Мой любимый ботан

Эрик с тревогой посмотрел на Сашку. На том лица не было. — Саш, я… — Эрь, мне надо срочно ехать, — перебил он его. — А ты можешь у меня дома посидеть, если хочешь. Пожрешь там, в Доту погоняешь… Я тебе ключи оставлю. — Сашка открыл шкаф и вытащил откуда-то из его недр связку ключей и сунул ее растерянному Эрику. — Вот. Дверь потом закроешь, а я пошел собираться. Сашка чмокнул его в лоб и быстрым шагом направился в большую комнату одеваться. Он выглядел очень расстроенным. Явно за своего дедушку переживает. А инсульт это очень страшно? Вроде бы не всегда. Бывает, больные очухиваются без последствий, но Эрик не был в этом до конца уверен. Он шлепнулся задом на их с Сашкой траходром-кровать и тупо посмотрел на ключи. От стыда перед Андреем и жалости к Сашке он немного подтупливал, но теперь его наконец отпустило. Он оставил ключи на кровати, сорвался с места и бросился в большую комнату, где Саша, уже полностью одетый, разговаривал по телефону. — Да, Анна Михайловна. Еще раз извините. До свидания. «Отменил репетиторшу по русскому», — пронеслось фоном в голове и Эрик рванул к серьезному и какому-то, словно недоступному Сашке. Обнял его со спины, потерся об него щекой, вдыхая слабый аромат его парфюма. — Сань, можно мне с тобой поехать? Стыд перед братом Сашки нисколько не уменьшился, но желание поддержать своего парня перевешивало. К тому же, Андрей их уже видел в самых стремных позах и положениях, да и почему Эрик должен стесняться собственной любви? Сашка повернулся в его объятиях на сто восемьдесят градусов, наклонился и сходу засосал его губы. Но эта радость не длилась долго. Враз разомлевшего Эрика жестоко оторвали от себя и грубовато шлепнули по заднице. — Зайчатина, я бы с удовольствием тебя с собой взял. Даже на Андрюху плевать, но там в больнице батя мой будет, а с ним все сложно. Эрик сник. Богатенький батя Сашки вмиг открутит им бошки, если догадается об их отношениях. А, глядя на них, догадаться не сложно. Наверное. Петрова же догадалась… — Эй, ты давай не кисни мне тут, — Сашка мягко провел ему пальцами по щеке. Потом большим пальцем по нижней губе, оттягивая ее вниз, лаская. — Я сладкую зайчатину предпочитаю, а не кислую. И у меня опять хер на тебя встает, пожалей дядю Сашу, не делай такую моську, — добавил он низким, прочувствованным голосом, но озорно прищурившись. — Вали уже, Фантя, — Эрик шутливо оттолкнул Сашку от себя. Его немного поотпустило от того, что Саша ожил и перестал хмуриться. Даже, вон, выдает свои привычные шутейки. — С тобой невозможно серьезно разговаривать. Сашка сграбастал его обратно и прижал к себе. Эрик почувствовал, как железно у того стоит. Отпускать его в таком виде — это же вредно для здоровья! Ведь минет Эрик Сашке только начал делать, но так и не довел его до логического конца, благодаря долбанному Андрюхе. — Саш, подожди, — Эрик отстранил Сашку от себя и опустился перед ним на колени. — Я по-быстрому. Сашка и глазом не успел моргнуть, как Эрик вытащил его изнемогающее естесство из ширинки и насадился на него ртом. Отсосать получилось действительно по-быстрому. Эрик действовал отчаянно и споро, Саша не сдерживался, и как результат — Эрик, как обычно, весь в сперме: и в Сашкиной и в своей — ему тоже, на удивление, удалось кончить. — Блять, Эрька, ну ты и соска, — прохрипел Сашка, ставя его на ноги и целуя в незагвазданный спермой висок. — Мой зая становится профи, это даже пугает. — Я мыться, — Эрик ловко вывернулся из его рук и рванул в ванную, чтобы не измазать собой модный прикид своего удовлетворенного мажора. Вслед его с энтузиазмом шлепнули по заднице: — На созвоне, мистер Красивая Жопа. — Да, господин Большая Елда, — саркастически скривился Эрик, открывая дверь ванной и почесывая горящий от Сашкиного шлепка зад. — Вали уже, мне мыться надо. — Одежду в шкафу возьми, переоденься. А на улицу если пойдешь, там на третьей полке спортивный костюм черный лежит, я его в седьмом классе носил, все забывал выбросить. Его надень. — Вот ведь мамка-заботница, — довольно пробубнил Эрик себе под нос, находясь уже за дверью ванной и включая воду. И крикнул громко, чтобы Сашка слышал: — Вали уже, Сань, тебя брат в машине ждет! Саня наконец свалил. Входная дверь хлопнула, а Эрик залез в ванну и включил огромную душевую лейку у себя над головой. Намывшись, он переоделся в нифонтовские чистые трусы и футболку, которые в шкафу первыми попались ему под руку. Трусы сели более-менее нормально, а футболка с дурацкой надписью «Секс инструктор» повисла на нем, как парашют на елке. Но, несмотря на это, смотрелась она на нем очень и очень сексуально. Эрик прямо почувствовал себя хрупкой герл, накинувшей на себя рубашку своего бойфренда. Хрупкой герл он конечно не был, да и надпись на футболке ржачная, но можно было даже не сомневаться, что у Сашки на Эрика в таком виде, все встало бы в один миг и пришлось бы потом гасить его страсть всеми возможными способами. Эрик улыбнулся своим мыслям и пошлепал на кухню, чтобы чем-нибудь там перекусить. Наевшись всякой мажорской снеди, вроде бутеров с черной икрой, мясных рулетиков и выебонистых салатов с морепродуктами, Эрик резко захотел полежать. На Сашкин траходром он запрыгнул с разбегу, отчего кроватный монстр даже не шелохнулся. Эрик раскинул руки-ноги звездочкой и прикрыл глаза, сытый и почти счастливый. Быть полностью счастливым ему мешало беспокойство за Сашу и за его инсультного деда, а также тлеющая в душе смесь стыда и страха перед Сашкиными родственниками. Перед батей и братом. Мать Нифонтова жила в Швейцарии, с новыми детьми и мужем, поэтому Эрик хотя бы ее не боялся. Сон его сморил почти сразу. Он завернулся в мягкое пушистое покрывало, пригрелся и заснул. Сколько по времени он спал, Эрик не сразу понял. Но в комнате было уже темновато… и теплое крупное тело прижималось к нему со спины, вдавливая ему в ягодицы уже хорошо оформившийся стояк. — Саша! — обрадованно прохрипел Эрик, но ему тут же захлопнули рот ладонью и прошептали в ухо, рассылая целый табун мурашек: — Глаза закрой. Сейчас поиграем с тобой, сладкий. Эрик внутренне обмер от счастья, он любил, когда Саша проявлял грубость и выдумку в их прелюдиях. Он послушно закрыл глаза, откинувшись Сашке на грудь, словно растекаясь по нему. За спиной замерли и Эрик с удовольствием отметил, как ускорилось биение сердца его Сашки. — Какая податливая сучка, — снова прошептали Эрику в ухо. — Так любишь ебаться? О, они с Нифонтовым уже несколько раз играли в злого полицейского, и Эрика всегда крыло, когда Сашка входил в роль и говорил ему всякие пошлые вещи. Но, играя грубого хама, он никогда не переходил на шепот, и, пожалуй, зря. Эрику это, на удивление, зашло. Так, что он моментально возбудился, покрылся мурашками и застонал, словно и правда был ебливой, податливой сучкой. — Сейчас я тебе открою рот и завяжу глаза. Ты мне будешь сосать, как покорная шлюшка, понял? — В шепоте Саши что-то неуловимо напрягало, но Эрик был слишком возбужден, слишком хотел уже получить любимый член в рот, поэтому возмутительно бесстыдно простонал что-то нечленораздельное в ответ, но на все согласное. — Какая хорошая шлюшка, мне нравится, — все тот же горячий шепот. Эрику перестали сжимать рот ладонью, но быстро завязали глаза какой-то мягкой, словно бархатной, лентой. — Марш на пол, — это было уже сказано вполголоса и Эрика стащили с кровати и поставили голыми коленями на ковер. В следующее мгновение ему ткнули в губы пряно пахнущую мужчиной, влажноватую плоть. — Соси, — хрипло приказали ему. Эрику это очень заходило. Приказной тон и жесткость, но все то, что происходило сейчас, не было похоже на их с Сашкой секс. Нифонтов был поцелуйным маньяком и должен был уже пару раз засосать его рот, или, на худой конец, понежить губами ухо, но тут ничего подобного не происходило. Странно. — Давай, уже, — нетерпеливо сверху. А снизу настойчивый член мажет смазкой губы… Эрик отшатнулся и сдернул повязку с глаз. После полной темноты повязки, в вязком сумраке комнаты он не сразу рассмотрел парня, который так настойчиво жаждал его оральных ласк. А когда рассмотрел, то опешил и словно заледенел. Это был Андрей. Андрей Нифонтов. Брат Саши! — Ты… ты… — голосовые связки Эрика будто заморозились, а тело одеревенело и стало непослушным. Он медленно, словно во сне, поднялся на ноги и попятился. — Блять… — раздосадованно выплюнул Андрей и одним касанием включил свисающий с потолка прикроватный светильник. Мягкий желтоватый свет нежно рассеялся в пространстве и Эрик с ужасом увидел, что Андрей все еще очень возбужден и настроен решительно. — Такая сосалка сорвалась… Последняя фраза Андрея вывела наконец Эрика из ступора. Внутри вспыхнула ярость и он, абсолютно не думая о последствиях, кинулся на Андрея с кулаками. Конечно же, его скрутили, как глупого пятиклашку, который рыпается на старшака. Андрей бросил его на кровать, заломал ему руки за спину и своими мощными тренированными бедрами зафиксировал его ноги. — Люблю, когда шлюшки сопротивляются, — похабно улыбнулся он. — Это будто целка не хочет свою девственную дырочку давать. — Пошел ты, — зло полыхнул на него взглядом Эрик. — Тебе только шлюхи дают, нормальные, видимо, брезгуют? Андрей очень по-нифонтовски ухмыльнулся и неожиданно больно сжал рукой челюсти Эрика и стал заталкивать ему в рот какую-то тряпку. Эрик задергался, давясь, но замер от подступившей к горлу дурноты. Его слабый желудок дал о себе знать, а это было очень плохо. — Люблю болтливых сучек, но ты уж очень болтливая, прости, — Андрей погладил его по щеке, но Эрик, горя ненавистью, даже не пошевелился. Из-за своего слабого желудка, конечно. — Трахать я тебя не буду, но жемчужное ожерелье подарю, — продолжал Андрей. — Очень уж ты меня завел, аж яйца ломит. Эрик сначала не врубился, про какое такое жемчужное ожерелье болтает Андрей, но когда тот начал усиленно себе дрочить, пожирая взглядом его заткнутое тряпкой лицо, и в непосредственной близости от него же, то догадка пришла — ее не ждали. — Увидел сегодня, как ты у Сашки сосешь, как с катушек съехал. Блять, сучка красивая какая, давай, покажи мне свои развратные губки, — Андрей выдернул кляп изо рта Эрика, придавил ему шею рукой и усиленно задрочил себе. Эрик бешено задергался, попытался вывернуться, но у него ничего не получилось. Зато Андрея это, похоже, еще больше завело и он начал стрелять теплыми струйками «жемчужного ожерелья» прямо Эрику на шею, губы и подбородок. — Блять, какой же кайф… — пробормотал он, тяжело дыша и отпуская шею Эрика из захвата. Хотя, Андрей был таким же красавчиком, как и Саша, да и походили они друг на друга внешне, отвращение в Эрике зашкалило до самой высшей отметки и вся еда, которую он недавно так старательно в себя утрамбовывал, полетела фонтаном на член Андрея, на его живот и ноги, но больше всего досталось «секс инструкторской» футболке. — Эй, ты чего? — Андрей, на удивление, не побежал отмываться от блевотины, а склонился к побледневшему, тяжело дышащему Эрику, освобождая его руки и подсовывая ему под голову подушку. Этим он очень напомнил Сашку. Когда тот сначала вломил Эрику, а потом носился с ним по больнице, как наседка.— Ты чего не сказал, что тебе плохо? Эй, малыш, тебе как? Проблевался — получше, или все еще не отпускает? — Отъебись, — слабо прохрипел Эрик, все же чувствуя, что ему стало чуточку получше. — Сука. — От суки слышу, — весело парировал Андрей. — Ворчишь, значит живой. Пойдем отмываться. — Эрик даже пикнуть не успел, как его подхватили на руки и нагло потащили ванную. — Отпусти, сука! — Эрик отчаянно задергался, но кто бы его слушал. — Не мороси, Анджелина Джоли, блевотиной воняешь, — со смешком сказал Андрей, стаскивая с Эрика загаженную одежду. — Хотя, Анжелка на страшную рыбу похожа, даже в молодости, а ты красавчик, но сходство есть. Эрик снова попытался ударить Андрея, когда тот залез к нему под душ, но куда там, это все равно, что драться со скалой. — Эй, губошлеп, ты меня обблевал, а теперь мыться мне не даешь? — весело удивился Андрей, сжав его в захвате, словно в объятьях. — Давай уже спокойно помоемся. И у меня к тебе разговор есть. Эрик напрягся. И не от того, что чужой голый мужик обнимает его голое тело — это его ничуть не волновало в том самом смысле, а только вызывало тихое бешенство. Его напрягло то, что Андрей имеет что сказать ему, а это не предвещало ничего хорошего. — Отпусти меня, — холодно отчеканил Эрик. — Не будешь нападать, как болонка на бульдога? — издевательски, но весьма томно промурлыкали ему в ухо. — Я понимаю, почему Санек на тебя запал. Я сам с себя в ахуе, что хочу присунуть пацану. — Я не буду нападать. Отпусти, — уже абсолютно арктически ледяным тоном проговорил Эрик. — Или я… — Хорошо, считай, что ты меня напугал, — Андрей отлип от Эрика и они наконец помылись. На этот раз без проишествий. — У меня к тебе есть деловое предложение, — сказал Андрей, когда они вышли из ванной, оделись и успокоились. Эрик нифига, конечно, не успокоился, а просто замер в своей ненависти и сделал неприступный вид. — Я дарю тебе трехкомнатную квартиру в центре города, а ты говоришь Саньку, что понял, что девочки тебя больше интересуют и что ты хочешь прикрыть всю эту голубятню. Эрик молчал, пораженный циничностью данного предложения. У него просто не находилось слов. — Чего молчишь? — Андрей испытывающе посмотрел на него, словно прикидывая, какой у него ценник. — Если будешь спать со мной пару-тройку раз в месяц, подарю дорогую машину. Я-то не собираюсь в тебя влюбляться, а Сашку жалко. Не хочу, чтобы он по-серьезу с тобой мутил. Еще наделает каких-нибудь глупостей. Повисла тяжелая пауза. — Это наверное страшно? — наконец тихо сказал Эрик, собирая всю свою волю в кулак, чтобы не сорваться в банальный мат. — Быть таким отмороженным ублюдком и не понимать этого? В синих глазах Андрея что-то такое мелькнуло. Живое и острое. Насмешливое? Вроде бы нет. Но не злое, это точно. — Отмороженным ублюдкам проще живется, детка. Хочешь еще увеличить ставки? Дальше Эрик все помнил какими-то урывками. Как от ярости все потемнело перед глазами, как набросился он на Андрея, как повалил его на пол вместе со стулом, как хотел его задушить… Очнулся он под ледяным душем — Андрей щедро лил воду ему на голову из душевой лейки. — Ну, че очухался, ебушек-воробушек? — почти ласково спросили его, когда он беспомощно замахал руками, отмахиваясь от ледяных струй. — Прости, перегнул, детка. Бывает. Эрика наконец вынули из водяного плена и водрузили ему на голову пушистое махровое полотенце. — Вытирайся давай, лучший вариант Анжелы Джоли, с истероидной составляющей. — Сука шибанутая, — некультурно прохрипел Эрик, с ненавистью прожигая взглядом своего мучителя. — Очень приятно, а я Андрюха, — сверкнул белозубой улыбкой Андрей. — И морду сделай попроще, а то Сашка скоро сюда придет. Эрика как молнией прошило: Сашка! До него только сейчас дошло, что за весь день от Саши не было ни одного звонка, ни сообщения. На Эрика накатила паника. Где его телефон? — Ты не это ищещь? — Андрей повертел в руках его дешевенький гаджет. — Отдай, — потемнел лицом Эрик. — А ты полай, — в рифму ответил Андрей и рассмеялся. — Не делай такую морду, Эр, подумаешь, я написал Сашке от твоего имени, чтобы он тебя не беспокоил, потому что ты спать завалился. Ты ведь действительно спал. — Ты лазил в нашей с Сашей переписке? — вспыхнул от стыда и гнева Эрик и снова бросился на Андрея. — Ты, ублюдок конченный, какой я тебе Эр! Эрика в который раз с легкостью скрутили и хмыкнули над ухом: — Опять тебе кляп вставить? Понравилось? — Отъебись! Эрика весьма чувствительно хрястнули по заднице и оттолкнули к столу. Его телефон тоже шмякнулся на стол, приземлившись без видимых повреждений. Эрик схватил его, с ненавистью глядя на Андрея. Тот усмехнулся: — Давай уже как люди поговорим, — и добавил, смягчая тон: — Если бы я не прочитал вашу с Сашкой переписку, то разговаривал бы ты сейчас не со мной, а с нашим батей. А тот долго не разговаривает. Это прозвучало как угроза. Мягкая, но угроза. — Я понял, что наш дурак влюблен в тебя до зеленых соплей. Мне нужно было выяснить, насколько ты играешь с ним, или тоже втюрился. Эрик молчал, хмуро глядя на посерьезневшего Андрея и жестко играя желваками. — Судя по всему, у нас тут любовная идиллия двух голубых щеночков, — продолжил Андрей, усаживаясь на стул и доставая из кармана сигареты с зажигалкой. — Очень надеюсь, что у Сашки это пройдет, а пока, чего уж, ебитесь — не размножайтесь, детки. Андрей закурил, вмиг добрея и становясь особенно похожим на Сашу. — Я наводил про тебя справки, Эрик Станиславович Лотов, — продолжил он, красиво выпуская дым. — Ты умненький мальчик-отличик. Нищий, но башка на месте. Надеюсь, ты не расскажешь Саше о нашем с тобой разговоре и о… хм… жемчужном ожерелье? — добавил он, улыбнувшись одним уголком рта. — Не хотелось бы потерять доверие брата. А я за Санька загрызу любого. Даже миловидными влюбленными педиками не побрезгую. — Саша не виноват, что у него такой ублюдочный брат, — сказал Эрик, помолчав и собравшись с силами. — Я ничего ему не скажу. — Вот и договорились, — весело сверкнул на него глазами Андрей. Он последний раз сладко затянулся и затушил окурок. — Ну, а теперь пока, губошлеп. Надеюсь, трахну тебя хотя бы во сне. Эрик презрительно промолчал и отвернулся. Вся эта возмутительная суета с братом Сашки выпила из него все силы. Даже на злость его уже не хватало. И, что странно, он в некоторой степени понимал Андрея. Тот действовал как последняя тварь и нахальная сволочь, но мотивы у него были самые хорошие. Любовь к младшему брату и желание его защитить. Про «жемчужное ожерелье» и неслучившийся минет с завязанными глазами Эрик приказал себе забыть. Все эти действия Андрея были самым настоящим насилием и гадкой, отвратительной мерзостью, но ради Сашиного спокойствия Эрик был готов похоронить это на задворках подсознания и никогда даже не заикаться об этом. Андрей собрался и ушел, а Эрик с отвращением запихал «секс инструкторскую» футболку в мусорный пакет, завязал его на два узла, словно футболка могла из него вылезти, и поплелся в спальню. Там он немного посидел на кресле-мешке, читая их Сашей переписку, но почему-то не решаясь послать ему даже банальный «привет». А затем он решительно отложил телефон в сторону и развел бурную деятельность. Стащил с кровати плед, постельное белье и понес все это в постирочную комнату. К Сашке несколько раз в месяц приходили люди из клининговой службы, вот и будет им занятие. Эрик достал чистый комплект постельного и принялся с маньячной решимостью застилать Сашкиного кроватного монстра. Это было делом не простым и Эрик конкретно умаялся. И не заметил, как заснул. Среди всей этой шелковистой роскоши… Проснулся он от нежных объятий и нехилого стояка, упирающегося ему в ягодицы. Эрик замер пойманным зайцем. От ужаса у него пересохло в горле и кровь бешено затокала в висках. — Эрясь, ты чего? — Мочку Эрика нежно засосали. — Испугал тебя? Прости, но тут кое кто жопу свою сладкую выставил, не удержался. Эрик порывисто выдохнул. Саша! Его Сашка! Жаркое солнце вспыхнуло в груди и потекло по венам.