Я люблю гопника

      — Привет, — проговорил Намджун, пока Джин на трясущихся ногах добрался до него. Выглядел Джун как-то непривычно. Настолько непривычно, что Сокджин сначала не поверил своим глазам, а потом осмотрел себя и подумал, что в своём свитере с дебильными оленями, который ему подарил Юнги когда-то пару лет назад на Рождество, выглядел как какой-то деревенский лох.       — Классная куртка, — заметил Джин, со скрытым интересом разглядывая парня. Узкие чёрные джинсы, футболка с каким-то принтом и вышеупомянутая кожаная куртка смотрелись на нём куда лучше, чем все эти мешковатые вещи и мятые рубашки. Ещё и волосы уложены…       Джин снова почувствовал себя влюблённой школьницей, и это было на редкость неприятное ощущение. А уж хрен знает откуда появившееся смущение заставило его покраснеть как помидор, когда Намджун тоже начал оглядывать с головы до пят. Хотелось побежать обратно, чтобы переодеться, но парень вовремя вспомнил, что весь его стиль одежды целиком и полностью состоит из свитеров и мешковатых джинсов. А ещё он постоянно растрёпанный и помятый.       И, пусть раньше его не особо волновал его внешний вид, теперь за него стало немного стыдно. И от стыда Джин краснел ещё больше.       — Спасибо, — немного заторможено ответил Намджун. — Ты тоже ничего… В смысле, выглядишь хорошо. Клёвый свитер.       «Вот сука».       — Спасибо.       — Что ж, садись позади меня. Не против съездить кое-куда?       «Почему мне хочется провалиться сквозь землю?» — думал Сокджин, залезая на мотоцикл и стараясь не касаться Намджуна. Конечно же, не получалось, и в итоге он сполз по сидению прямиком вниз, и его грудь коснулась чужой спины. Не зная, куда деть руки, парень неловко ухватился пальцами сначала за сидение, потом, преодолевая неловкость, положил ладони на широкие плечи Намджуна.       «Это любовь, чувак», — ответил ему маленький дьявол Юнги на плече, а Джину захотелось провалиться куда-нибудь ещё раз.       — Тебе удобно? — спросил Намджун, и парень кивнул, бормоча что-то утвердительное. — Лучше обними меня. Так я хотя бы буду уверен в том, что ты не свалишься.       — Х-хорошо.       Джун был очень тёплым — даже сквозь кожаную куртку это чувствовалось. Джин неловко приобнял его, подсаживаясь ещё ближе, для удобства, конечно же. Намджун помедлил немного, глубоко вздыхая, а потом завёл мотор и двинулся с места. Краем глаза Сокджин посмотрел на окна своей квартиры — оттуда выглядывало заинтересованное хлебало Чонгука, которому не хватало только рассмеяться во весь район так, словно он мультяшный злодей.       Вообще-то, Джин надеялся на то, что поездка окажется не такой уж и страшной, как он себе представлял. Он вообще заметил, что в последнее время все его надежды разбиваются в пух и прах, особенно с тех пор, как в его жизнь активно вписался Намджун. Он предпочитал думать, что это было простое совпадение.       Стоило только мотоциклу выехать на проезжую часть, как Джин почувствовал сильный порыв ветра лицом и едва не упал с этого самого мотоцикла. Вдруг здания, деревья и машины с автобусами стали одним большим размытым пятном, каким-то смазанным фоном, когда Намджун погнал своего «железного коня» так быстро, что захватывало дух.       Ему хотелось спросить «какого хера ты творишь, мать твою?», хотелось попросить остановиться, но парень только вцепился в Намджуна как утопающий за своё последнее спасение. В глазах поплыло, и единственное, что он видел более-менее чётко — затылок другого парня, волосы которого сейчас щекотали лицо.       Из горла рвался крик, но Джину казалось, что он и слова не произнёс. Потом вырвался целый поток матов и проклятий, а когда Намджун впервые резко свернул куда-то влево, парню показалось, что его сердце остановится прямо сейчас. Он приложился щекой к лопатке Джуна и взмолился о том, чтобы не упасть с чёртова мотоцикла прямо сейчас. И не умереть от разрыва сердца.       Сколько вообще времени прошло?       Наконец сбавили скорость и через некоторое время остановились где-то. Джин никогда не видел этого места. Правда, в данный момент ему было не до этого — стараясь слезть с мотоцикла, он едва не начал целовать землю от счастья. Ну и ещё от сильного головокружения и чувства лёгкой тошноты.       А ещё ему показалось, что он поседел немного. Совсем чуть-чуть.       Намджун соскочил с мотоцикла так легко и непринуждённо, словно отрабатывал это действие годами и подошёл к севшему на землю Джину, старавшемуся подавить приступ тошноты.       — Ты в порядке? — чёрт, и ты ещё что-то спрашиваешь после такой гонки!       — Ты… до смерти испугал меня. Чёрт, мне как-то не совсем хорошо…       — Прости, — в голосе Намджуна и правда слышалось сожаление, а Джину даже захотелось прочистить уши или перемотать назад, словно в фильме, чтобы услышать этот тон ещё раз. — Я уже привык так гонять. Да и это совсем небольшая скорость, на самом деле.       Небольшая. Небольшая, блять!       — Ты хоть предупреждай в следующий раз, ладно?       Следующий раз… Сердце опять подскочило, хрен знает почему. И тут Джин вспомнил, что оно колотилось просто с опизденелой скоростью всего лишь пару минут назад, и наверняка Намджун чувствовал этот стук…       «Надеюсь он подумал, что это от страха».       Но сердце стучало так быстро и правда от страха. Честно. Ну ладно, наполовину от страха, наполовину от чего-то ещё — чего-то, что Джин не хотел признавать.       Ему в руки сунули бутылочку с водой, и Джин осушил почти половину одним махом. Лишь спустя несколько минут всё ушло, но его всё равно пошатнуло, когда он постарался встать. И перед взором опять маячила виноватая мордаха Намджуна.       — Извини, я не хотел, правда. Я постараюсь больше так не делать.       — Да ничего, бывает. Так где мы?       Джин осмотрелся по сторонам и что-то внутри неприятно зашевелилось — он не знал этого места, никогда здесь не был. Вокруг были какие-то заброшенные пятиэтажные здания, железная дорога неподалёку, метрах в ста примерно. Вокруг — ни души, лишь тихий лес, освещаемый прохладным сентябрьским солнцем.       Он невольно подумал о Юнги — такие места казались его другу очень красивыми и привлекательными. Заброшенное всегда привлекало Мина, он всегда звал Джина и Чонгука прогуляться по какому-нибудь заброшенному строению. Ким не понимал такой фанатичной любви к покинутым зданиям, однако признавал, что выглядит довольно привлекательно.       Как-то спокойно и… романтично.       За последнюю мысль ему захотелось ударить себя, но он вовремя одумался.       — Мы с парнями тут собираемся обычно. Просто страдаем какой-нибудь хернёй, выпиваем и всё такое, — уложенные светлые волосы теперь немного растрепались, и Джин вдруг почувствовал какое-то приятное тепло в груди. Всё-таки, Ким Намджун был довольно симпатичным парнем. И не таким уж и говнюком, наверное. — Тут тихо, никто не потревожит. Можем поговорить нормально.       — А поезда здесь проезжают?       — Да, каждый час-полтора. Пойдём на крышу — там намного лучше.       Джин согласился. Подождав, пока Намджун спрячет мотоцикл за углом здания и поставит его на сигнализацию и пошёл за ним к самому ближайшему заброшенному зданию. Всю дорогу до крыши они молчали — Сокджин глядел на чужую спину и чего-то ждал. В голову начинали пробираться странные мысли, прямо как у уже упомянутой влюблённой девчонки, но парень старался не поддаваться розовым соплям.       Он же не гей. Ему не нравится Намджун. И он тоже не нравится Намджуну. Они вообще не слишком-то жаловали друг друга до недавнего времени.       На крыше было… охуенно.       У Джина даже перехватило дыхание. Верхушки деревьев открывали перед ним далёкие небоскрёбы Сеула, чуть ближе был виден пригород. Дороги, машины, дома — всё было как на ладони и это было слишком прекрасно.       Пусть он и не разбирался в охренительных видах, но зрелище на миг очаровало его. Только через несколько минут он подошёл к стоявшему у самого края крыши Намджуну, который с бесстрастным лицом смотрел на горизонт.       — Тут здорово. Мне нравится, — выдохнул Сокджин, когда Джун обернулся на него. На губах парня появилась слабая улыбка.       — Обожаю такие места, — с заминкой проговорил Намджун, присаживаясь прямо на «пол» крыши, явно не боясь испачкать свои джинсы. Джин, впрочем, тоже последовал его примеру и присел на холодный бетон. Он не сидел плечом к плечу с Джуном — наверное, чтобы прикоснуться к нему, Киму потребовалось бы собрать всё своё мужество в кулак.       А в голове словно что-то щёлкнуло — любит заброшенные места. Джин подумал, что если бы у него был бы небольшой журнальчик, где он записывал какие-то мелкие незначительные факты о Намджуне… в общем, он нашёл бы, что написать.       — Расскажешь о себе? — Джун посмотрел на него, и парню показалось, что он испытал какое-то дежавю.       — Ким Сокджин, мне девятнадцать, учусь на втором курсе универа. Каштановые волосы…       — Это я уже слышал, — ему показалось, или Намджун рассмеялся? Наверное, показалось. Парень моргнул пару раз, краем мозга осознавая, что со стороны он выглядит как самый настоящий дебил. — Давай что-нибудь менее очевидное. Чем увлекаешься?       Когда ему задавали такие вопросы, Ким Сокджин постоянно терялся и не знал, что сказать. Сейчас был как раз-таки подобный случай. Ещё больше обескураживало поведение Намджуна, который за весь сегодняшний день сказал всего лишь один мат. Может быть, настоящего Джуна похитили инопланетяне, а вместо него высадили вежливого близнеца?       Джин тряхнул головой и моргнул. Да нет, бред какой-то. Наверное, у него просто есть брат-близнец, с которым Намджун периодически меняется местами. Эта теория звучала гораздо логичнее.       — Да ничем особенным… Готовить люблю, петь немного. А так в основном играю с Юнги в игры и бездельничаю. А ты?       Когда Намджун посмотрел на него долгим непонятным взглядом, Сокджин почувствовал себя самым потерянным и нервничающим человеком в мире. Ему хотелось провалиться сквозь крышу, пол и землю, улететь в недры Земли и пробить её насквозь, лишь бы не находиться здесь. С другой стороны, общество Намджуна казалось Джину даже немного приятным.       «Я не должен так думать».       «Но ты думаешь об этом, приятель, — голос разума подоспел как всегда вовремя. — И общество его приятно не совсем в дружеском смысле».       «Неправда».       «Тогда с чего твоё сердце так колотится? И почему ты так нервничаешь, когда находишься рядом с ним?»       Парню даже нечего было ответить. Он только взмолился, чтобы нервозность и бешеное сердцебиение куда-нибудь ушли, хотя бы ненадолго, а все розово-сопливые мысли как можно скорее покинули его.       Тем временем Намджун, обдумав все свои вероятные достоинства, заговорил, прерывая внутренние метания собеседника.       — Да так, всякой хуйнёй страдаю, ничего особенного, — он сказал это таким забавным тоном, что Джин не удержался от смешка. — Люблю драться с зазнавшимися ублюдками и давать пиздюлей ботанам. Наверное, это прямо-таки моё призвание.       Всё-таки, это был Намджун. Сокджин посмотрел на его расслабленное в кои-то веки лицо. И завис, кажется.       — Ходят слухи, что ты песни пишешь, — зачем-то ляпнул он. Щёки Намджуна вдруг порозовели.       — Кто тебе это сказал? — пробурчал он, отворачиваясь, а Джин где-то в глубине души едва не умер от умиления.       — Да просто рассказывает кто-то. Откуда этот слух пошёл, не знаю. Так это неправда?       — Конечно нет, — усмехнулся Джун, проводя рукой по волосам и этим немного взлохмачивая их. — Некоторые вообще думают, что я не умею писать. Странно, что они сопоставили эти два предположения.       — Ты сам знаешь, что студенты в нашем универе немного…       — Долбоёбы?       — Да.       Намджун рассмеялся опять, а Сокджин думал, что он воспаряет к небесам. Улыбка человека, сидящего рядом с ним, заставила его растаять лужицей, но он постарался сдержать себя. А заразительный смех вскоре подхватил и он сам.       Они так и сидели потом — смотрели на Сеул вдалеке и думали каждый о своём. Джин изредка поглядывал на Намджуна и отворачивался, стоило последнему перехватить его взгляд. В этой ситуации, в которой вообще ничего не происходило практически, Джин смущался как какой-нибудь ребёнок и не мог заставить себя перестать.       Он лишь надеялся на то, что Джун не заметил его колебаний и ужимок, этих тупых взглядов. Да и вообще не заметил, что он, Джин, сидел рядом и пялился на него.       Мимо заброшенного комплекса проехал поезд. Джин было хотел что-то сказать, но был перебит какими-то звуками позади и знакомым голосом, раздавшимся оттуда же.       — Хэй, Джун-хён, я принёс тебе выпить. Думал, ты дома, но не нашёл тебя там, приехал сюда, — Тэхён замер на пути к ним, и Джин почувствовал, что внутри что-то неприятно зашевелилось при появлении третьего Кима. — Погоди, какого хуя он тут делает?