Мой любимый ботан

— Эрь, ты зачем меня провоцируешь? — Сашка чуть прикусил Эрика за нижнюю губу, слегка оттянул её и и тут же отпустил. — Мы же к контрольной собирались готовиться, не? Хотя она только на следующей неделе… — Ну так ты и готовься, ботан, — Эрик весело мотнул головой, упёрся лбом в лоб Нифонтова и прошептал, опаляя его губы своим горячим дыханием: — Кто ж тебе мешает? — Э, кто ещё тут ботан? — деланно-возмущённо хмыкнул Сашка и чувствительно сжал маленькую ягодицу взгромоздившегося ему на колени Эрика. — Ты, походу, забываешься. Давно не получал? Эрик стойко выдержал тисканье своей несчастной задницы и в отместку с силой ущипнул Сашку за бедро, заставив того слабо ойкнуть. — Ну да, Нифертити, из тебя ботан, как из меня балерина. Тупой качок априори не может им быть. — Он попытался спрыгнуть с Сашки, но был грубо схвачен за зад и затащен обратно. — Кто это здесь тупой качок? За базар ответишь. Сейчас ты у меня будешь расплачиваться за свой длинный язык, умник. Сашка, не отпуская его из своих объятий, приподнялся на стуле на котором они сидели и одним движением руки смахнул со стола все учебники и тетради. На освободившуюся поверхность он завалил сопротивляющегося, хохочущего Эрика и, ухватив его за лодыжку, ловко развернул его тело вдоль столешницы, чтобы тому было удобней лежать и чтобы голова не болталась в воздухе. После он бесцеремонно задрал ноги Эрика себе на плечи и слегка на него навалился. — Сашка, придурок, тяжёлый же! Ты че… ты че твори-ишь? — Эрик уже ослабел от смеха, но всё равно извивался бешеной гусеницей, пытаясь вывернуться из медвежьих лап Нифонтова. — Саня! Ну, Санек! А-а-а, отпусти, идиотина! Я… я не буду этого делать на столе! — Зато я буду, — Сашка ещё сильнее навалился на Эрика, чтобы наконец его обездвижить. — Может, это моя сексуальная фантазия такая? — Он наклонился, провёл языком Эрику от кадыка до уха и зашептал на это самое ухо самым наипошлейшим голосом: — Зая, ну дай дяде повару сделать из тебя заячье рагу! — Чего-о? — выдохнул Эрик, разом перестав смеяться и обсыпавшись мурашками наверное до самых пяток. — Хочу отжарить тебя прямо на этом столе, че непонятного? — Снова этот порношёпот и жарко-влажное облизывание ушной раковины. — Вот ведь шут гороховый… А почему тогда не на плите? — Эрик зачем-то подавил в себе желание застонать и выгнуться навстречу Нифонтову. — Сань, вот ты совсем с мозгами попрощался? — А по мне не видно? — снова мыркнул коварный искуситель Эрику в ухо, нежно пожёвав при этом его за мочку. — Ты ж кому угодно мозги отключишь, Лотя. Прошло целых два месяца, как у них случилось всё по-настоящему. Больше в родительский дом Сашки они не ездили — хватило и одного раза. Встречались они теперь в Сашкиной квартире, где только недавно закончился ремонт и которая находилась совсем недалеко от школы. Эрик тоже жил в двух шагах от учебного заведения, и поэтому они оказались с Нифонтовым практически соседями. Это было очень удобно. Эрик успевал показываться дома и даже помогать бабушке с домашними делами. Но, отделавшись от всех своих ежедневных обязанностей, он залезал в ванную, делал там все туалетно-очистительные процедуры и после, скинув нужные учебники в рюкзак, резво нёсся к Сашке на их «трахохату» под предлогом совместного делания уроков. Это была действительно «трахохата». Двухкомнатная, стильная квартира, в которой ребята встречались с ясно какой целью и которую Эрику не особо когда было рассматривать. Зато спальню он изучил досконально. Хотя чего там изучать? Большую половину довольно немаленькой комнаты занимала огромная кровать. Если не считать нескольких кресел-мешков, разбросанных в разных углах комнаты и небольшого шкафа, то эта была вся обстановка. Кровать была удобная, с красивым мягким изголовьем, но её размеры вызывали в Эрике недоумение. Он всё хотел спросить у Сашки: где его родители купили этого монстра мебельной промышленности и главное — для чего? Школьнику, пусть и старшекласснику, совсем не нужны такие масштабы, ну разве что только для определённых целей. Но спросить всё никак не получалось. Как только Эрик переступал порог квартиры, его рот очень часто оказывался занят. Сначала его оккупировал язык Сашки, потом его член. В общем, было не до глупых вопросов. Тем более, что секс у парней уже перешел на новый, более совершенный уровень. Задница Эрика уже давно… как это правильно сказать? Подстроилась под немаленькие размеры Нифонтова. Вначале трахаться с Сашкой было больше дискомфорно, чем приятно. Даже где-то больно. Эрик мужественно терпел и в процессе совокупления чувствовал себя мушкой, насаженной на толстую иглу. Даже не на иглу, а на нечто более объёмное. Хотя Сашка действовал весьма осторожно и когда чувствовал, что может сорваться в слишком активный трах, всегда выходил из Эрика и догонялся рукой. Но, тем не менее, каждый раз было такое ощущение, что дёрни Нифонтов членом чуть бойчее и Лотова сразу же вывернет наизнанку. По прошествии небольшого количества времени, когда бедный зад Эрика уже привык к вторжениям извне, да и сам Эрик перестал зажиматься и научился максимально расслаблять своё самое интересное место, дело пошло веселей. Теперь он уже начал получать удовольствие не только от умопомрачительных ласк Сашки и его разгорячённого вида, когда тот нежил и трахал его тело, но и от самого процесса. Они подсели друг на друга как наркоманы. Пазлы сошлись. Подростковые гормоны, кипевшие в крови, нашли наконец свой выход. Сашкин спорт, учёба — всё было задвинуто на задний план. Зачем всё это, когда можно заниматься делами поинтересней? Самым забавным было то, что если Сашка ещё как-то пытался включить трезвую голову, то у учительской радости и гордости Эрички Лотова эта самая голова очень часто пыталась попрощаться с крышей. По крайней мере, когда Сашка был рядом. В школе они общались, но старались всё же свести это общение к минимуму. Слишком уж многозначительные взгляды у них получалось бросать друг на друга. А по-другому не выходило при всём желании. Как, например, спокойно можно смотреть на эти пошло припухшие губы, когда вчера ты видел их на своём члене? Или как смотреть на эту родинку над губой, когда ты её совсем недавно вылизывал и выцеловывал? — Саш, но на столе же твёрдо! — хоть у Эрика уже глухо токало в висках, а член налился практически полностью, он всё равно попытался вывернуться из Сашкиных объятий. Завидное упрямство. — Я не буду здесь! — А кто тут будет спрашивать всяких мелких слабаков? В порнофильмах так часто делают, вот и бери пример со взрослых, — Сашка перехватил запястья Эрика ладонью и завёл руки ему за голову. — И где это у нас твёрдо, м? — Он хитро улыбнулся, расстегнул ширинку на Эриковых джинсах и по-хозяйски запустил туда руку. — Ай-яй! Чего это у нас тут? Действительно, очень твёрдо! — Сань, давай лучше уроки учить… — Эрик и так плыл от Сашкиных прикосновений, а тут вообще его накрыло и про уроки он бормотал уже по инерции. — Саш… — Ага, сейчас всё брошу и учиться начну! — попытался пошутить Сашка, но по его глазам было видно, что он уже завёлся и пути к отступлению отрезаны. Он стащил с уже растёкшегося по поверхности стола Эрика штаны и вытряхнул его из домашней футболки, в которую Лотов переодевался, когда приходил к нему, и отшвырнул всё это в сторону. Сашка, ухватив Эрика за щиколотки, подтянул его ближе к себе. Примерился. Нет, с его ростом трахаться на столе было не очень хорошей затеей — низковато. — Уговорил, зая, пошли в кроватку, — он наклонился было к Эрику, чтобы сграбастать его в объятья и утащить в спальню на руках, но тот уцепился ногами за его талию и неожиданно резко притянул к себе. — А теперь я хочу на столе! Дайте мне сексуального разнообразия! — пропищал Эрик голосом взбалмошной фифы и, не выдержав, хрипло хихикнул. Игривое настроение возвращалось. — Девочке разнообразия не хватает? — Сашка с ходу включился в игру. — Ну так я ей сейчас такое разнообразие покажу! — Он подцепил Эрика за ягодицы и спину, соскрёб его со стола и потащил к дивану. Свалив свою ношу на диван, Сашка умостился рядом и сразу же утянул Эрика в поцелуй. Они не целовались со вчерашнего дня, а казалось прошла целая вечность. Эрик по-любому выделял со своей слюной какое-то наркотическре вещество, потому что без его поцелуев Сашку ломало, как наркомана без дозы. Лотов стал уже зависимостью. Даже на уроках Сашка старался не смотреть в сторону Эрика, потому что сразу образовывалась нещадная эрекция, переходящая чуть ли не в боль. А дрочить по школьным туалетам было как-то не комильфо. Кстати, теперь Сашка понимал почему некоторые озабоченные парочки трахаются в грязных туалетных кабинках, в примерочных и в других, не предназначенных для этого местах. В школе Лотова тоже постоянно хотелось утащить в какое-нибудь уединённое место и иметь там до звона в ушах. Сашка благославлял всех богов и родителей в том числе, что у них было полноценное место для встреч. Ощущать Эрика рядом с собой, целовать его, прикасаться, да просто вдыхать аромат его кожи и перебирать в пальцах мягкие каштановые кудряшки стало для него ежедневной необходимостью. Когда вечером им приходилось расставаться, у Сашки было ощущение ужасного дискомфорта. Эрьку не хотелось отпускать от себя ни на минуту. Сашка не узнавал сам себя. Ни с одной из его многочисленных девиц, что были у него до Эрика, не было и близко чего-либо похожего. — Сань, а мы успеем? — отдышливо прохрипел Эрик, оторвавшись от Сашкиных губ. — Ты не забыл? Анна Михайловна пораньше к тебе прийти обещала. Сашка с неудовольствием взглянул на часы. Конечно же он забыл. Действительно, его репетиторша по русскому должна прийти сегодня раньше своего обычного времени на два часа. На всё про всё у них с Эриком оставалось меньше часа. А точнее, сорок минут. Если учесть, что надо ещё успеть после всего обоим помыться, то оставалось на постельные забавы где-то с полчаса. Это до смешного мало, но выпустить Эрика из своих лап теперь, когда он лежал под ним такой доступный и разомлевший? Ну уж нет! Да и не хотелось напугать своим неугомонным стояком пожилую учительницу. А он у него точно возникнет, если отпустить сейчас Эрьку с миром. Нет, пар нужно было сбросить однозначно. — Бля, забыл совсем, Эрясь. Но ты ведь поможешь мне… э-э… ну… ртом? — Сашка немного смутился от озвучивания своей откровенной просьбы, но тут же без каких-либо стеснений оттянул резинку со своих лёгких домашних брюк и вытащил наружу налитой член. — А то больной скоропостижно скончается от спермотоксикоза. — О, больной нуждается в первой помощи? — глаза Эрика весело заблестели, но от того как он облизнулся, у Сашки заломило в яйцах. — В скорой помощи, Эря! В очень скорой! Нифонтов уселся поудобнее, откинулся на спинку дивана и призывно подёргал причинным местом. Даже в таком положении он старался развеселить своего парня. А тот не заставил себя долго ждать. Издав горлом какой-то хлюпающий звук, будто пытаясь подавить в себе смех, Эрик радостно сверкнул на Сашку глазищами и скатился с дивана. Поднырнув к его паху, он удобно устроился у него между ног и деловито подцепил рукой изнемогающее без ласки хозяйство своего визави. — Скорая сосущая помощь прибыла на место и готова приступить к реанимационным процедурам! — бодро отрапортовал Эрик, держа член Сашки как поп-дива микрофон и всё так же с озорной радостью пялясь ему в глаза. Но тому уже было не до смеха. Во-первых, мозги отключались напрочь, стоило только вживую увидеть картинку: «Эрик держит его член в непосредственной близости от своего лица». А во-вторых, губы Эрика вовсю порхали по уже частично оголившейся чувствительной головке, когда тот произносил свою шутливую тираду. — Эрька… больной, типа, сейчас двинет кони, если ты сейчас же не… — договорить свою претензию Сашка не успел, потому что реанимация умирающего от сперматоксикоза активно началась. Делал минет Эрик пока не сказать чтобы суперски. Особенно когда чересчур заводился и пытался заглотнуть поглубже. Тогда из-за лишнего старания и горячности он мог ненароком слегка проехаться зубами по Сашкиному достоинству — не особо больно, но всё же неприятно. В общем, Сашка знавал мастеров и получше. Точнее мастериц. Но всё равно, стоило только Эрику насадиться своим неумелым, горячим ртом на его взбудораженный ствол, как мозги сразу утекли в безызвестность. А точнее в пах, где, казалось, сконцентрировались и оголились все нервные окончания, имевшиеся в его теле. Жар прошибал от макушки до копчика. На краю уплывающего сознания, Сашка вплёл пальцы в волосы Эрика, чтобы в случае чего удержать того от излишней кусающейся активности. — Эрь, зубами только поосторожнее. Это тебе не морковка… — Сашка ещё пытался шутить, хотя голос его уже срывался и звучал почти умоляюще. У Нифонтова была одна особенность. Когда он сильно возбуждался, то всегда начинал сюсюкать с Эриком. Внутренне задыхаясь от нежного и пронзительного чувства, сжимающего сердце и отдающего тёплой волной в мошонку, он становился безумно ласковым и даже трепетным. Он и так был готов вылизывать и зацеловывать каждый сантиметр бледноватой кожи своего ненаглядного зайца, но под сладостным маревом сексуального напряжения Сашка становился на какое-то время просто податливой глиной в руках своего обожаемого Эрички. Но этот позор настоящего мужика длился не долго. Очень скоро то, что комком сидело в горле и бесновато трепыхалось в груди, застилалось жадной, горячей, прошивающей как будто электрическими импульсами, похотью. Приходило грубое, животное желание подмять, отыметь и вдолбить в матрас податливое тело под собой. Все эти чувства объединялись в сложный, бурлящий в крови, коктейль — ласкать Эрика и жёстко трахать его уже хотелось одновременно. Эрик в этот раз превзошёл сам себя. Послушно спрятав зубы, он так старательно и рьяно обрабатывал Сашкин член, что не кончить тут смог бы только какое-нибудь каменное изваяние. Сашка им не был, да и к приходу учительницы нужно было успеть, поэтому он попросту отпустил себя и очень быстро пришёл к финишу. После того, как он забрызгал живот Эрика своим семенем, хотелось только одного — завалиться с ним в кровать и просто прижимать к себе это стройное, горячее тело. А потом уже сделать всё по-настоящему. Грязно, сладко. Как всегда у них и происходило. И слать все репетиторства, вместе с высушенными училками русского языка куда подальше. Но его парень ещё не удовлетворён, занятие с репетиторшей отменить нельзя, да и времени оставалось в обрез, поэтому Сашка, не долго думая, поднял Эрика с пола и посадил его на спинку дивана. Отплатить ему той же монетой было уже делом чести. Подразнить языком дырочку уретры, облизать под венчиком, мягко помять яйца, засосать каждое из них поочередно, увлечённо при этом надрачивая уже как будто закаменевший в предоргазме член. Вобрать его в рот и, втянув щёки, создать необходимый вакуум. Проехаться несколько раз по стволу, обхватывая губами его как можно сильнее и на выходе мягко обсасывая расширившуюся головку. Много ли нужно молодому организму, чтобы сорваться от таких откровенных ласк в бездну? Эрику понадобилось его совсем немного. Больно ухватив Сашку за волосы, он на секунду замер, но тут же принялся с бешеным энтузиазмом толкаться ему в рот. Сашка даже порадовался в душе, что размеры у Эрика не такие большие, а то и рот так можно порвать с таким-то напором. Пара секунд этой оральной ебли и Эрик, вскрикнув, стал изливаться Сашке в горло. Трель дверного звонка ввинтилась в мозг. От неожиданности Сашка поперхнулся любовной жидкостью и жёстко закашлялся. По его расчётам Анна Михайловна должна была прийти минут через пятнадцать и у них с Эриком ещё оставалось время. С каких фигов всегда пунктуальная учительша припёрлась так рано? — Саш… — уже опомнившийся от оргазма и испуганный донельзя Эрик заколотил Сашке по спине. — Водички принести? Саш? Звонок снова зазвенел настойчивой трелью. Походу Анна Михайловна сбрендила. Только так можно было объяснить эту её нахальную настойчивость. — Блин, Саш, она уже пришла… может не открывать? — Эрик не отлипал от натужно кашляющего Сашки, всё так же колотя по его спине рукой. — Эрь… кхе… оденься и открой ей… кхе… — наконец смог прохрипеть Сашка. — Отведи её на кухню… мне уже лучше. — Ага. — Эрик кивнул и принялся быстро подбирать свои разбросанные вещи. Анна Михайловна продолжала нагло давить на звонок. Это было на неё не похоже. Совсем чокнулась старуха. Да ну её на фиг! Ещё поймёт что тут произошло и накапает потом родителям. Она же близкая подруга его бабули и даже была у отца когда-то классной руководительницей. — Эря, — Сашка перехватил уже натягивающего на себя одну штанину Эрика. — Не будем ей открывать. Чёнить потом придумаю, кхе. Иди сюда! Эрик послушно отбросил джинсы и с готовностью прильнул к Сашке. Абсолютно голый, с размазанной по животу подсыхающей Сашкиной спермой, он начал снова пробуждать в всякие мутные желания. Несмотря на все еще не унимающийся кашель и ненормальную училку под дверью. — Сань… — Лотов поднял на Сашку свои невозможные глазищи и открыл рот, чтобы, видимо, задать какой-то вопрос. Только зря он это сделал. Нифонтов мягко подцепил его за подбородок и всосался в эти и так распухшие губы. Нежность, похоть, колотящееся от счастья и радости вседозволенности сердце. Три, нет, десять миллионов сверхновых взрывающихся перед глазами и лишающих зрения и слуха — всего того, что сейчас не важно и не нужно. Потому что всё то, чем ты сейчас живёшь и ради чего существуешь сконцентрировано в этом жадном и горячем поцелуе. Анна Михайловна, к счастью, звонить перестала. Саша подхватил Эрика на руки и поволок его в спальню. Посадив его на кровать, он принялся водить членом ему по губам, размазывая по ним выделившуюся смазку. Эрика от его вкуса шарахнуло так, что он слабо застонал, раскрывая губы навстречу и жадно впиваясь пальцами в ягодицы Сашки. — Давай, соси, моя девочка. — Пошел на хер, Фантя… Несмотря на свои слова, на хер пошел сам Эрик, насадившись ртом на предлагаемую ему роскошь. Они снова погрузились в нирвану... Именно поэтому и не услышали, как замок входной двери стал вдруг отрываться ключом. Саша уже вовсю загонял член Эрику за щеку и зарывался пальцами в его каштановых волосах, когда громом среди ясного неба прозвучало: — Ну, ни хера себе тусовочка! Сказано это было вполголоса, но парни подскочили так, как будто над ними, по меньшей мере, громыхнул гром. Эффект неожиданности, однако. Хотя, если говорить точнее, то Нифонтов только слегка вздрогнул, а вот Эрик подскочил, как ужаленный. Его страх можно понять — быть обнаруженным в чужой квартире, голым, с каменной эрекцией и с хуем хозяина этой самой квартиры во рту, было не самым лучшим на свете положением. К тому же, он находился лицом к двери и прекрасно видел вошедшего. Сашкин брат Андрей, а это был именно он, почти завалился в комнату и маячил теперь в дверном проеме, сложив руки на груди, в неудовольствии вскинув бровь и слегка скривившись. Словно увидел что-то чрезвычайно пакостное. Удержав Эрика около себя, Сашка затолкал свой живописный стояк в штаны, отчего тот не перестал быть менее живописным, и, зло нахмурившись, развернулся к непрошенному гостю. — Ты совсем охренел? Какого хуя ты сюда припёрся? — Радуйся, что припёрся я, а не отец, а то тебе мало бы не показалось, братишка. — Отец? А с чего бы ему сюда… — У деда инсульт. Собирайся, в больницу поедем. Я в машине тебя буду ждать. — Андрей наконец-то отлепился от косяка и, мазнув по Эрику холодным взглядом, вышел из комнаты. Хлопнула входная дверь.