Тень.Фениксы сгорают

— Ты правда думала, что я позволю тебе умереть? — спросил Гаара. Хенсе молчала. Она смотрела на него и ей было стыдно, ведь она верила, что он позволит. Она не видела ничего в его глазах в последние дни перед ее казнью. Он посадил ее в тюрьму, избегал, ничего не сказал о плане, который ему прислал Какаши. Они держали от нее все в секрете, словно боялись, что она выдаст их. — Да, — наконец-то смогла выдавить она. Гаара сам верил в это. Он потерялся в этих днях. Его сердце брало вверх над разумом и наоборот. Он как призрак сидел в своем кабинете и думал, ждал. Он был уверен в Наруто, но когда ей набросили веревку на шею, но он потерял уже надежду на то, что они успеют. Гаара притянул ее к себе и заключил в объятия. Он не хотел ее отпускать, но так нужно было. Он поцеловал ее в щеку, а потом прошептал: — Никогда не возвращайся в Сунну, иначе Хокагэ тебя больше не спасет. Он ушел. Она все еще помнила, как Гаара удаляется. Человеческие чувства стали к ней возвращаться. Ей было больно. Она хотела побороть в себе это, закрыть доступ эмоциям. Ведь когда-то она смогла справиться. Она помнила, как тяжело ей было скрывать все то, что у нее на сердце, а теперь она видела, как постепенно идет обратный эффект. Она забыла всех их будучи в зале Теней. Забыла людей, которых могла потерять, а сейчас она постепенно стала вспоминать. — Завтра мы уже будем в Конохе — сказал Наруто, присаживаясь рядом с девушкой. Хенсе не была против его общества. Проведя столько дней в тишине, она хотела, чтобы с ней хоть кто-нибудь говорил. Не важно кто, только не тишина. Она привыкла к тишине, но и резко вспомнила, что было в этой тишине. Страх, голод, одиночество, а потом снова и снова она пила эту сыворотку. Ей нужна была Карин. Хенсе чувствовала, что ещё один приступ близко. Она надеялась только на одно, не здесь. В квартире, в полном одиночестве, чтобы никто не видел, какую цену она заплатила за невидимость, но не только приступы, клятва, которую она дала. — Хорошо. — Саске хотел отправиться за тобой, но у него были важные дела. Она чувствовала его. Хенсе хотела его чувствовать. Гнев, ярость, вот что тогда её наполняло, когда Саске охотился за Итачи. Теперь она чувствовала спокойствие в перемешку с угрызения и совести. Она не хотела фильтровать эмоции. Они потерялись в потоке, не в силах понять где эмоции одного, а где другого. Столько времени прошло, что чем глубже пыталась проникнуть их связь, тем страшнее становилось. — Значит Саске остается в Конохе? — спросила Хенсе, словно пытаясь убедиться в той информации, которую она уже знала. — Да, — немного помолчав, Наруто спросил то, что интересовала не только его, но и всех, но только у него хватило сил спросить это. — Где ты была все это время? Жители Конохи не доверяют тебе, потому что не знают, где ты была во время войны. Многие полагают, что ты помогала врагам. — Нет, — резко произнесла Урояме. — Я не помогала врагам. Глюк вопросительно на нее посмотрел, словно спрашивал «Да ну, а кто мы тогда для них»? Отчасти она сказала правду. Тени тогда не представляли опасности для шиноби, а если и хотели мести, то только Хьюго. Почему, ей так и не сказали. Да и о клане Хьюго она узнала благодаря Глюку, который предупредил ее о сложностях, с которыми она столкнется, когда вернется домой. Молчаливый маячил поблизости, осматриваясь. После того, как на зал Теней напали, он стал нервным и постоянно отсутствовал. Хенсе и Глюк не были против, потому что им нужно было обсудить кое-что, но каждый раз им мешал их спутник. — Эх, — выдавил Наруто, — с тобой так же сложно, как и с Саске, из вас и слова не вытащить. Я лишь хочу помочь. Саске для меня близкий друг, который чувствует вину перед многими, но в-первую очередь перед тобой. Все это время он искал тебя. Не знаю, что у вас случилось, но надеюсь, что все наладится. Узумаки улыбнулся. Ему пришлось покинуть ее, чтобы сменить караульного. Хенсе осталась наедине с Глюком. Она знала, что чувствует Саске, потому что он позволил погрузиться. Учиха никогда не сможет произнести все слова, которые копились в нем, но он может позволить прочувствовать это. — Когда Тени погибают, в последние минуты они вспоминают кем были? — спросила Урояме. — Да, они не только вспоминают, но и получают свой облик обратно, — ответил Глюк. — А я? Что со мной будет? Какие последствия? Если зал Теней пал, то будет с нами? Накопилось. Вот как Глюк мог назвать разговорчивость Хенсе. Ей не было страшно за свою жизнь. Она боялась неизвестности. Именно так себя должен чувствовать человек, который потерял опору. Но самый главный вопрос она до сих пор не задала. Она придумала, как выйти из-под контроля, точнее он подсказал, заранее поведав о последствиях. Урояме была готова. Сыворотка, которой ее пичкали на протяжении нескольких лет делала ее сильней, позволяла прятаться от Саске, но так же она позволяла Теням контролировать девушку. Глюк подсказал, что в сыворотку нужно добавить собственной крови и энергию тени, чтобы побороть контроль. Тогда-то это впервые и проявилось. Первый приступ настиг ее на выполнении миссии. Глюк не ожидал, что это будет так ужасно. Он уже давно не чувствовал боли, но смотря, как Хенсе кричит от силы, которая разъедала ее изнутри, он испытал страх за нее. Никогда она не позволяла себе быть слабой, даже когда было больно, она лишь могла прикусить губу, но вопль, который она издавала тогда, напомнил Глюку, что она человек. Потом она упала на пол и кровь сочилась через ее тело, словно вены лопнули и вся кровь ринулась наружу, проступая через кожу. Она покрывалась ей медленно, пока на ней совсем не осталось пятна кожи. Так она пролежала несколько часов, а потом очнулась. — Что теперь будем делать? — спросил Молчаливый, который присоединился к ним. — Я не могу связаться ни с кем. Они молчат. Какие дальнейшие указания? Он им предан. Как только Хенсе стала пить сыворотку, то Глюк почувствовал, что все его мысли, которые были в его голове стали пропадать. Воздействие зала Теней перестало действовать и на него. Он смог вырваться из этого рабства, поделившись своей энергией с девушкой, к которой был подставлен шпионом. Многолетнее пребывание в темноте прекратилось. — Будем придерживаться плана, — ответила Урояме, мысленно добавив «Ты своего, а мы своего». Свобода, вот чего желали эти двое. Они уже давно искали лазейки, чтобы вырваться обоим, но пока ничего не смогли отыскать. Если человек умирает будучи связанным, то он навсегда в плену тьмы. — Но, мы должны состыковывать наши действия с действиями других, — неунимался Молчаливый. — Тогда можешь отправиться на их поиски. Тебя никто не держится, а как найдешь, то возвращайся, — огрызнулась девушка. Глюк скосился вправо, почувствовав чье-то предчувствие. Хенсе этого не уловила, потому что была злая из-за Молчаливого. Наруто, который смотрел за порядком посмотрел туда же. Он чувствовал чье-то присутствие. Чакра, которая была ему знакома, но человек, который обладал такой чакрой находился в Конохе. Возле Хенсе приземлился кунай, который моментально перехватил Узумаки. Девушка не успела схватить послание. За что она была благодарна парню так за то, что он не поднял тревогу. Люди, которые были здесь не смогли бы победить из-за того, что уже давно перестали использовать чакру для сражений. Узумаки уставился на свиток так, словно не верил своим глазам. Прочтя все несколько раз, он протянул его Хенсе, словно ожидая, что она это как-то прокомментировать. Девушка хотела взять свиток в свои руки, но Наруто не позволил, сказав, что только в его руках. — Как ты это объяснишь? — У меня хорошие друзья, — хладнокровно, с усмешкой, произнесла Хенсе. Слова записки въелись в память. Глюк уставился на девушку, которая только что получила шанс на спасение. Все эти годы она искала только одно, чашу, которая поможет ей навсегда освободиться от подарка Орочимару и вот час настал. «Чаша находится у старых друзей Орочимару. Когда ты вернешься? Мы с Ими поможем тебе, как только ты дашь знак. Акан Учиха». «Глупый мальчишка. Зачем ты покинул свое поселение»? — пронеслось в голове у девушки. От Саске она закрылась тут же, как увидела кунай, но Наруто явно ему расскажет. Узумаки снова развернулся в сторону, откуда прилетел кунай, но их больше не было. Чакра пропала или просто от него скрылись. Он был ошеломлен, чтобы нормально соображать. Столько лет все считали, что предположение о выживших в ту ночь, всего лишь миф, но сейчас он стал свидетелем того, как этот миф превратился в реальность. Раздался свист. Наруто резко развернулся, чтобы подтвердить, что этот свист слетел с губ девушки. — Какого? — Не бойся, — хладнокровие на ее лице заставило Узумаки покрыться мурашками, — они не нападают первыми. Уже через пару дней Ими позволила девушке спокойно передвигаться по дому. Акан следовал за ней по пятам. Не потому что следил, а потому что ему было интересно. Он нога в ногу следовал за ней, но пытался не выдавать себя. Хенсе заметила, что стоило ей выключить свет и притвориться спящей, как в комнату проникал Акан. Он усаживался рядом с ней и долго смотрел на нее, а потом засыпал, но к утру его след пропадал. В доме к ней относились дружелюбно, словно она давно потерянный член семьи, который наконец-то смог найти дорогу домой. Новость о ее появлении быстро распространилась по поселению. Как выяснила девушка, это нельзя было назвать поселением. Пятнадцать человек, которые поддерживали друг друга, будучи уже настоящими родственниками. — Как так вышло, что вас до сих пор не нашли, — однажды спросила Хенсе у Ими, когда та взяла ее с собой прогуляться до речки. — Учишься прятаться, когда чудом выживаешь. Мы не используем чакру уже многие годы из-за этого ее почти не чувствуется. Конечно если в семье рождается мальчик, то он становится защитником всех нас. Это выпало на долю Акана и его друга. Они обучаются техникам, но им запрещено нападать первыми. Мы как дети природы. Относимся к ней уважительно, а она нас скрывает от лишних глаз. Урояме узнала, что Акан каждое утро с отцом уходят подальше от поселения, чтобы тренироваться, а к обеду возвращаются. Мальчик никогда не показывал что устал или своего плохого настроения. На его плечи легло возложили жизни многих людей, и он ни разу не был зол на это. Он чувствовал, что все эти женщины, мужчины, старики, дети — нуждаются в нем. Он совершенствовался, чтобы защищать близких ему людей. Наступила ночь. Хенсе потушила свечу и легла. Акан появился как всегда. Он сел возле нее, и впервые она услышала, как себе под нос он напевает песенку. Еще утром она поняла, что сегодня поймает его с поличным.Когда она схватила его за руку, то догадалась, что совсем не поймала его, а он позволил себя поймать. Ее скорости не хватило бы, чтобы поймать Учиху. Акан смотрел на нее, ожидая, что будет дальше. — Зачем ты приходишь сюда каждую ночь, — прошептала она. Он смотрел на нее своими наивными глазами, и она не могла поверить, что если придется, то он сможет убить человека. Хенсе сжала его запястье, когда не получила ответа, но Акан только накрыл ее руку своей и произнес: — Я не дам тебя в обиду. Просто доверься мне. — Что ты несешь. Урояме вырвала свою руку, и теперь она уставилась на него. Мальчик, который был на пару лет младше ее улыбнулся. Девушка опешила, когда поняла, что он ее обнял. За последние годы она отвыкла от человеческого тепла и такой искренней доброты, которую излучал этот мальчик. — Акан, — впервые она назвала его по имени, потому что почувствовала смущение. Она поняла, что он ребенок, который хочет вступить на дорожку, которую даже не понимает. Вступить и провалиться. А всему виной она. Хенсе вспомнила дикого зверька, который выскочил из кустов, намереваясь любыми силами защитить близких ему людей. — Перестань. — Можно остаться? -словно не услышав ее слов, спросил он. Он все еще обнимал ее, так словно она его сестра, либо так ей хотелось думать, потому что она не могла понять, когда он успел увидеть в ней не только сестру. Это все из-за того, что ты новый человек. Так она говорила. Он просто никого не видел за пределами поселения, вот и привязался к тебе. В ту ночь он лег рядом, держа ее за руку. Хенсе знала, что поступает неправильно, но так и не смогла прогнать его, не в эту ночь, не в последующие. В Коноху они прибыли без передряг. Наруто и Хенсе так и не заговорили больше. Они поняли друг друга. Ему не повлиять на девушку, которая не привыкла делиться своими тайнами. Они прямиком направились в резиденцию Хокагэ. Люди в деревне отнеслись к ее возвращению более спокойно, чем в первый раз. Какаши сидел за столом и изучал какой-то документ, но когда дверь отворилась он спрятал его за кипой бумаг. — Оставьте нас, — приказал он. — Наруто, Сакура в больнице. Ее нашел Саске в ужасном состоянии. — Что? — вырвалось у Наруто Хенсе посмотрела на Глюка, который лишь пожал плечами. Ее одолела ярость. Она приказала ее защищать, но он не выполнил задание. Почему же она раньше не спросила его почему он вернулся к ней. «Да потому что ты ему нужнее», — сама ответила девушка на свой вопрос. «Да и с чего ты решила, что можешь им управлять». В кабинете никого не осталось кроме Хенсе и Какаши. Он предложил ей присесть на стул, пока снимал с нее наручники. Сейчас, как предполагала девушка, она должна была услышать цену, за ее жизнь. Ничего в этом мире не делается без определенных целей, уж это она смогла уяснить. — Давайте сразу к делу, — произнесла девушка, когда Какаши уселся на свое место. — Что вам надо? Глюк был рядом, а вот Молчаливый исчез, когда она позволила. Видно отправился на поиски своей хозяйки. Хенсе начала надеяться на то, что он сгинет рядом с женой Тео — Всего лишь преданность Конохе и пару ответов на вопросы. — А если я не согласна, то отправите меня обратно на висельницу? Как Наруто, герой деревни, будущий кагэ, отнесется к смерти своего лучшего друга? Вы же не можете допустить, чтобы я умерла, потому что моя смерть означает и смерть Саске. Да и не только Наруто разозлиться на такое решение. Вам грозит презрение многих, а порой этого достаточно, чтобы поломать иллюзию идеального мира. Спасибо Орочимару за такой прекрасный подарок, — с усмешкой произнесла Урояме. — А ваша иллюзия дала трещину, потому что люди мрут как крысы. Жители Конохи еще не стали задавать вопросы? Какаши смотрел на девушку, думая о том, что из нее вышел бы прекрасный шиноби, если бы не ее семья. К сожалению, она была права, и Хокагэ не мог этого отрицать. — Что же, тогда я ничего не могу сделать кроме как отпустить тебя. " Расскажи ему», — приказал Глюк. Девушка уставилась на него так, словно ослышалась. Что он несет? Урояме пыталась понять какую пользу ей принесет это признание, но ничего не могла придумать. В таких вещах она обычно доверяла ему, но сейчас была не уверена, что Какаши нужно знать правду. — Тот мальчик не позволит тебе умереть, — неожиданно начал размышлять Какаши, — Акан Учиха. Интересные сведения получаешь утром, когда только открываешь глаза. Если бы ты осталась в Сунне, он бы появился? Теперь очередь Хенсе была смотреть на Какаши. Ей хотелось бы верить, что Акан не раскрыл бы себя, но она не была уверена. Признаться, она даже не знала, что он все же последовал за ней. — Как вы знаете Орочимару объединил нас с Саске, — заговорила девушка, чем очень обрадовала Какаши, — я отправилась на поиски средства, чтобы снять эту сыворотку, Об этом мне рассказал мой друг. Хенсе кивнула, и Какаши стал различать силуэт человека, который стоял возле девушки, как телохранитель. Эта новость заставила кагэ напрячься, но и удостовериться в том, что возможно все, что он услышит сейчас будет правда. — К сожалению, — продолжила Хенсе свой рассказ, — мой друг много не знал, но сведения, которые мне были нужны находились у подобных ему. Их зовут Тенями, это люди, которые так же как и я при рождении были связаны, либо которые смогли выжить после введения сыворотки. Я попала в их ловушку. Мне дали пить препарат, которые помогал мне скрываться от живого мира, но у него был побочный эффект, я теряла постепенно контроль над собой. Тени управляли мной, и я стала пешкой в их игре. Убивала тех, кто им был неугоден. Я смогла побороть это, но меня ждали последствия. Карин, как вы знаете, была моей знакомой. Я обратилась к ней за помощью, предложив свою кровь на обследования. Думаю больше скрывать это незачем. — девушка подняла майку, продемонстрировав клеймо, которое было на всех трупах. — Думаю этого достаточно, чтобы вы поняли, что во время войны я не работала во вред Конохи, даже после нее. Как вы видите, я не убийца, это клеймо теней. Все, на ком есть такая отметина Тени. Я была шокирована, когда узнала их число, большинство из них неудавшийся эксперимент. Люди, чья чакра смогла побороть сыворотку. Побочный эффект, голоса в голове. Меня отправили сюда, чтобы узнать кто их убивает. И последнее, я хочу увидеть Сакуру. Она покинула деревню по моей просьбе. Она отправлялась к Карин, чтобы помочь мне. Я хочу убедиться, что она пострадала не от рук Теней. Какаши потребовалось какое-то время, чтобы осмыслить все то, что только что произнесла Хенсе. Сомнений не осталось, что девушка говорит правду, но какую ее часть? — Саске, — только и произнес Хокагэ. Учиха появился из ниоткуда. Хенсе напряглась, а Глюк загородил ее собой. Он привык это делать, когда хотел помочь ей отгородиться от всего мира. Возможно она и не замечала, но порой он проделывал это с ее эмоциями, поглощая зло, которое порой ее одолевала. Саске смотрел на девушку, которая избегала его взгляда. Его интересовало теперь только одно. Акан Учиха, который возможно был неподалеку. Одолевшее желание увидеть еще одного Учиху, заставило его подумать о том, чтобы прямо сейчас атаковать девушку. Хенсе лишь усмехнулась, чувствую желания Саске. — Отведи ее в больницу, — приказал Какаши. Акан вернулся сильно побитым. Хенсе посмотрела на него, но Ими утащила ее за собой. Последнее время мальчик занимал все ее мысли. Хенсе все еще чувствовала, что это неправильно. Может она пыталась заглушить свою боль по семье, переключаясь на Акана? Глюк сообщил ей, что у нее есть брат. Эта новость вызвала в ней смешанные чувства. Радость и страх. Она боялась того, как он отреагирует на ее существование, как будет относиться к ней. Ей даже захотелось, чтобы он и вовсе не знал о ее существовании. — Он все еще проводит ночи в твоей комнате? — неожиданно спросила Ими. Урояме удивилась. Она не знала как ответить, но Учиха лишь улыбнулась и положила свою руку ей на плечо. — Ему будет тяжело, когда ты уйдешь. Да и не только ему. Мы все привыкли к тебе. — Почему вы так добры ко мне? Меня отправили вас убить, — наконец-то призналась девушка в том, что ее мучило так долго. — Мы догадались. У тебя с собой была карта, где было отмечено наше поселение. Мы дали тебе время, чтобы ты сама сделала свой выбор. За столько лет мы отвыкли доверять людям, но наша глава хочет верить, что не все люди злые. Акан по началу был приставлен к тебе в качестве шпиона. Он должен был убить тебя, как только ты попытаешься напасть на нас.Ты не такая плохая, как хочешь казаться. К тому же убийцы редко помогают своим жертвам. Мы лишь относимся к людям так, как они относятся к нам. За это время ты стала частью нашей семьи, а сейчас можешь к Акану и поговорить с ним. Урояме так и поступила. Он был в своей комнате. Обрабатывал раны на своем теле. Когда Хенсе зашла, мальчик покраснел и попытался натянуть чистое одеяло на себя, чтобы она не заметила его полуобнаженным. — Эй, оно же чистое, ну что за ребенок! — воскликнула девушка. Акан еще посопротивлялся, когда она попыталась отнять у него тряпку, и вырвать из рук Учихи одеяло. Сейчас она всерьез поняла, что он силен для своих лет. Злобно посмотрев на него, она ударила его по руке. — Эй! — воскликнул мальчик. — Больно! Но одеяло выпустил. Хенсе присела рядом и обмакнула тряпку в какой-то раствор, а потом аккуратно приложила тряпку к царапине на груди. Мальчик покраснел, а сама Урояме вспомнила, как обрабатывала раны Саске. Акан старался не смотреть на нее, но у него не получалось. Он уставился на ее серьезное лицо. Она была поглощена его ранами. В какой-то момент он не выдержал и вырвал у нее тряпку из рук. — Хватит, я уже не маленький. Сам могу себе раны обработать, — буркнул он. — Не относись ко мне как к ребенку. — А как я должна относиться к тебе? — почти смеясь, поинтересовалась девушка. Она впервые смеялась за последние годы. — Я уже мужчина. Я защищаю всех в этом поселении, это мой долг, который я уже в силах выполнить. И тебя я смогу защитить, если ты останешься. Я слово свое держу. Сейчас он напомнил еще больше ребенка, который не может получить то, чего желает. Девушка совершенно не знала как с ним разговаривать и винила себя в том, что возможно дала ему надежду, которой не было. — У каждого в жизни есть цели, которых он хочет добиться, Акан. Твоей целью должна стать безопасность твоих людей. Он подскочил на ноги и сжал кулаки. Она смотрела на него снизу вверх, полная решимости и непоколебимости, когда Акан был взбешен. Своим поведением она злила его еще больше. Ему хотелось опрокинуть стол и разбить чашу, в которой был раствор, но вместо этого он злобно заговорил. — А твоя месть принесет тебе пользу? Самая глупая цель, которая может быть у человека. Никогда, никогда, эта цель не приносила ничего хорошего. Ты глупая, если считаешь, что это сделает тебя счастливой! Он отвернулся от нее, пожираемый яростью и болью. Она это уже видела. Так себя ведет человек, который понимает, что уже ничего не сможет изменить. Ему остается только злиться. — Если… Если я помогу тебе отыскать то, чего ты так сильно желаешь, то ты вернешься сюда? — Я не хочу, чтобы ты пожертвовал всем из-за меня, — сказав это, она поднялась и развернулась. Ей нужно уйти. Сейчас она поняла, что задержалась в гостях. Она привыкла к этим людям. Они стали для нее родными. Скоро Тени поймут, что что-то неладное, раз она до сих пор не вернулась. Они могут заподозрить ее в том, что она больше не под их контролем. Пострадает Глюк, и все жители поселения узнают, что такое гнев Теней. Она дотронулась до двери и кунай вонзился неподалеку от ее лица. Акан впервые дал волю эмоциям. Его учили, что эмоции могут привести человека к ужасным вещам. — Ты не ответила. — Ошибаешься, -сказала она, вытаскивая кунай. — Я сказала, что никогда больше не вернусь к тебе. Ты этого просто не захотел слышать. Хенсе закрыла дверь, оставляя Акана с его болью. Они шли молча. Дорога казалась вечностью. В деревне люди останавливались и смотрели на них. «Наследие Орочимару», донеслось до Хенсе чьи-то слова. Да, именно так, никак иначе. Они обязаны этим Змею. Орочимару подарил ей жизнь, как бы иронично это не звучало. Если бы не их связь с Саске, то она бы уже кормила своим телом ворон. — На ней метка, — нарушил молчание Саске. Его голос не изменился. Такой же прохладный и отстраненный, словно его ничего не касается, но он глубоко ошибался. Он уже увяз в войне, про которую еще не знал, благодаря сыворотке, которая течет по его венам. — Я уже навещал ее. Полагаю, что сейчас главное найти Второго. Я предполагаю, что это Хината Хьюго. Пару дней назад она пропала. Какаши отправил на ее поиски несколько шиноби, но никто до сих пор не вернулся. — Хьюго нельзя доверять, — произнесла Хенсе. — Так сказал Глюк. Саске лишь обернулся, чтобы еще раз взглянуть на фигуру, которая шла за ними. Почему он раньше его не замечал? Или раньше в этом не было нужды? Поинтересоваться почему, на оба вопроса, он не стал. Они как раз дошли до больницы. Ино встретила их на входе. С ней был Наруто. Увидев Саске и Хенсе, Ино улыбнулась, а потом посмотрела на Узумаки: — Все же умудрился вернуть обоих назад. Наруто почесал затылок, не зная что на это ответить, но Хенсе спасла его от разговора попросив проводить в палату. — Рада, что ты вернулась, — произнесла Яманака, протягивая ей больничный халат, — хоть и прошло много времени. Хенсе ненароком вспомнила, как мать Ино спасла ее, дав работу и порой подкармливая. Сама же Ино тогда обучала Хенсе. Сейчас Яманака расцвела. Девушка всегда была красавицей, но она именно из тех, кому возраст идет. Теперь она была грациозна и эффектна. Проводив их в палату, Ино оставила их. Хенсе полагала, что об этом позаботился Какаши, послав вперед них послание. Сакура была вся в поту. Она горела. Хенсе сразу увидела метку. У Сакуры она была на руке. Урояме снова посмотрела на пациентку. Она уже слабо помнила, что происходило с ней, когда ей ввели сыворотку, но если верить словам Какаши, то Сакура уже приходила в себя, так почему она снова провалилась в свое сознание? — Спроси у него, что с ней, — отдал приказ Саске. — Ты не в том положении, чтобы отдавать приказы, — огрызнулась девушка. — Я еще не приказываю. Хенсе проглотила пару слов, но все же посмотрела на Глюка, который осматривал Сакуру. С ним девушка собиралась поговорить отдельно. Она почувствовала, как Саске подошел ближе, но никак не отреагировала. Он лишь так же уставился на Сакуру, но по его лицу было видно, что он волнуется о ней. Учиха перевел свой взгляд на Глюка, который больше не скрывался от него. Саске увидел, как рука фигуры дотронулась до лба Харуно, а потом резко отдернула. Он уставился на Урояме. — Он умеет говорить? — спросил Саске. — Если да, то пускай начинает. — Это сложно объяснить, — произнесла Хенсе. — Так же как и то, что было в Сунне? — ядовито поинтересовался Саске. Девушка не выдержала и развернулась к Учихе. Он оказался ближе, чем она думала. Злость ее пожирала изнутри. Кто дал ему права так говорить? — Или же Акана Учиху, — Саске сделал шаг в ее сторону. Хенсе не сдвинулась с места. Глюк впервые пожалел, что может чувствовать эмоции людей. Ярость, которая исходила от этих двоих, могла разнести Коноху. Он решил предоставить разборки им, а сам попытался вновь погрузиться в память девушки, но ничего не мог найти. Глюк хотел удостовериться, что Саске прав в том, что второй это Хината, но Сакура не помнила это. Шок заставил девушку позабыть те воспоминания, и он же не позволяет ей очнуться. Или? Он уставился на Хенсе. Он присутствовал в тот момент, когда душа Хенсе впервые появилась в зале Теней. Она боролась с сывороткой и проигрывала, потому что организм не хотел принимать ее. Он пытался побороть ее, как борется с вирусом. У Сакуры же борьба была иной. Сыворотка уже прижилась, но девушка не хотела с этим смириться и пыталась силой воли побороть ее. Глюк неожиданно понял, что это означает. — Ты задолжала мне объяснения! — прорычал Саске. — Да ну?! Глюк успел схватить ее за руку, а Саске впервые увидел ее красные глаза, которые уже ничего не могли видеть. Они чем-то напомнили шаринган, но это были не они. Ее рука медленно начала синеть, а потом Саске разобрал слов, которые говорил этот силуэт. Он просил ее прийти в себя, но видимо не мог достучаться, потому что Хенсе все еще слабо походила на себя. В этот момент дверь отворилась. Урояме моментально пришла в себя. Страх смог привести ее в чувства. На нее смотрели те же глаза, что были у Ами. Как бы сильно она не пыталась избегать этой встречи, Хенсе должна была понять, что рано или поздно у нее это не получится. Зеро смотрел на нее так, словно не верил своим глазам. В какой-то момент на его лице отразилась лучезарная улыбка, и он бросился к ней, уже не скрывая своих слез. — Сестра, — он заключил Хенсе в свои объятия, а та никак не могла остановить бешеное биение своего сердца.