Underfell

В длинном коридоре, расширяющимся в форме сердца в своей середине, друг напротив друга стояли двое - робот с квадратным телом, постоянно ёрзая на месте на своём одноколёсном шасси, и человек, постоянно бросающий взгляды в разные стороны, уверенный, что это будет какая-нибудь очередная засада. — О, привет… Меттатон, — Слава неуверенно начал диалог, всё ещё оглядываясь по сторонам, но вместе с этим стараясь держать своего собеседника на виду. — Неожиданно встретить тебя здесь. — Неожиданно ли? Впрочем, это не имеет значения. Я хотел бы… мм, поговорить с тобой, и обсудить несколько вещей. — И какие же? — Слава расслабленно опустил плечи, уверенный в том что сражения не будет. — Ну например как ты… или твой двойник расправился с Альфис. Я бы мог попытаться остановить его, но моё тело мне пока дороже. Как ты чувствуешь насчёт участия в моём новом шоу? — К-каком шоу? — у мальчика вдруг появилось очень плохое предчувствие по этому поводу. И не без причины - один из кончиков пальцев Меттатона раскрылся, и оттуда вдруг стрельнул яркий лазер. — Шоу “Убей Человека”! — робот издал запись маниакального смеха и продолжил стрелять. — Да что ж ты творишь-то?! — в панике воскликнул Слава, еле успевая перебирать ногами, чтобы лазер не попал по ним. К счастью, их было видно, в отличии от пуль, поэтому у него была какая-то доля секунды чтобы отреагировать. Хотя по большей части он надеялся на удачу. Но Фортуна ведь не собиралась тянуть его вечно... — Я тяжело работал, чтобы получить свой статус знаменитости в Подземелье. Пусть моя "знаменитость" заключается в том, что все меня ненавидят, я всё равно ДЕЛАЛ что-то ради этого. И вдруг из ниоткуда появляется человек, который забирает всю славу, и про которого пишут абсолютно все источники информации в Подземелье? Извини, но нет. Это просто не сработает. Ничего личного, — робот наконец догадался поднять руку и стрельнуть Славе в тело. Он попал, хотя и в руку. Жгучая боль заставила Славу вскрикнуть, а дальнейшее чувство ожога только ухудшало самочувствие. Тогда мальчик решил сделать абсолютно безумную вещь, до которой только мог додуматься сейчас. Он подбежал к самому роботу и обнял его. Меттатон вообще не ожидал такого поворота событий, и даже прекратил стрелять на мгновение. Этого времени хватило Славе, чтобы тот смог нащупать странную кнопку на спину робота и перевести её в положение “вкл”. Или “выкл”, он сам точно не знал. Но что он точно узнал… Так это то, что Меттатон был тем ещё красавчиком. С неожиданной вспышкой, подобной той, что сделала световая граната когда-то в лаборатории у Альфис, Славу резко откинуло на землю спиной вперёд. Он немедленно поднялся на локотки и посмотрел в ту сторону, где должна была стоять эта непредсказуемая жестяная коробка. Вместо этого он увидел четырёхрукого, похожего на человека робота, с двумя длинными красивыми ногами и не менее красивой причёской. Его лицо украшали четыре жёлтых глаза, а под ними и слегка приподнятым, казавшимся напудренным, носиком, находилась улыбка, подобие которой можно было найти только у Голливудских моделей. Вот только улыбка была злобная... — Мм... наконец-то, кто-то нажал на эту кнопку! — Меттатон потянулся и прокрутился вокруг себя, будто разминаясь после долгого сна. — Ты... ты Меттатон? — всё, что Слава нашёл у себя в голове чтобы спросить. — Ну, очевидно не Альфис или кто-нибудь из твоих дружков, — последние два слова робот произнёс с особой брезгливостью, явно наслаждаясь его новым (или старым) мощным телом. Слава наконец поднялся на ноги, но рюкзак решил оставить на земле, чтобы было удобнее сражаться с новым противником. Он отодвинул его в безопасный уголок и едва успел блокировать клюшкой атаку Меттатона, держащего в двух руках по бензопиле, а в двух других - по катане. Он увернулся и от катан, стремившихся пронзить его тело, и отпрыгнул от робота. Откуда-то заиграла громкая энергичная музыка, и зрелище зловеще улыбающегося Меттатона было последним, перед тем как глаза Славы помутнели и он впал в забытье... ...а пришёл в себя он лишь только когда наносил удар со всей силы по плечевому соединению робота, таким образом отсоединяя аж третью руку. Мальчик толкнул робота ногой и его торс отделился от нижней части, упав на живот, имитируя кашель в процессе. Слава выпустил клюшку, тяжело дыша. Он оглянулся - арена была практически разрушена: где-то виднелись большие дыры в стенах, пол был покрыт следами от взрывов и огня, а три из четырёх рук красивого, но очень жестокого робота лежали где-то вокруг центра. — Слушай, Меттатон... я не хочу убивать тебя. Я не буду сражаться дальше. Вокодер Меттатона издал сильно искажённый из-за поломки смех. — Что? Ты думаешь, у меня есть выбор? Это тело будет ещё более узнаваемым и его будут ещё более ненавидеть, если я не убью тебя... и тогда... я никогда не стану настоящей звездой! Уж лучше умереть... Слава молчал. Меттатон повернул своё тело на бок и опёрся на локоть своей оставшейся руки. — Только посмотри, сколько зрителей смотрят нас сейчас... ха-ха... пик просмотров, — робот печально улыбнулся, смотря на экран, расчерченный полосками, и наблюдая, как одна, красная, постоянно идёт вверх, пересекая черты помеченные "100к", "150к", "200к". Это даже заставило Славу задуматься о том, сколько же в Подземелье всего монстров, и сколько их было в те древние времена, когда с ними воевали люди. Вдруг робот повернулся ещё чуть-чуть и навёл палец на белую кнопку прямо посередине его жёлтого пояса, находящегося почему-то на торсе. — Пути назад нет, дорогуша. Либо ты, либо я. Если ты не убьёшь меня, я активирую самоуничтожение. Но... — Меттатон, несмотря на то, что был наполовину сломанным роботом, как-то по-человечески вздохнул, и, отведя палец от кнопки, продолжил. — Чтобы уделить честь моему шоу в один последний раз, я приму один звонок, — он нажал на кнопку у себя на запястье, и из пола показался столбик со старым телефоном с красивым эстетичным диском для набора номеров. Он зазвенел практически мгновенно, как свет был переведён на него. — Аргх... не могу ответить... сделай это за меня, хорошо? Слава подошёл к телефону и поднял трубку. В этот момент колонки, установленные в комнате, издали звук странного баса, но как позже оказалось, это было переключение на громкую связь. — О... привет... Меттатон... я ненавижу твоё шоу. Это самое бесполезное и тупое, что можно было выдвинуть на ТВ. И видеть тебя каждый раз на экране злит меня до такой степени, что мне самому хочется тебя убить. Я разочарован в том, что человек не закончил свою работу с тобой - он справлялся с убийством тебя гораздо лучше интереснее, чем ты с ним. Жаль, что это последний эпизод... впрочем, многого ожидать и не следовало. Ты нажмёшь уже на кнопку, или что? Становится скучно. В этот момент лицо Меттатона представляло собой растерянность и содержало в себе нечто такое, будто его предал кто-то близкий. Слава вдруг почуствовал невыносимую жалость к роботу, и, несмотря на злость, накапливающуюся по мере того, как звонящий говорил свою речь, всё же аккуратно положил трубку рядом с телефоном. Но тирада не останавливалась. — "Пик просмотров", Господи. Монстры просто хотят, чтобы ты умер. Но это не имеет значения. Ведь даже это ты не сделаешь. Всё, на что ты способен - только пустословить... — П-Подожди, Блу- — Меттатон пытался позвать его, будто это было последнее, за что он мог только ухватиться в этой жизни, хотя по большей части это было правдой. Один, никем не поддерживаемый, всеми ненавидимый... Это напомнило Славе о самом себе. Но у него была поддержка - Флауи. А у Меттатона... "Есть только я и Флауи". На весь зал раздались короткие гудки. Робот опустил глаза в пол, но потом снова поднял их, в маленьких чёрных зрачках теперь отражалось какое-то безумное желание... Слава пока не мог точно определить что это, но в случае чего, он был готов. — П-Подождите, это неправда! Я приму ещё звонок! Слава опустил трубку и снова поднял её, для очередной тирады. Монстры возмущались, желали роботу смерти и всячески высказывали, как они его ненавидели. В конце концов, мальчик просто не выдержал, и громко матюкнувшись, со всей силы кинул трубку обратно в телефон, сломав его окончательно. В этот же момент он краем глаза заметил Меттатона, тянущегося к кнопке и кинулся на него, подобно хищнику на добычу. Робот Альфис пытался сопротивляться, но без ног и всего с одной рукой он не мог противостоять целому человеку. В конце концов он сдался, пустившись в слёзы и сейчас даже не пытаясь прикрывать своё лицо, что он активно делал в битве - к Славе отрывками начало возвращаться то, что он делал, когда его вдруг окутал "красный туман". Слушая рыдания Меттатона, Слава еле сдерживал свой гнев, но тем не менее аккуратно отсоединил его последнюю руку и откинул её в сторону "от греха подальше". И вдруг ему пришла в голову идея... Он сел посреди комнаты, окружённый камерами, видевшими его со всех сторон - шоу всё ещё продолжалось, а значит зрители смотрели за драмой. Он кое-что шепнул Флауи, от чего тот сконфузился, но, пожав метафорическими плечами, всё же решил помочь. — А знаешь, друг мой, — начал Слава нарочито-приподнятым тоном. — Много монстров видят меня как мессию, которая спасёт их от вечного заточения и Барьера, так? — Т-так, — у Флауи не было опыта в подыгрывании, но он старался как мог. — Я вот тут подумал... а стоит ли? Почему бы мне просто не перебить их, как грязных шавок? — А... а с чего ты вдруг так решил? — Да потому что они ими и являются! Ты только посмотри, с какой шакальской манерой они набросились на одного из своих. — Но ведь... И в таком духе беседа продолжалась примерно час. В конце концов, они пришли к неутешительным для монстров-зрителей выводам, что всех надо перебить, и прекратили эфир, попросту поломав все камеры. Слава повернулся к Меттатону, спрятав свою верную клюшку за спиной, и присел рядом, поставив его перед этим на ту часть, которая должна была соединяться с ногами, всё ещё стоявшими посередине комнаты. Робот не отвечал, предпочитая видеть мир сквозь закрытые глаза. Мальчик пару раз тыкнул его в нос, чтобы тот "проснулся". — Чего ещё? — спросил он у человека. Тон был совсем убитый. — Так кем ты на самом деле являешься? — Роботом, кем же ещё по-твоему? — Роботы не плачут и не имеют эмоций. — Ну а если... а, ладно, всё равно не поверишь. Признаюсь, на самом деле я не робот. Я - один из немногочисленных призраков Подземелья. — Призраков? — Да. Мы ищем вещи, в которые вселяемся, и если, будучи в этих вещах, мы почувствуем абсолютный пик эмоций, мы сливаемся с ними и становимся единым целым. — То есть... — Да. Та машина, мимо которой вы прошли ещё в Лесу, это был я. Ну, до того, как я решил в неё вселиться. — Но как ты сделал себе репутацию "дворецкого Альфис"? — А? О, она просто предположила, что я был одним из её старых роботов, и поэтому относилась ко мне соответствующе. — И насчёт первого звонящего... — Да? — Ты знал его? — Блуки? Или Напстаблук? Это мой брат... был. — Напстаблук? Неудивительно, что он выдал такую токсичную тираду. А почему был? — Сегодня он... ну ты сам знаешь. Это был нож в спину. Я никогда ему этого не прощу. — Метта... — Слава положил руку на плечо "робота" — Я всегда буду рядом с тобой. И если тебе нужна будет помощь - сразу обращайся ко мне. Я не предам тебя. Меттатон вздохнул. — Хорошо. Но... кто будет теперь прибирать это всё? И моя батарея... она почти разряжена... — Не волнуйся, я всё решу. Просто расслабься, и успокойся. И без истерик. — Хорошо... Слава поднялся на ноги и вышел из другого конца коридора. Одна поездка на лифте спустя, и он оказался... где-то. Он оказался, судя по всему, в каком-то доме - красивый чёрно-красный ковёр прикрывал пол из дорогой древесины, но что-то тут было знакомое... будто они были снова в доме у Ториэль, но... в каком-то другом доме Ториэль. — Мы... мы в Том Самом доме! — В каком? — В том, в котором я жил, когда был Азриэлем! И когда Чара была жива... — О... — у Славы не нашлось больше слов, поэтому он из уважения к старому месту молчал, оглядывая всё вокруг. На стенах висели картины видов Подземелья - Лес перед Сноудином, Поле Эхо-цветков в Водопадье, Архипелаги и индустриальные пейзажи Жаркоземья... то, как их нарисовали, захватывало дух, но у Славы не было времени любоваться, а посему он прошёл дальше, и довольно скоро оказался на балконе. Перед ним простирался огромный город, выложенный из кроваво-красного кирпича, окружённый большой стеной и сторожевыми башнями. Прямо в его центре красовался огромных размеров замок, огромный даже по меркам земных замков, которые Славе доводилось видеть в журналах и книжках по истории. Он даже хотел прокомментировать красивый вид, но тут кто-то огрел его по голове сзади... Опять.