Все наши отклонения

Поезд вместе с экзаменатором и его питомцем уехал примерно час назад, предварительно не только высадив претендентов на получение охотничьей лицензии, но “очистившись” от тех, кто самостоятельно сойти не смог. Порт Бинзев, куда примерно минут через двадцать прибудет город-остров Риз, где, согласно переданной мне информации я смогу найти того, кто сопроводит меня до места первого экзамена, был таков, что гора бессознательных людей не смотрелась чем-то, выходящим за рамки нормы, слишком уж все были заняты своими делами, чтобы замечать что-то вокруг. Холодный кусачий ветер, шевелящий флюгеры и флагштоки, которые продавцы использовали в качестве опознавательных знаков для указания типа продаваемого товара и типа магазина, низкие деревянные дома с ржавыми трубами и мутными стёклами – каждая улица тут была полна народом со всего мира, спешащими сугубо по своим делам, так что то, что не шевелилось, автоматически принималось за мебель. Рассеянно проводив взглядом нескольких людей, вышедших из поезда передо мной, просто спрыгнувшей с его крыши, которые сразу затерялись в толпе, но, скорее всего, направились в сторону верфи, специально подготовленной для Риза, я решила сначала зайти на рынок, где удачно приобрела медицинскую маску. А то шея с “ошейником” закрыта, а пасть – нет. Непорядок. Если честно, мне не хотелось бы акцентировать внимание на своём рте, но с моей безалаберностью лучше скалиться не в ладошку, а в ткань, которая порасторопнее убережёт от чужих глаз. По порту разнёсся звон, заставивший меня отвлечься от разглядывания тощего трупика какого-то небольшого ушастого зверька, пылящегося и разлагающегося, кажется, уже пару дней. Котёнок. Жаль, что я не могу сейчас пользоваться нен… Ладно, похороню хотя бы. Риз уже на горизонте, но, думаю, успею, наверно, найти тут клочок земли, не истоптанной ботинками и сапогами. Предав тельце земле, из-за чего пришлось выйти за пределы Бинзева (немного перемазалась, но да ладно), я, даже не возвращаясь, могла оценить масштаб города-острова: высота наиболее возвышающихся над линией горизонта из портовых домов конструкций достигала где-то трёхсот метров, архитектура поражала своеобразием форм, делая образ Риза издалека похожим на чудной труп глубинной рыбы с узорчатым гребнем, принесённый каким-то чудом со стороны Тёмного континента, или монструозную черепаху Ао, на панцире которой можно было бы уместить три горы. Ну, это я приукрашиваю – последний вариант в любом случае невозможен, скорее всего Риз работает на механизмах, так как нен такого масштаба я не чувствую, так как эти существа весьма чувствительны к ультразвукам некоторых морских существ, которые слышны сейчас даже отсюда. Не затыкая их, жители Риза отпугивают и множество других видов, но одновременно рискуют привлечь сородичей тех, кого отлавливают для продажи живьём или ресурсов, - для некоторых это знак престижа, показатель того, что эти ребята достаточно сильны, что бы отбиться от кого угодно. Слышала, что некоторые подобные компании помельче используют этот способ для “рыбалки на живца”, но лучше всего получается только у Риза. Со временем этот способ ловли запретили к повсеместному использованию, так как рыбки оказались к попавшим в лапы людишек сородичам очень лояльны, оказывали достойный отпор, отвоёвывали друзей назад, заодно и потопляя суда (не у всех есть деньги на островах, простите, разъезжать). Многие просто были слишком жадными для того, что бы понять, что то, что на зов одной рыбки приплыла ещё тысяча таких, не означает, что нужно их всех стараться поймать, а потом, не справившись, пойти ко дну. А так как для более эффективного обезвреживания особей использовали в большинстве своём не гарпуны или нен, а более дешевые средства, яды, то, когда корабль тонул, в отличие от людских и рыбьих трупов, морские существа съедали тела погибших, полные опасных веществ. Это приводило либо к смерти, почти вымиранию некоторых видов, либо мутациям, носителей которых, думаю, ждала судьба не легче. Вторых я не жалею, но чувствую некую родственную связь… Вот ирония-то, что я именно здесь найду провожатого. Быстро воссоединившись с толпой, облепившей входы к перекинутым мостам к Ризу, я уже хотела пройти внутрь, но меня, как и других, спросили о цели прибытия, а затем отвели к неприметной двери с блеклым изображением ассоциации охотников (сочетание несочетаемого, но я и в правду её сначала не заметила). Когда минула пропускной пункт и несколько каменных арок, выйдя на некую площадь, заполненную людьми и палатками, по краям которой было множество разнообразных дверей, приглядевшись, поняла, что она не одна такая, кого сопровождают. Помеченных дверей было довольно много. - Вам туда, - сказал мужчина в морской форме, доведя меня до прохода, который караулили двое его коллег. - Благодарю, - кивнула я и вошла, думая, что тут работают вежливые и милы люди. За мной захлопнулась дверь и я услышала, что её заперли весьма массивной железной балкой снаружи. Нда. Спуск погрузился в ужасную темноту, и если бы не моё детство на вот таком же острове-путешественнике, где коридоры внутренних этажей почти ничем не освещались, а лес снаружи был черен, как мир слепых в представлении зрячих, то суждено было бы мне просто поскользнуться на жутко скользкой лестнице, скатиться и переломать себе косточки. А скатываться пришлось бы долго. Не в смысле в глазах организаторов этой затеи (и в своих тоже), а физически. Риз не только возвышался над портовым городком, но и шел вниз, обладая множеством подводных секций. Мноооожеством. Большое количество поворотов и развилок постоянно сбивало чувство направления, а небольшой запах плесени по мере спуска всё больше смешивался с чем-то другим и хлоркой. - Да, правильно, а то разъест тут всё эта зелёная гадость и развалится островок… Когда я уже хотела на всё плюнуть и просто на по… эм, то есть зонтике скатиться, перед моими глазами на очередном повороте выпрыгнул участок, освещённый мутноватым светом ламп. Стало гораздо холоднее. Я вышла (причём далеко не первая) в большой круглый зал с высоким потолком, стены которого опять же были усеяны проходами. Судя по всему, те, из которых вышли люди, были закрыты, а вот открытых дверей было гораздо больше… По всему периметру так же было много накрытых тканями больших прямоугольных предметов. Клетки?.. Проём за мной с грохотом закрылся. - Добрых ветров, салаги, - хриплый, но сильный голос вышел из тьмы и, отразившись от стен, добрался до ушей каждого в помещении. Все присутствующие, а это человек пятнадцать, терпеливо ожидавших кого-то, кто разъяснит им ситуацию, сразу подарили всё своё внимание немолодой седовласой женщине весьма крепкого сложения в чёрной рубашке и брюках. Белые глаза не шевелились, но в лёгкой улыбке на подёрнутом морщинами лице можно было угадать добрую насмешку над прибывшими, которые не вычленили экзаменатора из толпы, и небольшой азарт, заигравший в крови. Она отошла от стены и вышла на середину, полностью облитая наконец рассеянным светом. Женщина стояла ко мне лицом, но, судя по мимике других присутствующих, знак ассоциации был у неё на спине. - Вы успешно добрались к нам в гости, надеетесь также и до первого этапа экзамена дойти? Что ж, сейчас мы это выясним, - усмехнулась она, вытаскивая из нагрудного кармана ключ на шнурке, который, раскачиваясь, подействовал на всех гипнотически. - Видите дверь позади меня? – да, была такая, точно сзади неё – она была такой же формы, но выглядела куда более укреплённой, - Вам нужно войти в неё, чтобы пройти дальше. Но будет плохо, если ключик только один, да? Обнаружив, что ко мне будто бы что-то приближается, я вовремя отскочила от стены – в ней открылось отверстие, из которого полилась вода. И не только около меня – зачавкало много сапог. - Примерно через два часа, когда уровень воды поднимется на полметра, вы познакомитесь с малютками отологозава – взрослые особи вполне мирно относятся ко всему, кроме водорослей, но вот их только вылупившиеся детёныши очень голодны, среда их обитания требует срочного наращивания массы и одной травкой тут уже не обойтись. Понимаете о чём я? – подытожила она, спрятав руки в карманы вместе с ключом, - Шевелитесь, сухопутные крысы! Где-то в глубине помещений за проходами, оставшимися открытыми, есть такие же ключики. Так что поспешите, если не хотите пойти на корм нашим малюткам! У нас как раз заказали партию печени взрослых особей, а мясо как раз закончилось. Всегда, даже на бесполезном мусоре можно хорошо заработать, правильно говорит капитан… Пока женщина продолжила что-то говорить, уже не относящееся к теме, я судорожно думала, что мне делать. Как поступить? Скорее всего, этот зал – место для выращивания морских звёрёнышей или их загон, что-то такое, думаю. Насчёт времени экзаменатор не соврала, у нас есть только пара часов, два с половиной максимум. Так что нужно решать, какой способ разрешения этой ситуации я выберу. Закономерно, пока я размышляла, все разделились на тех, кто убежал в проходы и тех, кто решительно подошёл к женщине. И у тех и у тех могли возникнуть серьёзные сложности – наверняка коридоры этих подводных этажей очень витиеваты и там тоже прячутся какие-нибудь гады, а так как у экзаменатора ключ один, то им мало того, что придётся, пусть и гурьбой, победить охотника, но и потом сразиться и с друг другом… Что же мне делать?.. Перед глазами встал раскачивающийся ключ, которым она размахивала перед нашими носами, словно хозяин бумажный бантик перед котёнком. - Отлично! Нападайте, крысы! Крысы могут и в здешних чуланах прятаться. И не то что бы вы тут все были прямо такими моряками. Остров это не корабль. Я решила посмотреть, на что она способна, скрывшись в тени. Тело автоматически хотело применить зецу, но ошейник тут же больно сжался, вырывая сухой кашель из горла. Удар. Удар. Подсечка. Удар. Три человека отлетели, эхом расползлись водные всплески и вскрики мужчин. Спустя мгновение ещё один отлетел к стенке. Смельчаки с оружием или без редели. Уже не все и поднимались. На ровне со звуком удара тела о стену и шумом воды, я услышала какой-то железный лязг. Что это? - А ты чего застыла, красотка? Разве не знаешь, что если простыла, то нужно двигаться? – вырвал меня из размышлений довольный своим несравненным преимуществом голос женщин… бабуси. - Чтобы согреться не обязательно давать себя побить, - угрюмо ответила я, оглядывая уже почти полностью мокрые ботинки. А ведь они довольно высокие. Преимущественно она пользовалась руками. Ноги ни разу не оторвались от пола. Она даже не сошла с места. Оружия у неё при себе не было, только рукопашный бой. Что… она о себе думает? Она хороша. Она может по праву зваться охотником. Она достаточно сильна для этого. И нагла. Я недолюбливаю их братию. Резко срываюсь с места и, подпрыгнув и оттолкнувшись от бессознательного тела рядом с ней, меняя направление в перевороте, пытаюсь провести удар ногой с разворота. Я не должна дать воде выдать меня. Не должно быть всплесков. Она слепа. Я чётко вижу это по её седым глазам и стилю боя. Вода очень хорошо проводит звуковые колебании, делая этот зал сугубо её ареной. Интересно, а как она вообще сама собирается выбираться отсюда? Ей же нужно следить за нами… Старушка только усмехнулась и, ловко вывернувшись, ударила мне прямо в солнечное сплетение, от чего я отлетела к стенке. Приземлившись лицом прямо в воду, окунувшись с волосами. В это же время от очередного инстинктивного намерения защититься нен, закашлялась, чуть попутно не наглотавшись воды. И… опять этот железный лязг. Откуда? Тут все стены ровные, а двери плотно закрыты… Стоп. “Видите дверь позади меня? Вам нужно войти в неё, чтобы пройти дальше. Но будет плохо, если ключик только один, да?...” Я ударилась спиной прямо в ту заветную дверь. Около неё расползлись неровности на воде, как от камня брошенного в море. Вот же гадство. Бабулька. Так я ещё и ради такой фигни промокла. - Эй, она отвлеклась! Давайте, вставайте! Эта *** мне ответит! Если она так уж отвлеклась, то благодаря твоему крику снова обратила на тебя внимание. Молодец. Впрочем, один молча или с недо друзьями в шуме, тут никому не победить эту бабку. Зараза. Пошатываясь и ещё кашляя, я встала, кое-как отжала куртку и футболку, потянув с силой после этого за ручку двери. Она железно звякнула. Я взглянула на ниточку проёма, вытащив из набедренной сумки маленький фонарик. Почему я не использовала его раньше? Дура потому что. Никакого засова я не увидела. Эта чёртова дверь даже не заперта. Я убрала с лица мокрую чёлку, ругая себя в мыслях последними словами. Она. Не. Заперта. Экзаменатор ни слова не сказала, что ключ, который у неё в руках должен открыть эту дверь. Так, ладно… Раз она не открывается как все нормальные двери, то попробуем по-другому… Я потянула ручку влево… а потом вправо… Да! Железная конструкция была сделана на манер дверей, что держат на востоке. Там у них всё не как у нормальных людей! Я чуть не решила, что снова ошиблась! Так, пока на меня и в правду никто внимания не обращает, нужно валить отсюда. А они пусть сами мозгами шевелят. И дверку за собой я прикрою, разумеется. За дверью оказался очень высокий порог, который бы не позволил воде утечь, даже если бы один догадался в чём подвох, и проход ещё куда-то дальше в темноту… А, нет, не полную темноту. Это был очередной полутёмный зал, где был ещё один выход и… - Ой! Поскользнувшись на плите, которая только с той стороны казалась полом, а на деле – уступом, я свалилась вниз, успев только сгруппироваться и приземлиться на ноги, как вдруг ощутила на своём лице чужое влажное дыхание. Что-то звякнуло. Ошейник? Я хотела отпрыгнуть и, схватив зонтик… ну, что-нибудь придумать (боже, как же неудобно без нен!), но глаза опознали огромного зверя, абсолютно бесшумно подскочившего ко мне и почему-то старательно принюхивающегося, как андогорского тигра, который известен тем, что всеяден, но больше всего любит свежее, лично пойманное разделанное им мясо – неважно какое. И он… О, так тут и такие животные есть?.. … ненавидит мертвечину. Есть. С каким-то даже человеческим ворчанием (кажется, бедного котика специально не кормили, вон он как резво ко мне полетел) побрезговавшей кот вернулся в темноту. Кажется, запах мертвого котёнка так с меня и не сошел, даже после “купания”. А другие ведь и даже не морщились… Удача, да? Кажется, мне просто надо быть достаточно сильной, чтобы придерживаться своих убеждений. Максимально тихо проскочив мимо задремавшего котика, я проскользну… Чёрт. А вот тут дверь была закрыта. Кажется, я знаю, где ключ… *** Порядком побегав за тигром, который категорически отказывался опять приближаться к “воняющей” наглой протухшей котлете, я таки сняла с его ошейника один из ключей. За дверью меня встретили… клерки? Такая резкая смена окружения – с темного сырого подвала с дикой кошкой на залитый светом… эээ… офис регистрации? меня порядком смутил. - Отлично. Первый прошёл, - поправив очки, пробормотал мужчина, сидящий за столом. На его пиджаке был значок ассоциации, - Пожалуйста, заполните этот бланк и валите отсюда. И не садитесь на стул. Вы грязная и мокрая. И воняете трупом. Благодарю, - не меняя тона, похожего на голос робота, закончил он, пододвигая ко мне бланк. Перед тем, как я вышла из помещения, он повернулся ко мне и, ещё раз поправив идеально сидящие очки, будто нехотя сказал: - Молодец. Его глаза на миг мне показались звериными. Интересно. - Спасибо, как приеду, так сразу помоюсь, господин Тигр. За дверью меня сразу ждала моторная лодка с резво помахавшим мне водителем. Ну да, Риз, наверно, и не отплывал ещё, а промешкай я, мы могли бы и не успеть к месту первого экзамена… - Потом проверить? - Н-не нужно… Через часов десять пустых бесед я была в Забане. Бррр, надеюсь, он мой запах не смог запомнить. Или не захотел. У меня появляется всё больше и больше людей, с которыми мне чаще чем никогда встречаться не хочется… Хорошо это или плохо?