Люди и вещи

      Когаса понимала, что так, как прежде, уже не будет. А всё-таки Ёшика рядом, и это всё меняет. Ей хотя бы можно было рассказать то, что на душе. Когаса, бывало, со всякими мимо пролетающими жрицами и прочими ведьмами делилась своей историей, но кое-что всё-таки умалчивала. А Ёшика — не мимо, она своя. И она сама давным-давно разрешила говорить всё, о чём Когаса думала. Так, кажется, и сказала: «Мне можно». А Когаса уже совсем избавилась от сковывавших её страхов. После долгой разлуки она осознала, что уж Ёшике-то, родной Ёшике можно довериться.       — Если не можешь меня обнять, то я сама, — успокаивала Когаса. — А у тебя теперь лицо… как лёд. — Она проводила ладошкой по щеке Ёшики, будто чтобы убедиться. — А мне всё равно нравится. Я люблю тебя.       Наверно, это было не очень хорошо, но Когасу всё-таки немного радовало, что Ёшика не скажет всего, что захочет. Зато не рассмеётся, если та ляпнет какую-нибудь глупость. Правда, она, помнится, никогда не издевалась, если Когаса делала что-то не так. И, конечно, чаще было грустно, что Ёшика не отвечала — или отвечала как-то невпопад. Как ни вслушивалась Когаса, до конца не понимала её слов, но радовалась, что может их услышать. Однажды Ёшика рассказала прямо-таки какую-то сказку — про говорящую молнию… и ещё что-то… Когаса положила голову ей на плечо и чуть не уснула — так спокойно и легко ей было.       Никто про них не знал — по крайней мере, так должно было быть. Разве что в деревне кто-то заметил, что Когаса выглядит счастливее обычного. Она, как и хотела, виделась с Ёшикой недалеко от кладбища тайно. А с кошкой из Бывшего Ада они примирились, и та всё-таки согласилась не рассказывать… Только Когаса не уточнила, о чём именно Орин обещала молчать: вообще о Ёшике или только о том, что Когаса её когда-то знала? А это было и не важно.       Но эти приятные деньки, проведённые вдвоём, быстро кончились. Как-то раз Когаса возвращалась с кладбища и наткнулась на симпатичную с виду женщину. Она зависла в воздухе, осматриваясь. Пугать её было уже поздновато, потому что она сразу увидела Когасу и обратилась:       — Здравствуй, маленький зонтик. Надеюсь, ты никуда не торопишься? Мне очень нужна помощь!       Это было внезапно. Кому это могла понадобиться помощь бесполезного старого зонта? Но Когасе незнакомка показалась милой, так что она даже ответила с улыбкой:       — Конечно, а что такое?       — Видишь ли, я потеряла кого-то, кто мне по-своему был дорог. — Она грустно подняла глаза и покрутила плечиками. Когаса чуть не прыснула при виде этого. Женщина будто говорила не всерьёз — но кто знает, что она на самом деле чувствует?       — Так жаль… Но вы обязательного его найдёте! — искренне сказала Когаса, ведь она знала, что такое случается. — А кто это был? — Тем временем та направилась в сторону, туда, где осталась Ёшика. Это заставило поволноваться, так что Когаса не стала отставать. — Нет-нет, туда лучше не ходить, там никого нет, я только оттуда… Кстати, кто же вы?       — М? — Та уже будто не слушала, но потом зависла в воздухе, поправила причёску и представилась: — Каку Сейга, зл… отшельница, проходящая сквозь стены. Но тебе, наверно, лучше называть меня Сейга Нян-нян.       — Отшельница? Ой, это как!.. Это значит… это значит… — Когаса отвлеклась, и Ёшика, увы, была обнаружена.       — А, вот и мой милый мертвец!       Когаса застыла, как вкопанная. От волнения она глубоко задышала, и это слегка отвлекало от накрывающего её ужаса.       Эта женщина знала Ёшику. Да не просто знала… Как она её назвала!.. Как назвала!..       «А почему мертвец?»       Сейга подлетела к своей подчинённой, начала крутить её кепочку так и сяк, заглядывать в глаза.       — Так и нашлась… Убежать думала, да? Шучу, я сама её тут оставила.       — А вы… вы откуда Ё… её знаете? — пыталась как можно спокойнее произнести Когаса.       — Конечно, я знаю Ёшику, я же её оживила… — Сейга продолжала с ней возиться, не глядя на собеседницу.       — Что значит «оживили»? — Голос всё-таки дрожал. Не зря, что ли, Орин говорила?.. «Это просто оживший труп».       — Как оживила, так и уби… Да я всё шучу. Очень мне весело, что я Ёшику-тян нашла… А как, по-твоему, создают цзян-ши? Оживляют с помощью даосской магии… Да, это я умею делать превосходно.       — Что? — Когаса не могла прийти в себя от услышанного. — Так Ёшика, что… умерла?       С трудом она заставила себя произнести эти слова.       — Ну да, — неожиданно равнодушно ответила Сейга. — Но какая разница, если она и так может прекрасно мне послужить? Это даже немного удобнее. — Она прицепила печать Ёшике на лоб и, похоже, собралась улетать. — Спасибо, маленький зонтик. До встречи, — она помахала ручкой — выглядело издевательски.       Ёшика двинулась за ней, не обращая внимания на Когасу. Та попыталась ухватить её за рукав, но не успела: ткань выскользнула из пальцев, едва прикоснувшихся к ней, и Ёшика совсем не собиралась останавливаться. Её, такую заторможенную и неуклюжую, нетрудно было поймать, но Когасу сам только вид покидающей её подруги пригвоздил к месту, где она стояла. Не могло такого быть, чтобы Ёшика с кем-то ушла… и оставила её снова… Как будто вечно должны повторяться эти страдания!       — Вы насовсем её забираете? — жалобно пролепетала Когаса.       — Да-да, если только не захочу опять похоронить. Но ты, кажется, привязалась к Ёшике-тян? Конечно — миленькая цзян-ши. Но мы ещё, наверно, увидимся, так что не скучай!       — И как вас найти? — чуть увереннее спросила Когаса — перед ней блеснула надежда. Но вся эта неопределённость уже впивалась в сердце острыми крючками.       — Сама приду, — заявила Сейга. — Ну всё, отпусти меня уже. — Она демонстративно дёрнула в свою сторону невесомую ткань, что развевалась за её спиной.       Когаса кивнула — что-то подсказывало, что сопротивляться бесполезно. Может, и не стоит? Сейга, наверно, хорошая, раз Ёшику оживила, и позаботиться о ней сможет…       Она умерла. Она правда умерла. Но ведь она так старалась избежать этого…       Когаса твёрдо решила, что, хотя обычно она просто безобидно развлекалась, сейчас пойдёт и напугает кого-нибудь до смерти. Когда вдоволь наплачется.

***

      — Ой, а это ты видела? — Сейга всё пыталась сунуть журнал под нос Когасе. Раздражает эта отшельница уже, честное слово. Тошнит от её яркой красоты.       — Говорю же, не читаю Шамеймару. С тех пор, как она написала про меня…       — Но тут снова про нас! — настаивала Сейга.       «Про каких нас?» — подумала Когаса и всё же заглянула. Там была фотография, где они с Сейгой и Ёшикой стояли втроём, показывая «V» двумя пальцами… Ну да, конечно, припоминает она это. Ёшика тут такая угрюмая, что просто ужас. На самом деле её в таком настроении почти не увидишь…       — Как-то ты далековато стоишь. Странно, обычно всё к Ёшике жмёшься, — заметила Сейга, отчего Когасе захотелось провалиться сквозь землю. — Ладно, я вас оставлю; можешь с ней поиграть.       «Как будто мне нужно разрешение», — ехидно и обиженно в то же время улыбнулась Когаса.       Когда Сейга улетела — даже неинтересно, куда, — стало гораздо легче и спокойнее. Радостное лицо Ёшики — не на фото, а у настоящей — выглядело даже немного живым. Когаса, убедившись, что никто не смотрит, крепко обняла её, пытаясь найти утешение в близости к ней. Пусть и не скажет Ёшика ни слова, чтобы её успокоить, как в милом полузабытом прошлом, но всё же она будет рядом, а это уже почти как тогда… «Всё-таки Ёшика улыбается мне».