Resentment

      Гермиона чувствовала себя ужасно на следующее утро, понимая, что скоро столкнётся с Гарри. Что если он передумал и решил её выгнать, чтобы продолжить их дело в одиночку? Сделав несколько глубоких вдохов, чтобы успокоиться, она выбралась из тёплой постели, собираясь встретиться с другом за столом.       Он не сказал ей ничего нового, кроме короткого косого взгляда. Он также не произнес ни слова, когда они собрали палатку и перебрались на новое место. Так продолжалось несколько дней, пока ему не пришлось нарушить молчание между ними, когда он стал рассуждать о том, где мог находиться сейчас меч Гриффиндора.       После некоторых раздумий, они договорились отправиться в Годрикову впадину, где Гермиона с удивлением обнаружила уже по-новогоднему украшенные ёлки. Это заставило девушку задуматься о том, что они пропустили этап. Прекрасно помня, что на этом этапе будут появляться воспоминания.       Однако это всё могло происходить из-за ситуации в которой они оказались. Не было времени вспоминать о прошлом, в конце концов, они были слишком заняты выживанием в настоящем и борьбой за их будущее. Видя это, в качестве разумного ответа на вопрос почему так получилось, она удовлетворилась вариантом, что им просто некогда было воспользоваться моментом.       Годрикова впадина оставила жуткие впечатления, особенно после встречи с Батильдой. Следующие события произошли настолько быстро, пока они пытались избежать нападения змеи Волан-де-Морта, что она уже стояла в новом лесу, затаив дыхание.       Гарри предложил взять дежурство, и Гермиона виновато протянула ему свою волшебную палочку, так как его была сломана, когда наложила все защитные заклинания, а после направилась внутрь. Сев за стол, она позволила себе вспомнить прошлый год и то, что она прочла об их связи в той книге. После некоторого времени копания в её памяти, она, наконец, вспомнила.              

ГЛАВА 11: Пятый этап.

      

      

Этот этап может стать самым сложным из всех и, к несчастью, он будет проходить дольше, пока это не станет незаметно. Воспоминания — это очень тонкая вещь в нашем сознании, которые появляются лишь тогда, когда мы думаем о них.

      

Поэтому, это и составляет трудность данного этапа. Предыдущие этапы проходили по своей воле, они не подчинялись контролю, но этот этап нужно вызывать самостоятельно. Это достаточно легко сделать — просто выберете подходящие момент, и вспомните что-нибудь из своего детства — готово!

      

Однако часто случается так, что воспоминания людей недостаточно сильны, и не они не могут спровоцировать следующий этап. Иногда это может занимать годы, пока это сработает. Всё зависит от людей, которые подверглись заклинанию.

      

Когда вы пришли к осознанию, что следующий этап не наступил, попробуйте вызвать своё самое яркое и сильное воспоминание, и если вам повезёт, то все сработает. Правильно у вас получилось или нет, вы узнаете сразу.

      

Если у вас, наш дорогой друг, всё получилось, то вы сразу же получите доступ к памяти другого человека. Этот человек даже может и не подозревать, что все его воспоминания видны, так как думает, что всё это происходит вместе с мыслями. Твои воспоминания также увидит связанный с тобой человек.

             Больше она ничего не могла вспомнить, и как она поняла, всё остальное было недостаточно важными, чтобы это можно было хоть как-то использовать. Поэтому она с комфортом устроилась на деревянном стуле — удобно, насколько это можно было вообще сделать, в данных условиях — и закрыла глаза, чтобы поискать воспоминание, которое сможет спровоцировать следующий этап.       Не то чтобы она очень хотела переходить на следующую стадию, чтобы можно было всё контролировать, но удерживая данный этап, она чувствовала себя достаточно странно. Однако как бы долго девушка не искала подходящее событие, ничего не происходило.       В первый раз, она попробовала вспомнить свой отпуск с родителями во Франции, вспомнить красоту пейзажа и нескольких детей, которые на самом деле пытались подружиться с ней. Когда это не сработало, шатенка вспомнила момент, когда впервые получила письмо из Хогвартса, и счастье, которое она ощутила в тот миг.       Но даже дружба с Роном и Гарри, наивысшие оценки по учёбе, удар кулаком в нос Драко на третьем курсе — не смогли вызвать пятый этап. Гермиона испустила разочарованный вздох, опустив голову на стол с мягким стуком.       — Тебе действительно нужно перестать биться головой об стол, — Гермиона улыбнулась, сохраняя свою позу.       — В любом случае это было бесполезной попыткой. Ну, или ты сам можешь вызвать следующий этап, а я буду продолжать стучаться головой, пока в ней не появятся подходящие воспоминания.       — Какие условия? — он прозвучал искренне любопытным. Подняв голову и потирая больное место, на которое пришёлся удар — Гермиона попыталась обобщить всё, что вспомнила.       — Ну, нам понадобится хорошее и сильное воспоминание, чтобы вызвать следующий этап. Если сделать всё правильно, то твои воспоминания передадутся мне, а мои тебе.       Драко немного помолчал, и она решила спросить, возможно, что он не хотел переходить на следующий этап пока. Но потом это ударило её — воспоминание, которое казалось немного затуманенным в её сознании, а всё его мысли оказались немедленно заблокированными, и она стала двигаться по этому туманному изображению.       Это было не так давно, начало шестого года — но он стоял там, бледный парень с белыми волосами и в своём обычном чёрном костюме. Кроме того, он выглядел немного по-другому. Не так, каким она привыкла видеть его сейчас. В видении, у него была снова та самодовольна маска на лице, которая отталкивала Гермиону многие годы.       Однако, хотя сейчас он выглядел, как дерзкий мальчишка, но небольшая дрожь его рук не осталась не замеченной шатенкой. Его левый рукав был задран, и место, где не так давно она видела Тёмную метку, было девственно чистым.       Всё резко изменилось, когда Волан-де-Морт попал в поле зрения, смотря на блондина с победоносным взглядом, получая ещё одного последователя. Гермионе почти не хотелось видеть, как волшебник схватил Драко за руку и приставил кончик своей палочки к белой коже, а губы стали произносить ряд заклинаний.       Медленно, но верно на руке стала прорисовываться метка, под которой кожа буквально горела, и Драко кусал губы, чтобы сдерживать боль, рвущуюся наружу. Снова и снова проходили секунды, хотя она была уверенна, что прошло минута или две, пока всё не было кончено.       Наглость, которая была в блондине, исчезла, и сейчас он, как слабый мальчишка, смотрел на Темную метку на своей руке. Но затем он поднял голову, чтобы встретиться глазами с Волан-де-Мортом, и его слабость пропала. Дерзость и наглость снова выступили вперёд, чтобы показать Тёмному волшебнику, что он сделает всё, чтобы тот им гордился.       Гермиона вздрогнула, когда воспоминание резко прекратилось, и ей потребовалось несколько минут, чтобы прийти в себя. Она по-прежнему сидела в том же положении, как и раньше, но не могла сказать сколько времени точно прошло.       Полагая, что это продлилось не более пяти минут, хотя, казалось, что прошло тридцать — она вдруг вспомнила, почему шатенка увидела это и ей стало любопытно узнать, что увидел Драко.       — Ну, вроде, сработало, — его голос прозвучал легко, но едва ли он мог забыть о том, что вспомнил. Видимо, он решил не позволять этому так сильно влиять не него, как это произошло с девушкой.       В конце концов, это в дальнейшем сформировало его, как личность. Хотя ей было приятно отметить, что в течение этих месяцев он стал таким Драко, с которым гриффиндорка любила разговаривать.       — Какое воспоминание ты увидел? — спросила Гермиона.       — То, где ты изменяешь память своим родителям,— Гермиона на мгновение удивилась, но потом поняла, что это не имело смысла. Она была так сосредоточена на счастливых воспоминаниях, что ей даже не пришло в голову, что плохие события тоже могут быть сильными.       Хотя, не всегда воспоминания могут быть плохими. Да, это было действительно больно, изменить память её родителям, чтобы помочь Гарри благополучно добраться до Норы, но она также знала, что если выживет в этой войне, то найдёт их и вернёт им память.       — Гермиона? — повернув голову к входу в палатку, она увидела, как Гарри сделал пару медленных шагов внутрь, пока не сел напротив неё. — Я думаю, нам надо поговорить.       Гермиона кивнула в знак согласия, надеясь, что он хотел узнать про её связь с Драко и попытаться наладить их дружбу. Гарри вздохнул, взъерошивая волосы в течение нескольких секунд, а затем посмотрел на неё.       — Слушай, я до сих пор не могу понять, почему ты не могла сказать нам, даже поставив Дамблдора в известность, но, по крайней мере, я хочу знать, что происходило в течение всего этого года.       Гермиона сглотнула, не совсем точно понимая, откуда начать свой рассказ и что включить в объяснение.       — Ты хочешь знать обо всём? — она понятия не имела, что ему сказать, поэтому спросила, чтобы узнать, что он хотел бы знать. Гарри кивнул, сложив руки на столе.       — Ну, это началось с заклятия, как я уже сказала. Когда я заметила, что что-то не так, я пошла к профессору Флитвику за советом, который и направил меня и Драко к Дамблдору, — Гермиона коротко объяснила то, что им сказала директор и то, о чём говорилось в книге.       — На какой вы стадии сейчас? — спросил Гарри.       — Мы только вступили в пятую, на самом деле, — друг нахмурился, кидая искренне растерянный взгляд на неё.       — Но ты сказала, что этапы меняются каждые два месяца? — Гермиона кивнула, подтверждая его слова. Это не его вина в том, что он не знает об этом, что пятый этап наступает только, когда его вызываешь. В конце концов, она сама только всё узнала.       — У нас произошёл сбой, так сказать… — не вдаваясь в подробности этого дела, она перешла к событиям в Хогвартсе. — Я знала что-то, что ты говорил о нём было правдой, Гарри. Он Пожиратель Смерти и всё остальное, о чём ты сказал.       — Тогда почему ты не соглашалась? — шатенка пожала плечами, ставя чайник на огонь и добавляя воды в него. — Потому что у меня не было фактических доказательств. Да, его мысли указывали на то, что он чем-то занимался, но это всё, — Гарри медленно кивнул, пытаясь понять суть причины такого ответа, но не нашёл ничего важного сейчас, чтобы спорить.       Наливая им обоим по чашке чая, она сжала руками тёплую кружку такого необходимого тепла.       — В течение всего этого года, я пыталась выяснить, что он задумал, почему постоянно исчезает с карты, как ты говорил. Ну, с уверенностью могу сказать, что обо всём я узнала немного раньше, чем ты. Он проводил большую часть времени в Выручай-Комнате, ремонтируя Исчезательный шкаф, — друг кивнул головой, показывая, что знает об этом.       — Когда появилась эта дружба между вами? — спросил он, делая осторожный глоток чая. Гермиона закусила губу в раздумье, вспоминая события прошлого года. Снова пожав плечами, она также отпила немного чая.       — Я не знаю, на самом деле. Нам потребовалось некоторое время, чтобы мы могли спокойно разговаривать через мысли, не поливая при этом друг друга грязью, — уголок губ Гарри чуть-чуть дернулся, но вместо слабой улыбки вышла скорее гримаса. — Однако думаю, что это началось где-то в течение Рождественских каникул, но мы иногда всё равно препирались, — Гермиона слабо улыбнулась, осознавая, сколько всего изменилось в их дружбе с тех пор. — Но также это было время, когда случился один из наших первых нормальных разговоров. Поэтому, я думаю, что это началось с того момента.       Гарри кивнул, устремляя взгляд на свои руки, нахмурив брови.       — Когда ваша грызня прекратилась? — Гермиона мягко усмехнулась, качая головой.       — Мы никогда не переставали ссориться, Гарри. Всегда было то, в чём мы были не согласны, и это превращалось в глупые споры. Но под конец года, такие споры поубавились, — Гермиона перевела глаза куда-то за спину Гарри, вспоминая тот день, когда Дамблдор был убит. Определённо это было самым ужасным днём, но именно с того момента произошли некоторые изменения между Гермионой и Драко, двигаясь в лучшую сторону.       — В ту ночь, на Астрономической башне, Малфой опустил палочку. Ты не знаешь, почему? — девушка попыталась вспомнить этот момент, настолько детально, как могла, а затем кивнула.       — Думаю, что да, — сфокусировав глаза снова на Гарри, она на мгновение замолчала, чтобы продолжить. — Мы говорили в тот момент, — она нахмурила брови, а потом поспешно добавила. — Ну, в общем-то, он был вынужден слушать, как я пыталась его отговорить от этого, — её глаза застыли, когда она вернулась в тот момент. — Хотя, я не думаю, что могу сказать что-то важное. Ты можешь сказать о нём что угодно, Гарри, но Драко не убийца. И никогда им не был… Да, он совершил много ошибок, и да, он был ужасно высокомерным большую часть своей жизни, — тихо сказала Гермиона, пытаясь поставить блондина в хорошем свете, без преувеличения. Она действительно сказала то, что думала, но это не значит, что она просто закрыла глаза на его недостатки. — Он мог быть плохим человеком для большинства из нас, но он не злодей, — Гермиона только сейчас ощутила, что в глазах стоят слёзы.       — Я полагаю именно поэтому я подружилась с ним, Гарри. Потому что после всего, что случилось — после всего, что он сделал…в нём ещё осталось что-то хорошее, и вот уже в течение месяца это проявляется всё больше и больше. Тот человек, с которым я дружу. Не мальчик из школы, который дразнил нас и сделал много чего плохого всем нам. Нет, я подружилась с парнем, который вырос, который сделал свой выбор в лучшую сторону, даже если этого пока ещё не видно снаружи. Его личность меняется, Гарри. Что-то, что ты не можешь понять, не зная, что происходит в его мыслях, — Гермиона замолчала, давая Гарри понять и принять её слова. Она сказала то, что хотела. Теперь это было выбором её друга. Гарри вздохнул через некоторое время спустя.       — Ты права, Гермиона. Я не мог понять, и понятия не имею, кто этот человек, о котором ты так говоришь, потому что я никогда не видел его таким. Но я не собираюсь разрушать нашу дружбу, тем более, что ты ничего не сделала плохого.       Слёзы, наворачивающиеся на глаза, медленно потекли по щекам.       — Мы уже потеряли Рона — не хочу потерять ещё и тебя, — Гермиона улыбнулась ему, в глазах немного двоилось из-за слёз, но на не обратила на это никакого внимания.       — О, Гарри… — произнесла девушка с облегчением, вставая со своего места, также как и брюнет.       Обнимая его руками, она издала судорожный вздох облегчения, крепко прижима его к себе, приятно осознавая, что не потеряла друга.       — Меня сейчас стошнит от вашей сентиментальности.       И со слезами на глазах и улыбкой на лице, Гермиона засмеялась на его комментарий. Мальчишки всегда останутся мальчишками, и даже Гарри отступил, когда понял, что для него достаточно на сегодня эмоций. А Гермиона была счастлива.