Стальная дева

*** — Илирия готовит массированную атаку, — сказал Эйн. Указал спокойно на виртуальный экран, где подсвечивались координаты: временные Врата и расположения баз, которые выдал Галлара. Рьярра и Тана молча проследили взглядами, не отрываясь смотрели на запястье Эйна. — Предыдущие бои были попыткой оценить наши силы. Принять решение, как действовать дальше. Он подцепил пальцем широкий металлический браслет — все никак не мог привыкнуть к ощущению на коже, раньше ничего такого не носил. — Нас оказалось больше, чем илирианцы думали, — продолжил Эйн. — Подавить сразу не вышло. А пока с нами не покончено, воевать с Герией — это риск. Земля может ударить в спину. Тана молчала задумчиво, изучала его, будто впитывала каждую крохотную деталь. — Мальчик, ты уверен, что достаточно стабилен для этого разговора? — спросила вдруг Рьярра, кивнула на браслет на его запястье. Подарок Мары. Эйн постарался сохранить невозмутимость, но внутри все равно прошла волна тепла. Приятно было знать: они все понимали и все видели браслет принадлежности, знак, как много Эйн для Мары значил. Хотя вопрос Рьярры показался ему странным. — Я военный. Для разговоров о войне, я всегда стабильный. — Мы не можем допустить массовое нападение, — мягко и отстраненно вмешалась Тана. — Они направят удары в ваши города. Людей там слишком много, и большинство не способны защищаться. Эйн нахмурился, потому что и сам это понимал. — Да, и эвакуировать их не выйдет. Слишком большое население. А раз эвакуировать не выйдет, войска будут вынуждены вмешаться. Защищать население. Да, и погибать глупо и бесславно, спасая гражданских, которых некуда деть. Не лучшие условия для войны. Пока илирианцы атаковали малыми силами, осторожничали и пытались понять, с чем имеют дело, у Земли оставалось преимущество. Но Эйн чувствовал, долго это преимущество не продержится. Нужно было ударить первыми. — По информации Галлары сейчас на Земле пятнадцать Врат, — Рьярра задумчиво постукивала когтями по столешнице, и Эйн не сомневался, прокручивала в голове, куда ударить сначала. Взвешивала варианты. Те самые варианты, которые он сам уже изучил со всех сторон, и так и не нашел идеального. — Десять стационарных и пять мобильных, — подтвердил Эйн. — Стационарные в основном под землей, чтобы от артиллерии не прилетело. Галлара лично был на семи из них, знает расположение и выдал как они внутри устроены. Просто идеальная цель, — он фыркнул невесело, потому что именно это и делало эти базы худшим из вариантов. Илирианцы знали, что Галлара в плену. И знали, какую информацию он мог сдать первой. — Мобильные Врата поинтереснее, — признал Эйн. — По крайне мере, потому что там нас никто не ждет. — Мобильные Врата плохо подходят для перехода между планетами. Слишком нестабильны, — Рьярра усмехнулась. — Мальчик, чем же они «поинтереснее»? Они нужны только перебрасывать войска илирианцев между базами. Но именно это и было в них самое ценное. Тана мягко улыбнулась, и Эйн увидел — вот она поняла. — Занятно, Габриэль Эйн. Мне нравится, как ты думаешь. — А мне нет, — коротко вмешалась Рьярра. — Объясни. — Мы не знаем, что именно илирианцы поменяли, когда Галлара попал в плен. Как перераспределили силы. Но если поймаем мобильные Врата, можем посмотреть, кого и куда они перекидывают. И сами можем им что-нибудь перекинуть. Пару бомб. Собственные войска следом. — Для этого нужно захватить Врата целыми. И сделать это незаметно. И получить коды на открытие и переброс войск, — перечислила Рьярра. Но сарказма у нее в голосе поубавилось. Она не критиковала, она взвешивала — насколько это выполнимо. Что потребуется, чтобы преуспеть. — Есть и другой вариант, — Тана улыбнулась, мягко и довольно. И Эйн знал, что она думает о том, как будет убивать. Ей это нравилось, возможно, нравилось не меньше, чем илирианцам. — Достаточно, чтобы они не сумели подать сигнал о нападении. Илирия не будет знать, что Врата под нашим контролем. Мы пошлем запрос на подкрепление. Под любым предлогом. Илирия сама откроет Врата, чтобы перебросить новые силы. Мы будем готовы. Эйн усмехнулся: — Встретим от души? — И пошлем ответный подарок, — Тана улыбнулась чуть шире, и было в ее улыбке нечто хищное, нечто, что Эйну нравилось. — Хорошо. Осталось найти мобильные Врата. — Это не так легко, — Рьярра хмурилась, перестукивала когтями по столешнице и изучала карту. — Мы не знаем точное расположение, только сектора, к которым они прикреплены. Если их вообще не перекинули. Эйн покачал головой: — Не перекинули. Из сектора уводить — это лишний риск. И попасться разведке можно, и логистически невыгодно. На старом месте все уже обустроено и удобно — и пути отхода, и убежища, и припасы заготовлены, на случай всякого. К тому же сектор довольно большой, и расположение его относительно наших городов выбиралось. Нет, они не уйдут. Точно не без веского повода. Рьярра усмехнулась: — Давай его обеспечим. *** После того, как они договорили про ближайшие планы, и Рьярра ушла, бросив на Эйна короткий нечитаемый взгляд, он подался вперед к Тане. Спросил без обиняков: — Если попрошу, поможешь мне? Она неторопливо протянула руку, коротко царапнула когтями металл браслета: — Зависит от того, что ты попросишь, Габриэль Эйн. — Не для Земли. Ничего глобального, — ответил он. — Для меня лично. Она коротко кивнула: — Спрашивай. Я полагаю, речь о Телуре. С ней тебе нужна помощь. Тана снова коснулась браслета, а Эйн нахмурился. Вот чего не ожидал, так это, что речь зайдет о Маре. Решил сразу же прояснить: — Нет, не с ней. С Ойлером. Он много думал, о том, что Мара сказала. О том, что они не смогут его убить. И не позволят другим. Но на Земле для Ойлера не было места. И Эйн не врал себе, понимал, как трудно будет что-то придумать. Но он должен был попытаться. Они задержались с Таной надолго. Он спрашивал, она отвечала на вопросы. И с каждым ответом перед Эйном вырисовывалось будущее. Неожиданное. Не самое безопасное — и до него еще нужно было дожить. Будущее, о котором он даже и не думал раньше. Но которое тем не менее ему нравилось. *** Он был уверен, что Рьярра давно ушла, но она перехватила его в соседнем же коридоре, стоило уйти от Таны и направиться в сторону личного бокса. — Караулишь по коридорам? А могла бы просто позвонить, — он усмехнулся. — Не много ли мне чести? — Считай, что я беспокоилась, мальчик. Решила задержаться, — спокойно отозвалась она, отступила от стены и подошла ближе. Кивнула на браслет на запястье Эйна, а он почувствовал себя странно. Потому что явно герианки видели в этом браслете что-то свое. — Мне жаль, что Телура так поступила. Это жестоко и недостойно. — Что? — Не ожидала от нее подобного, — Рьярра сжала губы в тонкую недовольную линию. — Я поговорю с Льенной. Эйн не понимал, что происходит, но точно знал, что ему это не нравится. — Стоп-стоп-стоп. Отставить разговоры с Льенной и с Марой, и вообще, давай ты сначала со мной поговоришь. В чем дело? — Она не объяснила? — Рьярра помрачнела сильнее. — Она просто дала тебе браслет, и не сказала, что он значит? Может, Эйну казалось просто, но возникло ощущение, что Рьярра просто пойдет и отвесит сейчас Маре пару плетей. — Это браслет принадлежности, — сказал Эйн. — Я знаю. Для тех, кто семья. И я знаю, что меченым их обычно не дарят. Про то, что он сам его выпросил, Эйн умолчал. Постеснялся сказать. — Разумеется, не дарят, — резко отозвалась Рьярра. — Дать меченому браслет, как обычному мужчине… это оскорбление. Если она хотела тебя наказать, ей следовало выбрать иной способ. — Никто меня не наказывал. У нас вообще не такие отношения, — чувствуя себя абсолютно по-идиотски пояснил Эйн. Рьярра очень, очень выразительно на него посмотрела, и он добавил. — Не такие. За пределами кровати по крайней мере. Что вообще ее не касалось. И Эйн почувствовал, что начинает злиться. Он не обязан был ничего, абсолютно ничего объяснять Рьярре. Но она действительно могла пойти разбираться через Льенну, и вот это уже было за гранью добра и зла. — Для людей это другое. Понимаешь? Другое значение, и вообще иначе. — Не важно, что это для людей. Ты на герианской базе, в окружении герианцев. И среди них Телура с успехом уничтожила всякое уважение к себе. Она не имела права так поступать. Да, теперь Эйн начинал понимать, почему Мара так упиралась с браслетом. И что именно он заставил ее сделать. Бляста, если бы знал, что так будет… ну, все равно бы попросил, но хоть носил бы не на виду. — Почему именно сейчас? — холодно, словно рассуждая вслух, спросила Рьярра. — Именно сейчас, когда это ставит твое положение и твои слова под сомнение? Эйн напрягся: — В каком смысле? — Телура публично унизила тебя. Многие теперь будут приглядываться, насколько ты стабилен. Не действуешь ли под влиянием эмоций. Все же ты мужчина. — А Зайн знает, что ты веришь в это сексисткое говно? — Зайн будет так же разочарован в Телуре, как и я, — она поморщилась. И выражение получилось совершенно человеческое. Этим она иногда сбивала. Что была ближе к людям, чем другие герианки. Но воспринимала все через призму герианской культуры, и конкретно сейчас надумывала себе всякий бред. Эйн с усилием потер виски. Подумал, как спасти ситуацию, и попросил: — Погоди. Не говори пока ни с кем, и ни делай ничего. Я сам разберусь. И с Марой, и с ситуацией. Знал бы кто, что так по-дурацки выйдет. — Телура должна была знать, — резко сказала Рьярра. — Где были ее мозги, когда она подарила тебе браслет? И именно сейчас, когда все решается в войне. — В крайнем случае, можем приписать все мои идеи Картеру. У него все в порядке с репутацией. Сразу все согласятся, что отличная стратегия, — Эйн криво усмехнулся и еще раз мысленно обозвал себя идиотом. Не зря Маре было за него стыдно. Рьярра хотела еще что-то сказать, и он перебил: — Слушай, серьезно, ситуация просто… вообще не такая, как ты думаешь. Никто никого не унижал, и я со всем разберусь сам. Просто не вмешивайся, — у него было не так много рычагов, чтобы на нее давить. Но тот, что был, Эйн не постеснялся использовать. — За то, что ты со мной сделала, ты мне должна. Он видел, что ей неприятно это слышать. И испытывал мстительное мелочное удовольствие. Что мог на нее давить. Что да, она осознавала, что сделала и сожалела. И в этот раз она уступила: — Хорошо, мальчик. Ты прав, у меня нет права вмешиваться, — она отступила на шаг, развернулась и пошла прочь. Остановилась только на мгновение, чтобы сказать. — Но если ситуация станет хуже, я все равно вмешаюсь. Даже без права. Она ушла, а Эйн смотрел ей вслед и думал о том, как же так вляпался в такую драму из-за совершенно бытовой, в общем-то, мелочи. Обычного подарка. И теперь это надо было как-то решать. Эйн вернулся в их с Марой жилой бокс — посидеть и подумать, и побыть в одиночестве. Но с этим тоже не сложилось. Когда он зашел внутрь, увидел на кровати высокую фигуру. Ларралы отливали золотом. Ойлер крутил в механических пальцах собственный браслет принадлежности. Вперед-назад. Будто игрался. — Привет, приятель Эйн, — сказал он. — Давай поговорим. Эйн еще не знал, о чем будет разговор, но уже видел, что он ему не понравится.