Палата 9 и 3/4

      Профессор Дамблдор с улыбкой смотрел на прибывших пациентов. Всю последнюю неделю его доктора трудились в поте лица, чтобы как полагается встретить их. Альбус испытывал лёгкое волнение. Церемония распределения стала объектом ожесточённых споров. Ознакомившись с историями болезни новых пациентов, доктора уже разделили всех детей по этажам, согласно диагнозу. Сомнения вызывал лишь диагноз мисс Лавгуд. У неё ярко наблюдались симптомы нескольких заболеваний, противоречащих друг другу. Не придя к общему решению, врачи бросили жребий, и короткая спичка досталась короткому доктору Флитвику, страшно оскорбив его. Неизвестно, чем бы закончилась последняя летняя планёрка, если бы не лимонные дольки Дамблдора.       Организацию церемонии распределения поручили доктору Макгонагалл. Минерва подошла к вопросу со всей ответственностью и пригласила на торжественный ужин свою давнюю пациентку — подружку Годрика Гриффиндора по кличке Шляпа. Она играла шляпу на одной из ролёвок, но так и не смогла выйти из образа. Девушка с восторгом прочла сценарий и согласилась сыграть Шляпу Годрика Гриффиндора, если он подарит ей свой меч. Минерва не была уверена, что правильно поняла просьбу с мечом, но на всякий случай реквизировала у главврача фанерный.       Внутренние двери зала распахнулись и в комнату плавно вошла огромная остроконечная шляпа, мягко шурша полями по натёртому до блеска паркету. Доктор-профессор Снейп и доктор-профессор Флитвик столкнулись руками, потянувшись к вазочке с лимонными дольками. Ростовой костюм Шляпы выглядел впечатляюще: чёрная, нарочито потёртая, с огромной металлической пряжкой. Глубокие складки ткани сложились в подобие улыбки и Шляпа поклонилась студентам. Её поведение словно загипнотизировало детей. Они неуклюже кланялись ей в ответ и восторженно наблюдали, ожидая продолжения. Завхоз Филч, стоящий у входных дверей, завёл старый, видавший виды граммофон. После треска и шипения над залом раздалась старинная кельтская мелодия. Шляпа покружилась вокруг своей оси и внезапно запела высоким женским голосом:

Не посмотрите, что стара и в штопаных заплатах, Ещё я помню времена, когда носили латы. И мой хозяин — Гриффиндор — был колдуном отменным, Но он всегда с собой носил свой верный меч и стрелы. Его был другом Слизерин — хозяин водной топи, Он знал язык ползучих змей, все травы на болоте. Дружила с ними Когтевран, мудрейшая, как ворон, И не было ей равных в том, чтоб побеждать во спорах. Им Пенелопа Пуффендуй так хорошо знакома — Её упорство, тяжкий труд сворачивали горы!

      Дети восхищённо слушали песню шляпы, некоторые кивали в такт музыке. Всё было хорошо до тех пор, пока Шляпа не затянула второй куплет. Минерва нервно хихикнула и достала пузырёк с валерьянкой. С каждой строчкой она всё больше жалела, что поленилась сочинить следующие куплеты песни и доверила их написание Шляпе:

Четыре мага собрались у леса на пирушке И стены школы заложить решили на опушке. Хотели обучить детей волшебному искусству, Пока без магов на земле совсем не стало пусто. Едва друзья допили эль, тотчас взялись за дело — Вознёсся Хогвартс до небес, работа закипела!

Но как же магов обучать? Вопрос неоднозначен. И каждый для себя решил по-своему задачу: Коварный Салли Слизерин учил лишь богатеев, Аристократов, хитрецов и прочих прохиндеев. Отважный Годрик Гриффиндор дарил познанье храбрым, Тем, кто подумать не хотел и был по жизни наглым. Любила умных Когтевран — красавица Кандида, Ей поучать не западло, какая вам обида? А Пенелопа Пуффендуй трудяг всегда хвалила: Работай в поле, в ус не дуй — с тобой пребудет сила! И ты, прекрасное дитя, принять готовься выбор, Его сейчас озвучу я — не сделаю ошибок!

      В последней строчке Минерве послышалось «наделаю ошибок», но, кажется, Альбус остался доволен. Он вновь поднялся со своего места и зааплодировал. Ученики захлопали следом за ним. Шляпа снова поклонилась.       — Перед вами любимая Шляпа Годрика Гриффиндора! — сообщил директор детям, подойдя к Шляпе. Она пробурчала что-то про старую кошёлку, на которую её променял Годрик, но, получив от директора тычок по колпаку, замолчала и растянула жутковатую улыбку над блестящей пряжкой.       — Это мощный волшебный артефакт! — продолжил Альбус. — Она видит все ваши помыслы и поможет выбрать самый лучший для вас факультет! Как вы уже знаете, их четыре. Позвольте представить вам тех, кто возглавит ваш дом! Декан факультета Гриффиндор — Минерва Макгонагалл! Декан факультета Слизерин — Северус Снейп! Декан факультета Пуффендуй — Помона Спраут! И декан факультета Когтевран — Филиус Флитвик! Когда вы услышите свою фамилию, подойдите поближе к Шляпе, и она объявит свой вердикт!       Деканы факультетов по очереди поклонились прибывшим ученикам. Мысленно Гарри назвал их Ведьма, Бэтмен, Фея и Карлик. Затем доктор-профессор Макгонагалл достала длинный свиток и начала зачитывать фамилии:       — Блэк, Драко!       Бледнолицый мальчишка со вздёрнутым носом не двинулся с места. Он считал себя Драко Малфоем, а кто такой Драко Блэк — его не касалось. Минерва, мысленно ругнувшись, внесла его дальше по списку и прочла следующую фамилию:       — Диггори, Седрик!       В центр зала вышел высокий красивый парень, подозрительно похожий на Эдварда Каллена.       — Какой красавчик! — восторженно прошептала Гермиона за спиной у Гарри.       — Мне больше нравится Джейкоб, — ответила ей Полумна.       — А мне — Белла, — заявил Рональд.       — Боже, куда я попал? — пробормотал Седрик.       — Пуффендуй! — резюмировала Шляпа.       Макгонагалл озвучила следующую жертву:       — Гойл, Грегори!       Мордоворот, знакомый Гарри по электричке, беспардонно растолкав локтями собравшихся и перекатывая во рту жвачку, подошёл к Шляпе:       — Пуф…       — А по куполу? — увесистые кулаки по очереди хрустнули.       — Слизерин! — покладисто согласилась Шляпа. Минерва вздохнула. Этого они с докторами не учли. Прозвучало следующее имя:       — Грейнджер, Джейн!       Гермиона, злобно сверкнув глазами, прошествовала к шляпе:       — Меня зовут Гермиона!       Профессор Макгонагалл вздохнула. Бедная девочка совсем тронулась умом на греческой мифологии…       — Хорошо, мисс Грейнджер, пройдите к Шляпе.       Шляпа напустила на себя задумчивый вид и спустя мгновение изрекла:       — Когтевран!       Гермиона казалась расстроенной. Не то тем, что она Джейн, не то распределением к воронам. Она отошла в сторону, освобождая место следующему:       — Крэбб, Винсент!       Второй телохранитель Малфоя направился к шляпе, поигрывая чётками.       — Слизерин! — воскликнула Шляпа, отходя на безопасное расстояние.       — Лонгботтом, Невилл! — объявила Макгонагалл.       Круглолицый мальчишка, любовно прижимая к груди сумку, подошёл к Шляпе. Тут Минерва отчаянно замигала одним глазом, силясь привлечь внимание Шляпы. Изначально Лонгботтома распределили на этаж Минервы, но после знакомства с жабой Макгонагалл поняла, что не в состоянии терпеть это мерзкое существо поблизости. Шляпа верно истолковала жест своего врача и наобум объявила:       — Пуффендуй!       Помона Спраут наградила Минерву тяжёлым взглядом. Макгонагалл, игнорируя игру в гляделки с коллегой, озвучила следующую фамилию:       — Лавгуд, Полумна!       Светловолосая девочка под общее перешёптывание подошла к Шляпе, которая неспешно обошла её вокруг и, выдержав паузу, сообщила:       — Когтевран!       Профессор Флитвик криво улыбнулся своей новой ученице, а Минерва продолжила церемонию:       — Малфой, Драко!       На этот раз мальчик величественно встряхнул головой и направился к Шляпе.       — Слизерин! — объявила она, едва он сделал первый шаг. Драко довольно улыбнулся и присоединился к своему факультету. Прозвучала следующая фамилия, погрузившая зал в тишину:       — Поттер, Гарри!       Мальчик на негнущихся ногах подошёл к Шляпе. Больше всего он боялся услышать, что факультета Сычендор или Хиккамор не существует, и ему придётся возвращаться в чулан. Гарри уже нравился новый мир, где можно разговаривать не только с пауком Мортимером.       — О, что я вижу? — прошептала Шляпа, медленно обходя Гарри вокруг. — Какой интересный случай! Куда бы мне тебя распределить?..       — Только не Слизерин, только не Слизерин… — повторял Гарри, зажмурившись.       — Уверен? — Шляпа на секунду остановилась. — Слизерин — самый короткий путь к величию. Ну, или к Азкабану, как уж повезёт. Да и первый этаж, падать не больно…       — Их декан похож на Бэтмена, а мне больше нравится Джокер, — покачал головой Гарри.       Распределение Поттера неприлично затянулось. Альбус и Минерва переглянулись. Шляпе были даны чёткие инструкции насчёт Поттера, но она, похоже, заигралась. Дети уже начали перешёптываться между собой, но Шляпа не сдавалась:       — А как насчёт Пуффендуя? Хавчик рядом…       — Можно на Когтевран? — перебил её Гарри. Всё-таки двух знакомых девчонок уже распределили туда, а знакомиться с новыми людьми ой как не хотелось.       — Столица Тайланда?       — Э-э-э…       — ГРИФФИНДОР! — завопила Шляпа.       Дамблдор довольно улыбнулся.       — Я вспомнил! Бангкок! — воскликнул Гарри.       — Всё, малой, время вышло! Давайте следующего! — Шляпа вальяжно вернулась к своему месту, а Минерва уже объявила новую фамилию:       — Тонкс, Нимфадора!       Девчонка с фиолетовыми волосами сделала несколько шагов вперёд и поскользнулась на ровном месте. Падая, она успела ухватиться за Лонгботтома и утащить его за собой, бормоча извинения. Мальчик от неожиданности выронил сумку, которая, раскрывшись в полёте, даровала свободу многострадальной жабе. Земноводное бодро упрыгало в раскрытые двери зала под протяжный вопль Невилла:       — Не-е-ет!       — Пуффендуй! — резюмировала Шляпа.       — Уоррен, Миртл!       Незнакомая Гарри девочка с длинной чёрной чёлкой и растёкшейся тушью подошла к шляпе, чтобы услышать вопль: «Когтевран!»       — Гарри, мне страшно! — зашептал другу Рон.       — Да она ничего будет, если умоется, чё ты, — пожал плечами Гарри. Рон закрыл лицо ладонью.       — Уизли, Рональд! — объявила Минерва и убрала свой список.       Гарри подтолкнул застывшего друга в спину:       — Опять Уизли? Да сколько вас там ещё? Гриффиндор! — воскликнула Шляпа, увидев Рона.       — Ну что ж, это были все новички на сегодня! — торжественно объявил Дамблдор.       — Я только вошла во вкус! — возмутилась Шляпа.       — Ничего страшного, дорогая! — лучезарно улыбнулся Дамблдор.       — Хочу ещё! — Шляпа грозно нахмурила складки бровей.       — Хагрид! — коротко скомандовал Альбус, и отчаянно барахтающаяся Шляпа была выдворена из зала могучим лесничим.       — Шляпа весьма трудолюбива. Ей бы подошёл Пуффендуй, — лукаво улыбнулся Дамблдор притихшим ученикам. — Вы, должно быть, проголодались? Прошу всех к столу!       В просторной столовой учеников ждало четыре накрытых стола. Гарри и Рон присоединились к столу Гриффиндора, откуда им приветливо махал рукой рыжий веснушчатый паренёк лет пятнадцати.       — Поздравляю с распределением на Гриффиндор! — дружески хлопнул Рона по плечу рыжий.       — Спасибо, Фред, — Рон засмущался.       — Эй, я Джордж! — возмутился рыжий.       — Гарри, это мой брат — Джордж, — сообщил Рон.       — Ха! Купился! Я Фред! — старший брат рассмеялся и потрепал младшего по голове.       — Фред и Джордж — близнецы, — пояснил Рон, пододвигая к себе тарелку. — Мама их тоже путает.       — Я Гарри, — улыбнулся Гарри, наливая себе тыквенный сок. — А где Фред?       — Я здесь! — отозвался Джордж.       Поттер призадумался. Остаток ужина прошёл в тишине. Конкурировать с двумя, а то и тремя Уизли за печёный картофель и пудинг с непривычки было непросто. Фред (или Джордж?), казалось, ел за двоих, а Рон то и дело отправлял аппетитные кусочки в тарелку сидящего под столом Коросты. Краем глаза Гарри с неким злорадством отметил, что за слизеринским столом Драко Малфой оказался в похожем затруднительном положении: Крэбб и Гойл могли бы составить обоим Уизли достойную конкуренцию. Подумав, Поттер положил себе всего понемногу. Тётя Петунья, тщательно следящая за своим весом, не нашла единомышленников в лице мужа и сына, поэтому частенько переводила на диету Гарри. Мальчик, в общем-то, никогда не отличался хорошим аппетитом, но соседка мисс Фигг периодически горестно вздыхала над его худобой и грозилась написать жалобу в органы опеки. Вот и сейчас с непривычки не получилось съесть много. В желудке мёртвым грузом застряли бутерброды, съеденные ещё в электричке.       Закончив с ужином, Гарри украдкой огляделся по сторонам и столкнулся с пристальным взглядом спектрально-астральных очков Полумны. Девушка помахала ему пучком укропа и вернулась к еде. Внимание остальной женской части Хогвартса было приковано к красавцу-Седрику. Гарри на какой-то момент даже показалось, что не только женской. Временами Гарри сам ловил любопытные взгляды со стороны преподавательского стола. Профессор Дамблдор, похоже, следил за каждым учеником. Заметив, что тарелки почти опустели, а дети начали переговариваться между собой, Альбус поднялся со своего места и вновь обратился к ученикам:       — Ну, раз мы сыты, самое время разойтись по уютным гостиным. Деканы вас проводят, но сперва я хочу напомнить, что подвал Хогвартса является запретной территорией для всякого, кто не желает умереть мучительной смертью… и для вас, мисс Уоррен, тоже!       Девочка с длинной чёлкой всхлипнула.       — Что может быть лучше, чем спеть гимн Хогвартса перед сном? — продолжил директор.       — Да что угодно, — беззвучно процедил сквозь зубы профессор Снейп. Сидящая по правую руку от него Помона Спраут горестно вздохнула. Тем временем Дамблдор, к ужасу деканов, подал знак Филчу, который весь сегодняшний вечер вынужденно исполнял роль диджея с граммофоном. Старший Уизли оживился, когда шипение пластинки сменилось торжественной мелодией. Фред Уизли был любимым пациентом Альбуса Дамблдора. Он провёл в Хогвартсе долгих пять лет, но так и не избавился от раздвоения личности. Главврач уже отчаялся вылечить парня, но всё равно решил опробовать на рыжем новый метод лечения. Фред с детства любил розыгрыши, а его альтер-эго Джордж увлекался фокусами. Обе личности старшего Уизли как нельзя кстати подходили на роль волшебника. Рыжему поручили спеть гимн на праздничном ужине, и он с энтузиазмом согласился. Выждав три такта, Фред встал и, положа руку на сердце, запел, умудряясь исполнять одновременно две партии, отчаянно фальшивя:

Хогвартс, Хогвартс, наш любимый Хогвартс, Излечи нас от чего-нибудь! Молодых и старых, лысых и косматых, Местами адекватных, но не в этом суть. В головах давно гуляет ветер, Видим то, что людям не дано, Но когда нас кто-то рассекретит, Говорим, что с ними заодно. Если что забудем, ты уж нам напомни, Если мы не знаем, просто объясни. Сделай все, что сможешь, наш любимый Хогвартс, Только, умоляем, не дай с ума сойти!

      На втором куплете под давлением директора деканы присоединились к пению. Надтреснутый голос Флитвика, высокий голос профессора Макгонагалл, обречённый бас Северуса и приятное сопрано декана Пуффендуя в сочетании с пением Уизли породили на редкость противное звучание. Рон и Гарри отстукивали вилками ритм, не зная слов. Полумна конспектировала текст павлиньим пером, непонятно откуда взявшимся в её руке. На последнем куплете откуда ни возьмись появилось четверо людей в белых одеждах. Они проворно собирали опустевшие тарелки и бесшумно исчезали, чтобы через мгновение появиться вновь.       — Кто это? — громким шёпотом спросил Гарри у Фреда-Джорджа, указывая на мужчину средних лет с бородкой, убирающего тарелки со стола Гриффиндора.       — Это Ник, привидение нашего факультета. Не обращай внимание, он не опасен, — ответил рыжий, широко улыбнувшись Поттеру.       — А у других факультетов тоже есть привидения? — заинтересовался Гарри, оглядевшись по сторонам.       — Конечно! — вмешался в разговор Рон. — У Когтеврана это Дама, у Слизерина — Барон, а у Пуффендуя — Монах.       — Странные имена, — пробормотал Гарри, наблюдая, как с соседних столов проворно исчезают пустые тарелки.       Конечно же странные! Юный Поттер и не подозревал, что столы накрывают завсегдатаи исправительных заведений: скупщик краденого — цыган по кличке Кровавый Барон, невзрачная проститутка из Албании — Серая Дама, церковный мошенник — Толстый Монах и наркоман Ник, которому периодически сносит башню. Доктор-профессор Снейп много раз просил Альбуса убрать их из Хогвартса, но Дамблдор лишь добродушно улыбался и говорил, что надо верить в лучшее. Как бы то ни было, своё дело эти четверо знали хорошо — посуда со столов исчезала как по волшебству. Первыми, как всегда, исчезли серебряные ложки со стола Слизерина.       Деканы покинули преподавательский стол и позвали учеников за собой. Мрачноватые коридоры Хогвартса освещались тусклыми лампами. Гарри, Рон, Фредоджордж и Короста следовали за профессором Макгонагалл на третий этаж. По пути старший Уизли хвастался, что очень хорошо знает Хогвартс и может показать секретные ходы из школы. Гарри сказал, что тот просто рисуется. Тогда Фредоджордж нырнул в какую-то дверь незаметно для декана и, лучезарно улыбаясь, появился на её пути этажом выше, заставив старушку схватиться за пузырёк валерьянки. Гарри и Рон пришли в восторг от этой выходки, а репутация Уизли-старшего в их глазах выросла в разы.       Идти пришлось довольно долго. Мальчики уже зевали и тёрли глаза, когда Минерва привела их на третий этаж. На нём располагалось несколько комнат. Первой оказалась просторная гостиная с телевизором и уютными креслами. Приветливо кивнув полной женщине в розовом халате, поливающей цветы, Макгонагалл показала мальчикам их спальню. В тесной комнате стояло четыре кровати, две тумбочки и платяной шкаф. Окна украшали некогда бордовые шторы, а на полу красовался красный ковёр с парой пятен непонятного происхождения. Багаж учеников уже доставили, и он занимал изрядную долю без того скудного пространства. Пройти к кровати у окна смог только щуплый Гарри. Переодевшись, он с наслаждением растянулся на белых, пахнущих хлоркой простынях и почти сразу же уснул под монотонный бубнёж братьев Уизли. Короста расположился на относительно чистом участке ковра, свернувшись калачиком, а братья Уизли заняли соседние кровати напротив Гарри.       В 23:00 свет в комнате погас, означая отбой. В это время старик Филч начинал обход по палатам, отмечая всех пациентов в своей тетради. Отчаянно матюгаясь и спотыкаясь о собственную кошку по кличке Миссис Норрис, Аргус Филч медленно передвигался с этажа на этаж. На третьем этаже его интересовала единственная занятая палата. Приоткрыв дверь, старик увидел троих спящих в кроватях мальчишек и озадаченно нахмурился. Согласно инструкции, в палате №9 должно было находиться четыре пациента. Пока Аргус подслеповато щурился в темноту, разыскивая четвёртого пациента, его кошка ужом прошмыгнула в приоткрытую дверь комнаты. Спустя секунду раздался громкий визг. Филч, перепугавшись, осветил фонариком комнату в поисках своей дорогой миссис Норрис. Кошка раздражённо зашипела откуда-то из темноты и прыгнула хозяину в руки, а появившийся непонятно откуда малец лет восьми с ногами забрался на кровать одного из рыжих Уизли. Его колотила крупная дрожь:       — Пшла отсюда! — не просыпаясь буркнул Рон и перевернулся на другой бок.       Малец послушно скатился обратно на пол и свернулся калачиком. Второй Уизли усиленно изображал храп, а спящий у окна Поттер на шум никак не отреагировал. Поворчав на пациентов для профилактики, Аргус Филч покинул спальню. Ему ещё предстоял обход палат на четвёртом этаже. Опустив кошку на пол, старик накорябал на полях своей тетради: «Палата №9 занята на ¾, возможно подселение», и медленно побрёл к лестнице.