Победителей не судят

Однажды у Рейеса была возможность обойтись без жертв, но он ее упустил. На деле – он всегда мог: быть осторожнее. Прятаться как мышь, – раздраженно скалится. Не высовываться без веской причины. Джек всегда так поступал. И занимал его место. И ради спасения тысяч не мог пожертвовать десятком. Говорил: «Мы найдем выход». А в «Blackwatch» не идут на переговоры. Они всегда готовы к смерти заложников. Меньшинства. Как в «Кризис». Когда надвигались машины, было все равно, какой ценой их остановить. Разве что инстинкт самосохранения подводил. И резкий запах – приевшийся, сладковатый. С черно-красным. Пустыми глазницами черепов. – А с людьми только хуже, Джек. Но он ему не верит. «Overwatch» мешает – моралью, идеями, ярко-голубым, как небо в день окончания войны. – Ты спасаешь их шкуры, – тихо говорит Рейес, сидя рядом с Джеком всю ночь. – Вот так они с тобой поступают. Он не слышит, он без сознания – у него сломаны ребра и внутричерепная травма. Его едва успели вытащить, когда он пошел успокаивать толпу. У Моррисона не было защиты и оружия – как будто воспользовался бы, – он не взял с собой охрану. Рейес надеялся, что Джек это поймет. Нет, изменится. Но он лишь вздрагивал на каждый шум и почти не говорил. И словно постарел на несколько лет. Однажды у Рейеса была возможность обойтись без жертв, но он ее упустил. И он сожалеет. Все считают, что это об инциденте – взрыве штаб-квартиры. Но на самом деле о том, что в день митинга в толпе у него было подставное лицо. Ему следовало сделать лишь звонок. Сказать. Отменить. Он сам сфабриковал нападение на коммандера «Overwatch». И сейчас, смотря на шрамы и выцветшие от слепоты глаза, он понимает, что мог это предотвратить, но просто не стал. Потому что считал Джека Моррисона малой кровью.