Очарован блеском твоих глаз

Смотрю в его грустные бирюзовые глаза, и сердце неприятно сжимается в груди. «Не, ну не сволочь я?», — задаюсь вопросом, нервно прикусывая губу и устремляя взгляд на дерево за плечом парнишки. — « Довел ребенка до слез…». — Послушай, — осторожно начинаю я, так и не рискнув посмотреть ему в глаза, — если хочешь, можешь не отвечать… — но закончить мысль мне так и не дают. Вцепившись своей рукой в ворот моей джинсовки, он слегка дергает меня на себя, и я автоматически перевожу на него слегка озадаченный взгляд. Глаза сразу же устремляются в его, но, не желая смутить парнишку, я приподнимаю взгляд чуть выше. Его брови все еще нахмурены, но заметив пролегшую между ними складку, понимаю, что парнишка усиленно над чем-то раздумывает. Раздавшийся «бам», заставляет нас от неожиданности вздрогнуть и перевести недоуменный взгляд на источник шума. Им оказался все-тот же желто-зеленый мячик, который, вырвавшись на свободу из наших рук, звучно ударился об плитчатый асфальт и покатился по дорожке. Еле слышно усмехаюсь, благодаря эту резину за то, что она немного разрядила обстановку. Парнишка снова открыто заулыбался и проследил за траекторией передвижения мячика. Вновь перевожу взгляд на парнишку, желая ему что-то сказать, а в итоге, так же как и он, лишь беззвучно открываю рот. А все дело в том, что, поворачивая к нему голову, мой взгляд невольно задержался на асфальте, вернее на чем-то серебряном, валяющемся в том месте. — Твою ж ма…, — мгновенно прикусываю язык, не давая сорваться с губ очередному ругательству. Я, конечно же, не пай мальчик и часто ругаюсь, но помня, что сейчас рядом со мной находится светлый, невинный ребенок, сдерживаю свои гневные порывы. А дело в том, что, переведя взгляд с мяча на парнишку, я заметил свой телефон, валяющийся прямо на дороге. «Ну он хотя бы цел», — облегченно думаю я и, не спеша, встаю. — « Жалко, конечно, что после падения на нем останутся царапины, но не это сейчас главное». Вдруг передо мной что-то резко проносится и раздается подозрительное «хрум»… Медленно, стараясь сдержать накапливающуюся внутри ярость, перевожу взгляд на асфальт, где валяется мой уже сломанный телефон. — Извиняй, чувак, — доносится до меня чей-то приглушенный голос. Переведя взгляд на дорогу, замечаю удаляющуюся фигурку скейтера. — Я тебя запомнил! – зачем-то гневно кинул ему вдогонку, на что парень, не поворачиваясь, лишь помахал мне рукой, прежде чем скрыться за поворотом, — вот же сволочь, — не сдерживаюсь я, но вспомнив, что сейчас не один, перевожу настороженный взгляд на парнишку. «Не хотелось бы, чтобы он стал меня избегать из-за моей манеры выражения мыслей», — но к моему счастью или же горю, парень не обращал на меня никакого внимания. «Ну вот и все,» — огорченно вздохнул я, потирая переносицу, — «прошла любовь, завяли помидоры? Так вроде говорится?» — но мое огорчение длится недолго. Внимание вновь привлекает какое-то движение и, повернув голову в сторону, замечаю своего давнего знакомого. Парнишка с возбужденным блеском в глазах спрыгнул со скамейки так, что его длинные волосы подпрыгнули вверх и поддерживаемые легким порывом ветра стали струиться за его спиной, как живые. Парнишка подбежал к маленьким детям, сидящим на коленях на асфальте и вырисовывающим какие-то рисунки разноцветными мелками, и уселся рядом. «Так я и думал», — огорченно вздыхаю я, начиная разворачиваться. — «Он же еще ребенок, естественно, ему будет интереснее общаться с ребятами своего возраста. Какой ему прок от меня?». Подняв свой треснутый пополам телефон, проверяю наличие жизни у симкарты и, убедившись, что та цела, убираю ее в задний карман своих джинс, в то время как мой недействующий, перееханный скейтом телефончик отправляется в рядом стоящее мусорное ведро. Посетовать на свою злую судьбу и на то, что я совершенно не знаю, чем себя занять, мне не удается. Кто-то слишком настойчиво схватил меня за рукав и стал, не переставая, дергать вниз. Повернувшись, с удивлением отмечаю, что это все тот же парнишка, руки его почему-то перепачканы в сине-зеленом меле (естественно, моя синяя джинсовка тоже стала не такой уж чистой). — Что? – тем не менее, спокойно интересуюсь я. На что парнишка довольно улыбается и, потянув меня за все еще находящийся в его руке рукав, повел за собой назад, к скамейке. Мячик уже лежал около нее на траве, и парнишка довольно указал мне на какую-то надпись на асфальте прямо перед скамейкой. — Ю..юкки.., — пытаюсь прочесть написанное, но иероглифы получились какие-то смазанные и неровные. «Да, по сравнению с этим, мой подчерк вообще — цветочки», — усмехаюсь я, но заметив, как огорченно стушевался парнишка и как обессилено опустились его плечи, я почувствовал укор угрызения совести. «Ну вот, я опять причиняю ему боль», — эта мысль неприятным током проходит по всему моему телу, и я, напрягая без того прекрасное зрение, сев на корточки, принимаюсь разбирать написанные иероглифы. — Юккихиро! – радостно «рожаю» я, на что парень невольно вздрагивает и переводит на меня удивленный взгляд. Поняв, что правильно прочитал его имя, повторяю его еще несколько раз вслух, и с каждым разом улыбка Юкки становится все шире и гире. «Похоже, его редко по имени зовут», — расстроено думаю я. — «Ну ничего, теперь я быстро это исправлю…» — Очень приятно познакомиться, Юкки-тян, — вставая и одновременно улыбаясь, говорю я, — а меня зовут Китару, — и протягиваю ему свою ладонь, которую он, смущенно улыбнувшись, тут же с радостью пожимает. Почувствовав, как его пальчики несмело исследуют мою ладонь, я радостно улыбаюсь и устремляю на парнишку заинтересованный взгляд. Юкки как-то мягко улыбается, а в глазах его загорается предвкушение, в то время как пальчики пройдясь по выступающим косточкам тыльной стороны, прикасаются к ладони и начинают водить по выступающим там линиям. Это его маленькое исследование, проводимое мягкой подушечкой указательного пальца, разливает по всему моему телу умиротворенное тепло и на душе вновь становится светло и радостно. Поймав его пальчик в свой кулак, я еле слышно усмехаюсь и перевожу озорной взгляд на смутившегося своей непосредственности парнишку. Сначала Юкки опустил голову вниз, и его длинные волосы занавесили от меня его милую мордашку, но потом, справившись со своим смущением, он, хоть и не полностью, вновь перевел ожидающий взгляд своих сияющих глаз прямо на меня. — Прогуляемся немного? – интересуюсь я, кивая в сторону парка и, выпустив на свободу его пальчик, осторожно обхватываю его ладонь, — ты же не спешишь? Юкки тут же радостно улыбается и начинает усиленно мотать головой. — Вот и хорошо, — заключаю я и поправляю ремешок висящей за моей спиной серой сумки. «Я в нирване. Нашел свое чудо. Держу его за руку… и мы, кажется, собираемся прогуляться по парку», — моему счастью просто нет предела. Я слишком расслабился и, раздумывая, где же поживописней природа, делаю шаг вперед, хочу сделать еще один, но застопориваюсь на месте. Воспользовавшись моей остановкой, Юкки быстренько выдернул свою руку из моей ладони и, подлетев к все еще сидящим неподалеку детишкам, вновь одолжил у них мел, на сей раз белый. «Через час мне нужно быть дома», — старается аккуратно вывести он, а я расслабленно улыбаюсь, беря себе на заметку, что надо бы сегодня зайти в канцелярский отдельчик и прикупить разноцветных мелков. — Договорились. Да, — тут же оживаю я, — напиши свой адрес, — и немного помолчав, добавляю, — мелким шрифтом, я провожу тебя до дома. Юкки сначала удивленно смотрит на меня, затем опускает взгляд на асфальт и, задумчиво покрутив все еще находящийся в руках кусочек мела, начинает выводить свой адрес. Пока он занят делом я, открыв свою сумку, достал оттуда бутылку минералки и, подойдя к Юкки, присел на корточки рядом с ним. — Так… — задумчиво тяну я, вспоминая, где находится написанная улица, — я знаю, где это, — утверждаю я и, открутив крышку, в последний раз пробегаюсь взглядом по написанному белым мелом адресу и выливаю на него воду, потом встаю и размазываю ботинком надпись. «Теперь никто не узнает, где живет мое чудо». — Ну что пошли? – интересуюсь я и протягиваю парнишке ладонь. Он опять радостно кивает и, быстро вскочив на ноги, невольно задевая меня мягкими локонами своих волос, убегает к детишкам отдавать позаимствованный мелок. Вернувшись, он берет в одну руку свой мячик, а вторую смущенно протягивает мне. Аккуратно обхватываю его руку своей ладонью и засовываю в свой карман. Идем мы молча, лишь из глубин старинного парка доносится звонкий смех детишек, стрекот цикад и пение диковинных птиц. Мне не верится в происходящее, поэтому я бездумно смотрю вперед и просто иду. «За время нашего недолгого общения Юкки так и не сказал мне ни слова», — резко проносится в моей голове, и я задумываюсь над складывающейся ситуацией. В голове проскальзывает множество предположений, начиная со спора с друзьями и заканчивая больным горлом. Но все эти предположения почему-то кажутся мне абсурдными. В голове, как заноза, вертится всего одна мысль: — «А если он немой?». — Послушай, Юкки-тян, — задумчиво тяну я и, не спеша шагая, перевожу на него настороженный взгляд. «Если он и сейчас расстроится моему вопросу, придется общаться с ним посредством переписки». — Ты не разговариваешь потому, что у тебя голосовые связки сели…, — я на мгновение замолкаю, но Юкки продолжает хранить молчание, лишь складка, пролегшая между его бровей, дает понять, что вопрос ему крайне неприятен. Но я слишком заинтересован в этом ребенке, поэтому продолжаю напирать, — или потому, что ты немой? Юкки тут же вздрогнул и, пытаясь освободить свою руку, стал яростно вырываться. Отпускаю его руку и, пока повернувшийся ко мне спиной парнишка не дал деру, хватаю его в охапку и прижимаю спиной к своей груди. — Тише ты, — пытаюсь успокоить его и, заслышав мой шепот, Ю настороженно замер на месте. — Чего ты дергаешься? Я же не убивать тебя собираюсь. Или же.., — наклонившись к его уху, я опаляю своим горячим дыханием проскользнувшую в голове догадку, — ты боишься ,что из-за этой твоей особенности я стану тебя избегать? Юккихиро, опустив взгляд в асфальт, испуганно замирает, а я, улыбнувшись, разворачиваю его в своих руках и крепче прижимаю к своей груди. — Глупыш, — нежно говорю я, — какой же ты еще ребенок, — на что Ю недовольно запыхтел мне прямо в грудную клетку, опаляя ее своим дыханием. — У каждого человека есть недостатки, и я не исключение. Ну не можешь ты говорить – не беда, мы же можем общаться и не только посредством голоса. Сейчас мир технологий. Можно будет общаться с помощью Интернета, вот например, у меня есть ась.. – весь мой пыл, с которым я начал разглагольствовать о нашем общении, немного поугас, потому как Ю как-то странно напрягся в моих руках и опустил голову чуть ниже, — ну ладно, есть же еще сотовая св… — Ю опустил голову еще ниже, — эээ… ну тогда ..тогда …во, — обрадовавшись мелькнувшей в голове мысли, я тут же принимаюсь ее озвучивать, — в первое время будем общаться при помощи мелков и ручек, то, что я всегда буду болоболить и так ясно, и постепенно будем изучить невербальный язык. Пока придумаем какие-нибудь свои приветствия и общеупотреляемые при встрече фразы, а потом пойдем на курсы и обучимся жестам, при помощи которых общаются глухонемые. Ну как тебе идейка? – возбужденно спросил я и, отстранив задумавшегося парнишку от себя, с надеждой заглянул ему в глаза. – Нравится? Ю долго смотрел мне в глаза, очень внимательно и проникновенно, будто бы решая, стоит ли мне доверять или нет. «Ну я же говорю – сущий ребенок». Юкки тут же смутился, будто бы смог прочитать мои мысли, хотя чего там было читать, у меня наверняка, как всегда, все на лице было написано, и опустил взгляд, осторожно кивая в знак согласия. — Ты просто чудо, Ю, — радостно восклицаю я и вновь сжимаю его в крепких объятиях. Парнишка замирает в моих руках, но попыток к освобождению не принимает. Приободренный его согласием, я обхватываю его одной рукой за плечи и веду дальше. Времени уже прошло предостаточно, да и идти до дома чуда прилично. — Блин, так не хочется с тобой прощаться, но мы ведь завтра встретимся? – кидаю на Ю настороженный взгляд. Парнишка тут же открыто улыбается и соглашающе кивает в ответ. – Вот и здорово. Кстати, мне двадцать три и я… — закончить свою краткую биографию я не успеваю, так как перед глазами мелькают пальчики Ю. Похоже он пытается показать мне на пальцах сколько ему лет. – Шестнадцать? – проверяя себя, вслух озвучиваю его возраст и вновь получаю в ответ кивок. – Во! — вновь радостно вскликиваю я, на что Ю опять вздрагивает, не ожидая, что я опять могу что-то удумать. — Если ты согласен, то показывай так, — предлагаю я парнишке, демонстрируя рукой кулак с оттопыренным вверх большим пальцем, — а если не согласен то так, — и я показываю тоже самое, только уже с устремленным вниз большим пальцем, — а то от частого кивания у тебя шея сможет заболеть. Юккихиро останавливается и переводит на меня восторженно-радостный взгляд, а затем по привычке начинает активно кивать головой сверху-вниз. Правда потом, резко остановившись, начинает кивать с права-налево, затем, опустив голову, поднимает кулачек вверх с оттопыренным вниз большим пальцем, а заслышав мой смешок, поднимает свой палец вверх и, не выдержав, легонько стукает меня своим кулачком по груди. Я тоже не сдерживаюсь и начинаю заразительно смеяться, одной рукой вновь приобнимая Ю, и спустя пару минут вновь возобновляю остановленное движение. — Ты такой противоречивый, Ю-тян, — замечаю я и, не обращая внимания на обиженный взгляд парнишки, возобновляю прерванный ранее разговор. Рассказываю, что живу с родителями и семилетней сестренкой. Учусь в Тодае на последнем курсе и подрабатываю в продуктовом магазинчике по выходным. Я успеваю рассказать ему вкратце почти всю свою биографию, прежде чем мы подходим к высотному зданию. – Вот мы и пришли, — огорченно говорю я, — иди уже, а то я тебя точно никуда не отпущу. Юкки удивленно смотрит на меня и неуверенно приподнимает кулак с оттопыренным вверх большим пальцем, затем поворачивается ко мне спиной и нехотя делает шаг вперед. — Постой, — останавливаю его. Ю тут же останавливается и ожидающе смотрит на меня, — завтра встретимся в том же месте в тоже время, — полуутверждая интересуюсь я, на что получаю согласие в виде приподнятого к верху большого пальца. – Завтра, когда встретимся, приподними руку в знак приветствия, — прошу я, — а в знак прощания… — я на мгновение задумываюсь, однако мое внимание привлекают его струящиеся волосы, мелькнувшие перед глазами, а в следующее мгновение я почувствовал прикосновение нежных губ к своей щеке. После чего Ю поспешил скрыться в подъезде своего дома, а я с дебильной улыбочкой на губах побрел домой. По крайней мере, я очень надеялся на это...