Это всё сказки.

      - То есть, по-твоему, это совершенно нормально, что мы друзья с детства, а мной в твоей истории даже не пахнет?       Чонгук, давно убаюканный вкрадчивым бархатным голосом Ви, нервно вздрогнул, когда над ухом раздался высокий гневный вопль Чимина. Тот имел обыкновение появляться именно там, где о нём, казалось бы, все позабыли. Талант для него, проклятье для остальных. Вот и сейчас, Тэхён немного виновато пожимает плечами, а у самого улыбка с лица не сходит.       - Прости, Чиминни, видимо, это не твой день.       - В смысле – не мой? И вообще, Юнги-хён в курсе, что ты из него злодея сделал? – Чимин вопросительно изогнул бровь, присаживаясь на стул рядом с рыжим и глядя на него снизу вверх. И, судя по тому, как квадратная улыбка инопланетянина становится всё шире, подобный расклад вещей ему очень нравится.       - Ты ещё скажи, что он не такой. – Дело попахивает жареным. Две пары донельзя любопытных глаз уставились на Пака в ожидании ответа.       О его чувствах к Юнги слагались легенды, в школе не было человека, который бы не знал, что Чимин давно и надёжно (безнадёжно, как думал он сам) влюблён. Он палился жёстко и нещадно, со всей присущей ему наивностью полагая, что это никто не замечает. С другой стороны, Юнги охотно отвечал взаимностью. Только замечали это опять-таки все, кроме Чимина. Получался заколдованный круг из двух влюблённых идиотов. Если быть точнее, то из одного идиота и одного экспериментатора – Юнги без проблем мог перетащить их обоих на стадию полноценных отношений, но ему было очень любопытно, сколько продержится сам Чимин и когда до него дойдёт. Чонгук обычно на это только вздыхал и крутил пальцем у виска, с завидной периодичностью огребая за подобные жесты от мелкого злобного хёна.       - Он не настолько злодей! Он добрый, хороший… - Румянец на пухлых щеках не заставил себя ждать, как и лихорадочный блеск глаз.       - Он заставил одного из хёнов вылизывать ему кеды, когда тот случайно уронил на них мороженое.       - Выборочно добрый, ладно! И всё равно, делать из него злодея несправедливо. И вообще, меня забыли, меня! Как ты мог, Ви! А ты! – Тут волна гнева сменила адресата и покатилась в сторону Чонгука, с трудом сдерживающего смех. - Чего сидишь и скалишься? Ты ещё недавно пытался рвотные позывы изображать, когда я говорил, что влюблён в Юнги, а на поцелуй с этим так нормально реагируешь!       Чонгук поднял обе ладони вверх в примирительном жесте, неловко улыбаясь и всей кожей ощущая на себе внимательный, испытующий взгляд медовых золотистых глаз:       - Ты же знаешь хёна, он часто не в себе. Я привык к нему такому, какой он есть. – Ну, в самом деле, не говорить же, что его самого подобное окончание сказки весьма удивило. Порадовало в той же мере, кстати. Жаль, что это всего лишь очередная фантазия Тэхёна, и вряд ли она окажется претворенной в жизнь. Как и многие его фантазии, впрочем. Ничего нового.       Тэхён же задумчиво прошёлся языком по собственным губам, тут же их покусывая. Одна из наиболее вредных привычек, которая легко выбивала из Чонгука душу и напоминала о том, кем захвачено его сердце. Монстром. Рыжим монстром.       - Я, кажется, придумал историю, где Юнги на все сто процентов займёт именно свою роль, и где точно будет место и для тебя, мой маленький сладкий персик.