послышались вздохи возмущения, но тем не менее высказывать его почему-то никто не стал. Тем временем мужчина продолжил, вышагивая медленным шагом мимо них, осматривая каждого ученика достаточно придирчивым и любопытным взглядом. По большей части даже оценивающим. -Борьба факультетов за баллы имеет не только положительное, но и отрицательное влияние, чего, кажется, не учли основатели. Признаюсь, мне соперничество в получении образования не по душе, возможно потому что в своё время проходил учёбу в Шармбатоне. - задумчиво произнёс он, задержавшись между стульями чуть дольше обычного. Гермиона непроизвольно взглянула на него более придирчиво, чем до этого. Честно сказать она даже не подумала бы, ведь доктор говорил на чистом английском, без какого-либо акцента, как это делали знакомые ей ученики Шармбатона. -Но я ничего не имею против Хогвартса. - заверил тут же он, вскинув руки в защищающемся жесте. - Говоря о борьбе за баллы. Эта борьба породила особую неприязнь между двумя более популярными факультетами, и если уж совсем на чистоту - в данном случае мне надо было бы работать непременно со всеми представителями Гриффиндора и Слизерина, но Дамблдор просил только о вас шестерых, аргументируя это тем, что ваша вражда имеет более глубокие корни. Мужчина вдруг остановился позади Гарри, облокотив руки на спинку его стула, обуславливая этот выбор скорее тем, что в этот момент он был к нему ближе всех, чем тем, что он был тем самым Гарри Поттером. В этот момент его лицо имело некое фанатичное выражение, говоря о докторе. -Как вы уже поняли, я намерен это исправить. - твёрдо заявил он тогда, не оставляя никаких сомнений, что сделает всё для этого. - Потому что уверен, что ваше отношение друг к другу опирается лишь на предрассудки. -Простите, сэр. - не выдержав встрял Рон, несколько грубым тоном. - Но о каких предрассудках вы говорите? В нашей вражде всё понятно. Малфой придурок, как и его дружки. И это лично моё мнение. Потому что я на самом деле так думаю, а не по тому что это мнение мне навязало общество. - почему-то одёрнуть рыжего друга не захотелось даже ввиду того, что в таком тоне некультурно разговаривать со старшими. -Поаккуратнее на поворотах, Уизли. - недобро прошипел на это блондин, попытавшись дёрнуться в сторону гриффиндорца, но это действо было обречено на неудачу. Спина снова прилипла к спинке стула, едва оторвавшись от неё, как если бы была примагничена. - Я тоже не в восторге от Поттера и его прихвостней сугубо по личному суждению, поэтому давайте закончим на этом, и все мы дружно отправимся по гостиным. -Не хочу Вас разочаровывать, мистер Малфой, но я вынужден отказать. - деловито ответил Хоггарт, листая свой блокнот, который он не понятно когда успел вытащить, в готовности снова что-то в него написать. - Должен признаться меня ваше дело самого сильно заинтересовало. -Вы не имеете права нас здесь насильно держать! - подала голос на этот раз Пэнси, повторяя попытки Драко встать, которые также не имели шансы на успех. -Не думал, что такое когда-либо будет, но я согласен с Паркинсон. - более дружелюбно поддакнул Гарри, но от того не менее раздражённо. Честно сказать его эта ситуация начинала выводить, поэтому он неосознанно бросил взгляд на директора, ища у него то ли поддержки, то ли понимания. То ли принятия поражения, учитывая то, что всё сейчас происходящее - его идея, но не получил ничего из этого. Вместо ожидаемого, он как-то загадочно улыбался, внимательно наблюдая за развернувшейся сценой. -Если я правильно понимаю специфику работы докторов в области психологии, то прежде, чем проводить с нами хоть какие-то исследования, Вы должны были спросить согласие на такого рода деятельность непосредственно у нас. - со знанием дела произнёс Тео, складывая руки на груди. - Ну или по крайней мере у наших законных представителей. Не помню, чтобы я или мои родители давали одобрение на нечто подобное. -Вы же понимаете, доктор Хоггарт, что мы можем подать на Вас в суд из-за этого? - в этот раз говорил уже Малфой с не менее грозным лицом. Таким, как если бы покойный Люциус восстал из мёртвых. -Но мы не станем этого делать, если Вы позволите нам уйти. - дополнил Гарри, но тем самым лишь добился недовольного взгляда слизеринки. -Говори за себя Поттер! - тут же отозвалась она, впрочем сразу же возвращая своё внимание психологу, чьё лицо до сих пор оставалось бесстрастным в ответ на угрозы. -Вы же не хотите лишиться лицензии? - насмешливо поинтересовался Драко, едва преуспевая в попытке скрыть свою злость. Она сочилась во всех его движениях. Например по тому как он сжимал челюсти или по тому, какая резкая ухмылка сложилась на его губах. И эта поза, говорящая языком тела о власти. Возможно не столько материальной, как духовной. Такой, какая обычно давила на людей. Заставляла чувствовать себя ничтожным. Такая, как и у его отца в его лучшие годы. И может сейчас это производило не такое впечатление, но спроси об этом Коннара поподробней, он уверенно бы ответил, что позже, с возрастом, это моральное подавление, каким обладал данный аристократ, непременно бы стало производить нужный аффект. Впрочем об этом он тоже поспешил написать. -Вы вообще нас слышите?! - подключился уже и Рон, раздражаясь ещё больше от того, что мужчина будто бы не обращая внимания на них, продолжал строчить что-то в своём блокноте, поэтому он повернулся к Гермионе в своей бессмысленной ярости, как-то вдруг осознавая, что за период их праведного возмущения она не сказала ни слова. -Да, да, простите, я вас слышу. - пробубнил он себе под нос как-то наспех, прежде, чем оторваться от листов и перевести взгляд на своих негодующих собеседников. - Ну, хорошо, суд, так суд. А пока мы с вами начнём с самого простого упражнения, в котором я пойму ваше отношение друг к другу. -В каком месте Вы нас слышите?! - взревел Малфой, выплёвывая эти слова практически сквозь зубы. Если и можно было бы испепелять взглядом, то Хоггарт немедленно бы превратился в горстку пепла. -Драко, тише... - недовольно буркнул тем временем Тео, скривившись от громкого звука. Так, как если бы ему было плевать на сложившуюся ситуацию. -Сейчас же снимите заклинание! С какой стати меня держат здесь против моей воли?! - не унимался тот. -Профессор Дамблдор, сделайте что-нибудь! - с этого момента не выдержал и Гарри, наконец озвучив свою просьбу-мольбу, о которой он пытался донести, рассматривая его. Старик в ответ даже не повернул головы, словно не услышав его. Сцена, развернувшаяся посреди кабинета, всё больше и больше начинала напоминать какую-нибудь сцену пыток из маггловского кино. Разве что у Коннора не было в руках пилы. Потому что эти гневные и не очень крики были до того отчаянными, что невольно всплывал вопрос: "а не угрожал ли им кто-нибудь расправой?". С этого момента помещение наполнилось целой какофонией из криков. Каждый просто считал своим долгом как-то, да поучаствовать в разборках. Разобрать, что именно, и кто кричал, уже не представлялось возможным, но ясно было одно - всё это так или иначе было направленно на угрозы психологу, ну или хотя бы на просьбы, чуть более интеллигентные, и не очень. Возможно подростки даже начали перекидываться "любезностями" между собой, судя по суровым лицам и враждебным взглядам, обращённым уже друг к другу. Единственной, кто не принимал участие в битве "кто кого перекричит", была Гермиона. Она молчала так же, как и до этого, стараясь абстрагироваться от шума и обдумать что-то в своей голове. Точнее не что-то, а определённо давно сформировавшуюся мысль. Она была не против сеанса у доктора психологических наук. Так же гордо одинокой в своём безмолвном согласии на какие-либо упражнения. Она видела эту ситуацию, как шанс наконец наладить отношения со слизеринцами. Закончить эту непрекращающуюся ненависть. Не мучить себя больше за свою благосклонность (с некоторых пор) к Малфою. Не скрывать от друзей, что ей стала приятна его компания. Перестать отрицать, что возможно они стали... друзьями? В крайнем случае приятелями. Поэтому прежде, чем успеть хорошенько обдумать план действий, в порыве чувств она просто... -ХВАТИТ! Не самое лучшее решение. Но достаточно громкое, чтобы его услышали все. И замолчали, удивлённо и раздражённо уставившись на неё. -Грейнджер, какого... -Заткнись, Паркинсон! - недовольно вставила она перед началом своей не слишком обдуманной речи. - Разве непонятно, что мы отсюда никуда не уйдём, пока не пройдём хотя бы через одно упражнение?! Никто не умрёт, если мы это сделаем! Не обязательно закатывать истерику! -Какого чёрта ты решила, что будешь командовать? - искренне возмутился Нотт, хотя и лениво. Возможно он тоже пришёл к такому же заключению. -О, так вы уже закончили с бессмысленными криками? - вклинился Коннар, про которого все уже успели благополучно забыть. Со взмахом его руки блокнот так и остался висеть в воздухе, как и перо. продолжая свою работу самостоятельно, принимаясь строчить в ускоренном темпе. - Тогда мы можем приступить к самому упражнению. -Но мы... -Не стоит, мистер Малфой. - одно предложение, одно обращение, почти мимолётное, и все замолчали. Казалось этого было достаточно, хотя бы потому что наконец заговорил Дамблдор. Вместе с этими он встал со своего места, поправляя на своём одеянии несуществующие складки. - Думаю вам всем уже понятно, что отступать Доктор Хоггарт не будет. Так что считайте все его посещения, а именно столько, сколько их понадобится, своим наказанием. Отчего-то возражать на этот раз никто не стал. Уж не знаю, виной тому сам факт того, что своё слово вставил директор, или аффект, который он обычно производит на людей. Но вразрез тому, какое впечатление он оказывал даже в этот момент, старик коротко, незаметно подмигнул своему гостю. Если и было что-то, что ему особенно нравилось в его французском друге, так это его способность серьёзно подойти к делу. Настолько, что уже никакие уговоры не могли заставить его бросить какой-либо случай. Тем более, если случай был для него интересен. Его любовь к работе и преданность к ней - восхищала. -А я пока, пожалуй, пойду. Насколько я знаю во время сеанса не должно быть посторонних. - это было последним, что он сказал прежде, чем покинуть комнату, обменявшись напоследок с психологом кивками. -Что ж... Тогда начнём...

***

Как вы уже знаете, такая школа, как Хогвартс, всегда отличалась от других своей шумностью, к тому же об этом уже много раз было сказано. Тем не менее повседневный шум в коридорах или тот, что образуется в обеденном зале с наплывом учеников не идёт ни в какое сравнение с тем, что доносится из спален девочек в вечернее время, когда барышни каждого факультета собираются вместе, чтобы посплетничать, да поговорить о последних новостях. Это и громкий смех, это и вздохи, это же и визги. Что поделать? Женская натура. Слизеринки исключением не являлись. Хотя подожди-те ка... Малия ведь практически всегда и во всём была исключением из правил, ведь так? Поэтому сегодня, лёжа в кровати, практически насильно прикованная к ней, лишь у неё было недовольное лицо. Если бы не падение на поле, если бы не лазарет и мадам Помфри, вместе с этим долбаным постельным режимом, а ещё, как бы ей не хотелось этого признавать, не её глупость, она бы с чистой совестью ушла подальше от этой злополучной комнаты, лишь бы не слышать всех тех сплетен и комментариев к ним, от которых просто уши в трубочку сворачивались. -Это всё ерунда, говорю тебе, - недовольно отмахивалась одна из этой громкой кучки, всем видом высказывая своё недоверие. -Да, нет же, это правда! - не унималась другая, а за ней заверещали ещё несколько, кажется соглашаясь с этой точкой зрения. - Кира не могла мне соврать! Если она говорила, что видела всё своими глазами, значит так оно и было! -Ну, не может быть на территории Хогвартса чудовища! А если бы и было, Дамблдор давно бы его уничтожил! -Да есть оно, есть! Она так и говорила, что страшное, лохматое, грязное, кричащее нечеловеческим голосом... - девушка, видимо представив данную картину у себя в голове, да накрутив ещё больше, поморщилась, сильнее кутаясь в свой плед. - Вот недавно, совсем недавно, вечером, незадолго до отбоя! Ты как хочешь, а я больше поздно выходить не буду. -Ты просто трусиха и слишком впечатлительна! - фыркнула первая, и комната погрузилась в ещё больший шум согласных и не согласных со всем этим дам. -Я тоже считаю, что лучше всё-таки остерегаться... - вклинилась тихая Астория, но тут же была перебита сестрой, несогласной с этим мнением. -Глупо бояться того, чего нет! - скривилась Дафна, встречая согласные шепотки. -Гарри Поттеру тоже не верили, когда он говорил про дементоров! - не посчитала лишним внести свою лепту Милисента, от чего вздохи и недовольства стали только громче. -Какая-то пуффендуйка, не Гарри Поттер! -Тупые курицы, - недовольно ругнулась Малия тем временем, переворачиваясь на другой бок и накрываясь одеялом по самую макушку, чтобы опять невольно не прислушаться к сплетням. В любом случае меньше слышно их не стало, так что пришлось закрыть голову подушкой. Хотя толку и от этого особо не было. Сон не шёл, как на зло. Казалось они обсуждали эту тему бесконечно долго, словно издеваясь над ней. Словно специально. Храбрясь таинственного монстра и страшась одновременно. И, скорее всего, они могли бы продолжать ещё столько же, если бы дверь не скрипнула, впуская в комнату посетителя, перепугав изнеженных девушек до полусмерти. Поначалу ей даже показалось, что появившегося на пороге Альбуса прибьют на месте из-за устроенного им переполоха, но стоило ему шагнуть в сторону её кровати, слизеринки, как растаяли, воодушевлённо шушукаясь между собой, да многозначительно хихикая. Не трудно было догадаться, что именно стало темой обсуждения, когда они одна за другой ретировались, желая поскорей "оставить голубков наедине". -Зачем пришёл? - не слишком дружелюбно буркнула Малия, высовываясь из-под одеяла. Только посмотрев на него, внутри уже встрепенулось раздражение, ведь перед глазами позади него всплыла красавица Гарнер, обнимающая его за плечи. -Узнать, как ты. Нельзя? - почти в тон ей ответил Поттер, хмуря свои тёмные брови. Впрочем во взгляде его всё равно сквозили теплота и беспокойство, разнясь с недовольным выражением его лица. -А что, если нельзя? -Мне уйти? - выгнул бровь он, поднимаясь с края кровати, на который успел присесть, чтобы отправится вслед за остальными, но девушка переступив через себя, всё-таки схватила его в самый последний момент за запястье, останавливая. -Не надо... - с неохотой проговорила она, как если бы её кто-то заставил. Впрочем ему было достаточно даже этого, зная её сложный характер. -Так как ты? - спустя несколько секунд молчания спросил Альбус вновь, наблюдая за тем, как она садиться ровно напротив, всё ещё продолжая держать его за руку, будто бы забыв об этом, видимо неосознанно, едва-едва, почти еле касаясь, поглаживая большим пальцем. Она вздрагивает, когда замечает куда направлен его взгляд и на мгновенье перестаёт вырисовывать свои незамысловатые узоры, скорее всего решая, отпрянуть от него, глупо и по детски, словно они главные герои чёртовой мелодрамы, или же продолжить то, что начала. В любом случае он решает быстрее и за неё, перехватив её маленькие холодные пальчики своими. -Жить буду... - коротко говорит она тогда, облизнув пересохшие губы, вовсе не из-за холода слизеринской спальни. Она знает, что ему это нравится. Знает, что он не сможет не посмотреть на них. Знает. И всё равно делает, мысленно торжествуя, когда его взгляд опускается. И этот момент кажется ещё более сладостным, от того, что так смотреть, он может только на неё. Только на её губы. И никакая Дженни, и даже ни сама мисс мира никогда не ощутят этого взгляда на себе. Потому что этот особенный взгляд, только её. Её и больше ничей. И ей возможно хотелось бы сказать, что ей это безразлично, сказать, что сама она не зависима от него так же, но она зависима. Зависима, от того её взгляд опускается вслед за его, останавливаясь на чуть приоткрытых губах. Сладких и мягких, она помнит точно. От того ещё более манящих. Она не знает кто из них дёрнулся на встречу первый, знает только, что в данный момент под её ладонями растрёпаны его волосы, в следующий уже напряжённая шея и жилка, отбивающая бешеный пульс ей в руку, рубашка, так легко мнущаяся. А губы, под её, всё такие же сладкие и мягкие, будто мёдом намазанные, как и в прошлый раз. Только, наверное, чуть более настойчивые. Требовательные и жадные. Малия жмурится так, что перед глазами плывут разноцветные звёздочки от переизбытка эмоций, сжимает его плечо слишком сильно, и не может утверждать на сто процентов, что у него потом не останется синяка, но тем не менее ей хочется быть ещё ближе. Вдавить его в себя и стать с ним единым целым. Вместо этого едва приоткрыв глаза, из-под ресниц она замечает что-то за его широкой спиной. Дженни Гарнер видится ей чётко и ясно, как если бы стояла во плоти прямо там, торжественно ухмыляясь, говоря всем видом, что в этой игре она не выйдет победителем. Ей хочется сморгнуть это видение побыстрее, лишь бы не видеть её в такой момент, но всё, что она делает, так это продолжает смотреть на неё ни мигая, уже не так активно зарываясь пальцами в Поттеровский затылок. Наваждение проходит только спустя несколько мгновений, растворившись, как и не было вместе с девушкой. Однако даже вновь прикрыв глаза, на коже так и остался неприятным ощущением этот взгляд. Взгляд, от которого в один момент губы Альбуса перестали быть такими сладкими и манящими, заимев привкус чего-то горького. Возможно предательства. Она отталкивает его так же быстро, как и подалась навстречу в начале, а отлетает от него ещё быстрее, оставляя сидеть недоумевающего на её кровати. Дышит нервно и глубоко, пытаясь придти в себя, пока с её губ не слетает тихое, но чёткое: -Вон... -Я не понимаю... - хмурится тем временем он, в попытке хоть как-то понять её резкие перемены в настроении. -Вон! - кричит надрывно и почти яростно, указывая на дверь. Альбус не понимает ни черта, только продолжает сидеть и смотреть на неё тупым взглядом, пока она буквально не выталкивает его за пределы комнаты, оставив после себя лишь недоумение и недосказанность. В этот вечер ей спать не хочется и подавно. Малия долго лежит и рассматривает белый, неизменный потолок спальни, размышляя на тему своей адекватности. И лишь ночью, когда все её соседки уснули, возможно она поняла в чём дело. Всё из-за той бурды, что ей велела выпить мадам Помфри. Вот только каким бы правильным объяснение не казалось, понятней мотивы своих действий не стали.

***

И вот опять. Опять стрелки часов своим быстротечным ходом неминуемо перешли порог того времени, когда в Хогвартсе наступала оглушающая тишина. Такая, что казалось будто жизнь замерла, меняя свои тона на густо чёрные, показывая замок в других красках. Пугающих, таинственных, отчасти зловещих. Тех самых, когда в ночных коридорах не слышно ничего, кроме как треска пламени редких, почти потушенных факелов, если они вообще есть, отбрасывающих причудливые тени, когда сердце заходится в нешуточном галопе и кажется, что каждый шорох - это что-то идущее за тобой по пятам в той самой непроглядной темноте, прямо там, за углом, за спиной. Что-то, дышащее в затылок, пробуждающее страх, отдающий ледяным покалыванием в кончиках пальцев. Воображение не скупится на ярчайшие подробности в твоей голове, и к этому моменту ты уже, поджав хвост, быстрым шагом минуешь коридоры, и это всё равно, что шагать по своей искалеченной нервной системе - спокойней не становится. Ночной Хогвартс резко контрастирует с тем, что мы все привыкли видеть. Именно в такой оглушающей тишине скрежет отъезжающей гаргульи кажется непростительно громким, резким, болезненно проезжающим по ушам и всё той же нервной системе. Любой младшекурсник, проходивший мимо, обделался бы. Вышедшие из кабинета директора парень и девушка, не сказав друг другу и слова, пошли в одном направлении, держась на расстоянии, но вроде бы и в пределах видимости. Она предпочитала не смотреть на него вообще, безмолвно сжимая и разжимая кулаки, вкладывая своё раздражение в них, да в яростный топот шагов, эхом отскакивающий от стен. А он наоборот - пожирал её взглядом, не слишком доброжелательным, надо сказать. В этом напряжённом, угрожающем молчании они и дошли до общей гостиной. Но молчание - лишь затишье перед бурей. Лишь оттягивание неизбежного. Грейнджер и сама была бурей, что и доказала, едва ступив за порог, едва за ними закрылся портрет. -Малфой! - яростно воскликнула она, резко поворачиваясь к нему на каблуках. В первые посмотрев на него прямо и открыто за последние пол часа. В первые за эти пол часа (а может и за последний год) в карих глазах полыхало такое пламя. - Что это там было?! -Тоже самое я хотел спросить у тебя! - пламя моментально было встречено натиском льда. - Значит я папенькин сынок?! Склизкий ползучий гад?! Как ты там ещё говорила? Потерянный мальчик?! -Что?! - Гермиона даже оторопела на секунду. - Не смей, слышишь?! Не смей прикрываться моими словами! По сравнению с тем, что сделал ты, это ни что! Ты сам начал это! Кто тебя просил затрагивать родителей Гарри?! Ты не имел на это никакого права! -Как и он не имел права говорить о моём отце! -Посмотрите какой несчастный! Да ты сидел там, как уж на сковородке, ища способы вывести его из себя! Молодец! Во всей красе себя показал! - гриффиндорка тут же схватилась за голову, - Мерлин, как стыдно! Доктор Хоггарт о нас чёрт знает что подумал! А Рон! Ты довёл его до белого каления! -Вот не нужно сейчас защищать своих дружков! Они столько всего вылили на меня, это просто не слыханно! - Малфой подошёл ближе, переходя практически на злобное шипение, нависая над собеседницей, как кот над мышкой. - А ты! Смотрю не далеко от них ушла! Так и знал, что ты всё та же! Та же умница Грейнджер, делящая людей на хороших и плохих! Как чувствовал, что общение с тобой мне ещё аукнется! -Ах ты свинья! - вскрикнула она ещё пуще прежнего, в порыве праведного гнева толкая слизеринца в грудь. Во взгляде пламя разгорелось с новой силой. - Не тебе попрекать меня! После всего сказанного там, как у тебя только язык поворачивается говорить такое мне?! Ты..! Ты..! -Ну! Кто на этот раз?! Не надоело мешать меня с грязью?! -А тебе не надоело топтаться на чувствах других людей?! Решил, что раз ты Малфой, значит тебе всё можно?! Так вот нет! Я осмелюсь огорчить твоё самолюбие, но мир давно не вертится вокруг тебя! И ты не можешь больше безнаказанно обижать окружающих тебя людей! Тем более тех, кому ты не безразличен! -То есть ты намекаешь на себя, да?! Мол ты такая белая и пушистая?! Так почему же наша правильная и справедливая гриффиндорка втыкает мне нож в спину при первой же возможности?! Куда делись твои понимание и поддержка, когда на горизонте нарисовались Поттер и его рыжий хвост?! Ты лгунья, Грейнджер! Двуличная сука! Сегодня я наконец-то услышал то, что ты думаешь обо мне на самом деле! -Вот опять! - не сдержавшись, на эмоциях, кружка, стоящая секундой назад на столе, со свистом ударилась об стену в метре от лица Драко. - Ты видишь и слышишь только себя! Из всего, что сегодня произошло, ты запомнил только то, что задело непосредственно тебя! А то, что ты говорил обо мне, ммм? Тебе освежить воспоминания? Более того! Ты даже сейчас продолжаешь нахально стоять тут и оскорблять меня! -Отлично! Раз я тебя не устраиваю, вали к своему Поттеру. Собирай манатки и вперёд, пока я тебя не заавадил. Так ведь делают Пожиратели? -Вот и уйду! - шикнула она, пресекая расстояние между ними, нахально ткнув его пальцем в грудь. - И тогда у тебя вообще никого не останется. Ты сам в этом виноват. -А разве ты у меня была, а, Грейнджер? Ты ведь всего лишь играла со мной! Делала вид, что тебе плевать на моё прошлое. -Была, пока ты Рону практически прямым текстом не сказал, что я его не люблю! А ведь я тебе доверяла, Малфой! Поделилась, а потом сама же за это поплатилась! Вам слизеринцам нельзя доверять! -Неволнуйся, тугодум Уизел даже не понял моего намёка. -Может он и не понял, а вот я поняла. Этого достаточно! -Если бы ты держала язык за зубами, ничего бы не было! -То есть это я виновата? -Да! -Я в тебе разочарована! -Я в тебе тоже! -Не смей больше подходить ко мне! -Даже не подумаю! -Мерзкий хорёк! -Моль книжная! -Гадкий слизеринец! -Противная гриффиндорка!

Бамс...

Как гром среди ясного неба. Как нечто невообразимое, несовместимое и совместимое одновременно. Гадкий слизеринец поцеловал противную гриффиндорку. И противная гриффиндорка умолкла, поражённая происходящим, обмякла в чужих руках, широко-широко распахнув свои карие глаза, вмиг помутневшие. И гадкий слизеринец успокоился, утих, пропустив копну каштановых волос через пальцы, нежно лаская чужие уста, сам ещё не до конца понимая, что делает. И словно ток через губы. Прошибающий до мозга костей. Как что-то волшебное, невообразимое. Совместимое и несовместимое одновременно. -Успокоилась? - хрипло спросил он, опаляя своим дыханием её щёку. Судя по взгляду, обескураженному и поражённому, она даже забыла из-за чего всё началось. Ответом послужил слабый кивок, прежде чем смысл происходящего не навалился на неё, и она, трусливо сжавшись, не убежала в свою комнату. Вот так. Совсем не по гриффиндорски. Возможно упражнения на откровения - было не самой лучшей идеей доктора Хоггарда.

***

- У нас проблемы! - это первое, что сказал Эдриан, ввалившись в гостиную Слизерина, удостоверившись, что в ней нет никого, кроме одного, нужного ему в данный момент, человека. - В большей степени у меня, - как бы между прочим заметил он, но тут же перевёл тему, - поэтому мне нужна твоя помощь. Не ожидавший ничего подобного Альбус, так и замер на мгновенье с открытым ртом и бутербродом в нескольких сантиметрах от него, но пораздумав секунды две, всё же положил лакомство обратно на тарелку, не очень уж аккуратно обтерев руки об мантию. Лицо его при этом выражало крайнюю степень недовольства. -И во что ты опять вляпался? - хмуро поинтересовался он тогда. -Ничего такого, что можно было бы назвать масштабной катастрофой. - вид, выражающий крайнюю оскорблённость, но тут же... - Ладно, - поражённый выдох, - именно масштабная катастрофа! -И почему разбираться в этом должен я, а не твои брат с сестрой, ммм? -Потому что у них не тот подход. Они действуют логически, по плану, а нам нужна "тактика Альбуса"! Только вся соль в том, что без тебя она не работает... - со знанием дела произнёс Эдриан, потирая в напоминание ушибленный недавно бок, как вдруг замялся. - Ну и от Скорпиуса и Малии мне конечно же попадёт. -Аргумент... - согласился Поттер, пожав плечами. - Тогда выкладывай. В следующие пять минут он уже шёл вместе с гриффиндорцем по тёмным коридорам, выслушивая его историю приключений последних недель, даже не предполагая, как тот вообще додумался провернуть нечто подобное в тихую, мучаемый одним единственным вопросом - как сильно перепадёт ему самому от старших Малфоев, когда всё вскроется, и окажется, что он всё знал и промолчал, так ещё и ломонулся прикрывать их братцу задницу. И если для Альбуса помощь младшему поколению была сродни благотворительности, то для Эдриана - настоящее испытание. Обратиться к Поттеру заставили исключительные обстоятельства - он опять всё испортил. Растоптал их шансы на семью к чёртовой матери (если обыкновенную, в их случае, ссору можно таковым считать). Это ли не повод для крайних мер? Да. Помощь этого неудачника слизеринца была для него крайней мерой, хотя бы потому что благодаря "удачливости" первого всё могло стать ещё хуже. Но так же был и вариант лучшего исхода событий. Там уже 50 на 50. Русская рулетка, помните? Как бы там ни было попытаться стоит (или всё же нет?). В любом случае уже поздно. -То есть ты хочешь сказать, что благодаря тебе они снова поссорились? - немного сурово откликнулся Альбус спустя несколько секунд молчания. Лицо его скрывала темнота коридора, не слишком хорошо разгоняемая слабым огоньком на конце палочки, но чтобы понять, что за выражение на нём застыло, можно было быть даже слепым, глухим и тупым. До того очевидно. - Нет, не так. Они подружились, возможно стали нравится друг другу, но благодаря тебе они снова поссорились! - голос его приобретал густые оттенки с каждым дальнейшим словом, становясь оглушительным в царящей здесь тишине. - Я ничего не упустил?! -Да тише ты! - шикнул на него тот ворчливо. - Ну облажался я, с кем не бывает? Не тебе говорить мне о косяках. -Вот вечно вы, гриффиндорцы, так... - буркнул он скорее себе, чем собеседнику, - Сначала делаете, потом думаете. Летите сломя голову на встречу проблеме, словно ополоумевший гиппогриф, а другим в итоге за вами прибирай. -Ой ли? Кто, в таком случае, из нас двоих тут больше гриффиндорец? - на это Альбусу сказать уже было нечего. -Ты уверен, что нам стоит снова в это влезать? - спросил таки парень неуверенно после очередного поворота. Эдриан на мгновение задумался, но всё же без колебаний кивнул. -Да. Уж не знаю, что произошло между ними, но всё это как-то странно. Папа буравит маму хмурыми взглядами, она на него вообще не смотрит, избегает, как сопливая школьница. Иногда мне кажется, что даже краснеет. - тяжело вздыхает, отводя взгляд, хоть и зная, что на него не смотрят, - Из гриффиндорской гостиной стала уходить поздно, если вообще уходить - бывает сидит до ночи со своими книжками у камина, все разошлись уже по комнатам, а она всё сидит, а на утро находим её спящей на диване, и будь я проклят, если это всё не связано с отцом и с тем сеансом у психолога. А ведь это я во всём виноват! -Ладно... - со вздохом заключает слизеринец. -Что ладно? -Мы сейчас проберёмся к ним в гостиную и оставим кое-что... - ухмылка на его губах не предвещала ничего хорошего. -Но мы же хотели просто... -Мало ли, что мы хотели! - оборвал его Альбус на полуслове, подходя к портрету гостиной старост (как удобно, что мелкий Малфой во время слежки за своими родителями додумался подслушать пароль), - Тебе нужен мой метод, так? - кивок, - Тогда не мешайся под ногами. - последнее, что сказал Поттер прежде, чем назвать пароль и скрыться в проходе. Эдриану же подумалось, что дружка его старшего братца прямо сейчас разорвёт от гордости, с таким важным видом он ушёл.

***

-Гренджер, подожди! - этот голос. Противный, надоедливый голос (хотя может это чуточку предвзятое мнение) достиг её ушей слишком неожиданно. Настолько, что гриффиндорка даже вздрогнула. Именно от неожиданности, а не из-за чего-то другого, вы не подумайте (так ли это на самом деле?). - Грейнджер! Его рука, обхватившая тоненькое запястье, настигла её ровно так же решительно, как и звучал оклик парня. Ладони от чего-то вспотели, а сердце ухнуло куда-то вниз. Она даже разозлилась на себя за такую реакцию и на мгновенье была готова развернуться и вывалить на Малфоя всё своё недовольство, но стоило ей действительно повернуться к нему, как готовность эта сошла на "нет", перед глазами калейдоскопом промелькнули воспоминания: вот он, пышащий гневом прямо напротив, казалось бы в любую секунду готовый набросится, задавить её своим раздражением, возможно (ударить?)... хотя нет, это было бы слишком даже для него, а потом ничего больше. Словно кто-то выключил свет, вырубил кабельное. Только его тёплые губы и... Гермиона снова вздрогнула всем телом уже почти готовая что-то сказать, накричать или сделать хоть что-нибудь, но вместо этого смогла только открыть и закрыть рот, так и не решившись сказать то, что накипело. -Да? - прочистив горло выронила она даже слишком растеряно. -Нам надо поговорить, - уверенность в его голосе заставила сердце девушки вновь пропустить удар. -Нам не о чем говорить, Малфой, - будто убеждая саму себя. Конечно же им есть о чём поговорить, просто... Мерлин, только бы не о том самом. - И вообще я очень спешу. Мне... мне нужно писать доклад... по истории магии. -Как раз таки то, что ты избегаешь меня который день, говорит о том, что нам обязательно - нажим на последнее слово - надо поговорить. - именно о том самом. -Хорошо, - в горле как назло пересохло, - только быстро. -Тогда пошли в гостиную старост - не предложил, нет, поставил перед фактом он, подталкивая её в нужном направлении. -Никуда я с тобой не пойду, - живо ощетинилась она, понимая, что не готова снова остаться с ним наедине, дышать одним воздухом, смотреть на него. -Тогда мне придётся говорить здесь. Тебя же не смущают люди? А как думаешь, им понравится тема нашего поцелуя? - порядком раздражённый Малфой ответил ей моментально, не дрогнув ни одним мускулом при упоминании того короткого момента помутнения рассудка. -Да тише ты! - шикнула на него гриффиндорка. Понимая безвыходность своей ситуации, она могла только сдаться. Сдаться, но сжав губы в тонкую линию, отмахнуться от рук парня и с гордо поднятой головой удалиться в сторону нужного коридора. Ох, уж эти девушки!

***

-То есть ты...? -Да, я пишу письма с извинениями. Это поможет им помириться. - проговорил Альбус, больно увлечённый в работу пера под своими пальцами. - Я с детства освоил подчерк твоей мамы. Думаешь почему она ничего не знает о косяках Скопиуса? - на последнем слове его рука замерла, и он медленно поднял голову, взирая на Эдриана расширившимися в миг глазами. -Не смей говорить ему, что я сказал тебе это... -Всё зависит от того, как ощутима будет твоя помощь, - хитрая, Малфоевская ухмылка. -Мелкий шантажист, - буркнул он себе под нос, продолжая дело. - С подчерком дяди Драко придётся повозиться. Его я подделывать никогда не пробовал, но попытаться стоит. -А тебе не кажется всё это... банальным? - поморщился Эдриан, пробегаясь глазами по уже готовому тексту. И действительно. Словно мама писала. -У тебя есть другие идеи, умник? -Нет. -Тогда помолчи. В этот момент послышался скрип портрета, открывающего проход.

***

Она прошла в комнату первая, ни разу не обернувшись, чтобы взглянуть на него, хотя чувствовала спиной его прожигающий раздражённый взгляд. Если бы он мог видеть её лицо в данный момент, то совершенно точно прочитал бы выражение растерянности, возможно (страха?), нет, скорее опасения. Потому что оттянуть этот разговор хотя бы ещё на немного уже не получится, пусть и от такого шанса она и не отказалась бы. Именно поэтому остановилась, не решаясь начать. Но вошедший следом Малфой, вопреки её ожиданиям, отчего то тоже поумерил пыл, уже не так стремительно присаживаясь на диван. Гермионе не нашлось придумать ничего лучше, чем сесть неподалёку воззрившись на собеседника в ожидании. Неловкость между ними казалось можно было пощупать, а ещё услышать равномерное тиканье часов из покой гриффиндорки - так тихо было. А ещё в гостиной было всё так же пусто, как и в тот момент, когда они уходили утром на занятия. Разве что Альбус немного поменял от неудобства позу под диваном, надеясь, что мантия невидимка не съедет в неподходящий момент, а Эдриан подавил в себе от пыли чих в шкафу, прикрыв рот и нос рукой. -Почему ты меня избегаешь? - как можно более обыденно спросил Драко, выгнув свою бровь. Гермиона же нахмурилась, предчувствуя, что всю вину собираются скинуть на неё. -Тебе показалось, - прошипела она сквозь зубы в ответ, начиная злиться ещё до того, как разговор в полной мере начался. Что ж поделать, если этот нахальный слизняк так на неё действует? А он ведь ещё пока и не начинал нахальничать. -Хочешь сказать ты действительно уже третий раз готовишь доклад по истории магии, в то время, когда старое приведение решило на несколько недель уйти в отпуск? - его снова захотелось ударить. -В отличии от некоторых я основательно учу уроки. -Кто бы сомневался. -Хватит паясничать, Малфой! -Хорошо, - заверил тот, примирительно вскинув руки вверх, - Тогда поговорим о том... конфузе. - парень слегка замялся, выдавив из себя что-то на подобие доброжелательной улыбки. - У меня есть предположение, что мы стали жертвами некоторого недопонимания. Поэтому я, в соответствии моему воспитанию, обязан развеять его. - он чванливо закинул ногу на ногу, вероятно делая это по большей степени, чтобы позлить собеседницу. - Видишь ли, мне придётся тебя огорчить, ты меня не привлекаешь. - следующие слова он высказывал бегло, настойчиво, пресекая все попытки Гермионы вставить хоть слово, - Я знаю, тебе обидно, ты чувствуешь себя обманутой, но заметь, я сказал это тебе прямо, как только представилась такая возможность. Я хороший парень. Но я признаю, я виноват в том, что дал тебе надежду. Но лучше поздно, чем никогда, так что... - театральная пауза, - Тот поцелуй ничего не значит... Эдриан в шкафу от неожиданности чуть не выпал, но вовремя себя сдержал. Ну или почти сдержал. Громко присвистнул только, благо Альбус был хорошим игроком в квиддич и имел отличную реакцию (в большинстве случаев), поэтому вовремя швырнул куда-то в сторону тумбочки заклинанием. С неё моментально упала какая-то ваза, потянув за собой что-то ещё, с звучным грохотом разбиваясь об пол, так идеально заглушая чьё-то удивление. От неожиданности девушка вздрогнула, даже забыв, что хотела сказать. Малфой кажется тоже был немного шокирован и сбит громким звуком с мысли. -Это, наверное, Глотик, - больше самой себе пробормотала она, собирая осколки воедино одним взмахом палочки. Кот, будто возмущённый тем, что на него скинули всю вину, недовольно вывалился ленивой походкой с другого конца комнаты, совершенно не относящегося к тому, в котором расположилась тумбочка. Поттер бесшумно стукнул себя ладонью по лбу. -Тогда Пивз, - глядя на кота предположил Драко. Гермиона уже хотела было пойти проверить эту злосчастную тумбочку, а может и вовсе комнату, но слизеринец перехватил её за руку, - Мы не договорили, Грейнджер. - она села обратно. -На чём мы остановились? Ах, да, точно, поцелуй, - Альбусу оставалось только надеяться, что их нерадивый сын не так остро отреагирует в этот раз, - Так вот слушай, хороший парень, и заруби себе на носу. Для меня этот поцелуй значит ещё меньше, чем для тебя. Уж прости, это ты себе напридумывал! -Ох, сколько пылу, - усмехнулся он. -И это ты первый меня поцеловал, если ты не забыл! -Но ты ответила, - его ухмылка в этот момент была сравнима с дьявольской. На неё это подействовало, словно красная тряпка на быка. Гермиона тут же вспыхнула. -Это было неожиданно! Это всё ты, гадкий змеёныш! Ты поцеловал меня! -Мне нужно было тебя заткнуть, считай это крайней мерой! -Из-за тебя я не могу смотреть в глаза Рону! -Да, потому что ты ответила, ты целовала меня в ответ! Я всегда знал, что в тихом омуте черти водятся, но чтобы ты, Грейнджер... Не удивлюсь, что теперь уединяясь с ним, ты представляешь, меня. -Мерзавец! - она подскочила со своего места как ошпаренная. Так ведь и знала, что из этого разговора ничего хорошего не выйдет. - Мне даже не понравилось, слышишь?! -Ты в курсе, что ты покраснела? -Мне было противно! -А ответила ты на автомате, хочешь сказать? -Я только и думала о том, чтобы ты наконец вытащил свой язык! -Это уже обидно, Грейнджер, перебарщиваешь! -Всё равно, что целовать слизняка! -... -Ах так, значит?! -Так! -Это твоё последнее слово? -Последнее! В следующий момент Альбус пожалел, что не захватил с собой попкорн, а Эдриан, что щёлка в шкафу слишком маленькая, чтобы подглядеть. Малфой в один момент сгрёб её в ахапку. Дёрнул на себя так, что она со всего маху впечаталась в него, а сам впился в её губы с такой жадностью, дикостью, первобытностью, будто в этом был смысл существования. Она даже не сопротивлялась. Может только в самом начале вяло упёрлась рукой в грудь ради приличия, но стоило только его языку пройтись по её нижней губе, стоило только его холодным пальцам обхватить её скулы, как её же тело стало играть против неё самой. Неосознанно она прижалась к нему так близко, как только смогла, так, что стало нечем дышать, а рука зарылась в его платиновые волосы на затылке. Он никогда не думал, что такое с ним возможно, но у него будто выбило воздух из лёгких от этого жеста. Но об этом нужно будет подумать потом, не сейчас. Словно в отместку за это, Драко прикусил её нижнюю губу, нахально оттягивая. В этот раз она потянулась к нему сама, бесстыже опускаясь пальцами по шее, прямо по пульсирующей венке, ниже, к ключицам, разрывая для этого парочку верхних пуговиц воротника, нежно пробираясь к плечам, непростительно горячим для этой комнатной температуры. Он не смог уже этого выдержать и приглушённо зарычал, спускаясь поцелуями от подбородка к шее, оставляя за собой влажные дорожки поверх милых, едва заметных родинок. Их было три или четыре, словно шоколадная крошка лежащие на её молочной коже. Казалось попробуй хотя бы ещё раз пройтись по ним языком и их не станет, а во рту останется послевкусие горького шоколада. И это был уже второй раз, когда она сама потянулась к его губам. Они были горько-сладкими, мягкими и горячими, хотя в начале были холодными, словно лёд. Возможно это она их расплавила. В этот момент, когда его руки скользил по её талии, практически задирая свитер, а язык исследовал рот, она чувствовала, что готова зацеловать его лицо, слиться с ним воедино, раствориться в нём. Сделать всё, чтобы он никогда не прекращал целовать её. И эта мысль всё равно, что током шарахнула её по голове. Она, чёрт возьми, целуется с Драко, чтоб его, Малфоем! И ей это нравится. Безумно. И она этого хочет. Хочет, чтобы этот самый Драко Малфой не останавливался! Мир сошёл с ума! -Так нельзя! Он нехотя, почти не видя ничего перед собой, оторвался от неё, затуманенным взглядом встречаясь с её, не более ясным. До него даже не сразу дошло о чём она. -Неужто вернулась святая Грейнджер? - ехидно пробормотал он, упёршись своим лбом об её, переводя дыхание. С такого ракурса он мог точно видеть насколько она покраснела. А покраснела она к слову сильно, да так, что за этой краской уж не было видно веснушек. Он непроизвольно улыбнулся. -Я серьёзно. -Ты всё слишком усложняешь. - без тени иронии заявил слизеринец, отодвигаясь на приличное расстояние. - Правильно, не правильно... Какая к чёрту разница? Это просто дружеский поцелуй. -А мы разве друзья? - хмыкнула Гермиона тогда, вдруг поёжившись от резкой смены температуры. Вместе с его руками ушло и тепло. -Почему бы и нет? Мы ведь неплохо общались. -Да, но ты всё испортил. -Ещё спорный вопрос кто всё испортил. Почему ты не допускаешь мысль, что это ты? - он возмущался искренне. Хотя может ей это только казалось. Вечно она хочет увидеть в нём что-то хорошее. -В отличии от тебя, я... -И вот ты опять нарываешься на скандал! -Я всего лишь пытаюсь высказать свою точку зрения. -Иногда лучше промолчать, никогда не слышала такого? - голос его прозвучал так, словно он вновь был на грани своего терпения. Ни то чтобы она была нелогичной истеричкой, и ни то чтобы он был не прав... Просто сдаваться, а уж тем более признавать свои ошибки перед Малфоем было не в её правилах. - Хорошо, если тебя это устроит я даже извинюсь. -Не нужно делать мне одолжений. -Это не одолжение, - молчание, - Извини, хорошо? Возможно я перегнул палку. -Возможно, - усмехнулась она тогда. Он же пропустил эту реплику мимо ушей и лишь выжидающе посмотрел на неё. -А ты ничего не хочешь мне сказать? -А если нет? - ей даже не пришло в голову подумать о том, что Малфой извинился перед ней. При чём первый. В любом случае она была не такой стервой, чтобы отвернуться от этого. От первого шага. От признания своих ошибок. Выдох. - И ты меня извини. Я тоже повела себя не лучше. -Мир? - в лучших традициях он протянул ей мизинец, за который она с улыбкой тут же ухватилась. Во что превращаются их жизни? Вот они враги, в следующую секунду приятели, потом они вдруг целуются, будто отпетые любовники, а потом они уже друзья. Да. Поцелуи сближают людей. Чёрт. Они ведь целовались. -Вытащить плед? - с ухмылкой спросил Драко, предчувствуя очередную долгую душевную беседу. Гермиона не раздумывая кивнула, разжигая огонь в камине. Эдриан же в этот момент с ужасом обнаружил, что сидит на каком-то смутно знакомом клочке ткани. На чёртовом пледе. Альбуса это чувство посетило в следующую очередь, как только тот понял, что Малфой направляется к заветному шкафу. Каков шанс, что он обрадуется наличию в нём малыша гриффиндорца? Что же делать? Что же делать?! Грёбаный плед, грёбаный шкаф, грёбаный Малфой! Вот он подходит к дверцам, дёргает за ручку... времени на то, чтобы что-то предпринять остаётся всё меньше... открывает одну и... Ему прямо в руки кладут (понятно кто) тёплое одеяльце. Альбус под диваном захотел приложиться об него головой посильнее. Тем не менее Драко буркает быстрое "спасибо" доброму барабашке (если их сына можно так назвать) и с невозмутимым видом возвращается к девушке, пока не останавливается от неё в нескольких шагах, задумчиво уставившись на плед. При чём лицо его заимело такой вид, будто его обладатель решил вдруг перемножить в уме неприлично большое число. Эдриан на нервах будто бы даже слышал звук шестерёнок, крутящихся в этот момент в его голове. Секунда, две, три... Малфой ме-е-едленно разворачивается на пятках в намерениях проверить злополучный шкаф, но сделать больше, чем шаг в обратном направлении ему не даёт одно жирное, махнатое обстоятельство, летящее прямо на него и орущее не своим голосом. Он даже опомнится не успел, как подхватил крик испуганного животного своим, только криком боли от того, что рыжее нечто вцепилось намертво в его лицо своими когтями. Их дуэт довершило дополнение Гермионы, в виде собственного вступления, превращая их дуэт в трио, а её не слишком действенные попытки отодрать кота от лица слизеринца - идеальным визуалом к их выступлению. Жаль некому аплодировать. По крайней мере Поттеру, вылезшему из-под дивана и мысленно просящего прощения у Живоглота за незапланированный полёт, было не до этого (скажем, прощения просить было за что, учитывая, что не готовый к такому стрессу кот, случайно прошедший мимо места захоронения вышеупомянутого, орал теперь от своего шока громче всех так, будто бы их него дьявола изгоняли), а уж перепуганному не меньше самого кота Эдриану, и подавно. То, что отвлекающий манёвр сработал идеально, Альбус понял сразу, как только до него дошло, что мантия невидимка, в силу его возраста, уже не в состоянии скрыть слизеринца полностью, а гуляющие по гостиной старост без присмотра чьи-то ноги ниже колен, так и не были хоть кем-то замечены. Теперь оставалось как-то вытащить маленького засранца, дать вместе дёру и дело в шляпе. Тянет на идеальный план. И дальше пользуясь благоволением фортуны, которая пока была на его стороне (ага, фантастическое везение!), Поттер сделал не менее безумное - завернув своего гриффиндорского подельника в чьё-то длинное пальто в пол, так и вынес его за плечики из помещения, чтобы в случае чего, того всё же никто не увидел, а в том, что его не видели, он не сомневался, хотя бы потому что трио, не замечая ничего вокруг, благополучно перебралось на пол, где кувыркаясь, по прежнему пытались безболезненно (если такое вообще возможно) оторвать кота от аристократичного лица. Проедь тут сам Вoлан-де-Морт верхом на Дамболдоре - никто бы не заметил. От того, как быстро Альбус перебирал ногами подальше от злополучной гостиной, они могли даже взлететь. В крови бушевал адреналин, а барахтающийся в районе подмышки Эдриан, всё ещё укатанный в пальто с головой, и видимо пытающийся из него выбраться, никак не помогал успокоиться расшатанным нервам и паранойе. Хлопнув себя в который раз за этот вечер по лбу через мантию, он вспомнил... -Акцио письма Грейнджер и Малфоя! - для совершения манипуляции палочкой, да и вообще, чтобы отдышаться, засранца пришлось поставить на пол. Действительно. Пусть сам теперь идёт! Мало того, что он сегодня чуть не пережил остановку сердца в свои семнадцать, так теперь ещё и этого слона четырнадцатилетнего на своём горбу таскать? Нет уж. Через минуту к нему в дрожащие от страха (пока ещё не отпустившего) руки, влетели два письма собственного производства. -Они же... Они... ПОЦЕЛОВАЛИСЬ! - воскликнул вдруг гриффиндорец, выпутавшись из предмета верхней одежды. Лицо же его даже во мраке коридора светилось счастливой улыбкой до ушей и краснотой, прилившей к щекам, видимо из-за недавней пробежки, завёрнутым в пальто. -Тише ты! - шикнул на него Альбус в ответ, выглядывая из-под невидимой материи. Взъерошенный, мокрый (всё-таки мантия плотная, тёплая - в такой долго не побегаешь), не менее красный, чем его маленький друг и цвет герба его факультета. - Я понял, что ты заметил. От того, как недобро сузились его глаза, Эдриан невольно сглотнул. -Это победа, понимаешь?! Для нас ещё не всё потеряно! - громкость голоса он, конечно, снизил, но вот воодушевления в нём - ни на грамм. -Тише... - небрежно обронил Поттер, вдруг весь обраящаясь в слух -Если они уже целуются, значит с производством троих спиногрызов дело не станет! - тот будто бы и не слышал, продолжая толкать свою радостную речь, с каждым словом больше и больше раздражая слизеринца. Неудивительно, что он таки не вытерпел. -Ты можешь заткнуться? - ещё раз шикнул на него Альбус, смачно захлопнув Малфою рот ладонью. - Ты слышишь? - на секунду в коридоре всё же восстановилась тишина и уже оба парня прислушались к ней, но не услышав того, что могло бы остановить свой словесный понос, Эдриан недовольно замычал. -Я ничего не слышу, - буркнул он тогда, скидывая руку, мешающую ему глаголить. - Эй, ты куда? -Шшшш, - послужило ему ответом. Поттер даже головы не повернул, продолжая делать тихие, неспешные шаги куда-то вперёд, в темноту. Лишь натянул обратно на голову мантию невидимку. Тем не менее странное поведение товарища не остановило гриффиндорца. Он в непонимании пожал плечами будто бы самому себе и продолжил свой монолог. -А из нас вышла неплохая команда, правда? Мы с тобой как Бонни и Клайд, мммм... как Гарри и Марв! -Шшшш! -Ну и куда ты ушёл? -Шшшш! -Хватит! -Шшшш! -Но я... -Шшшшшшш! - отдалось откуда-то из темноты более настойчиво. Эдриан обиженно нахохлился, но замолчал. Наконец-то. Но видимо тишине не суждено было длиться вечно... -Шухер! - зашипел оттуда же Альбус, а потом и выбежал ему на встречу сам, опять хватая в охапку. И вот, их бег с препятствиями по ночному Хогвартсу продолжился. Малфою казалось, что в этот раз они бегут вечность. Они петляли из коридора в коридор, раза два пробегали лестничный пролёт, несколько раз оказывались в тупике и пока ни разу не встречали хоть какую-нибудь жалкую нишу или кладовку для швабр. Честно говоря он уже даже понятия не имел, где они бегут, он элементарно заблудился, искренне надеясь, что Альбус знает, куда двигаться дальше, ведь лицо его действительно выглядело уверенным, но иногда всё же казалось, что и Поттер давно перестал представлять, где они. И почему всякие "операции" обязательно нужно делать после отбоя? Кому скажешь, даже стыдно. Потерялись в Хогвартсе! Хотя виной тому были лишь темнота и страх быть пойманным. Будь сейчас светло, они непременно знали бы хотя бы в каком коридоре, но как назло было хоть глаз выколи. Возможно, это всё его, Эдриана, паранойя, но он действительно слышал позади себя спешные шаги Филча, приближающееся мяуканье миссис Норрис и злобное ворчание старика. Хотя он мог поклясться, что в начале, когда они ещё переводили дыханье, а слизеринец вдруг стал прислушиваться к тишине, и взывать к нему сделать тоже самое, он ничего не услышал. Как бы там ни было, погоня действительно оказалась настоящей. Это он понял, когда Альбус резко толкнул его в угол, прямо за больно знакомую гаргулью. Для верности, он накрыл уже их обоих мантией. Именно в этот момент мимо проковылял завхоз, освещая себе путь слюдяным фонарём. Лицо его казалось особенно недовольным в этом тусклом освещении. -Лимонный щербет, - прошептал Эдриан, как только старик скрылся за поворотом к следующему коридору. -Что ты делаешь?! - возмущению Поттера не было предела. Теперь он метался из стороны в сторону, чтобы придумать, куда бежать в этот раз, где спрятаться. С этого самого момента шансы быть пойманными возросли пожалуй до 98 процентов, хотя бы потому что гаргулья заскрипела, если не на весь Хогвартс, то хотя бы на его половину - это во-первых, во-вторых - Филч ушёл не так далеко, чтобы этого не слышать, в-третьих - они, чёрт возьми, бежали от завхоза, чтобы придти к директору. Видимо, чтоб наверняка получить наказание. -Идеальное алиби, - уверенно заявил тот, и Альбус подумал, что от долгого бега у него перетряслись мозги. Как только перед ними возникла лестница, Малфой, схватив подельника за рукав (чтоб не убежал), потащил прямиком в кабинет. Как только они в него вломились (по другому это назвать нельзя, потому что в оглушающей в этом помещении тишине, наделали столько шума, что у самих в ушах зазвенело), то тут же вывалили на Дамболдора не слишком продолжительную речь. Точнее вывалил Эдриан, а Альбус продолжал столбом стоять под мантией невидимкой, желая провалиться на том же месте от стыда. -Некогда объяснять профессор, но если мои родители придут к Вам, прикройте нас! - пылко и запинаясь проговорил тот. Скажем так, директор сего сумасшедшего дома был удивлён столь неожиданному и непродолжительному визиту, сколь и слизеринец, который, ко всему прочему, успел обрадоваться, что его личность раскрыта не было и в случае чего, он просто отмахнётся от обвинений и скажет, что забег со своим братом делал Скорпиус, а не он. - Пойдём, Альбус! - и его выдернули из оцепенения, потащив обратно из кабинета за рукав. Мерлиновы кальсоны, этот маленький засранец только что испортил его идеальный план! Дамблдор, так и не успевший ничего сказать, лишь запил своё удивление чаем, провожая марафонцев сонным взглядом. -Что это сейчас было? - забубнил Поттер, вновь спускаясь в ночной коридор, и уже не спеша продвигаясь в том направлении, где должна находится слизеринская гостиная. Теперь они оба знали, где находятся и куда идти. -Просьба о помощи? - ответом на вопрос послужил вопрос, юмор которого Альбус явно не оценил. Оттого Эдриан лишь устало выдохнул, - Да брось ты! Дамблдор свой человек! -Если завтра у нас из-за этого будут неприятности, то я не посмотрю на то, что ты братец Скорпиуса, - ворчливо обронил тот скорее из желания просто сказать что-то нравоучительное, чтоб некоторым неповадно было, чем от того, что он действительно собирается приводить свои угрозы в действие. -И что ж ты сделаешь? - беззлобно спросил гриффиндорец, действительно забавляясь попытками друга быть ответственным взрослым. -Надеру тебе уши! -Эй, мне 14, а не 5! -Да, да, - усмехнулся Поттер, покосившись на собеседника, - точно! Ты же теперь взрослый! -А сам то? Поди считаешь себя таковым, раз в няньки заделался! - ухмылка на его губах, растянувшаяся в этот момент, была самым действенным доказательством, что парень перед ним был Малфоем. Просто потому что они все так ухмылялись. -В данный момент я отвечаю за тебя, - от того, каким серьёзным сделалось лицо слизеринца, Эд даже прыснул. -Хмм, значит ты у нас вроде как мамочка? - задумчиво протянул тот, а потом искренне расхохотался, - Мамочка А-а-альбус! Звучит! - в ответ на такое прозвище парень лишь закатил глаза, но лёгкий подзатыльник молодому поколению всё же отвесил. В этот раз смеялся уже Альбус над надувшимся лицом этого самого представителя молодого поколения. Мяу... И у обоих ноги к полу будто пристыли. -Скажи, что мне показалось! - простонал Поттер, но Эдриан с боку от него с таким же несчастным лицом промолчал. Мяу... -Это же... - оба опустили взгляды себе под ноги, где и нашлась обладательница столь громкого мяуканья. -Миссис Норрис! - отчаянно проскрежетал слизеринец, но ни один ни другой так и не сдвинулись с места, продолжая буравить животное взглядом. Она смотрела на них, они на неё. Казалось у пушистой взгляд был несколько... злорадный! Мя-я-яу... - торжествующе выдала она. Все троя понимали, что уж от неё скрыться не получится. Она их поймала. С поличным. Филч, чьи шаги послышались от куда-то из темноты (а это был точно он), наверное думал так же. Словно сигнализация, она заорала пуще прежнего - громко и отвратительно. Словно когтистой лапой по грифельной доске. Этот ор заставил двоих нарушителей школьных правил вздрогнуть. Они в отчаянии и незнании, что делать, заметались из стороны в сторону. -Сделай что-нибудь! Она же орёт! - кричал Поттер надрывным голосом. -Что я тебе сделаю? - если бы ситуация позволяла, он бы даже посмеялся от того, как пискляво звучал голос Эда. -Что-нибудь! -Ты же из нас двоих мамочка, ты и делай! -Что? -Что-нибудь!! - надавил Малфой и Альбус, посмотрев куда-то в сторону, откуда примерно вот-вот должен был появится Филч, психанул. -Ладно! - гаркнул он, остановившись взглядом на пальто в руках подельника. В его мозгу тут же родился безумный план. Кошка, которую он в следующую секунду завернул в это злосчастное пальто, и которая не ожидала ничего и близкого к такому, не просто закричала, а завизжала. -Ты что творишь?! - пропищал Эдриан, обхвативший голову руками. Он готов был грохнуться в беспамятстве от того, как глупо и самоубийственно это выглядело. От того, во что они уже были в тянуты, как только кошка оказалась завёрнута в кокон из верхней одежды и её криков уже не было слышно (хоть на этом спасибо), становилось дурно. -Не стой столбом, бежим! - крикнул Поттер, дёрнув его рукав. Повторять дважды не пришлось. Вот так простая операция по примирению родителей превратилась в какой-то квест "убеги от Филча". Альбус же, подмышкой у которого верещала миссис Норрис, почувствовал себя отчаянным живодёром. И что ж ему сегодня так везёт на породу кошачью?

***

-Ты действительно считаешь это хорошей затеей? - промычал Драко из-под тряпки, которой прикрыл себе лицо. Точнее изначально она была предназначена для того, чтобы вытереть кровь от царапин, но была до того большая, что закрывала всю смазливую (хотя после случившегося вряд ли) мордочку. -Да, - уверенно ответила ему Гермиона, ведущая его в данный момент за руку, чтобы тот не упал в и без того тёмном коридоре, так ещё и с тряпкой перед глазами. Она так и пылала энтузиазмом, решительностью и совсем чуть-чуть страхом, от того летела быстрым шагом, не особо обращая внимания на болтающегося позади Малфоя, порядком отстающего от неё. Пожалуй не тяни она его за руку, он давно бы где-нибудь потерялся. Когда парочка достигла своей цели, они, в отличии от своих предшественников, снизошли до правил приличия и постучали. Ответом им послужило мычание или что-то напоминающее разрешение войти. Дамблдор, встретивший их доброжелательной улыбкой, совсем не удивился, подумав, что четверо его студентов разминулись. Ведь он даже не успел допить чай. -Профессор, - неуверенно начала девушка, резко прекращая свой забег, от чего Драко врезался ей в спину и простонав что-то нечленораздельное, отошёл в сторону, - кажется на территории Хогвартса действительно завелось чудовище! - это в самом деле не то, что он думал услышать, от того в удивлении поднял брови. -Да, я знаю, я и сама какое-то время считала это бредом, но то, что случилось у нас в гостиной! Там действительно кто-то был! - Гермиона вдруг затараторила в былом энтузиазме, как и всегда, когда находила что-то интересным и желала докопаться до истины, - Я согласна, это точно не чудовище, как говорят. Скорее всего какое-нибудь существо. Возможно новый полтергейст. На минуту в помещении воцарилась тишина и было слышно лишь то, как тяжело гриффиндорка дышит (из-за пробежки и своей скорой безостановочной речи) и то, как директор разворачивает конфетку. -Профессор! - несколько укоризненно произнесла она, заметив, что ей не уделили должного внимания, а то, что сказала, возможно и вовсе прослушали. Дождавшись, пока на неё поднимут взгляд... - Сделайте же что-нибудь! Он смотрел на неё всего секунду, прежде чем невинно ответил: -Что вы хотите, дети, это Хогвартс, - непричастно пожав плечами. Скрываясь за дверьми его кабинета, Гермиона, пышущая теперь уже недовольством, в сердцах даже забыла попрощаться и пожелать спокойной ночи. Следом за ней скрылся и Малфой, утянутый её рукой. Ни один, ни другая, уже не видели ехидную старческую улыбку, спрятанную за чашкой чая и весёлых бесенят, пляшущих на дне его голубых чистых глаз.

***

Честно говоря Эдриан не помнил как они бежали. Не помнил и того, как им удалось таки уйти от Филча. Перед глазами у него стояла миссис Норрис и возможные проблемы которые она за собой повлечет. Как только они вломились в гостиную Слизерина, то единогласно решили собрать семейный совет и уже вместе думать, что делать дальше, и как этих проблем избежать. Что-то подсказывало, что тумаков от брата и сестры им не избежать. Разошлись они на развилке лестниц, ведущих к комнатам мальчиков и девочек, чтобы потом, не за долго после этого встретиться в комнате у мальчиков. Альбус лишь попросил позвать Малию и что-то в его взгляде было стальное, не терпящее возражений. Сам же он понёс добычу наверх, держа свёрток с шипящей кошкой перед собой, будто нёс не животное, а бомбу, готовую в любой момент рвануть. Впрочем так оно и было. Когда же он практически пинками выгнал не нужных слизеринцов из помещения в гостиную, те отчего-то даже не стали возражать, хотя могли. Молчали даже те, кто уже лёг спать, впрочем таких было не много. Скорпиус выглядел настороженным. Эдриан с Малией пришли почти сразу, как только из комнаты вышел последний человек, считающийся лишними ушами. Для верности гриффиндорец наложил на дверь запирающее и оглушающее заклинания. -Мы собрались здесь по очень важному делу, - официально начал младший Малфой, прочистив горло. Подсознательно брат и сестра перестали ждать хороших новостей ровно после того, как он виновато отвёл взгляд, хотя это явление было мимолётным. - У нас для вас есть две новости. Хорошая и плохая. С какой начать? Блондины переглянусь. -Давай с хорошей, - неуверенно озвучил общую мысль Скорпиус. Оба они хотели оттянуть нечто, что им не понравится. Да и не только они этого хотели. -Ладно, - выдохнул Эдриан, и от воспоминаний об этой хорошей новости снова растянул улыбку от ушей, - Благодаря моей скромной персоне, моей наблюдательности и стараниям, от вас ведь не дождёшься, наши родители вышли на новую ступень отношений! Ах, да, для вас даже на две новых, о последних новостях вы же не знали. -Скромности тебе не занимать... - закатила глаза Малия, усаживаясь на чью-то соседнюю кровать. Пока они не перешли к плохим новостям, лучше заранее присесть. Младший брат в ответ на эту реплику криво передразнил её, после чего продолжил. -В общем начнём с того, что они нашли общий язык. Не буду рассказывать подробностей, как я это узнал, но суть в том, что каждый вечер в определённое время, они спешили в общую гостиную, чтобы встретиться и просто поговорить. Романтично, не находите? - прощебетал он, с удовольствием наблюдая за двумя вытянувшимися лицами. Заулыбались они не сразу, но всё же заулыбались. На секунду ему показалось, что его сестра готова завизжать от радости. -Это ещё не всё, - довольный словно мартовский кот продолжил Эд, - Благодаря моей чуткости, мое... -Завязывай, - оборвал его Альбус, от чего гриффиндорец заметно стушевался, замялся, и всё же решил сократить речь о своих достоинствах. -В общем благодаря мне они ещё и поцеловались. - снова довольствуясь произведённым эффектом он слегка приостановился, выдерживая театральную паузу. - Дважды! -Мерлин... - только и сказал Скорпиус, посмотрев на сестру. Она сделала тоже самое. -Мы ещё можем спасти нашу семью, - закивала она в подтверждение его и своих мыслей, после чего искренне и весело засмеялась, бросаясь к брату на шею и протягивая Эдриану руку, чтобы он тоже разделил их групповые семейные объятия. -Иди к нам, Ал! - крикнул ему Малфой, сквозь смех. Друг лишь криво улыбнулся. -Не, спасибо, - протянул он, остановив свой взгляд на пальто. Кошка выбрала именно этот момент, чтобы вновь попытаться сбежать. От неожиданности она чуть не выпрыгнула из его рук, да и Поттер её едва не уронил, но сделав невинное выражение лица, прижал ту к себе, как бы невзначай успокаивающе поглаживая свёрток рукой. А после уставился непричастным взглядом куда-то в дальний угол комнаты, - Я пожалуй тут постаю. -Пссс... - зашипел он спустя минуты две, трезво оценивая свои возможности. Он не сможет держать эту бестию долго, а быть таким же расцарапанным, как отец семейства, того, что обнималось посреди комнаты, пока не входило в его планы. - Эдриан! -Да, да, кстати об этом, - невесело отозвался "маленький засранец", выпутываясь из цепких рук брата и сестры. - Насчёт плохой новости, - в этот раз пауза была не театральной, - Альбус, давай. И Альбус, облегчённо выдохнув, вытряхнул животину из пальто на одну из кроватей. Малия и Скорпиус, наклонившиеся было посмотреть, что за загадочный свёрток у друга в руках, живо отпрянули подальше от того, с каким шипением, недовольством и рёвом, бешенная вывалилась на перину. Лохматая и злющая, словно чёрт, она оглянулась по сторонам, шипя на всех и каждого, включая своих похитителей, после чего зарычала диким зверем и юркнула под шкаф, продолжая рычать уже оттуда. Поттеру же показалась, что на нём она задержала взгляд дольше всех и в её краснющих глазах читалось намерение в скором времени отомстить. Маг невольно сглотнул. -Это... - начал было Скорпиус, но другой слизеринец сокрушённо продолжил за него. -Миссис Норрис... - если бы он мог расплакаться, он бы расплакался. -Вы... вы... - Малия долго не могла найти слов увиденному, - ВЫ СТЫРИЛИ КОШКУ ФИЛЧА! -Да тише ты! - зашипел на неё Эдриан, который хотел было к ней подойти и закрыть рот, но от того, как та подскочила на месте не решился. Чем-то она была похожа на эту бешенную когтистую. - Хочешь, чтобы все это узнали? - он на нервах благополучно забыл, как сам заколдовал комнату оглушающим. -Как можно быть такими идиотами?! Да как до такого вообще можно было додуматься?! Вы же единственные во всей истории Хогвартса, кто поступал так феерически... - глупо? язык не поворачивался назвать это глупым, ведь не у каждого мозгов хватит. Как избавится от погони миссис Норрис? Просто укради её! И почему ещё никто так не делал? - ...безрассудно! -Может уже прекратишь нас обзывать и предложишь, наконец, что-нибудь, что могло бы нам помочь? - недовольно заметил Альбус, устало потирая лоб. Незамедлительно она посмотрела на него, хотя с того самого момента, как вошла, избегала его взгляда. А тут вдруг посмотрела. Глаза в глаза. Оба понимали, что сейчас в нём говорила обида не за конкретно этот случай. -А почему я должна об этом думать? - опасно спокойно спросила она. - Почему из вас двоих идиотов об этом никто не подумал, когда крал эту кошку, а я должна? -Может потому что эти два идиота делали хоть что-то, в отличии от некоторых? -Я не виновата, что кому-то на жопе ровно не сидится! - в ней говорила та же обида. Хотя нет, она уже кричала. И все в это комнате понимали это. Пусть и не все понимали, какую природу эта обида имела на самом деле. -Так, Малия, успокойся, - отчётливо улавливая точку ярости в её голосе, Скорпиус всё же встрял в их чувственную перепалку, хотя изначально не собирался. Он встал и подошёл к ней, кладя руку на плечо именно в тот момент, когда она демонстративно отвернулась, пытаясь утихомирить свою злость. - Да что с вами такое? - непонимающе смотрит то на одного, то на другую поочерёдно. - Давайте вы потом решите свои семейные проблемы, ладно? -У нас нет никаких проблем, - злобно усмехнулся Альбус, сильнее облокачиваясь на свои колени. -Нечего и решать, - тихо дополнила Малия, чуть было не дёрнувшись в сторону Поттера в попытке начистить ему рожу. -Это хорошо, потому что у меня уже есть парочка идей, как вернуть пропажу назад, - весело встрял Эдриан в попытке перевести тему. Он встретился взглядом со старшим братом и тот ему поддерживающе кивнул. Если дело касалось того, чтобы разрядить обстановку, это у него хорошо получалось. Осталось только придумать эти самые идеи, ведь на самом деле в его голове шаром покати.

***

-Сильно больно? - неуверенно спросила Гермиона, протирая лицо слизеринца мокрой тряпкой. Сейчас, когда оно было чистым, можно было в полной мере оценить масштабы катастрофы. Надо сказать кот у неё оказался цепким... и метким. Чудо, что он не выцарапал парню глаза. -Нет, - соврал он. Лицо его просто горело, а от того, что по нему водили не слишком мягкой материей, пусть и аккуратно, надо признать, легче ему не становилось. Разве что совсем чуть-чуть. Холод от ледяной воды успокаивал царапины, а их было не мало. -Шрамы украшают мужчину, - слабо улыбнулась она. Малфой усмехнулся в ответ и тут же поморщился от того, как защипало от этого действия... везде. - Но не волнуйся, я тебе их не оставлю. Сейчас только протру до конца от крови и залечу магией. Негоже аристократам ходить с расцарапанным лицом. -Может я хочу выглядеть так же мужественно, как Люпин, - хохотнул он, явно намекая на его шрамы. Гермиона в этот раз улыбнулась гораздо убедительнее, после чего покачала головой. -Нет, я сама не хочу смотреть на них каждый день, - сказала она так, будто бы, реши он в действительности оставить царапины, имела права голоса. Поймав его пытливый взгляд, она сама вопросительно посмотрела на него. - Что? Прости, но ты выглядишь отвратительно! И он рассмеялся. Чисто и искренне, как наверное смеялся только с ней. И от осознания этого факта, ей не оставалось ничего, кроме как подхватить этот смех своим. Ведь ко всему прочему, делал он это ещё и чертовски заразительно. -Ну, спасибо, Грейнджер, - заключил он беззлобно. -Всегда пожалуйста, Малфой, - послужило ответом ему. Прежде, чем произнести лечебное заклинание, она ещё раз детально осмотрела его лицо. Всё было именно так, как она и говорила. Если честно, ей его было даже жалко, ведь ему самому скорее всего было очень больно. Не сейчас, так во время борьбы с котом - точно. И глядя на его истерзанную когтями моську, эта жалость настолько сильно подкатывала к горлу, что невольно забывались обиды. Всё же вот оно - настоящее оружие мужчин. Пока они кажутся слабыми (в умеренном смысле) в женских глазах, им с рук может сойти многое. Стоило ей взмахнуть палочкой, как с её кончика плавно слетело серебристое свечение, нежно опускающееся на его кожу. Невольно подумалось, что цвет серебра ему определённо шёл, потому как выглядел, если не восхитительно, то просто красиво, окутанный в облачно металлических блёсток. Раны затянулись, а свечение моментально пропало, будто и не было. Теперь он был прежним. С идеально ровным тоном лица, без единого намёка на шрамы. -Ну, вот, так определённо лучше, - с улыбкой произнесла она. Гермиона не знает, почему сделала это. Так повелось, что в последнее время Гермиона очень многого не знает, что касается Малфоя. Как бы там ни было, хоть пытайте, она не знает, почему погладила его по гладкой белоснежной щеке. Не знает, почему замерла, не решаясь убрать руку, встречаясь с ним взглядами. И уж тем более не знает, почему ей вдруг захотелось его поцеловать, лишь только от того, как он на неё посмотрел. -Я тогда, наверное, пойду к себе, - сказала она так, будто бы спросила. Драко заметно сглотнул - она почувствовала, от того, что ладонь её всё ещё покоилась на его лице так, словно и должна была там быть. От этой мысли её покоробило, и она незамедлительно одёрнула руку. Взгляд его всё же плавно спустился к её губам. Пришёл её черёд нервно сглатывать. -Да, иди, - обронил он, не отрывая взора. Не зная себя от того, какое напряжение возникло в этот момент между ними, она нетвёрдо встала, забрав таз с водой и развернулась, чтобы уйти. И Гермиона почти ушла, когда услышала его тихое... -Спасибо... И она не знала, за что именно он её благодарил. За то, что исцелила его царапины или за то, что спасла их обоих, найдя в себе силы уйти. -Пожалуйста... - ответила она так же тихо, но почему-то была уверена, что он её услышал. И оба они подумали, что это начало их личного Армагеддона.

***

-Не могу поверить, что согласился на это, - простонал Скорпиус, сильнее прижимая к себе портфель, который выглядел, скажем, слишком уж полноватым для обычного учебного дня. -Ты и не соглашался, - напомнил Альбус, по-дружески похлопывая его по плечу. -Ах, да, точно, - кисло протянул он, кажется бледнея ещё больше, чем выглядел обычно в своей аристократичной бледности. Оба они медленно, но верно приближались к нужному кабинету, - Напомни мне, почему её должен весь день таскать я, а не ты? -Потому что вчера вечером таскал её я, а не ты. -А, точно, точно, - промямлил он так искренне, будто и вправду запамятовал. В следующую секунду они остановились у массивных дубовых дверей класса. Точнее встал, как вкопанный Скорпиус, а Альбус просто остановился за компанию. В следующее мгновение блондин попятился назад, а потом и вовсе сменил направление на обратное, но сделать больше шага не успел - друг учтиво вернул его в изначальное положение. -Нет, не заставляй меня, только не к Снейпу! Я не пойду с ней на урок к Снейпу! - выглядело это так, будто у Малфоя вот-вот начнётся истерика. Поттер не видел его таким с тех пор, как они сдавали СОВ - тогда он точно так же волновался. -Эй, эй, - позвал он, сжав плечи аристократичного друга покрепче, чтобы заставить его внимательно посмотреть на него, - всё будет хорошо, я тебя прикрою, если что. Что поделать? Нельзя оставить кошку в комнатах. Это, как минимум значимая улика. Вечером, я обещаю, вечером, мы отпустим её где-нибудь, но сейчас нельзя. Заметят и нам крышка. Просто нужно немножко поносить её с собой на занятия. -Но к Снейпу! - жалостливо зашипел Скорпиус в ответ, пока не получил звонкую пощёчину. -Соберись! - твёрдо потребовал Поттер. Впрочем это нехитрое действие возымела нужный отрезвляющий эффект - блондин одарил его одним из своих злых взглядов, намереваясь схватить того за мантию. - Ты Малфой или кто? -Я сейчас тебе... -Прости, - Альбус тут же поднял руки в защищающемся жесте, чтобы не схлопотать оплеуху, - всегда хотел это сделать. Теперь уже Скорпиус вёл его под руку, не слишком ласково вводя в кабинет. Так как сидели они всё ещё в чётко установленных парах, сесть вместе не было возможности, но вот рядом вполне. Пришлось поменяться местами с будущей парочкой Малфоев, так что теперь Поттер находился аккурат позади своего белобрысого друга, чтобы в случае чего всё же послужить прикрытием. Никто из них не хотел принимать во внимание другую нарисовавшуюся проблему - Финниган и Лонгботтом теперь тоже были рядом. А это если не смертельно, то просто опасно. Два подрывателя зелий меньше, чем в метре друг от друга. Взрыв мог бы получится грандиозным! Кстати, говоря о будущей семье двух противоположностей магического мира. Тот из них, что аристократ древнего магического рода, выглядел вполне здоровым для человека, которому ещё вчера расцарапали лицо. Нельзя сказать, что Альбуса это не радовало. Всё же, как никак, совесть его заметно грызла за устроенные "американские горки" отцу семейства. Продолжить размышлять на эту тему ему не дал вошедший... хотя нет, влетевший в класс зельевар. Он, как и всегда, по своему обыкновению, заговорил сразу же, стоило ему перешагнуть порог своего кабинета. -Темой сегодняшнего урока будет являться достаточно популярное, но сложное и требующее внимательности в приготовлении зелье. - Снейп оглядел своим придирчивым взглядом класс, вероятно ища то, к чему можно было бы придраться. Если такое вообще можно предположить в отношении него, то самое время подумать, что тот был сегодня не в настроении. Только загвоздка в том, что он всегда был "не в настроении". -Поэтому никакой самодеятельности, мистер Лонгботтом, - сказав это, он непременно устремил свой взор на вышеупомянутого. Тот заметно сглотнул, - Слушайте, и делайте всё ровно так, как я и говорю, постоянно, мистер Финниган, постоянно, - следующей целью его поражения стал Симус, в основном по тому, что был одной из предполагаемых проблем большинства уроков зельеварения, - сверяйтесь с учебником. Угрюмой тенью он прошёл между рядами, сложив руки на груди и запахнув тем самым мантию. -Итак "Зелье красоты", - Северус в задумчивости остановился ровно перед Гарри, недовольно нависая над ним. Был ли его выбор случайным или виной тому личная предвзятость, не знал никто, кроме, пожалуй, его самого. Как бы там ни было, гриффиндорец вытянулся в струну при его приближении, а профессор, видимо не найдя того, за что нерадивого ученика можно было бы отругать, направился дальше, - Зелье, которое делает выпившего красивым и очень привлекательным. Действует даже на самых уродливых ведьм. Мяу Скорпиус побледнел. Знакомый звук, донёсшийся из его сумки, к счастью был слишком тихим, чтобы его мог услышать Снейп, но вот близ сидящие ученики... -Ты это слышал? - удивился Невилл, вдруг переводя своё внимание соседу. Обычно он редко, когда обращался к нему, разве что по теме урока. -Не-е-ет, - "удивлённо" протянул блондин, пнув свой портфель под партой. От этого ноша его недовольно завозилась, но притихла, видимо понимая, за что получила от своих похитителей. -Зелье сложное, готовится в два этапа, - тем временем продолжал Северус, подходя к первым столам. Малфой всерьёз начал задумываться о правдивости слухов о том, что угрюмый зельевар настоящий дементор. Он будто бы действительно чувствовал страх. Когда же он проходил прямо мимо него... Мяя... Скорпиус закашлялся, и это сработало. Мяуканья не было услышано. Проклятая кошка. -Но на этом уроке, мы будем варить только первый этап, потому что после него зелью нужно долго настаиваться, - возможно ему всего лишь показалось, но Снейп странно посмотрел на него. Так, будто бы всё знал. А может он и действительно чувствовал его страх. Миссис Норрис словно в подтверждение злорадно замяукала. Сумку вновь пришлось пнуть, а самому опять покашлять. -Из-за этого у вас останется приличное количество свободного времени, - по профессору было отчётливо видно, что "ребёнок будущего" его отвлекал, более того - раздражал. Тем не менее наказывать из-за состояния здоровья (хоть мы с вами и знаем, что это не так) он не мог, пусть и был самим Снейпом. - Поэтому, по окончанию первого этапа, вашей задачей станет повторить всё, что вы знаете о "Зелье красоты" и устно защитить эту работу. Послышались недовольные возгласы. Животина замяукала громче. Даже Альбус волнительно заёрзал на своём стуле. В этот раз пинок заставил её орать только надрывнее. Именно уже орать. Скорпиус от незнания, как можно её успокоить, закашлял сильнее. А далее между ними двумя словно установилось неофициальное состязание кто кого перекричит. Пушистая орала всё громче, Малфой кашлял всё больше. При чём со стороны это выглядело так, будто у него приступ. -Мистер Локвуд, с Вами всё в порядке? - недовольно поинтересовался зельевар. Хотя "поинтересовался" громко сказано. Выглядело всё это так, будто его урок пытались сорвать, но снижать за это балы он пока не мог - блондин действительно покраснел, да и видно было - студент отчаянно рвал горло. -Да, профессор, - снова кашель, - всё, - кашель, - хорошо, - кашель. От того как отвратительно, громко и неприятно он это делал, Снейпу даже подумалось, что от этого "гавканья" (назвать это кашлем - язык не поворачивался), он не слышит собственных мыслей. А дальше вообще номер - жилка на лбу Скорпиуса вздулась, сам парень схватился за горло, глаза вылупил - того и гляди выкатятся, а изо рта уже не слышалось ничего кроме хрипа. Тем не менее он продолжал хрипеть, будто в этом был смысл всего существования. Ещё вместе с этим криком стал проскальзывать чей-то скулёж или что-то вроде писка. До конца разобраться в чём дело не давали чуть ли не дошедший до обморочного состояния Малфой, гам учеников и сам факт того, что ещё чуть-чуть, и они таки повскакивают со своих мест, чтобы лучше видеть сиё представление. Гвоздем программы стал младший Поттер, который вдруг ни с того ни с сего запел гимн Хогвартса. Тогда Снейп действительно перестал слышать свои мысли, хотя бы потому что студенты прекратили себя сдерживать и говорили уже в полный голос, высказывая свои предположения и по поводу умственной отсталости певца, и по поводу здоровья блондина. Кстати об этом. Альбус не знал, чем думал, когда начал петь. Это единственное, что пришло ему в голову, когда он понял, что кошку слышно. Казалось эта бестия перешла на ультразвук. Сложив два и два, ему не оставалось ничего иного, как что-то сделать. Ну не кашлять же ему, в самом деле. А гимн - первое, что сорвалось с языка. Всё таки он обещал служить прикрытием. Честно сказать вокал оставлял желать лучшего. Мало того, что он не попал не в оду ноту, так ещё и путал слова, а от того, что пение это граничило с криком, голос местами срывался. В общем приз за первое место в этом шоу ему не светит, хотя Снейп с этим утверждением мог бы поспорить. -Мистер По.. Мальборо! - запнулся Северус. Его было плохо слышно. От собственного пения у парня уши закладывало, - Прекратите немедленно петь! Минус 50 очков со Слизерина! - скрипя сердце заявил он. Поттер посмотрел на него чуть не плача. Послушаться приказа профессора ему не дала одна очень немаловажная деталь... Сумка Скорпиуса решила сделать ноги. И сделала она их мимо Снейпа. Альбусу выпала доля её ловить. Занавес. -Замолчите все! Немедленно! - зарычал вдруг зельевар так, что все действительно замолчали. У мага лопнуло терпение. Даже кошка перестала орать, смирившись с тем, что её побег не осуществился, - 100 очков с Гриффиндора и 100 со Слизерина. Мистер Локвуд, вы идёте вместе со мной в больничное крыло, Вы, мистер Мальборо, идёте вместе с нами. Не забудьте бегающую сумку. Пока нас нет, остальные делают зелье, и чтобы к моему возвращению все были готовы защищать свою лабораторную. Надеюсь меня услышали? С этими словами он летучьей мышью вышел из кабинета. Нарушители спокойствия последовали за ним. -Профессор Снейп, - на голову бедному преподавателю свалился ещё и Филч, идущий ему прямо на встречу. - я Вас как раз и искал, - проскрежетал он. -Давайте позже, у меня сейчас совсем нет времени, - безразлично ответил он завхозу, не удостоив того даже взгляда. Срываться, пусть даже и на таком противном, старике совсем не хотелось, но тот будто издевался, продолжая семенить за ним. -Но позже нельзя, понимаете, это очень важно, - голос его трусливо подрагивал, - Миссис Норрис... Она пропала! -Мне очень жаль Вашу кошку, но при чём тут я? - устало спросил Северус всё же останавливаясь. Вдохнув в лёгкие побольше воздуха, он повернулся к собеседнику, чтобы увидеть, как тот неуверенно мнётся перед ним и топчется на месте. -Профессор МакГоналл настоятельно рекомендовала обратиться к Вам! -Но я... Мяу Альбус похолодел, крепче сжимая в трясущихся руках сумку Скорпиуса. Сейчас он был как никогда в шаге от провала. Не просто в шаге. В нескольких дюймах, которые блохастое дьявольское создание не просто сократила - уничтожила. Её недовольная морда в подтверждении этого тут же высунулась из портфеля. Малфой же сбоку от него стал старательно делать вид, что его здесь нет. И завхоз и профессор сиюминутно обратили своё внимание на виновницу устроенного переполоха. -И видимо не зря... - вместе всего того, что хотел сказать, закончил зельевар. -Миссис Норрис! - заулыбался Филч. Честно сказать Альбус впервые видел, как тот улыбался. Кажется он готов был зацеловать животину. Нужно было срочно выходить из положения. Всё же надежда умирает последней! -Так вот ты где, а мы тебя везде искали! - удивлённо воскликнул слизеринец тогда, совершенно игнорируя яростный взгляд Снейпа, Филча и Скорпиуса, готового провалиться сквозь землю. -Как же мне надоели эти Поттеры! - тихо буркнул себе под нос профессор.

***

-Я серьёзно, большим идиотом я себя ещё никогда не чувствовал! - смеясь, рассказывал Альбус, прижимая к себе вездесущую (так считала только Малия) Дженни Гарнер. Компания резво подхватила его веселье, наполняя и без того шумное помещение, хохотом. Такая реакция была лучшим комплиментом к рассказанной истории, а главное, самому рассказчику, поэтому тот на радостях сейчас выглядел, как кот, наевшийся сметаны. -Честно говоря, я никак не ожидал, что ты начнёшь петь, - еле сдерживаясь, чтобы снова не заржать, вклинился Гарри, видимо вспоминая этот номер. Рон рядом с ним охотно закивал в подтверждение, - Пожалуй это было лучшее исполнение гимна школы, что свет когда-либо видывал. Те, кто были представлению свидетелями, прыснули. Громче всех сам вокалист. -Мерлин, - сокрушённо выругался Эдриан, - жаль, что меня там не было! -О, ты то точно оценил бы его талант по достоинству, - Скорпиус, скосив глаза на лучшего друга, что сейчас чувствовал себя просто королём вечеринки, развалившись на диванчике, мысленно взмолился, чтобы тот, разгорячившись, не вспомнил о его скромной персоне. -Скорп, - сделав максимально искреннее и серьёзное лицо, произнёс вышеупомянутый, положа руку на сердце. - Те часы, что ты не мог говорить, были лучшими в моей жизни. -Да-а, в основном потому, что будь он в состоянии высказаться, у тебя бы уши в трубочку свернулись от того, сколько ласкательных фактов ты услышал бы о себе, - младший Малфой захохотал. Малия на данную реплику впервые за вечер слабо улыбнулась, оторвав взгляд от руки Альбуса, лежащей у, такой нелюбимой, слизеринки чуть выше талии, и уставилась в окно, на стекле которого в незамысловатый узор сложился морозец. Гермиона одарила её одним из тех обеспокоенных взглядов, каким она обычно смотрела на дочь, когда та была в печальном расположении духа. Участливым, нежным. Только с учётом того, что теперь этот взгляд был подарен, вроде как, подруге, у которой явно были какие-то проблемы на личном фронте. Будь мама лет на двадцать постарше, будь она такой мудрой (хотя эту Гермиону таковой назвать тоже можно было), рассудительной и, пожалуй, просто взрослой, Малия обязательно спросила бы у неё совета. Но увы, девушка, смотрящая на неё, не была её мамой, и у этой девушки нет того багажа опыта за плечами, чтобы помочь ей. Пусть даже сомневаться не приходилось, в свои почти восемнадцать гриффиндорка могла предложить что-нибудь дельное, но... это было совсем не то, что хотелось бы. -Я никогда не видел Снейпа таким злым, - то ли в ужасе, то ли в удивлении протянул Рон, отхлёбывая из своей кружки, пива, пенка которого осталась на его верхней губе. - Даже Гарри никогда не выводил его сильнее, чем ты сегодня, Альбус! За тебя! - заулыбавшись ещё счастливее, чем тогда, когда в итоге зельевар так и не успел никого спросить, явившись со звоном колокола, парень отсалютовал слизеринцу, за которого собрался пить (ему самому ещё было не по себе от этой мысли) и снова хотел было приложиться к напитку, но ему не дали одобрительные возгласы - компания воодушевлённо поддержала сей тост, потянувшись к центру стола, чтобы чокнуться. Даже Эдриан, несмотря на то, что всего пять минут назад кисло смотрел на свою содовую с вишнёвым сиропом. (Сливочного пива сестра наливать ему отказалась). Послышался звон бокалов, недовольные причитания Скорпиуса о том, что про него опять забыли, а ведь он тоже участвовал в издевательствах над нервами Снейпа и смех, открытый и искренний, как бывает только в хорошей концовке семейного фильма. И каждый из них, сидящий в окружении своих друзей, за этим столом, в этот снежный, оттого волшебный, морозный январский вечер, чего не было уже давно, чувствовал это. Чувствовал себя героем какого-нибудь незамысловатого фильма и верил, что этот фильм обязательно о чём-нибудь важном, хорошем, чистом и светлом. Вот только это не конец их истории. А самое, что ни на есть начало. А потом... Потом это волшебство, как по щелчку покатилось в тартарары. -А давайте, - с трудом перекрикивая гул сверстников, воскликнула Гарнер, опираясь о плечо Альбуса, чтобы не упасть. Стояла на своих двоих она не твёрдо, пошатываясь, хоть и была удерживаема парнем. Кто-то сегодня явно перебрал со сливочным пивом, - Давайте выпьем... за любовь! Компания из гриффиндорцев и слизеринцев согласно заревела. Младший Поттер, видимо тоже воодушевлённый этой мыслью, лишь сильнее прижал к себе девушку и без того висящую на нём, спрятав за волосами нетрезвой особы довольную ухмылку. Она, прильнув к нему в ответ, томно посмотрела на него из-под ресниц. -За любовь, - подтвердил он уже ей одной, вызвав у той кокетливую улыбку. В следующую секунду произошло нечто знаменательное, послужившее толчком всей ситуации куда-то туда, в пропасть. В эту же секунду мир Малии Малфой с треском рассыпался на тысячи осколков, канув туда же. Альбус, притянув Дженни к себе за затылок, поцеловал её, плавно пройдясь по губам слизеринки. Раз Она отвечает, переместив руки ему на шею, чтобы уже в следующее мгновенье спуститься к плечам, нежно погладив их. Два Толпа поддерживающе свистит. Уже не только их компания неотрывно следит за развернувшемся представлением. Многие в "Трёх мётлах" отрываются от разговоров, чтобы с улыбкой посмотреть на парочку подростков. Кто-то вспоминает свою юность, кто-то, будучи в том же возрасте, поддаётся атмосфере и тянется к своей второй половинке. Парни хлопают, девушки растаявши ахают. И улыбаются. Все, чёрт возьми, улыбаются. Три Полный жалости взгляд Гермионы, отмахивающейся от Рона, вдруг полезшего к ней с нежностями. Ей не до него. Всё внимание она обращает ей, Малии. Четыре Альбус аккуратно заправляет прядь волос Гарнер за ухо. Его предатели губы целуют у всех на глазах другую. Его предатели руки скользят по чужой спине, и его предатель язык исследует чужой рот. Пять С громким причмокиванием, они отрываются друг от друга. Дженни вся розовая от переизбытка эмоций, её глаза горят, а припухшие от терзания губы требуют ещё. Его же глаза не выражают ничего. Они будто стеклянные. И она поняла. Он не почувствовал ни грамма того, что следует чувствовать в такие моменты, спрятав за натянутой улыбкой разочарование. Но ей всё равно. Он, чёрт возьми, поцеловал у неё перед самым носом Дженни Гарнер. Сделал то, что разрушило всё. Малия стоит там, как дура. Всего в метре от них. И не может пошевелиться, уставив взгляд перед собой, а в сознании, как на перемотке крутится и крутится соплохвостов Поттер вместе с его подружкой. Мир от чего-то плывёт перед глазами, а душу разжигает такая ярость, что кажется взвой, всё равно не выйдет полностью. Комок, встрявший уже давно где-то в горле, так и просится выйти наружу. И хочется кричать. Сделать всё что угодно, лишь бы забыть, стереть этот момент из памяти, лишь бы Гарнер никогда не появлялась в их жизнях, не стояла рядом с ним, не целовала его больше никогда, не дышала с ним даже одним воздухом. Стало противно. Он испачкался. Испачкался в предательстве, хоть и не мог предать её в принципе, хотя бы потому что был ей никем. Разве что другом? Парнем, выросшим рядом? Точно не возлюбленным и от осознания этого, захотелось схватиться за волосы. Она собственными руками толкнула его в объятья слизеринки. Она сама лично назвала то, что было между ними свободными отношениями. И это не он, не Альбус, разрушил её мир, а она сама собственный. И лишь она сама виновата в том, что сейчас так давило - невыносимо и тяжело, придавливая к самой земле. Значит она тоже предательница. Вдруг что-то горячее обожгло её щёки. Она дотрагивается до них и понимает, что плачет. Хотя нет, не плачет, скорее это было ближе к беззвучным рыданиям. Наверное поэтому всё вокруг поплыло. Она буквально чувствует, как на неё неотвратимо накатывает истерика, надвигаясь на сознание снежной лавиной. Он поворачивается, и они, наконец, встречаются взглядами. И она видит это в его глазах - он понимает, что натворил. К нему всё-таки приходит это осознание. Она видит сожаление, которое они разделили на пополам, видит вину, злость, боль, даже отвращение. Она знает - в этот момент он противен сам себе. И он даже брезгливо вытирает собственные губы рукавом, а она усмехается сквозь слёзы. Может ли она винить его в чём то? Вряд ли. Ведь сама была законченной эгоисткой. Малия впервые ощущала нечто подобное. Нечто настолько женское, что было бы смешно, если б не было так грустно. Более того. Она впервые плакала из-за парня, пусть им и был сам Поттер, сын мальчика-который-победил. Дело было даже не в этом. Не в его известности. А в том, что она, кажется, влюбилась. Она бы определённо посмеялась, будь в лучшем расположении духа. Кто бы мог подумать? Влюбилась, как наивная дурочка. Да в кого? В лучшего дуга своего брата. Неуклюжего, саркастичного идиота. В клоуна. Не в силах больше выдержать давление этих мыслей, взглядов, внимания к собственной персоне, она так глупо и по-детски убегает. Сбегать от своих проблем ведь по-слизерински?Тогда почему бы и нет? Ей тошно от того, что в какую-то секунду ситуация круто изменилась. Теперь волшебники не хлопали, а шептались, а всё их внимание было обращено сей сцене местной мелодрамы в целом. Прямо, как в кинотеатре, только вот смотреть пришли на неё. Им всем так интересно наблюдать за тем, как она бросается к выходу, а Альбус следом за ней в попытке догнать, пока не поздно, как бросает Гарнер одну, не понимающую почему вдруг возлюбленный её покинул. А на улице хорошо. Там нет всего этого. Есть только снег, неожиданно пошедший в январе, студенты, снующие туда сюда, решившие отдохнуть в вечернем Хогсмиде и никакого лишнего внимания. А ещё морозец, освежающий, отрезвляющий с первым вдохом. Он хлещет по щекам и сушит слёзы. Он забирает с собой истерику. Забирает с собой грусть, боль и всё по списку. Оставляет только злость, её к сожалению, ни чем не заморозить. А там, в пабе, средь устроенного переполоха, едва отошедший от шока Скорпиус, дёргается в сторону двери, порываясь тоже было догнать свою сестру, но чья-то маленькая ручка твёрдо хватает его за рукав. -Не надо, - поясняет Гермиона в ответ на вопросительный взгляд, - Они сами разберутся. Альбус нагоняет беглянку сразу же. Та идёт твёрдым шагом в направлении к школе. От неё так и веет жаром. Жаром ярости, недовольства, предательства. Всё было ясно, как день. Подойди он ближе, хоть на йоту - и он не жилец. Но, чёрт возьми, иметь чувства к этой девушке, значит постоянно рисковать. И он не настолько трус, чтобы вот так вот сдаться! -Малия! - зовёт он, пытаясь схватить за рукав, но та резво уворачивается. -Не трогай меня! - рявкает, даже не поворачиваясь. Внутри всё кипит, бурлит вулканом, готовым извергнуться прямо вот-вот. И ей, мать его, надоело держать этот вулкан в себе. -Да постой же ты! - Поттер таки хватается за, увивающуюся за ней плащом, мантию, но она грубо скидывает его руки. Только шипит сквозь зубы злостное "пусти". Она совершенно точно замёрзла, а ещё сильно взъелась на него, став отчётливо похожа на Снежную Королеву. Но она была прекрасна в этой холодной красоте. Она была идеальной даже сейчас - лохматая, со спутавшимися в волосах снежинками, раскрасневшаяся, с огнём, пылающим в льдистых глазах и со слезами, до сих пор стоявшими в них. Тем не менее она не смела проронить их больше. -Дай мне всё объяснить! - он практически насильно разворачивает её за руку к себе лицом, но она снова отпихивает его, крикнув громче: -Пусти! -Выслушай! - Альбус злиться на неё сейчас не меньше, схватив ту за плечи, встряхивая. Она всегда умела выводить его из себя. С ней никогда не было просто. Но разве не это именно то, что привлекало в ней больше всего? Так оно и было. Она была человеком - "американские горки". Адреналин да и только. И он манил его, как свет лампочки манит глупого мотылька. -Не собираюсь! - она орала так, что голос её срывался, а витрины магазинов, казалось, позвякивали. Орала, выплёскивая всю злость, накопившуюся в душе, - Ты победил! Доволен?! Так что проваливай! -Нет! - он почему-то не уступает ей в громкости, выбрав весьма странный способ извиниться. - Я не дам тебе уничтожить всё из-за одного проступка! -Проступок?! Так ты это называешь?! - Малия перестаёт себя сдерживать и толкает его с силой в грудь так, что тот пошатывается. А потом ещё раз, - Ты лизался с ней прямо у меня на глазах! - и ещё раз. -Я пытался вызвать твою ревность! -Поздравляю! У тебя получилось! Так что тебе это дало, умник?! - в этот раз она просто ударила его наотмашь в плечо, - Убирайся и не подходи ко мне больше, понял?! -Я никуда не уйду! - Альбус со стороны кажется себе самоубийцей, но он делает это. Впивается в её холодные губы своими, в попытке заткнуть. И ей нравится снова чувствовать это - его поцелуи. Нравится, не смотря на то, что не так давно он делал тоже самое с Гарнер. Потому что его губы на её - идеальное сочетание. Потому что он только её и ничей больше. Не то, чтобы Малия сделала исключение в этот раз. Просто она всегда была строптивой девчонкой, так что для неё было делом принципа - влепить Поттеру звонку пощёчину. Такую, что лицо его поворачивается от удара, а ладонь горит так, будто огонь поцеловал. А он терпит. Сжимает челюсти, обхватывает её лицо и не оставляя ей другого выбора, снова целует, ровно так же яростно, какой и была пощёчина. Настойчиво. Грубо. Назло. Сминая её губы под своими, терзая. В отместку. Она долго не отвечает и лишь продолжает бить ладонью наотмашь, с кулака. Не так, как обычно бывает - чтобы не нанести вреда, так, для виду. Нет. Она била в полную силу. Потому что хотела, чтобы он почувствовал. Но ему будто было всё равно. -Ненавижу! - в сердцах восклицает она, отпихивая Альбуса от себя. По лицу его ходят желваки, в глазах громыхают молнии, а кулаки сжимаются в злостном бессилии. - Ненавижу! Бабник! Урод! Мерзавец! Блондинка снова замахивается, но оппонент грубо останавливает её руку в полёте, дёргая на себя. Заставляя её подойти ближе к нему, встав практически нос к носу. -Почему ты это делаешь?! - кричит, чуть ли не срывая горло. Злость застилает глаза, и он выкрикивает первое, что приходит в голову. -Потому что я люблю тебя!! Пять слов, с силой бьющих по голове и отправляющих в накаут обоих. Альбус хоть убейте, не собирался говорить ничего подобного в ближайшие несколько месяцев, как минимум. Это вырывается самопроизвольно и спонтанно, словно язык его решил жить своей жизнью. Он стоит, как громом поражённый, а в голове калейдоскопом воспоминания, чувства, эмоции, вызванные когда-либо этой девушкой. И следующая мысль - вывод - шарахает, едва ли не сильней самих слов. Это правда. Чёрт возьми, это уже не просто влюблённость, а нечто куда более глубокое. Тогда Поттер понял, что вляпался по крупному. А Малия, тоже вдруг замолчав, внимательно стала рассматривать его лицо, чтобы понять, правда ли то, что он ляпнул, или нет. Хотелось верить, что эти пять слов были сказаны искренне. Или нет? А что она чувствовала к нему? Определённо что-то взаимное, нарастающее в душе снежным комом. Что-то куда более властное над ней, чем она сама. Нечто могущественное. Захотелось сделать две вещи. Поцеловать его и посильнее ударить. Ещё раз. Поняв, что реакции от девушки не последует, Альбус решил действовать немедленно, пока та ещё не отошла от шока. Он не стал клясться в своих чувствах, пытаться снова растерзать её губы, потому что его мадам слишком принципиальная. Он сделал то, что сказало за него лучше, чем он мог бы сам. Обнял её. Аккуратно и неуверенно, а не встретив сопротивления, крепко и бережно прижимая к себе, ласково гладя по белёсому затылку, едва касаясь губами её виска. -Прости, - прошептал он куда-то в волосы, зная, что она его услышит. Услышала, иначе не напряглась бы всем телом. По крайней мере пока не оттолкнула. Значит можно сделать ещё крохотный шажочек в направлении к её сердцу. - Правда. Не знаю, чем я думал, когда решился на... Это. Явно не о том, что оно может тебя так задеть. Малфой недовольно засопела ему в шею, но продолжала молчать. Значит решила всё-таки выслушать. -Просто ты разозлила меня. Сначала этими своими "свободными отношениями", потом заигрыванием с Ноттом. Я ведь ревновал. А когда ты меня выгнала? Я так ничего и не понял. За что? Почему? - его рука остановилась. Он хотел посмотреть ей в лицо, понять, имеют ли его слова хоть какое-то действие, но не посмел, побоявшись увидеть злость. Или хуже того - безразличие. -Я всего лишь хотел, чтобы ты поняла, что так нельзя. Чтобы поняла, что я не пустое место, не верный пёс, который постоянно под боком. Которого можно приманить, погладить и тут же прогнать прочь. - поняв, что вновь сам начинает заводиться, обессиленно выдыхает. Малия, до этого не шевельнувшая и пальцем, холодной статуей находясь в его руках, вдруг сильнее зарылась носом в то место, где плечо переходит в шею. Возможно, только возможно, ей стало стыдно. Однако холодное отчуждение и чёрствое разрешение на то, чтобы её обнимали, постепенно сошло на нет. Кажется она сама сжала между пальцами его свитер на груди. Будто бы в желании ответить на ласку. Но она не была бы той, кого он любит, если бы не запретила себе. -Я зря делал всё это, мне не стоило. Извини, - неуверенно, словно неохотно, она таки обняла его за шею. Нужно же было ещё чуть-чуть побыть колючей. Она же всё-таки обижалась. То, что вместе с его словами ушла и обида - Альбусу пока было знать необязательно. -Не делай так больше никогда, - попросила она вдруг совсем без злости, намекая на сцену, которую приходилось лицезреть в пабе, - Пожалуйста. -Никогда... - без колебаний согласился он, прижимаясь губами к её виску, и задерживая их на нём дольше обычного. А на следующее утро, за завтраком в Большом зале, слушая бестолковую болтовню слизеринцев о чём-то, когда Поттер неуверенно коснулся под столом её руки, Малия вздрогнула, одёрнув её от неожиданности, чтобы уже в следующее мгновенье вытащить его широкую ладонь на поверхность стола и без колебаний переплести с ним пальцы, слабо улыбнувшись в ответ на его удивлённый взгляд. Мораль сей басни такова: иногда лучше послушать сердце, а не разум, чтобы потом не стало хуже. Уж Малия то это точно знает.