Resentment

      Гермиона и Рон поднялись, как только услышали шаги позади. Девушка с облегчением увидела, как Гарри спускается по лестнице, и она немедленно спросила, где он был. Но парень проигнорировал её и сказал, что пойдёт в Запретный Лес. Рон стал протестовать, но Гарри просто продолжал идти, поэтому гриффиндорка решила спросить о том, что он узнал. Парень стал объяснять то, что иногда появлялось в мыслях девушки - почему он мог слышать Крестражи или говорить со змеями: часть души Волан-де-Морта жила внутри него и, чтобы положить конец этой войне, Гарри придётся умереть.       Гермиона почувствовала, как слезы стали медленно наворачиваться на глазах, и она кинулась в объятия друга. Спустя несколько минут, нехотя отпустив его, девушка с печалью наблюдала как её лучший друг, спускаясь по многочисленным лестницам замка, идёт навстречу своей смерти.       Обменявшись взглядом с Роном, она крепко обняла рыжего парня и теперь плакала на его плече о потере близкого человека. Где-то глубоко внутри она всегда знала, что это была необычная ситуация, и скорее всего всё это могло быть правдой, но никогда в жизни шатенка не хотела смотреть на то, как её друг самовольно идёт в лес, чтобы пожертвовать своей жизнью и спасти всех остальных.       Если им, конечно, удастся убить змею. Если она умрёт, то всё будет кончено. Разорвав объятия, Гермиона предложила спуститься в Большой Зал, в надежде немного отвлечься в окружении друзей и семьи Уизли.       Спустившись вниз, они устроились на столах вместе.       — Почему Поттер ушёл? — Гермиона сморгнула сразу же образовавшиеся слёзы, которые грозились политься из глаз, и отвернулась в сторону, избегая зрительного контакта со всеми Уизли.       — Я думаю, что ты знаешь ответ на этот вопрос. Драко замолчал, и она подумала, что он размышлял на эту тему.       — Он один из Крестражей? — Гермиона кивнула, но потом поняла, что он не мог её видеть.       — Да, непреднамеренно он оказался им, — минута молчания снова затянулась, но когда блондин снова заговорил, в его голосе слышалось искреннее сочувствие.       — Мне жаль это слышать.       Хотя девушка понимала, что он жалел именно её, а не Гарри, который сейчас находился перед лицом смерти, она ценила его слова.       — Где ты сам? — она бесцельно огляделась, хотя сомневалась в том, что увидит его здесь.       — Цокольный этаж, — Гермиона нахмурила брови, понимая, что не видела его там.       — Я не видела тебя там до этого.       — Это потому что ты была слишком сосредоточена на земле, — его голосу не хватало обычного поддразнивания, каких-то эмоций. Шатенка вздохнула, бросив быстрый взгляд на Уизли, радуясь тому, что они все разговаривали и не обращали на неё внимание.       — Ты не против, если я приду?       — Уизли будет с тобой? — гриффиндорка снова бросила взгляд на Рона, который разговаривал с Биллом, повернувшись к ней спиной и не заметит, если она уйдёт.       — Нет, — она нервно стукнула пальцами по столу, надеясь, что он не откажет ей.       — Тогда конечно.       Спрыгивая со скамейки с его одобрения, она быстро покинула Большой Зал, в надежде, что никто не пойдёт за ней. Поднявшись на несколько ступенек, шатенка внимательно осмотрелась и, действительно, он был там, сидел в дальнем конце лестницы с мрачным выражением на лице.       Она молча подошла к нему и присела рядом, всё также не произнося ни слова. Гермиона взглянула на него, его немного потные и растрёпанные волосы прилипли ко лбу, а взгляд был сосредоточен на полу, выражение лица парня было странным.       — Что будет, когда Поттер умрёт? — его голос был хриплым и он, наконец, повернулся, чтобы посмотреть на неё. Он был явно уставшим, но только сейчас она, наконец, смогла прочесть его чувства. Он волновался, но не о Гарри, а о его родителях. Вот что это было.       — Тогда мы убьем змею, — её голос вышел слабым, более похожим на мягкий шепот.       — Что если, вы потерпите неудачу? — Гермиона подняла брови, обвиняя его в таких мыслях, хотя это было скорее насмешливо.       — Сейчас ты сомневаешься во мне? — она сказала это, обращаясь к тому времени, когда девушка была не уверена, сможет ли она сделать это, и он заверил её, что сможет.       Это не вызвало у неё улыбку, если, конечно, не считать легкое подёргивание уголков губ, что было сейчас достаточно хорошо для гриффиндорки.       — Никогда — Гермиона хмыкнула, покачивая головой и отводя взгляд вниз.       — Что смешного? — вновь подняв голову, она была рада увидеть, что выражение его лица немного осветлилось.       — Просто, ты звучишь так сентиментально. Я не привыкла к такому.       Драко улыбнулся, но слишком скоро это превратилось в ухмылку.       — Наслаждайся, пока можешь, Гермиона. Скоро всё это закончится, эта война закончится, и я смогу стать самим собой, — девушка нахмурилась, чувствуя нарастающее беспокойство.       — Не делай этого.       — Не делать чего? — спросил он, не смущаясь, и гриффиндорка покачала головой, прежде чем заговорить.       — Не превращайся в старого себя. Ты мне нравился в последние несколько месяцев.       Небольшое беспокойство проскользнуло на его лице, когда он заметил быструю перемену в её настроении, но улыбка быстро вернулась на своё место.       — Я вообще-то говорил о прежнем состоянии, — от этого она тоже улыбнулась, кивая в ответ.       Молчание снова вернулось, и они провели довольного много времени просто сидя рядом друг с другом. Лично она не возражала, что они не разговаривали. У них было не так много тем, которые они могли сейчас обсудить. Девушка была благодарна за то, что просто могла сидеть рядом с ним и быть с ним, однако вскоре их маленький мир был разбит, когда всё больше и больше людей стали выходить из Большого Зала во двор школы.       Драко и Гермиона обменялись растерянными взглядами, молчаливо придя к согласию, что надо проверить, что происходит. Ругаясь на затёкшие мышцы, она заставила себя спуститься с лестницы вместе с Драко.       Вздох сорвался с её губ, когда она увидела Хагрида, который нёс на руках Гарри Поттера. Волан-де-Морт только подтвердил его смерть, с гордой ухмылкой идя впереди. Это было ужасно для Гермионы, и слёзы покатились по её щекам.       Девушка почувствовала присутствие Драко за её спиной, который, казалось, был немного позади с левой стороны от неё. Слушая страшные слова, которые вылетали из уст Волан-де-Морта, призывая их присоединить к ним или умереть, она замерла, когда Люциус позвал своего сына.       — Не уходи.       — Гермиона, я должен, — чувствуя новую порцию слёз, шатенка слегка покачала головой.       — Ты сказал, что хочешь поступить правильно, не так ли? Что ты хочешь стать лучше? Это твой шанс.       — Драко, — позвала его мать, и Гермиона осмелилась взглянуть на его лицо, но всё, что она увидела, это выражение смешанных чувств.       — Всё, что я делал, я делал для моей семьи, я должен присоединиться к ним, Гермиона.       — Пожалуйста, — рука девушки дотянулась до его, взяв ладонь блондина в свою. Это был первый раз, когда они держались за руки, и шатенка не могла не отметить, что его рука была намного больше, по сравнению с её. Кожа также имела небольшую шероховатость, хотя она была уверена, что это было больше из-за грязи, чем естественная фактура.       Снова повернув голову назад, чтобы взглянуть на него, ей удалось на секунду поймать его взгляд, прежде чем он отвернулся и взглянул на толпу Пожирателей Смерти. С этим он отпустил её руку, и Гермиона чуть поджала губы, сдерживая слёзы, пока смотрела, как он подходит к Волан-де-Морту.       — Мне очень жаль.       Гриффиндорка почувствовала омерзение, когда Тёмный Волшебник слегка приобнял Драко, приглашая его присоединиться к ним. Затем он снова призвал остальных, и с сожалением, она наблюдала, как Невилл вышел вперед, прихрамывая, но делая смелые шаги, тем не менее.       По команде Волан-де-Морта, он представился, и шатенка слегка нахмурилась, когда в рядах Пожирателей раздался смех. Вздох облегчения вырвался из её груди, когда оказалось, что Невилл вышел не для того, чтобы вступить в ряды Пожирателей Смерти, а чтобы что-то сказать. Это, казалось, сильно разозлило волшебника, но он сумел совладать с собой и дал Невиллу говорить.       Гермиона внимательно прислушивалась к вдохновленной речи гриффиндорца и большая улыбка появилась на её лице, когда он выхватил меч из шляпы, а Гарри спрыгнул с рук Хагрида, бросая проклятие в Нагайну.       Парень побежал, спасаясь от огня Волан-де-Морта. Затем Гермиона сфокусировала свой взгляд на горизонте, видя что бесчисленное множество Пожирателей бежали, явно недовольные тем, что Гарри Поттер снова выжил.       Драко и его семья, казалось, затерялись в толпе, хотя она не смогла до конца разобрать, так как Рон схватил её за руку, утягивая в сторону замка. Как только они оказались внутри, друзья решили разделиться, чтобы убить змею и покончить с этим раз и навсегда.       Гермиона даже не успела сделать и шаг, как была окружена парой Пожирателей Смерти, предоставляя ей возможность сразиться с ними, что она и сделала - Гермиона дала им отпор, хоть и менее темными заклинаниями, чем использовали они. У неё не было цели убить их, нападавших нужно было только разоружить и обездвижить. Простые заклинания делали своё дело в большинстве случаев.       Когда эти двое были повержены, она поспешила вверх по лестнице, стараясь не обращать внимания на мертвых вокруг и не позволяя себе взглянуть на их лица, чтобы увидеть, кем они были. Скорбь о погибших должна была немного подождать - сначала им нужно было убедиться, что у них будет возможность погоревать о них.       Наконец, она нашла Гарри, сражающегося с Волан-де-Мортом, и Нагайну, которая медленно приближалась к нему, шипя. Зная, что любое заклинание отскочит от змеи, она взяла камень и, надеясь, что попадёт в цель, бросила его со всей силы, с облегчением замечая удачное попадание.       Единственное, что она не учла того, что теперь ей делать со змеёй, которая отвлеклась от Гарри и сосредоточилась на ней. Сделав пару шагов назад, Гермиона продолжила идти назад по коридору, удерживая свой взгляд на змее, и стараясь найти выход из ситуации.       Волею судьбы, Рон оказался рядом как раз вовремя, аккуратно поднимаясь вверх по лестнице, удерживая клык Василиска в руке, но он был выбит из ладони парня, и они попытались убежать от Нагайны, но теперь оказались на земле, наблюдая, как змея мучительно медленно скользила к ним.       Гермиона была уверена, что это будет конец для неё, вспоминая свои последние слова Драко, даже не смотря на то, что он решил быть со своей семьёй, её мнение о нём ни на секунду не поколебалось. Она понимала, почему он выбрал их, даже если ей не нравилось это, и она была не согласна, девушка могла понять.       Но во всём этом не было необходимости, когда чудом Невилл оказался рядом и обезглавил змею. Оглядевшись, она увидела рядом Гарри и Волан-де-Морта, вернувшихся в бой, и друг, наконец, взял верх.       Вместе с Невиллом и Роном, она видела, как убивающее заклятие Волан-де-Морта вернулось к нему, поразив волшебника, стирая его существование раз и навсегда. Не в состоянии поверить в это, она продолжила стоять как вкопанная, пока её глаза были прикованы к тому месту.       Когда шаги за спиной стали всё более отдалёнными, девушка оторвала взгляд и обернулась как раз вовремя, чтобы увидеть как Невилл и Рон исчезают в Большом Зале. Гермиона двинулась следом за ними, желая в первую очередь убедиться, что с Драко было по-прежнему всё хорошо, но сначала ей нужно было увидеть, кто из её друзей смог пережить сражение. Лишь только после этого, она может беспокоиться о местонахождении Драко.       Она доплелась до Зала, и её глаза прошлись по бормочущим людям, которые сидели на скамейках. Там, в дальнем углу сидела семья Малфоя. Они сбились в кучу и бросали друг на друга неуверенные взгляды. Драко, казалось, почувствовал её, и она удержала его взгляд с облегчением, не желая представлять, какую боль бы она почувствовала, если бы он не выбрался оттуда живым.       Девушка стояла у входа, желая подойти к блондину и обнять его с облегчением и счастьем, что он жив, но его родители, которые были рядом не давали ей этого сделать.Вместо этого она выбрала себе другое место.       — Встретишься со мной снаружи?       Драко осмелился бросить быстрый взгляд на родителей, и когда он был уверен, что они оба не смотрели на него, слегка кивнул. С этим она повернулась и вышла, оставаясь ждать возле входа в замок, когда он подойдёт.       — Где ты?— Гермиона усмехнулась про себя, когда увидела его, выходящего из замка через несколько минут и оглядывающегося вокруг, чтобы найти её, но безуспешно.       — Здесь, — шатенка мягко ответила, слегка выходя из тени, чтобы её можно было легче обнаружить.       Он сделал несколько шагов к ней, но остановился на приличном расстоянии. Они стояли, глядя друг на друга, и, в конце концов, неловкое молчание было разбито смешком Гермионы.       — Я должна сказать, что в мыслях это было проще сделать.       Слабая улыбка вспыхнула на его лице.       — Это так, на самом деле.       Гермиона слегка стукнула пальцами по ноге, неуверенная в том, что нужно делать. Раньше было проще, им не нужно было стоять друг напротив друга, чтобы сказать что-то.       После нескольких месяцев, не находясь в физическом присутствии друг друга — не считая событий в Малфой-Мэноре, где они почти не разговаривали — это было довольно необычно, находиться теперь вместе. Единственная причина, по которой поцелуй не был неловким состояла в том, что это было сделано сгоряча, они оба находились тогда в таком состоянии.       Сейчас было другое. Война выиграна и им нечего было больше бояться. Оставалось только выяснить, как разрушить эту неловкость между ними. Разочарованный вздох слетел с губ Драко, вместе с мотивационными мыслями.       — Что я вообще делаю? Я Малфой, ради Мерлина.       И с этими словами он быстро сократил расстояние между ними и схватил её в объятия. Облегчённо вздохнув, она обняла его своими руками, прижимая ещё сильнее, уткнувшись лицом в чёрный костюм, который всегда раньше видела только издалека, стараясь при этом не обращать внимание на запах грязи и пота, который пришёл вместе с ним. Они только что были на войне, в конце концов.       Долгое время они стояли там, сжимая друг друга в объятиях, позволяя мягкому ветру уносить все страхи и тревоги. Её дыхание стало расслабленным, она согревалась от тепла его тела, защищающего от того же холодного ветерка.       Понимая, что они должны были отпустить друг друга в какой-то момент, они оставались в таком положении ещё несколько минут, прежде чем начать медленно отдаляться. Гермиона вовремя успела схватить его за руку, нуждаясь в каком-то физическом прикосновении, утешении, которого она так отчаянно жаждала и, к счастью, Драко не возражал.       Они оба бросили быстрый взгляд вниз, на свои руки, несомненно, думая, как это странно было для них сейчас - держаться за руки после всего, что произошло между ними в прошлом. Но шатенка нежно сжала его ладонь, чтобы дать понять ему, что она готова оставить всё позади и ориентироваться на будущее, которое теперь им дано.       — Ну и что ты собираешься делать? — нарушил Драко тишину, его голос был мягким, но глубоким и его было приятно слушать. Гермиона слегка пожала плечами, глядя куда-то вдаль, мимо руин замка, за его пределы.       — Ну, я определённо буду искать моих родителей в Австралии и попытаюсь вернуть им память. Если мне это удастся, я вернусь в Хогвартс, — она решительно кивнула, подтверждая свои слова, что действительно хочет вернуться, когда все войдёт в нормальное русло и закончить образование. — А что насчёт тебя?       Бросив быстрый взгляд на него, ей пришлось сощуриться, прикрывая глаза от солнца, лето вновь приближалось. Драко пожал плечами, поворачивая голову, чтобы посмотреть на нее, и делая несколько шагов влево, чтобы девушка могла повернуться к нему, не попадая под солнечные лучи.       — Не знаю, вернусь ли я, на самом деле. Ещё не думал об этом.       Гермиона кивнула, но движение за его спиной привлекло её внимание.       Гарри и Рон выйдя из замка, пробирались через виадук. Драко слегка повернул голову, чтобы увидеть то, на что она смотрела, и покачал головой с лёгким смешком.       — Иди вперёд, — всё, что он сказал, и шатенка улыбнулась ему, сжав его руку еще раз, прежде чем, присоединиться к мальчикам на эстакаде, пока они не остановились. Она обернулась назад, на то место, где стоял Драко и вздохнула, там было пусто. Гермиона слушала рассказ Гарри о Бузинной палочке, и лёгкий вздох сорвался с её губ, когда он сломал её на две части и бросил через край.       Довольная улыбка появилась на его лице, когда он повернулся обратно, и хотя Гермионе было жаль такую могущественную палочку, она знала, что он принял правильное решение. Могущество достается плохим людям, которые процветали за счёт власти и это был хороший способ, чтобы избавиться от соблазна.       Обхватив мальчиков с обеих сторон, она вдохнула свежий воздух с улыбкой на лице, гордясь каждым из них за то, что они живы и какое сейчас будущее лежит перед ними.       Ничего не могло быть лучше сегодня.