Resentment

История начинается в начале 6-ого года обучения.        — И помните, — вкрадчивым голосом предупредил профессор Флитвик, стоя в начале кабинета и смотря на студентов. — Пока вы практикуете это заклинание, не создавайте ни с кем зрительного контакта, — слова эхом отразились в разуме девушки, приводя её в ужас, ведь с губ уже сорвались слова заклятия, способного открыть мысли и позволить волшебнику узнать истинные намерения любого человека.       Гермиона точно следовала инструкциям профессора, пока Драко Малфой не решил кинуть очередной глупый комментарий в сторону Невилла, привлекая внимание девушки. Видимо, прожигающий взгляд шатенки был настолько ощутим, что слизеринец повернулся в её сторону, встречаясь с карими глазами взглядом, и ухмылка незамедлительно расцвела на его лице.       Именно в этот момент с её рта снова сорвались слова заклятия. — Эссе ест пёрсепи.       Она поняла, какую ошибку совершила, ещё до того, как оно подействовало. Мало того, что она исковеркала интонацию, так ещё и смотрела в глаза этому нахалу.       — Омерзительно, — подумала Гермиона, зажмуриваясь на секунду, чтобы не видеть эту гадкую усмешку на его губах. Однако к её крайнему изумлению, а также превеликому ужасу, противная улыбка резко сошла с его лица. Гриффиндорка никак не могла понять, что же произошло, пока не получила ответ на свой вопрос.       — Что за чёрт? — голос раздался в её голове, но он был совершенно чужим. Нет, он принадлежал парню, и не какому-то случайному, а именно Драко Малфою. Но что он делал в голове девушки?       Прежде чем она успела придумать возможное объяснение, прозвенел колокол, оповещая об окончании занятия, и студенты стали собирать свои вещи. Однако Гермиона оставалась на месте, будто приклеенная к стулу, не в состоянии оторвать взгляда от блондина.       — Гермиона, — позвал её Гарри, замечая странное состояние подруги. Девушка нехотя отвела взгляд и попыталась пока откинуть все вопросы, вертевшиеся в её голове. — Ты идешь? — немного взволнованно спросил Поттер, вставая между ней и Малфоем.       — Эм… нет, — гриффиндорка покачала головой и кашлянула. — У меня появилось несколько вопросов к профессору Флитвику. Почему бы вам не пойти пока без меня? Я догоню, — она попыталась выдавить улыбку, но в итоге лицо исказилось будто в гримасе боли. Друзья, казалось, колебались, но зная, что лучше не спорить с Гермионой, когда она решительно пытается получить ответы на свои вопросы, быстро махнули рукой на прощание и скрылись за дверью, направляясь на следующий урок.       — Профессор Флитвик должен знать, что произошло, не так ли? Я уверена, он сможет всё исправить, — мысленно рассуждала Гермиона, торопливо собирая вещи в сумку и поднимаясь из-за парты.       — Грейнджер, прекрати думать! Я не хочу, чтобы твой противный голос звенел в моей голове, — девушка замерла, услышав голос Малфоя с нарастающим в нём раздражением. Игнорируя пробравшую дрожь, невольно пробежавшую по всему телу, она практически бегом направилась к профессору, чем сильно его удивила.       — Мисс Грейнджер? Всё в порядке? — спросил он, видимо, заметив её взволнованное и испуганное выражение лица.       — Профессор, я думаю, что-то произошло с заклинанием, — Гермиона слегка запнулась, так как не знала, что сказать дальше, ведь она сама была неуверена в сложившейся ситуации. Казалось, она и Малфой могли слышать мысли друг друга? Что очевидно, так как заклинание и было нацелено на это. Но как они могли отвечать друг другу? Почему слышали одновременно?       — Грейнджер! Я, кажется, велел тебе заткнуться, — голос слизеринца, снова проник в её голову. Но вместо того, чтобы придумать какой-нибудь колкий комментарий в ответ, она сосредоточила внимание на профессоре, который вновь начал говорить.       — Что именно произошло, мисс Грейнджер? — повторил вопрос мужчина с сильным волнением в голосе.       — Я не достаточно уверена, профессор. Заклинание, которое мы практиковали сегодня, имеет не совсем такой эффект, который мы, — она указала на себя и на Малфоя, который сейчас стоял позади неё в нескольких метрах, — должны ощущать сейчас.       — Вероятно, заклятие было сказано мной в момент потери концентрации, — договорила гриффиндорка, а затем обернулась, чтобы посмотреть на парня. Драко посмотрел на неё в ответ. Профессор Флитвик нервозно завозился со своей палочкой, казавшись ещё более взволнованным, чем сами студенты.       — Я думаю, что знаю, о чём вы, мисс Грейнджер. Поэтому сейчас разумнее всего отправиться к профессору Дамблдору. Он сможет преподнести новости лучше, чем я, — глаза Гермионы расширились от страха.       — Преподнести новости? Какие новости? И почему профессор Флитвик выглядит так, будто извиняется за что-то?       — Грейнджер! — с новой силой взревел голос в её мыслях. Девушка дёрнулась, поворачивая голову в сторону, чтобы снова поймать горящий злостью взгляд Малфоя, но его уже не было в кабинете. Быстро извинившись перед преподавателем Чар, Гермиона стремительным шагом направилась в кабинет директора. Она остановилась около горгульи, пытаясь вспомнить пароль с того дня, когда приходила сюда вместе с профессором МакГонагалл по поводу расписания.       Поспешно проговорив нужные слова, она увидела образовавшуюся лестницу и поднялась.       Постучав в деревянную дверь, Гермиона стала ждать, пока её не позвал весёлый голос Дамблдора. Её дыхание немного сбилось, когда она прошла внутрь и остановилась около стола.       — Всё в порядке, мисс Грейнджер? — спросил Дамблдор, пристально наблюдая за девушкой, что сильно её насторожило.       — Нет, сэр, — призналась шатенка и набрала в грудь побольше воздуха, чтобы попытаться объяснить ситуацию правильно. И рассказала всё, что произошло в классе чар. Однако не успела она договорить, как в кабинет влетел Малфой с застывшим на лице угрюмым выражением.       — Как хорошо, что вы к нам присоединились, мистер Малфой, — поприветствовал его директор со слабой улыбкой и, если она не ошиблась, озорным огоньком в глазах.       — Не могу сказать того же, старикашка, — девушка тихо ахнула на мысли слизеринца, оборачиваясь, чтобы посмотреть на него. Однако парень лишь пожал плечами в ответ и закатил глаза. Нахмурившись, Гермиона перевела взгляд на Дамблдора, заметив, что тот с любопытством разглядывает их.       — Почему бы вам не присесть, — предложил мужчина, всё с той же улыбкой указывая на стулья перед его столом. Гермиона аккуратно присела на один из них, всё время посматривая на край платформы, на которой находился стул. Она боялась с неё свалиться.       — Я лучше постою, — почти выплюнул блондин, явно не желая задерживаться здесь, а хмурый вид так и не сходил с его лица. Гермиона удивлённо приподняла бровь, совершенно не понимая поведения Малфоя по отношению к директору. Она, конечно, знала, что Дамблдор не особо нравится блондину, но не понимала, почему он так холодно к нему относился.       — Не твоё дело, Грейнджер, — снова неприятные мурашки пробежали по её телу, когда кристально чёткий голос Драко проник в разум.       — Очень хорошо, — кажется, на директора совсем не повлиял такой тон слизеринца. — Я сразу все скажу, чтобы у вас было меньше вопросов, — начал мужчина, складывая руки одну на другую и сочувственно смотря на студентов. Гермиона уловила ещё кое-какие скрытые эмоции, но не смогла прочесть. — Я боюсь, что заклинание было сотворено таким образом, что вы теперь можете читать мысли друг друга, — шатенка поджала губы, потому что об этом она и сама догадалась, и сейчас это совершенно не имело смысла.       — Чего вы боитесь, сэр? — спросила она, на что директор понимающе улыбнулся, смотря, как гриффиндорка прикладывает усилия, чтобы задать всего один вопрос.       — Видите ли, мисс Грейнджер, ваше неверное произношение привело к заклинанию, которое, предположительно, относится к тёмным искусствам, а о них нам мало что известно, — Гермиона широко открыла рот, когда он упомянул, что она невольно воспользовалась тёмным заклинанием. — Это заклятие известно лишь по эффекту, который вы двое сейчас испытываете. И я боюсь, что способа избавиться от этого нет. Это как наказание за такое близкое вторжение в сознание другого человека.             В кабинете воцарилась мёртвая тишина, пока оба студента пытались переварить информацию. Однако насколько тихо было снаружи, настолько громко было в сознании гриффиндорки. Не может быть такого, чтобы заклинание оказалось невозвратным. Что-то же должно быть, что бы возместить причинённый ущерб. Разве нет?       Но что, если нет?       Они на самом деле будут мысленно связаны друг с другом на всю свою жизнь? Есть ещё какие-либо последствия от этого? Может, есть способ уменьшить силу их связи?       — Грейнджер! — глубокий рык послышался за её спиной. — Профессор, вы хотите сказать, что я, Драко Малфой, должен слушать эту невыносимую грязнокровку больше, чем ещё несколько секунд? — девушка вздрогнула от слова, которое он произнёс.       «Грязнокровка». Каждый раз это слово сильно ранило её, этого отрицать Гермиона не могла. Парень уже давно так не называл девушку, но в данный момент его гнев возобладал над ним и он больше не мог себя контролировать. Девушка немного обрадовалась, что хотя бы на мгновение он мог побыть виновным за то, что сказал.       — Во-первых, я не хочу слышать такие слова в моём кабинете, мистер Малфой. Во-вторых, да, как я и сказал, — ответил директор, строго смотря из-под очков-половинок на блондина. — Однако я должен попросить вас обоих сохранять в себе мысли, которые вы будете слышать или видеть. Я уверен, что мы все знаем о связях другого вида, и если обо всём этом узнают, то будут серьёзные последствия. Для вас обоих, — директор говорил строго, и блеск его глаз пропал.       — Видеть? — вдруг переспросила шатенка с чуть приподнятой бровью. Она не совсем понимала, как возможно видеть мысли, сейчас их можно было только послушать. Слабая улыбка снова вернулась к директорским губам и его черты смягчились, когда он в упор посмотрел на неё.       — Да, мисс Грейнджер, видеть. Мой лучший совет вам будет наведаться в библиотеку и поискать книгу под названием «Чтение мыслей: искусство познания». Я дам разрешение в запретную секцию. Там вы найдёте все ответы.       Дамблдор потянулся за свитком пергамента на столе, начав строчить записку аккуратным, как у гриффиндорки, почерком. Спустя несколько минут он протянул его Гермионе. Девушка взяла записку и крепко сжала ее, чтобы, не дай Мерлин, не потерять.       — Если у вас будут какие-то вопросы ко мне, вы знаете, где меня найти. Но сейчас, уверен, что книга даст все необходимые ответы, — озорной блеск вернулся в его глаза, а девушка никак не могла понять, чему мог радоваться директор. Для неё в этой ситуации не было ничего весёлого.       Поблагодарив мужчину, она поднялась со своего места и, прежде чем покинуть кабинет, попрощалась. Сразу направившись в сторону библиотеки, она краем уха слышала Малфоя, который шёл позади неё. Должно быть, он тоже желал получить некоторые ответы. Наконец распахнув нужную дверь, она передала записку мадам Пинс. Женщина повела их в запретную секцию и оставила у входа, проводив парочку подозрительным взглядом. Пройдя в том направлении, где, по предположению библиотекаря, должна находиться книга, Гермиона заметила её на одной из верхних полок. Протянув руку, гриффиндорка изо всех сил попыталась достать её, досадливо вздыхая. Вдруг её не слишком мягко оттолкнули в сторону.       — Клянусь, эта девушка мелкая, как ребёнок. Удивительно, как ей удалось захватить все книги в библиотеке, чтобы прочитать их, — досадные мысли Малфоя вторглись в разум Гермионы, отчего она сердито посмотрела на слизеринца. Да, может, она немного ниже, чем ей бы хотелось, но она не ребёнок.       Тем не менее шатенка была рада, что у Драко был достаточный рост, чтобы легко схватить необходимую книгу. Проследовав за ним вглубь библиотеки, они нашли неприметный стол. Никто не должен знать, что они читали что-то вместе, чтобы избежать нежелательных вопросов.       Как только он бросил книгу на стол, достаточно тихо, чтобы не привлечь внимание мадам Пинс, девушка с нетерпением открыла её и умело начала листать страницы. Прочитав достаточно книг, она знала, как найти нужную информацию.

ГЛАВА 6: ТЫ УЖЕ ЧИТАЕШЬ МОИ МЫСЛИ.

У всех, для кого я дорог, Я должен спросить еще раз, что мне делать, если я больше не могу? Беспокойные мысли не дают мне уснуть. Так утомительно и невыносимо — это больше, чем я могу вынести. Но чтобы успокоить ум, Нужно наладить с ним мир. Но что делать, когда никто из вас не может победить? Многие могли заметить, что выполняя это заклинание, сделали ошибку. Постоянные мысли проникают в ваше сознание, но не ваши собственные. Бессонные ночи, усталость по утрам. Не беспокойтесь! Пусть нет обратного заклинания, но кое-какая надежда для тех, кому нужна помощь, есть. Начало всегда самое трудное, но ваш путь только начинается, и вскоре вы заметите, что становится легче и непрекращающиеся голоса оставят вас. Чтобы облегчить ваш путь к освобождению от голосов, мы разделили его на несколько простых этапов, через которые вам следует пройти: 1. Возможность только слышать мысли и общаться. Это означает, что ваши мысли могут быть услышаны другим. Никто не сможет это контролировать. Отвечая на чьи-то мысли, просто подумайте об ответе, и вас услышат. 2. Возможность только слышать мысли и общаться. Это тот же этап, только теперь вы будете иметь больше контроля над своими мыслями. Только ваши доминирующие мысли будет слышать другой человек. Мелкие мысли можно будет прочесть только, когда другой добровольно решит послушать. 3. Возможность видеть вещи, которые видел другой, и читать мысли. Вы снова потеряете весь контроль. По крайней мере, только того, что вы видите. То, что можно будет услышать, по-прежнему будет выполняться в предыдущие два этапа. 4. Возможность видеть вещи, которые видел другой, и читать мысли. Теперь у вас есть полный контроль над этими действиями, вы даже можете подавлять определенные мысли, ограждая их от других. Однако, такая способность достигается только при наличии достаточной практики, в которой могут встретиться некоторые трудности. Это должно быть сделано таким хитрым образом, чтобы важная мысль казалась незначительной, тогда на неё не будут обращать внимания другие. 5. Возможность видеть воспоминания, которые возникают в мыслях. Если вы подумали, что хуже уже быть не может, то значит, вы добрались до нового этапа. Ваш партнёр, с которым вы связаны, теперь может увидеть воспоминания, о которых вы подумали. На данной стадии вы снова не можете это контролировать. Однако вы сможете увидеть не все воспоминания, а лишь те, что доминируют над другими. 6. Полный контроль. Заключительный этап, на котором мы, наконец, добились полной тишины. Хотя заклинание всё ещё действует, возможность читать мысли будет только в добровольном порядке, а некоторые из них могут быть защищены целиком при достаточной практике. Наслаждайтесь заслуженным отдыхом! Пожалуйста, обратите внимание, что практика каждого этапа займёт около двух месяцев. Для достижения последней стадии, таким образом, вам придётся ждать год, когда вы, наконец, добьётесь спокойствия в своём сознании. Но не волнуйтесь, со временем вам станет легче! По меньшей мере, если вы будете все ещё живы, чтобы увидеть это… Разум может заставить вас делать сумасшедшие вещи… Удачи!

      Страницы, казалось, рассказывали больше об опыте других, но она не хотела читать. Это только ещё больше понизило её боевой дух, кроме того, она была уверена, что испытает весь этот опыт на себе, в лучшем случае.       Позитивным из этого было, по крайней мере, то, что есть хотя бы шанс на улучшения, но время, необходимое для прохождения каждого этапа было смехотворным. Два месяца для того, чтобы хоть чуть-чуть принести спокойствия в голову? А затем на каждом следующем этапе терять весь опыт, начиная всё сначала, для обретения контроля. И весь год постоянно работать над своим прогрессом, слушать мысли друг друга… Гермиона уже не могла выдерживать тех нескольких раз, когда она услышала его, что уж там говорить про целый год, пока всё не наладится.       — Это касается нас обоих, — прорычал голос в её голове, и шатенка смущённо прокашлялась, осознав, что Малфой всё это слышал. Иногда было легко забыть, что её разум теперь открыт для чтения тому, кому, она надеялась, никогда этого не удастся.       Гриффиндорка глубоко вздохнула, закрывая книгу и понимая, что это вся информация, которую они могли бы сейчас использовать. Всё остальное, о чём было здесь рассказано, не давало преимущества. Они были на самой ранней стадии, когда только узнаешь азы.       Прежде чем она успела встать и положить книгу на полку, Малфой схватил её и легко поставил туда, где она хранилась. Не бросив больше ни одного взгляда в сторону Гермионы, он стремительно вышел из библиотеки, направляясь Мерлин знает куда.       Не то чтобы она беспокоилась об этом. Но худшее то, что он был с ней постоянно, всё время в состоянии слушать её личные мысли. И ей теперь придется часто находиться рядом с ним.       Оставаясь мысленно в библиотеке, она спустилась по мраморным лестницам так быстро, как смогла. Девушка уже пропустила час Травологии и сейчас могла пропустить ещё половину обеда.       Сделав несколько глубоких вздохов, чтобы успокоиться, гриффиндорка попыталась зайти в Зал спокойно. Коротко взглянув на профессора Дамблдора, она увидела его мягкую улыбку, но, понимая, что не может ответить тем же, отвела глаза, занимая своё место рядом с Гарри и хватая тост.       — Миона! Где ты была? — спросил Гарри, пока Гермиона с отвращением уставилась на Рона, который говорил во время еды, демонстрируя всё, что было у него во рту.       — Да, мы думали, ты идёшь где-то за нами, — согласился рыжий, или, по крайней мере, попытался, одновременно пережёвывая пищу. Гермиона уже открыла рот, чтобы рассказать, что случилось, но тут же закрыла его, когда голос Малфоя буквально закричал.       — Нет! — шатенка метнула быстрый взгляд в сторону стола Слизерина, легко найдя блондина, но тот нарочно не смотрел в её сторону.       — Ты не можешь решать этого. Мои друзья имеют право знать, — ответила девушка в голове, напоминая себе контролировать мимику, чтобы не вызвать подозрений.       — На самом деле, я могу, Грейнджер. Я замешан в этом, как и ты. Не говори им!       — Но почему нет? — Гермиона действительно не понимала что в этом такого. Она всегда всё рассказывала друзьям, также как и они ей.       — Ты ещё спрашиваешь? — гриффиндорка легко сейчас могла представить себе его усмешку, которая слышалась вместе с надменным голосом. — Ты хочешь, чтобы я оставлял всё в тайне, что могу услышать между тобой и идиотами, которых ты называешь друзьями? Тогда не говори, — он что, серьёзно угрожал ей прямо сейчас? Хотя, с другой стороны, она могла это понять. Гарри и Малфой были смертными врагами, и если её друзья узнают о происходящем, это обернется нежелательным вниманием для Малфоя. Тихо простонав, она решила пока не говорить.       — Я попросила профессора Флитвика дать мне дополнительное задание, и он позволил мне поработать во время Травологии, — солгала девушка так убедительно, как смогла. К её счастью, она улучшала данное умение с годами. Хотя ребята и были заняты едой, но всё равно заметили её маленькую ложь.       — Дополнительное задание? — переспросил Рон, проглотив, наконец, еду. — У тебя отличные оценки! Зачем тебе это? — недоверчиво добавил он, на что шатенка лишь беспечно пожала плечами.       — Знание — это сила, Рон. Никогда не помешает узнать побольше.       — А самоубийство становится всё более приятной перспективой, — Гермиона подняла глаза на Драко и увидела его кислое выражение лица, и, кажется, он издал тяжелый стон.