Леди Роза: Близость К Силе

К современной школе «Эймонт» подходили ученики, в формах: девочки – в зелёных клетчатых юбках и в светло-зелёных пиджаках, а мальчики – в зелёных клетчатых брюках и в тёмно-зелёных пиджаках. Совсем недавно здесь учеников расформировали по классам «Венера» для девочек, и классам «Марс» для мальчиков. Две из учениц подходившие к дверям что-то бурно обсуждали: – Этого не может быть! – говорила девочка со светлыми волосами. – Но я говорю правду, Лиз! – в чём-то убеждала подругу ученица с тёмными. – Я вчера рискнула проследить за Эриком. К нему подбежала Мила, и мне пришлось спрятаться за угол, а когда я выглянула, их не оказалось. Они как сквозь землю провалились. – Это не возможно! – но тут раздался звонок. – Девочки, здравствуйте. – В класс зашла женщина со светлыми волосами, в голубом пиджаке и юбке на несколько тонов темнее. Марина Майор – классный руководитель шестого класса «Венера». – Здравствуйте! – поздоровались ученицы, встав с места. – Садитесь, – сказала она, махнув рукой и подойдя к столу. – Прежде чем начать урок познакомьтесь с новой ученицей… заходи. Дверь кабинета открылась, и в класс вошла смуглая девочка, лет двенадцати-тринадцати. Она встала у доски лицом к классу. Все стали её разглядывать. Темно-каштановые волосы убраны в высокий «конский хвост», большие тёмно-янтарные глаза, тонкая шея, на которой висит подвеска в виде четырехлистного клевера. Серёжки: с одной стороны полумесяц, с другой – солнце. Школьная форма хорошо сидит на её стройной талии, на ногах красно-коричневые сапоги с высокой шнуровкой. В руках она сжимает ручку портфеля, а к его крышке пришита железная эмблема в форме розовой розы окруженной четырьмя разноцветными сердечками: с боков от розы красное и синие, сверху жёлтое, с низу зелёное и три ленты зелёного, красного и розового цвета по краям. На портфеле с боку висели брелки, словно кто-то взял и соединил её подвеску и серьги: белый полумесяц, зелёный клевер и красное солнце. – Познакомьтесь, – сказала Марина Майор, указывая рукой на девочку, – Роуз Хартнес. Надеюсь, вы подружитесь. – Привет! – хором поприветствовал класс новую ученицу. – Ну, привет! – вяло поздоровалась она. – Ладно, Хартнес, садись, – учительница, подождав когда «новенькая» сядет за парту, начала урок. – И так, сегодня мы повторим изученный материал по коэффициентам. Кто мне скажет, что это такое? Весь класс тяжело вздохнул. Эту тему никто не учил и не запомнил. Но тут – рука. – Роуз. – Коэффициентом называют то число, которое в выражении является произведением числа и бук, – даже не открывая учебник, без запинки ответила девочка. Последовало ещё несколько более сложных вопросов, на которые Роуз ответила правильно, спокойно, приводя примеры и глядя исключительно на учителя. Одноклассницы сразу заговорили «зубрила» и «ботаник». А пока миссис Майор объясняла новую тему, то по классу пошёл шёпот: – Видали, она странная. Верно? – Мне от неё что-то не по себе. – Пришла в сапогах в школу по жаре. – А серьги, она что, посеяла? – Простите, – Роуз встала с места, – можно выйти? – Иди, – ответила миссис Майор. Девочка, спокойно выйдя из класса и закрыв за собой дверь, со всех ног побежала в туалет. Только там, сев на подоконник, она заплакала. – Что мне теперь делать? Какую сейчас роль играть? – сквозь слёзы прошептала она. – Не вешай нос, Роза! – промурлыкал кто-то. Девочка подняла глаза. На подоконнике напротив неё сидела чёрная кошка с белыми кончиками лапок и белой грудкой. – Мунлайт, что мне делать? Я не знаю как себя вести! – Тебе нужно быть гордой и решительной! Символ огня тебе подойдёт! – после этих слов медальон превратился из четырёхлистного клевера в пламя с тремя языками. – Ты не должна забывать кто ты такая! – с этим словами кошка выпрыгнула в открытое окно, а девочка, прежде чем вернуться в класс сказала: – Я та кто заключает в себе силу красоты, и поэтому я не должна унывать! Девочка, зайдя в класс, стала вести себя гордо, смело, словно её подменили. Последний урок у шестого класса «Венера» – физкультура. Девочки в раздевалке переодевались в спот-форму: белые футболки и светло-зелёные трикотажные шортики, и бурно обсуждали то, что сегодня одиннадцатый класс «Марс» будет заниматься неподалеку. Роуз молча, стояла у своего шкафчика и то и дело крутила в руках медальон, данный кошкой. Тут раздался крик: – Девочки, вон из раздевалки! Вздохнув, девочка встала в общий строй и заметила, как одиннадцатый класс наблюдает за ними. Мальчишки тоже были одеты в форму: тоже белые футболки и тёмно-зелёные шорты длиннее колен. Среди них бросался в глаза парень с тёмными, цвета ночи, растрёпанными волосами и безразличным выражением бледного лица. Он спокойно сидел на брусьях с видом, что внимательно слушает разговор одноклассников. Осматривая спортплощадку, его взгляд остановились на Роуз. Девочка тоже не отводила глаз от него. – СоулФайтер, твоя очередь!– крикнул учитель. – Ты чего, оглох?! – потрепал парня за плечо одноклассник, а тот резко отвёл взгляд в сторону, что-то про себя сказав, встал и направился к турнику. Девочки затаили дыхание, а он, без особого труда, несколько раз перевернулся через перекладину и ловко приземлился на ноги. Фанатки зааплодировали и чуть не упали в обморок, а взгляд парня снова пал на Розу и, он демонстративно равнодушной походкой направился к ней. Из-за чёлки виднелись бездонные глаза цвета ночного неба. В них не было ни единой звезды, ни единого огонька жизни, только странно играющие искры. Сапфир ночного неба, пытаясь притянуть янтарь земного древа, смотрел прямо в её глаза, и первый нарушил молчанку. – Как тебя зовут, куколка? – Что за фамильярность?! – возмутилась девочка. – А тебе что не нравится, малышка? – как назло продолжал в том же духе парень. – Разумеется, нет! – Роуз последнее слово произнесла как-то сурово. – Ладно, хорошо. Ты, похоже, новенькая? – Новее не бывает. – Значит, у меня появилась новая игрушка, – на лице появилась ухмылка. – Мечтать не вредно! – девочка хотела уйти, но парень, схватив за предплечье, резко развернул её к себе. – А ты, я вижу, не такая как другие. – Роуз Хартнес, – крикнула учительница, – посмотрим на твою физическую подготовку. Девочки, вам – целый круг! Роза вырвалась из рук парня и поспешила на старт. – Новенькая, – обратилась девочка со светлыми волосами, – мы тебе завидуем! – Это чему же? – удивилась Роза. – Как «чему»? Он ни разу к шестиклассницам не подошёл и не заговорил. – На старт, внимание, – сказала учительница и тут же крикнула: – Марш! Девочки побежали. Роуз, даже не напрягаясь, смогла их обогнать и раньше всех дошла до финиша. – Быстро бегаешь. – Спасибо, – Роуз не обратила внимание на того, кто это сказал. – Но от меня не сможешь убежать. – Что? – девочка подняла глаза. – Ведь ты теперь моя «игрушка». «Опять этот парень! – подумала она, – Что ему от меня надо?» – Соревнование, – от этих слов глаза Роуз расширились. – Ты дурак! – Роуз резко отвернулась от парня и зашагала к своим одноклассницам. – Она звезда! Тут двери школы резко распахнулись. На пороге стояла девушка в школьной форме, огненно-рыжие, короткие волосы блестели на солнце, а глаза цвета льда приводили одних в ужас одних в восхищение. – Звезда этой школы – я, Милла СоулФайтер. Я – единственная и неповторимая! А ты кто такая? И зачем пристаёшь к моему парню? – Я?! – удивилась Роуз. – А не наоборот?! – Милла, – улыбнулся парень, – это – моя новая игрушка. – Игрушка? – возмутилась девушка. – Ты забыл обещание? – Нет, что ты! Как его можно забыть, если ты напоминаешь об этом каждый день, при любом удобном случаи. Роуз развернулась и, решив оставить наедине пару, ушла в раздевалку. – Привет! – девочка обернулась и увидела знакомое лицо троюродной сестры с короткими светлыми волосами и глазами цвета бирюзы. – Акия? Скажи, кто эти ненормальные? – Ты о семье СоулФайтер? – Семья? – удивилась девочка. – Да. Те люди, Милла и Эрик, они приёмные дети семьи СоулФайтер. Они упомянули, что Эрик появился в семье не так давно. В школе они самые популярные и им нет равных. – Вот как, – печально вздохнула Роуз. Такого поворота событий она не предвидела. Но решив последовать совету Мунлайт, девочка стала переодеваться. Открыв дверцу шкафчика, Роуз задумалась, стоило её сюда идти. – Может, папа прав? – спросила она у самой себя, поменяв шорты на юбку и снимая футболку. – Нельзя всю жизнь сидеть в заточении, но кого я здесь должна найти? – Может, меня? – спросил бархатный голос. – Только не ты! – Роуз накинула на себя рубашку и закрыла дверцу шкафа. С другой стороны стоял тёмноволосый парень – Эрик. – Это женская раздевалка. Что ты здесь забыл? – Любуюсь своей новой игрушкой, а что, нельзя? – Представь, нет! – Ты не умеешь смеяться? Твой серьёзный вид говорит об этом. – Не было случая. А ты что, восстал из мёртвых? Глаза как у зомби. Ответ парень не нашёл, но был прав: Роуз ещё ни разу не смеялась от души. Сапфировые глаза смотрели на девочку как на чудо. – Глаза «мёртвых», – парень перевёл взгляд в сторону, – опасное оружие. Их называют по-другому… – «Глаза Горгоны», – ответила Роуз, – опасны из-за способности превращать всё живое в камень. Парень удивлённо поднял взгляд на девочку. – Откуда ты знаешь об этом? – Читала, – ответила она. – Если ты особенная, то я приду к тебе сегодня… – он подошёл к выходу и добавил: – ночью. Роуз быстро собралась и поплелась домой, к тёте. Теперь можно подумать хорошенько над тем «кто ты»? Роуз Хартнес – это псевдоним. Настоящее имя – Розалитта Анжела Розаликлео Дубмон-Маклейн Картер – дочь богатого человека и простой женщины, которые на самом деле более интересны, чем кажутся: папа – Великий чистокровный волшебник Рыцарь Феникс, а мама – Великая Богиня Бастет и Царица Вейла Двенадцатая. Сама Роза обладает огромной силой, но пока ей только тринадцать этой силой ей пользоваться запрещено по причине не владением контролем. Специальный камень, Радужная Звезда, позволяет использовать только одну десятую всей силы. В жизни юной волшебницы случилось много ужасного: во время её родов умерла её мама. Папа же до сих пор по ней сильно тоскует, но, похоже, всё-таки нашёл замену в лице Элайзы Лон, которая уговорила отца отправить девочку сюда, в деревушку Маленький Ангел. «Эта жаба пытается избавиться от меня», – думала Роза, пока медленно шла по дороге. – «Но сил едва хватает, чтоб идти. Почему никто не верит мне, что я теряю силы, когда пою эту дурацкую песню!» Девочка остановилась, услышав шум. Роза, повертев головой, резко развернулась назад. С ближайшего дерева спрыгнуло существо внешне похожее на человека с головой огромного кота в школьной форме «Эймонт». Оно, схватив девочку за плечи, толкнуло на землю. Руки и ноги стали словно каменные, а бездонные глаза монстра горели синевой. – Вы кто? – всё, что смогла спросить Роуз. – Я – Истребитель Души, – ответил он бархатным голосом, – Вечно Одинокий Странник. Покажи мне своё сердце! В глазах потемнело, воздуха перестало хватать, а сердце сжало болью. У девочки появилось чувство пустоты внутри себя… Где-то там, за Иным Миром, за Королевствами Энери, за Палой Вершиной, есть Бесконечность, огромный изумрудный лес, просторный луг, чистый родник и великая хрустальная крепость, называемая Цитаделью Богинь. В одном из залов, где течёт водопад, собрались все обитатели этого замка. – Это не возможно! – говорила Маори, повелительница Солнца. – Верно! – поддержала её Вилена, покровительница Танца. – Никто не смеет отбирать Сердце с такой лёгкостью. – Эх! – всплеснула руками Лолита, повелительница Смерти. – Меня там нет. Я бы там устроила… – Довольно! – прервала всех Ясмин, королева Земли. – Бастет, что ты предложишь? – она развернулась к стеклянному креслу, но там никого не оказалась. Ясмин, подобрав своё длинное платье, поспешила на балкон, туда, где сидела единственная, кто могла знать. – Клеопатра, – вскрикнула она, – ты знаешь, что произошло?! – Знаю, – печально ответила та, – но регентов нет, а Феникс далеко… – Ты должна ей помочь! – Помнишь, что такое сердце? – не оборачиваясь, спросила Клеопатра. – Если это он, то он поймёт его. Мысли повелительницы Жизни унеслись куда-то далеко. Дальше, за бесконечность… Я возрождаюсь… Я ещё не появилась, но ты меня уже нашёл… Солнце и Луна, день и ночь, жизнь и смерть, земля и воздух, огнь и вода, звук и тишина, а я самая настоящая живая Мечта… Я помогу тебе снять проклятье, если ты поможешь мне… Прошу, верни меня к жизни! Я отдам тебе своё настоящее сердце, только верни меня к жизни! Роза открыла глаза и осмотрелась. Была она в гостиной дома тёти Марины. Вся мебель, ковры, обои, картины, шторы говорили о любви этой семьи к морю. – Ты проснулась? – в зал вошла мама тёти Марины. Бабушка Элизабет выглядела взволнованной. Лицо, которое не пожалели морщины, выражало степень крайнего беспокойства. – Да, – неуверенно ответила девочка. – Что случилось? – Ты упала в обморок на улице, – бабушка Элиз села рядом в кресло. – По крайней мере, так сказал тот парень. – Парень? – переспросила Роза, поднимаясь на локте. – Одет в форму «Эймонт», но мне кажется, что это не обморок, а совсем другое… – Роза! – раздался голос Акии с лестницы. – Роза, ты как? – Голова кружится, сердце болит, но я пока живая. – Сердце? – уточнила бабушка Элиз, встав с кресла, подошла к телефону и, набрав номер, заговорила ели слышно. Хотя, наверное, она так сама считала: – Марина, на Розу напали. Я не знаю кто, но это ученик вашей школы. «Как? Как?». У неё сердце болит. Да и тот, кто принёс её на руках, сказал, что ели шла по улице. В дневнике прочитал. Ты, дочка, позвони Картеру и скажи об этом. Как не верит? Тогда я ему сама позвоню! Что значит «не надо»?! Ладно, я тогда Сандре. Пока! В этот момент, походкой балерин, подбежала Акия с учебниками. – Ты почему в конце года пришла учиться? – спросила она, раскладывая книги на журнальном столике. – Это папа с «жабой» так решил, – печально вздохнула Роза. – Он собирается на ней жениться? – в ответ кузина кивнула головой. – Как так можно?! Он про тебя совсем забыл?! А как же Эдвард? Помолвку ещё не отменили? – Нет, к сожалению. – Ты не можешь выходить замуж! Тебе только тринадцать! – Акия, это – помолвка. – Ты знаешь, – блондинка посмотрела вверх, – я хочу встретить свою любовь случайно. И от своих чувств улетать в небеса, словно лебедь в небо. – Тогда «случайно» налети на самого красивого парня и кинься под машину, вот тогда ты станешь ангелом и полетишь в рай и не только от чувств! – Роза, – возмутилась Акия, – хватит смеяться! Мало того, что Стелла терпит унижения от Эрика и срывается на мне, теперь и ты начала! – Этот тип ещё и Стеллу оскорбляет?! Совести совсем нет! – возмутилась Роза. – Они соревнования устраивают. Кто лучше кого играет на музыкальных инструментах. Она на пианино, он на скрипке, и он выигрывает! Вот зараза! – Не то слово! Я по стенке его размажу, попадись он мне! – Роза была настроена враждебно против самого красивого и популярного парня в школе. Девочку сильно задело его нахальство. – Давай, помогу с уравнением, – сказала Роза, заметив остановку в уроках. Вдвоём они быстро закончили их и поднялись в свои комнаты. Большой концертный зал был переполнен народом, ожидающим новую заводную певицу Римму. Среди яркой толпы, ничуть не выделяясь, стоял парень с растрепанными тёмными волосами, и девушка с рыжими волосами и огненном платье. – Эри, ты сделал, что я просила? – спросила она, перекрикивая толпу фанатов. – Да, но это не она, – ответил парень. – Какого чёрта, ты меня сюда притащила?! – Кроме нас кто-то тоже ищет Душу Сердце. Мы должны их устранить! Следи за действиями. Неожиданно свет в зале выключился, раздалась оглушающая музыка, на сцене в свете софитов стояла девочка лет тринадцати. Чёрные волосы были взяты в маленькие хвостики, а тёмная футболка и брюки в заклёпках сильно подчёркивали бледность её кожи. Она стояла неподвижно, но потом медленно поднесла микрофон поближе и запела сладким голосом: Ты так увлечён мечтой, Которая зовёт тебя за собой. А в небо так манит Звезда, она Исполняет все желания! Ты иди за ней, Сквозь мрак злых теней. Хоть тускнее всех горит Но мой голос говорит, Что это Чёрный Бриллиант! Голос звучал эхом и чаровал. Мысли путались, голова кружилась, но Эрик не замечал этого. Его глаза блистали, изучая певицу. Что-то в ней было хорошо знакомо: ели заметно под длинной чёлкой блестели серьги-непара. С одной стороны полумесяц, с другой – солнце. Её песня заставляла поверить в то, чего не бывает, по мнению юноши, – мечты, надежды… Давай! Сокровища всей земли Ладонью сполна зачерпни Сто сапфиров и агат! Но знай, в небе сияет она Прекрасная звезда Ведь это настоящий, Чёрный Бриллиант! Девочка в последней строчке подняла над головою свободную руку и направила её в сторону зала. Ты от неё не убежишь, не спрячешься, Буду я вести тебя. Ведь мечты осуществляться и ты будешь рад, Но опасайся их же яд! Видишь звёзды там, Они помогут нам. Но та звезда одна Исполнит всё сполна Ведь это Чёрный Бриллиант! Эрик заметил слёзы в глазах певицы. Она ели стояла на ногах. Её трясло. Юноша почувствовал нехватку сил и воздуха. Другой голос, не такой звонкий раздался у него в голове: «Кто-нибудь, помогите мне! Я теряю силы жизни! Я не хочу больше петь эту песню! Папа! Папа, помоги мне! Папа…» Это тот самый голос, просящий вернуть шестиклассницу к жизни! Но почему он напуган? Давай! Сокровища всей земли Ладонью сполна зачерпни Сто сапфиров и агат! Но знай, в небе сияет она Манящая звезда Ведь это настоящий, Чёрный Бриллиант! Девочка повторила жест, но в этот раз целеустремлённо направила указательный палец на кого-то. Волна отвратительного чувства нахлынула на юношу, и воспоминания, те, что он старался так забыть налетели на него. Чья-то ледяная рука взяла за его предплечье и вывела из концертного зала. – Мои опасения подтвердились, – как всегда высокомерно заговорила девушка. – Что предлагаешь делать, Милла? – Эрику было всё равно, лишь бы она отстала от него на это время. – Я подумаю, – ответила Милла. – Можешь, не торопится, – Эрик повернулся к ней спиной и пошел прочь. – Эрик! – позвала она его, на что получила в ответ: – Передай, чтоб не ждали, я поздно. И не думай за мной ходить! Девушка осталась стоять у входа. Её глаза с бледно-голубого поменялись на кроваво-красный оттенок. Она усмехнулась. «Что значит, быть правильным? – думал Эрик по дороге в никуда. – А что значит семья?» Его взор устремился в темное ночное небо, а оно было поистине прекрасно. Сотни звезд украшали его подобно бриллиантам, сверкающих в холодном одиночестве. Бледная половинка луны восседала на своем троне, безмолвно наблюдая за происходящим, не смея вмешиваться в дела людей. Она слушает мольбы каждый свой ночной пост, не роняя ни одного слова со дня своего создания. И каждый раз, глядя на неё, Эрик вспоминал старую сказку о богине, которую его служанка-нянюшка ЭйФайри Спарк рассказывала каждый раз на ночь. «Ты знаешь, почему наступает ночь?» – спрашивала она Эрика. «Нет» – отвечал он ей. «У нашего Ярло есть жена. Когда Ярло опускается за горизонт, то жена его, распуская свои длинные волосы, загораживает от всех нас, давая и нам, и ему хорошенько поспать. А пока Ярло спит, то не видит как его дочери – Артемида и Диана – гуляют по небу, давая людям право побыть теми, кем они хотят стать…» Эрику особо нравилось это время суток. Он любил побродить по этому маленькому городу один, в одиночестве. Он любил смешиваться с темнотой и стать невидимкой на каких-то шесть часов. Ему очень хотелось стать свободным, независимым, но обстоятельства мешали этому. Мысли прервал кошачий визг, и прямо из-за угла выбежала чёрная кошка с белым «воротничком и сапожках». Она, увидев человека, с горбатой спиной обошла его и, шипя, убежала во тьму. – Что за люди! – послышалось из тьмы, – день и ночь всё ходят, ходят… – И вам «добрый вечер»! – не обращая ни малейшего внимания, ответил Эрик. Животные Цариц в наше время – настоящая редкость. Не каждый день увидишь. И вот он уже пришёл в маленький парк на берегу реки Галатеи. Куда бы он ни пошел, какие маршруты не выбирал – всё равно возвращался в мраморную беседку. Подойдя к третьему дереву от неё, Эрик приноровился и достал старый потрёпанный футляр, спрятанный за густой кроной. Открыв футляр, он достал скрипку, единственное, что осталось от прошлой жизни и последнее, что на время могло растопить его замёрзшее сердце. Словно взойдя на сцену, он встал в центре беседки, склонил голову, поднял смычёк и… заиграл… Зазвучала прекрасная музыка. Всё стало медленно оживать, а луна печально освещала грустного скрипача и тихо плакала, не роняя ни единой слезинки из своих серебряных глаз. Мелодия скрипки сливалась с мелодии ветра и стрекотанием сверчков в этот прохладный весенний вечер. Он сам сочинил эту музыку, назвал её «Жила на свете девушка-богиня». Мелодия говорила о том, как все её восхваляли, почитали и как скорбели её смерть… Он потерял счёт времени, оно не нужно для него. Ведь время только приближает его последние минуты свободы к концу. Но вдруг раздался далёкий хрустальный голос. Он тоже был полон грусти и тоски… Эрик остановился и огляделся. Рядом не было ни души. Голос тоже прекратил звучать. «Ладно, – подумал он, – посмотрим, что ты ещё можешь!» Смычёк коснулся струн, зазвучала другая мелодия, мелодия мечты о свободе. Голос тоже запел свою прекрасную песню. В ней не было слов, в ней были только надежды на свет. Часы на башни оповестили о том, что уже три часа ночи. Эрик завершил свою игру, спрятал футляр со скрипкой на прежнее место и бесшумно зашагал по тихой улице. Его взгляд был прикован к асфальту, но он поднял свои тёмно-синие глаза, цвета ночного неба к одному из домов. Глядя на половинку луны, укутавшись в плед на подоконнике второго этажа коттеджа «Белая Лилия» сидела девочка. По её чистому лицу катились слёзы, а губы, жадно глотая воздух, пытались что-то сказать тишине. Немного отдышавшись, она еле слышно запела: Не вздумай больно сделать, не лови, Свои заблудшие мечты. Скрытые крылья поют о свободе в твоей груди, Даже для тех, кому они не слышны...