ГЛАВА 12
21 января 2018 г., 22:45
* * * Алекс
Склад разительно отличался от того, что я видел на фотографии. Там он не был таким разваливающимся. Видимо, фотографию делали достаточно давно, и с того времени многое изменилось. Правда, как ни странно, стекла на втором этаже и в парочке окон на первом были абсолютно целы, только покрыты толстым слоем пыли и грязи. В общем, самое обычное давно заброшенное место. Но это только для смертных. Я же взглянул на него как Страж и увидел то, что подтвердило, что здесь вполне себе могут находиться создания Тьмы и предатели. Я провел рукой, чтобы продемонстрировать след от наложенного здесь заклинания, и указал на это парням. — Что это? — спросил Киба, вглядываясь в почти растаявший след магии. — Nullus juxra propriam voluntatem incedat*, — произнес я. — Немного исправленное заклятие, нацеленное на то, чтобы ни один смертный сюда не вошел, особенно по своей воле. Вот вам и разгадка части дурных слухов. — Ну, а мы? Мы же войти сможем? — Конечно, ведь мы Стражи, а не смертные, — усмехнулся я. — Как-то здесь тихо и пусто, вы не находите? — оглядываясь и прислушиваясь спросил Эйс. — Я никого не чувствую. Совершенно. Как такое может быть? Я думал, что здесь поставят серьезную охрану, особенно после того выброса. — Здесь почти никого не было все это время, — произнес я, всматриваясь в магический след. — Им это и не нужно было. — Почему? — Здесь стоял мощный магический барьер, который не пропускал магию. Мы бы никогда не нашли это место, как бы сильно не старались. — Выходит…? — начал Макс, но не решился произнести вопрос полностью. Это и не нужно было — я понял его и так. — Да. Наверняка, у Нео много раз случались подобные выбросы, но им не хватало сил пробиться сквозь барьер. Что-то произошло, что стало причиной столь мощной магической волны, — покачал головой я. — Что бы это ни было, но нам надо спешить. За последний месяц мы как никогда близко оказались рядом с тем, чтобы найти ее. Нельзя больше медлить…* * * Макс
Мы обыскали первый этаж склада, что оказалось довольно легкой задачей, ведь весь первый этаж представлял собой огромное помещение, когда-то хранившее в себе продукцию фирмы, и несколько помещений поменьше. Но все они оказались пусты. Мы ожидали этого. Алекс сразу сказал, что, скорее всего, Нео будут держать на втором этаже, где среди разнообразных кабинетов проще затеряться. (Скорее бы увидеть Нео) Мы пробирались осторожно, чтобы не привлечь к себе чужого внимания. Конечно, мы никого не чувствовали, но могло статься так, что здесь кто-то есть, но мы просто это не способны почувствовать. Как тогда, когда сабнаки похитили Нео и передали ее в руки незнакомцу, а мы этого не смогли заметить вовремя. Понимая, что на втором этаже нас могут ждать с «радушным» приемом, мы поднимались наверх еще осторожнее. В очередной раз никого не увидев и не почувствовав, я услышал, как Киба тихо произнес, глядя на нас: «И стоило столько брать с собой?». Сам он ничего с собой не взял. Ну, да, оборотням дополнительного оружия и не надо. Выпустил когти — и все повержены. К тому же, Киба очень сильный, как и подобает оборотням. Одним хватом, небось, может любого повалить. Про нас же такого не скажешь. Мы методично осматривали кабинет за кабинетом, но так ничего и не находили. Внутри все было пыльным, грязным и лежало много бумаги, которая была уже наполовину разложившейся от сырости и времени. Мебели ни в одном из кабинетов не было, видимо, экономные хозяева склада вовремя свезли все свое добро, чтобы никакой бродяга или кто-нибудь еще его не испортили. Оставался последний кабинет. На наполовину выцветшей табличке можно было с трудом прочесть «заместитель директора», дальше шло неразборчивое название фирмы и пара букв из имени «Ол… Дж. Гр…». Остальное было слизано временем. Дверь выглядела довольно крепкой, но… оказалась к нашему удивлению открытой. Тихо скрипнули старые петли, и дверь с неприятным звуком приоткрылась. Алекс дал знать, чтобы мы вели себя тихо, кивнул Эйсу стоять снаружи и прикрывать нас, как мы и договаривались, и, материализовав свой клинок, мечом открыл дверь, готовый ко всему. — Нео! — выкрикнул я, нарушая тем самым весь план Алекса. Но я не мог удержаться от вскрика. Луч света из вентиляционного отверстия под потолком слабо пробивался в помещение, освещая силуэт внутри (окна в кабинете были наглухо забиты, поэтому это был единственный мало-мальски нормальный источник света). Не медля ни секунды и не обращая внимания на Алекса, я бросился через всю комнату к человеку, которого искал целый месяц, к Нео, даже не доставая оружия. Зачем оно мне? Если вдруг что-то случится, парни прикроют меня, а сейчас я нужен Нео. Сердце чуть не разорвалось, когда Нео, почувствовав, что кто-то дотронулся до нее, болезненно сжалась, ожидая новой порции пыток. Господи, что же они с ней сделали?! Нео была вся в крови, кожа была в ранах, царапинах, синяках и кровоподтеках. Когда-то прекрасные волосы, спустя месяц пыток (а в этом я уже ни на минуту не сомневался) стали грязными, кое-где в крови. Нео была в одежде (чудом та не превратилась в лохмотья), поэтому в слабом свете было трудно различить раны на теле, но белая когда-то майка пропиталась грязью и кровью. Руки, скованные стальными оковами, были растерты до крови, покрыты по всей длине кровью, струйками стекавшей из ран вокруг запястий. Похоже, Нео множество раз пыталась вырваться. — Прости, — прошептал я, осторожно касаясь ее лица, которое также было в царапинах. Я понимал, что ничего не мог сделать, чтобы прийти раньше. Я, как и другие, старался изо всех сил найти ее, но похитители сделали так, чтобы у нас это не вышло. Но все равно я чувствовал вину, глядя на то, что с ней сделали за этот месяц. Ее лицо и открытые участки кожи буквально горели. Наверняка, проведя в этом ужасном месте месяц, подхватила какую-нибудь болезнь — воспаление легких, пневмония… Да что угодно в таких-то условиях! И как же ужасно контрастировали с этим ее руки, которые были буквально ледяными. И не потому, что она управляет льдом, а потому, что ее руки были все это время скованны и неподвижны. Я даже не сомневаюсь, что ее ладони и пальцы потеряли всякую чувствительность. Я чувствовал, какими жесткими и напряженными были руки и плечи из-за столь долгой неподвижности. — Эй, — тихо позвал ее я. — Ну же, Нео, открой глаза. Пожалуйста, открой глаза. Медленно, но слипшиеся от крови (Господи! Я убью тех, кто это сделал!) ресницы и веки дрогнули, показав на мгновение расширившуюся от боли голубую радужку. Нео моргнула, застывшие было слезы потекли по мокрым щекам, и я поспешил их осторожно, чтобы не навредить, утереть. Нео открыла глаза, расфокусированным взглядом рассматривая происходящее рядом. Я был уверен, что нас она даже не видит, пребывая в каком-то своем мире, в котором нет боли. — Киба! — позвал я, и он оказался рядом. — Открой кандалы. Да просто сломай их к черту! Быстрее! Киба не спорил, хотя план уже и был прилично расстроен мной. Но что я мог поделать? Нео была рядом со мной и, я не сомневался, испытывала боль, нестерпимую боль, а я не мог этого больше терпеть. Мне хотелось обнять ее и забрать эту боль себе, но я такого не мог. Звякнули цепи — и кандалы слетели с рук Нео, не выдержав под сильной рукой оборотня. Потеряв опору, Нео повалилась на меня, и я тут же принял ее в свои объятья. — Все хорошо, — шептал я, держа, наконец, Нео в своих объятиях. — Теперь все будет хорошо…* * * Алекс
Черт бы побрал этого Макса! Весь план коту под хвост! А если бы здесь был кто-то, помимо Нео?! Что бы он тогда делал?! Нам просто повезло, если можно назвать везением то, что мы нашли Нео в цепях и всю в крови и ранах. Лучше бы она спала под заклинанием, но была цела. Бог знает, что могли сделать с ней за этот месяц! Что-то насторожило меня. Нет, не то, что Нео почти не смотрит ни на кого из нас, словно нас здесь нет. Это вполне объяснимо, если хотя бы отдаленно представить ее пытки. Что-то другое. Что-то… (Surge et age! *) Я заметил блеск стали в тот момент, когда Макс помог Нео встать и держаться на ногах, продолжая болтать какую-то сентиментальную чушь. Он не видел опасности. Краем зрения я заметил, как Эйс вошел в помещение и с ужасом (Что же он увидел?) посмотрел на Нео. Твою ж мать, будет меня кто-нибудь слушаться или нет?! У меня не было времени. Мне нужно было сделать невозможное. Время словно застыло передо мной. Я видел, как замахнулась Нео, видел дурацкую улыбку Макса, который еще не увидел смертельную опасность, растерянного Кибу и испуганного Эйса. Я коснулся плеча Макса и потянул его назад, уводя с линии удара, в тот момент, когда он, кажется, понял, что Нео хочет его убить. Не медля больше ни мгновения, я окутал нас всех заклинанием телепортации. Когда клинок Нео проскользнул в том месте, где должен был быть Макс, нас уже не было в том месте. И я не видел человека, который появился из тьмы…* * * Авторское
— Молодец, девочка, — произнес чей-то приятный голос, который так и таил опасность, но только не для той, что слушается его теперь беспрекословно. В складском помещении появился человек, которого Принцы до этого ни разу не видели. Нет, конечно, был один раз, когда он лично пришел забрать Нео из рук сабнака, но тогда им не довелось рассмотреть его лицо. Сейчас, когда рядом кроме Нео никого не было, мы можем рассмотреть его. Его черные волосы струились по плечам. Он был одет в черный пиджак, брюки и рубашку. В этом человеке мы можем узнать самого Повелителя Тьмы, заполучившего долгожданный трофей в виде послушной Нео. — Не беспокойся, что не смогла достать его. Сегодня у меня не было в планах его убийство, но, если бы тебе все-таки это удалось, я не был бы против такого подарка. А теперь необходимо привести тебя в порядок. Кого было необходимо, мы уже сумели напугать твоим видом. Повелитель властно щелкнул пальцами — и все те раны и увечья, которые были нанесены Нео, тут же исчезли, словно и не было того ужасного месяца, после которого она буквально потеряла душу. Нет, конечно, ее душа все еще была с ней, но… в коме, если можно так сказать. Слишком много страдания ей пришлось вынести, вот душа и не выдержала. — Идем, дорогая, пора делать дело, — произнес Повелитель, отходя от Нео. — Раз я не могу пока забрать свою силу обратно, значит, ты будешь помогать мне. Не говоря ни слова, Нео развернулась и пошла вслед за Повелителем, ведь это была не та Нео, которая истово боролась за свою свободу и близких. Теперь это просто оболочка, сосуд, которым искусно управлял Повелитель…* * * Алекс
— Что происходит, Алекс? — возмущался Макс. Минуту назад мы все вывалились из на ходу сделанного телепорта. И этот парень еще жалуется? Я вот молчу, что он упал на меня, а ведь он, оказывается, тяжелый. На диету посажу, когда все это закончится! — Почему ты не позволил мне?.. — Не позволил тебе что?! — тоже взвился я, наконец, выбравшись из-под тушки Макса. — Не позволил умереть?! Ох, прости, в следующий раз буду стоять в стороне и просто наблюдать! Но знаешь что?! Я просто не смогу этого сделать, потому что ты мой парабатай! — Но, Алекс, — теперь уже слабо отпирался Макс, похоже, все-таки осознавший до конца все то, что произошло в том складе, — я был уверен, что мне ничего не угрожает. Даже если бы Нео хотела меня убить, ее руки были неподвижны. Она не смогла бы поднять оружие — я был в этом уверен. — Это не помешало ей наброситься на тебя, — уже спокойно произнес я. И, правда, чего истерить? Есть дела и поважнее. Например, разобраться, какого черта тут творится?! — Я не понимаю, — тихо произнес Макс, — что могло с ней случиться? Да и я тоже не понимал. Что могло произойти, чтобы столь милого человека, как Нео, превратили в бездушное орудие убийства? Наверняка, ее пытали для того, чтобы она добровольно перешла на сторону Тьмы, но она отказалась, и они… Господи, даже думать об этом не хочу! — Эй, парни! — окликнул нас Киба. — Я, конечно, извиняюсь, что прерываю ваш «важный» разговор, но у нас есть проблема. И Киба кивнул куда-то в сторону и вниз. Я посмотрел туда и, бросив взгляд Максу, чтобы он оставался на месте, бросился к Эйсу, который… был немного не в себе. Тот страх, который я видел на лице Эйса в том помещении, превратился в настоящий ужас и гримасу боли. Сейчас он был немного похож на Нео — он так же не обращал на нас внимания, вот только эмоций на лице было больше. И я отлично понимал, что нужно быстро действовать, пока Эйс не сошел с ума. — Эйс! — касаясь его рук, обхвативших голову, позвал я. — Что ты видел, Эйс? — Больно… — сдавленно, не открывая глаз, произнес с трудом Эйс. — Слишком больно… Понятно. Если сейчас не убрать или хотя бы не уменьшить боль, Эйсу лучше не станет. Он замкнется в себе и медленно сойдет с ума. Это была страшная судьба для любого эмпата. — Глупец, — мягко отругал его я. — Я ведь говорил тебе, что тебе нельзя внутрь. Для твоей же пользы нельзя. — Прости… — выдохнул Эйс. — Все хорошо. Я помогу тебе. Просто передай мне всю ту боль, что ты сейчас чувствуешь, и тебе станет легче. — Нет, — прошептал Эйс, найдя в себе силы открыть глаза, в которых читалась решимость и упрямство, но все это перекрывала всепоглощающая боль. — Не упрямься, Эйс, — строго произнес я, хватая его за руки. Он попытался вырваться, но не смог, поэтому Эйсу пришлось смириться. — Всего на минуту представь себе боль, которую ты сейчас ощущаешь, скомкай в один единственный «шарик» и позволь мне ее забрать…* * * Эйс
— Не упрямься, Эйс, — строго произнес Алекс, хватая меня за руки. Я попытался вырваться из его твердой хватки, но не смог, поэтому пришлось смириться. — Всего на минуту представь себе боль, которую ты сейчас ощущаешь, скомкай в один единственный «шарик» и позволь мне ее забрать… Мне ничего не оставалось, кроме как послушаться Алекса. Я собрал в один комок всю боль, что буквально разрывала меня на части, а потом увидел свет, который легко и непринужденно забрал мою боль, оставив только воспоминания. Я открыл глаза и посмотрел с благодарностью на Алекса, который немного поморщился, а на его лбу появилась угрюмая складка. Я заметил, как Макс странно смотрит на Алекса, и понял, что он это тоже чувствует, хоть и отголосками. Я же обезопасил от этих чувств Кибу, когда понял, что все плохо. Я сам виноват в той боли, которую испытывал, поэтому не хотел, чтобы мой парабатай страдал. — Ты в порядке? — не скрывая беспокойства, спросил я. — Все хорошо, ведь я не эмпат, — честно ответил Алекс. — А еще я демон. Мне с этим легче. — Расскажи, что ты видел? — спросил Макс, опускаясь на колени рядом с нами. Он не хмурился и был полностью расслаблен, а, значит, Алекс не врал. Он справился с моей болью. — Это… — я на мгновение замолчал, подбирая слова. — Это было ужасно. То, что они с ней сделали. Физические раны были ужасны, но то, что они сделали с ее душой, в сотню раз хуже… Я замолчал и закрыл глаза, вспоминая, что увидел, когда вошел в то помещение вопреки просьбе Алекса и посмотрел на Нео. В ту минуту я был близок к тому, чтобы пополнить список сошедших с ума эмпатов и оставить отца без адекватного наследника. Принц вампиров Эйс Сторм сошел с ума, когда посмотрел на искалеченную душу. Такое даже для меня было бы слишком. И я не приукрашивал, когда сейчас упомянул, что видел искалеченную душу. Это, к несчастью, правда. Физические раны можно исцелить. Даже если нет, тело способно со временем само исцелиться. Но как же вы прикажете лечить раненную душу? Есть способ? Время едва ли сможет это сделать. Порой становится только хуже. — И что они сделали? — спросил Макс, хоть и боялся услышать ответ. — Они сломали ее…* * * Нео
Месяц назад… Сознание возвращалось медленно, но все было не так плохо, как в тот раз в Лесу Дождя. Тогда меня хорошенько стукнули головой о дерево, еще и заклинание использовали. Сейчас же, скорее всего, меня вырубили при помощи какого-нибудь заклинания сна, что не так опасно. Разве что, они могли сделать сон вечным. А так это безобидное заклинание, которое помогает многим Стражам справляться с бессонницей. Я открыла глаза, но ничего, кроме тьмы не увидела. Чуть в стороне, правда, из вентиляционного отверстия под потолком слабо пробивался в помещение луч света. Но он был таким бледным, что, скорее всего, сейчас было либо раннее утро, либо уже конец вечера, что чуть менее вероятно — я не могла быть в отключке так долго, чтобы уже наступил вечер. Хотя, кто знает? Помещение было совершенно пустым, во всяком случае, при таком скудном освещении я не увидела ничего. Именно это и затрудняло опознавание помещения. Теперь пришло время проверить себя. Руки были скованны, но не Путами, а обычными наручниками за спиной, но в достаточно удобном положении. Похоже, их целью не было сломать мне руки… Пока. Никаких повреждений не было, опять же — пока не было. Ну, не считая полнейшего магического истощения, я была в порядке. С тихим скрипом открылась дверь, и в комнату кто-то вошел. Этот кто-то держался в тени, чтобы я не сумела рассмотреть его лицо… пока. Черт возьми, как же много собралось этих «пока»! Держащийся в темноте незнакомец подошел ко мне, встав за спиной, схватил мои скованные руки, вздернув меня вверх, и поставил тем самым на ноги. Вот теперь положение стало неудобным. Зазвенели цепи — и уже через пару минут я висела на этих цепях. Запястья тут же стали саднить. Все попытки вывернуться прошли впустую. Ноги едва доставали до пола, поэтому нагрузка на руки увеличилась. — Кто ты? — не удержалась от вопроса я. Мне хотелось уже увидеть того, кто похитил меня, или того, кто пришел «поработать» со мной. — А разве тебе это так важно? — спросил довольно приятный мужской голос. Не будь я уверена, что передо мной предатель, я бы сказала, что человек с таким голосом должен быть милым. — Ну, допустим, меня зовут Саргатанас. Для кого-то я Повелитель Тьмы, но для тебя я буду просто Саргатанасом, принцесса. В помещении загорелась неяркая магическая свеча, и я сумела рассмотреть того, кто стоял передо мной. (Девушка тоже не прошла мимо красивого молодого человека с черными волосами и завораживающими светлыми глазами) Да, именно так я бы и описала его внешность. Молодой красивый человек, который, казалось, за все эти столетия не состарился ни на миг, с черными волосами, струящимися по плечам, и когда-то светлыми глазами. (…глаза словно изнутри подсвечивались тьмой. И аура… Небирос прекрасно видел, как изменилась его аура. Теперь было слишком много темных участков) И, правда, глаза теперь стали темными, по-настоящему темными. Для Саргатанаса остановилось время в тот миг, когда он принял помощь Тьмы. Теперь он вечно молод, но… несчастен? Как странно, я могу читать его мысли и эмоции, как открытую книгу. Месть не стала для него спасением и счастьем, ведь этим Джилиан и Анику он не мог вернуть, а они — его счастье. — Что тебе нужно от меня? — поинтересовалась я, хотя меня больше увлекало чтение его эмоций. — У тебя есть кое-что мое, принцесса, — без прежней улыбки произнес Саргатанас. — Часть твоей силы? — спокойно спросила я. — Ох, тебе уже сказали, — с наигранным удивлением произнес Саргатанас. — Тем лучше. Тогда все пойдет быстрее. Мне нужна назад моя сила. Вот только знаешь, в чем проблема? — В чем? — послушно спросила я. — Проблема в том, что эта сила в тебе уже шестнадцать… прости, семнадцать лет. Она стала твоей частью, и мне ее не вернуть. Во всяком случае, поглотить я ее не могу. Эту способность получила ты, — буквально медовым голосом ответил Повелитель. — Но раз я не могу ее получить, я могу получить тебя. — Не дождешься, — со злостью прошептала я. — Уверена? — спросил Саргатанас, поигрывая взявшимся из воздуха клинком. Я смотрела ему в глаза, чтобы показать, что я не боюсь, что я не сдамся. — Наверное, надеешься, что Принцы придут и спасут тебя, свою очаровательную принцессу? — Они справятся с тобой. — Это вряд ли. Тебя никто не найдет. А если найдет — ты уже будешь моей, принцесса, — сладко произнес Саргатанас, касаясь кончиком ножа моей шеи. — Никогда, — прошептала я и скривилась от боли, так как в следующую секунду он провел ножом по моей шее, оставляя кровавый след, но не убрал клинок, готовый продолжить. — Запомни: каждое твое «нет» будет сопровождаться пыткой. Боль — твоя плата за отказ. Иногда я буду вкалывать тебе одно интересное «лекарство». Оно займется твоей душой. Будет очень аккуратно ее калечить, — с этими словами он достал шприц и поднес к моей шее. — Все закончится, стоит тебе только сказать «да». — Нет, — повторила я, и Саргатанас вколол «лекарство». И это стало началом непрекращающегося кошмара… Две недели назад… Каждый день был похож на предыдущий. Каждый раз, стоило только слабому свету из вентиляционного отверстия проникнуть внутрь, он приходил и принимался за пытки, когда я упорно отвечала «нет». Даже когда у меня не оставалось сил просто находиться в сознании, я успевала прошептать «нет», соскальзывая в спасительное забытье. Не менялось ничего, кроме пыток. Разнообразные ножи, рассекающие мою плоть, пару раз была даже плеть. Спина помнила боль от нее, хоть и была уже несколько дней как исцелена, но память была жива. Были и другие, более необычные пытки, но мое сознание их не запомнило, возможно, к счастью. Пару раз в неделю было «лекарство». В первый раз оно показало мне смерть моих родителей, в которой они винили меня. Мне хотелось плакать и кричать, только бы не слышать ничего и не видеть. Мне хотелось умереть, чтобы прекратить пытки, но я не могла. Пока он этого не захочет, я не умру. Это подтверждало то, что раз в два дня он исцелял меня, чтобы начать новую пытку. Каждый раз «лекарство» показывало что-то из моего прошлого. Смерть родителей, пытки Тавра, Коллины, которые страдали из-за меня, отец, которого пытают на моих глазах… Много всего. И каждый из них страдал, в чем-то винил меня, называл маленьким чудовищем, а я не могла ничего сказать в ответ, ничего не отрицала. Каждый раз, как я приходила в себя и шептала «нет», Саргатанас отходил в сторону и то ли с восхищением, то ли с презрением произносил (Avis rаrа*) Пару раз моя сила выходила из-под контроля, но через барьер она не могла пробраться. Я вообще удивляюсь, что у меня хоть что-то осталось. Мне казалось, что вся моя сила выжата досуха, но что-то оставалось. Правда, шансов, что парни найдут меня, становилось все меньше. Я, конечно, не сомневалась, что они ищут меня, как и отец и директор. Но вот найдут ли? Саргатанас сам ведь сказал, что найти меня невозможно. — Все еще надеешься на своих Принцев? — спросил у меня как-то Саргатанас. — Dum spiro, spero*, — прошептала в ответ я. — Beata stultica*, — с презрением произнес Саргатанас и вогнал нож куда-то мне в ключицу. Я продолжала надеяться, как и сказала ему. Я твердила себе, что нельзя сдаваться, нельзя сказать ему «да», нельзя доставить ему такое удовольствие. Dimicandum*. Бороться вопреки всему. Но также четко я понимала, что est modus in rebus*. И я стояла на пороге своего, понятия не имея, когда сломаюсь. Но я знала, что не предам… Двенадцать часов назад… Возвращаться в сознание больше не хотелось. Что было в реальности? Царство отчаяния, боли, тьмы и холода, который перестал быть моим другом. Я знала, что заболела, но это больше не волновало меня. Физические раны больше не волновали. Зачем о них думать? На следующее утро их уже не будет. Саргатанасу начало все это надоедать, и теперь пытки стали ужасные и изощрённые, поэтому он исцелял мое тело каждое утро, прежде чем начать все заново. Другое же дело было моя душа. Истерзанная на клочки, больше не желающая просыпаться. Он никогда ее не исцелял, да и не способен был — исцелять души. И чтобы удержать мою растерзанную душонку наплаву, уже не срабатывали посылы вроде «oportet vivere*» или «primum vivere*». Больше всего мне хотелось просто умереть. Уснуть и больше никогда не проснуться, но он не позволял. — Expedite*, — прошептал голос, который был единственным, что я слышала весь этот месяц. Лучше бы и его не было. Лучше бы я провела весь этот месяц в тишине, в полном забвении. Постепенно ушла и надежда. Саргатанас позаботился о том, чтобы меня никто не нашел. Барьер был очень сильным — ни одна моя вспышка не прошла сквозь него и не пройдет. Я открыла глаза, чтобы увидеть его в последний раз, потому что я хотела уже забыться навеки. Вновь пытки, а потом «лекарство». Вновь кошмар, который оказался очень жестоким. Мне дали надежду, а затем растоптали, окрасив все это в цвет крови, в цвет крови моих друзей и любимых. Я даже не думала, что все, что происходит со мной после укола, на самом деле не реально. Связь с реальностью я потеряла две недели назад. Тогда я почти перестала бороться. Только повторяла «нет», словно заезженная пластинка. Они пришли. Они пришли, чтобы спасти меня. Киба разорвал цепи, а Макс взял меня на руки, потому что ходить самостоятельно я уже не могла. Вместе мы успели пройти только до выхода. По пути Макс все время повторял, что все будет хорошо, и я верила. А потом он убил их. Жестоко и кроваво, а у меня не было сил, чтобы как-то помешать ему. Я ничего не смогла сделать. А потом был мир — разрушенный и мертвый. По моей вине. Это стало последней каплей. Моя душа больше не смогла этого выдержать и впала во что-то вроде комы, очень глубокой комы. Но прежде был мой отчаянный крик, дикий выброс энергии, который разрушил барьер и дошел до каждого магического существа, до каждого Стража, и слова Саргатанаса: — Gaudet patientia duris*. Но я уже ничего не слышала и не видела. Мой конец настал…* * * Киба
Сейчас… — Так. Спокойно. Без паники, — произносил Алекс, стараясь успокоить всех нас, но будучи сам далек от этого спокойствия. Эйс рассказал обо всем, что успел увидеть, стоя в том помещении, где находилась Нео, прежде чем Алекс всех нас оттуда телепортировал. Я задавался вопросом, как не смог почувствовать хотя бы отголосок той боли, которая чуть не свела с ума Эйса, моего парабатая? Но, скорее всего, этот хитрец заблокировал мою с ним связь, чтобы не навредить мне. Я слышал от мистера Рю, что мы способны на это. — Что будем делать? — удивительно спокойно спросил Эйс, хоть перед его глазами и мелькали не очень приятные картинки, которые передавались мне. Блок он снял, когда я выказал свое недовольство. — Хватит об этом думать! — вспылил я, и картинки исчезли. Блок Эйс не установил снова, так как я по-прежнему чувствовал его эмоции. Он перестал об этому думать и… извинялся передо мной? — Это тоже брось. — Если это еще актуально, то я предлагаю срочно же отправиться к директору и поговорить с ним и мистером Парри, — сказал Алекс, строго глядя на нас, словно на нашкодивших котят. Правда, я был бы щенком… Блин, да какая к черту разница?! — Значит, идем, — заключил Макс и направился к выходу. — Хоть раз обойдитесь без своих шуток и кривляний, — попросил Алекс, останавливая нас у входа. — Хотя бы сейчас… — А чего сразу я? — возмутился Эйс и посмотрел на меня. Что?! Я чуть от возмущения и удивления не поперхнулся. Это он что, на меня намекает?! — Я вам в штатные клоуны не нанимался. — О, Господи! — вздохнул Алекс и вышел из комнаты. Даже самые крепкие нервы в эти дни сдают. Неужели, все происходящее сумело довести даже Алекса? Самого спокойного и адекватного среди нас. Да, наши ряды покидают лучшие. Но, думаю, Эйсу не стоило говорить последние свои слова. Не сейчас, когда… — И не надо так обо мне думать, — то ли попросил, то ли предостерег Эйс. И вот что мне с ними делать? Иногда мне кажется, что единственным адекватным остаюсь я…* * * Авторское
В кабинете директора было сумрачно, все же за окном была уже ночь, и горело всего несколько свечей. Но в столь поздний час мистер Саммерс был до сих пор на месте, а рядом в кресле сидел Джон Парри. Они не могли уснуть, особенно сейчас, когда Принцы сообщили, что подобрались очень близко к Нео и ее похитителям. Им не оставалось ничего, кроме как ждать, пока парни вернуться. И они вернулись, правда, немного помятые и грустные. Значит… — Вы не нашли ее, — даже не спросил, а уверенно произнес Джон. — Не совсем так, — осторожно начал Алекс. — Объясни, — попросил директор. — Только in brevi*, пожалуйста. — Brevis esse laboro, obscurus fio*, но я постараюсь не растягивать рассказ, — ответил Алекс и, сделав глубокий вдох, начал рассказывать: — Вы же почувствовали ту невероятную магическую волну? — Мистер Саммерс и мистер Парри кивнули, вспоминая ту необычайно сильную магическую волну. — Это была Нео. Сначала мы боялись ошибиться, но решили рискнуть. Хоть какой-то след за последний месяц. Эйс смог найти место, где зародился этот выброс. Я разузнал все о нем, и мы отправились туда, когда я составил план. Внутри было пусто, но мы все равно были осторожны, чтобы не повторить свою предыдущую ошибку. Мы нашли Нео, но… — Но? — подтолкнул мистер Парри, боясь и желая услышать продолжение. — Она едва не убила Макса, хотя была ужасно раненной и слабой, — закончил Алекс. — Но почему она это сделала? — не в силах поверить, спросил Джон. Он не мог представить себе, что его милая и добрая дочь Нео (пусть и приемная, но ставшая такой родной) пыталась убить того, кого любила (об этом Нео сама сказала ему). — Ее душу, — вступил в разговор Эйс, — растерзали. Они сломали ее. Ее душа в ужасном состоянии от тех пыток, что Нео пришлось выдержать, и больше не способна контролировать тело. Чудо, что душа все еще с ней, но теперь ее тело — это просто сосуд, которым управляет Повелитель Тьмы. — Нужно предупредить всех взрослых Стражей об опасности, а студентам объяснить, чтобы они не покидали Академию, — сказал Алекс. — Хорошо. Я передам Совету, — кивнул директор. — Пора поднять тревогу… Примечания автора * Nullus juxra propriam voluntatem incedat — лат. Никто не должен входить по своей воле * Surge et age! — лат. Встань и действуй! * Avis rаrа — лат. Редкая птица * Dum spiro, spero — лат. Пока дышу — надеюсь * Beata stultica — лат. Блаженная глупость * Dimicandum — лат. Надо бороться * Est modus in rebus — лат. Всему есть предел * Oportet vivere — лат. Надо жить * Primum vivere — лат. Прежде всего — жить * Expedite — лат. Скоро * Gaudet patientia duris — лат. Долготерпение торжествует * In brevi — лат. Вкратце * Brevis esse laboro, obscurus fiо — лат. Если я стараюсь быть кратким, я становлюсь непонятным
