Харгеон или стать чуть ближе...
8 ноября 2017 г., 18:11
***
Если вам когда-либо говорили, что утро добрым не бывает — забудьте слова этого несчастного человека! Потому что сейчас Нацу мог в корень опровергнуть все злобно брошенные фразочки по поводу «плохого» утра. Он еще никогда не думал, что просыпаться от какого-то копошения где-то сбоку, будет столь приятно. Нет, его совершенно не обозлило то, что милая мордашка Люси, сейчас без зазрения совести покоилась где-то в районе его груди. А ее равномерное теплое дыхание, согревавшее смуглую юношескую грудь, посылало волны приятных мурашек, что колючим путем пробирались от мохнатого затылка, аж до самой поясницы. Бедняжка наверное замерзла этой ночью, а Нацу даже не удосужился дать девушке еще одно одеяло. Хотя… Терзали — при чем очень сильно — его розовую голову мысли о том, чем они на самом деле должны были заниматься этой ночью. И уж поверьте, дело не закончилось бы невинными объятиями, которые все же не смог сдержать в себе юноша. По древне-сложившимся законам, двое — Дракон и Девушка — должны были стать единым целым прямо в ту же ночь, когда был совершен обряд. И именно поэтому Люси резко одолели усталость и временное оцепенение — чтобы Невеста не смогла противиться воли, и покорно отдалась. Но черт! Драгнил не то, что не желал делать этого насильно! Он вообще не собирался делать этой светловолосой и кареглазой красавице больно! Наслушавшись всяких противных и мерзких историй от некоторых Драконов, которые в первые же часы встречи с их второй частью, тут же присваивали ее себе, совершенно не заботясь о чувствах девушки. Нацу было противно даже рядом находиться с такими. Его просто передергивало от мысли о том, что когда он увидит «ту самую», может точно также причинить ей боль, абсолютно не думая о последствиях своего гнусного поступка. Огненный Дракон определенно даже и не собирался слушать наставления более "старших и опытных" Драконов. Уж лучше сам как-нибудь разберется! Чем будет слушать всяких там!.. За некоторыми раздумьями, а заодно и разглядыванием сонной Люси, Нацу даже и не заметил, как златовласка медленно открыла карие глазки, несмело осматривая обстановку вокруг. И все-таки одна шаловливая ладонь розоволосого, без ведома собственного хозяина, бесцеремонно покоилась на тонкой девичьей талии. Ну надо ж было ее как-то согреть, а за одеялом вставать было очень лень, да и Драгнил только с большей охотой согревал продрогшее тело Люси, не ощущая при этом чувства смущения или же неловкости. Ну, а что?.. Кто бы что не говорил, а теперь она целиком и полностью принадлежит лишь ему, пускай и не до конца. И он обязательно будет считаться с ее чувствами в первую очередь! И только потом уже его желания! По-другому и быть просто не может! Именно таким и родился Огненный Дракон, с решениями которого мало кто осмеливался спорить. Как он решил — так и будет, и никто не сможет его переубедить. Так-то! А в это время только что проснувшаяся девушка, сонно протерла глазки, пытаясь отогнать сизую пелену сна, что никак не хотела отпускать сознание светловолосой. Она еще даже не догадывалась о том, что сейчас сама же прижималась к чьему-то уж слишком горячему торсу, не осознанно греясь, ибо ночью Люси все-таки изрядно замерзла, и Нацу был как никак, а единственным источником тепла. Открыв правый глаз, а затем и левый, взгляд девушки упёрся прямо в чьи-то ключицы и мощную шею. Проморгавшись, и будто пытаясь согнать представшую перед ее глазами картину, но у девушки так ничего и не получилось. Медленно, но верно, на округлых девичьих щеках запылал малиновый окрас, а тело мелко задрожало. В голову отчетливо врезались воспоминания прошлой ночи, что и заставляли Люси залиться алой краской. Не было никакого смысла кричать на Нацу, и обзывать его «извращенцем». Ведь в данной ситуации «извращенкой» является сама Хартфилия, ведь это именно она прильнула к нему ночью, и сама же беспардонно разглядывала его спину! Стыд то какой! Они же еще даже не знают друг о друге толком ничего, а в ее голове уже роятся с бешеной скоростью непристойные мысли, о которых невинной девушке не пристало даже думать! Где-то со стороны послышались приглушенные смешки, и Люси, как пристыженный ребенок которого застукали за похищением конфет, спрятала карие глазки под одеяло, заодно прикрыв им и свое пылавшее лицо. Нацу искренне умилялся такому поведению своей невесты. Определенно у юноши с самого утра настроение будет просто отличным! Люси этому поспособствовала. — Эй, — продолжал ухмыляться парень, при этом опустив руку туда, где по идее должно было быть лицо Люси, — Ну и чего же ты под одеялом делать собралась? Не уж то мое тело даже под ним видно? — искреннее изумился Дракон, старательно придавая своему виду как можно большего удивления. И его старания были вознаграждены. Златовласка вспыхнула ярким огнем, тут же высунув взъерошенную макушку из-под злосчастного одеяла. -Н-не правда! Я ничего не видела и не разглядывала! — в миг запротестовала девушка, натягивая одеяло чуть ли не по самые уши. Розоволосый старательно подавил очередной приступ смеха. Черт! До чего же она забавная, ему так нравится смущать ее. Тогда она становиться еще более милой! Зеленые глаза лукаво блеснули и он придвинул свое лицо к зардевшемуся лицу Люси, и немного хриплым голосом спросил: — А хотела бы?.. Сердце пропустило удар. Пар словно от печки пошел из ее ушей, и девушка смущенно зажмурилась, завернувшись в многострадальное одеяло смущенно пискнув: — Нет! — будет она еще каким-то «похотливым Драконам» правду говорить! И комната взорвалась смехом Драгнила, что держась за живот хохотал прямо в голос, искренне умиляясь ее поведению. Вот же чудная! -Какая же ты странная! — сквозь смех проговорил Дракон, утирая выступившую капельку слез, и снова смотря в глаза выползшей из своего «укрытия» все еще красной Хартфилии. И пускай девушка была до жути смущенной, но волей не волей, а снова и снова смотрела на его широкую и добрую улыбку. Она была не менее странной чем ее. -Сам ты странный, — негромко сказала Люси, чуть приподняв уголки губ, — без причины смеешься, а меня странной называешь. И возникла тишина. Двое просто замерли, не в силах оторвать друг от друга взгляда. Они сейчас чувствовали себя, двумя частями одного целого, которые стремились быстрее склеиться обратно, и больше никогда не разъединяться. — Все никак не могу привыкнуть, — кое-как проговорила Люси, отпустив тонкое одеяльце вниз, и то с характерным шуршанием упало на кровать, — и именно это странно. Нацу также во все глаза смотрел на свою невесту, скользя по всему ее телу, стараясь запомнить каждую ее линию и изгиб, что были скрыты под тонкой хлопковой тканью его же рубашки. — Действительно, — рука Дракона дрогнула, и медленно стала подниматься вверх, прямо к лицу девушки, — как странно… — его лицо стало более задумчивым, и приближалось к вновь смутившейся Люси все ближе и ближе. — Я хочу касаться тебя, пускай и знаю тебя не так уж и хорошо. Я не чувствую себя с тобой не комфортно, и не ощущаю какой-либо скованности в своих действиях. Как это объяснить?.. — говорил он все это хрипловатым баритоном, при этом пальцем мягко поглаживая нежную румяную щеку. — Странно то, — немного подрагивающим голосом начала кареглазая, прижав теплую мужскую ладонь плотнее к своему лицу, — что я совершенно не хочу отталкивать твою руку, Нацу. От звучания собственного имени из ее уст, Дракона пробила совершенно незнакомая ему до этого дрожь, которая теплом опустилась внизу живота, скручивая все мышцы в один крепкий узел. — Мне нравится, как мое имя слетает с твоих губ, — хриплым голосом продолжил розоволосый, а его лицо было в пяти сантиметрах от лица Люси; он уже ощущал тепло её выдохов на своём лице. — На…цу… — срывающимся шепотом прошептала девушка, с очередной волной дрожи ощущая его горячее дыхание на своих губах. И она сама от себя не ожидала того, что приоткроет пухлые губы, словно вопрошая и моля, чтобы к ним прикоснулись. Это тоже было так странно… Их глаза неотрывно смотрели друг на друга, и оба будто пытались заглянуть в душу человеку напротив. При этом не боясь открыть свою собственную… Между ними ощущалось то самое доверие, которого многие люди не могут добиться друг от друга целыми годами. Но их ситуация в корень отличалась от всех. — Что с нами происходит?.. — пытался нарушить эту паузу Дракон, уже зарываясь пальцами в шелковистые светлые пряди, а другая ладонь, аккуратно сдавила хрупкое предплечье. Сейчас он едва держал над своим разумом контроль, который с каждой секундой мог вот-вот покинуть своего хозяина, оставив лишь инстинкты. Которые сейчас твердили ему с жаром обласкать манившие его коралловые уста. Но Люси не смогла ответить на его вопрос. Все ее тело будто парализовало, и оно отказывалось подчиняться своей хозяйке, которая даже и не планировала сопротивляться, а скорее… Сама же желала приникнуть к губам розоволосого Дракона. В груди все сдавило какими-то волнительными тисками, и от этого она немного подрагивала, нервно дыша в приоткрытые губы напротив. Это так томительно… ожидать того… чего даже сам толком не знаешь… Одурманенный пьянящим запахом девушки напротив разум, уловил дрожь ее тела. И Дракон тут же пришел в себя. Глаза расширились, но он убрал от нее свои руки, пряча глаза под неровной челкой. — Прости… Я напугал тебя… — не своим голосом прохрипел Драгнил, отсев от светловолосой на приличное расстояние. — Я должен был спросить, прежде чем делать что-то… — он говорил все это таким тоном, что затуманенный мозг Хартфилии тут же снова включился в работу, и она быстро заговорила: -З-за что ты извиняешься?.. Ты же ничего плохого не сделал, — удивленно хлопала глазами девушка, прикоснувшись теплой ладонью к крепкому плечу розоволосого, — Э-это я виновата… Прости… — от накатившего на нее внезапного возбуждения, что было вызвано такой неожиданной близостью, голос ее малость подрагивал, а щеки в буквальном смысле пылали. Драгнил покачал головой в разные стороны, и прикоснулся рукой к ладони златовласки, это была как раз та самая ладонь, на которой находилась метка… — Не извиняйся, — серьезно начал Дракон, чуть сильнее сжав женскую ладонь и заглядывая в шоколадные глаза, — Я должен все делать так, как ты захочешь, но я не сдержался и позволил себе лишнего. Здесь только моя вина, и впредь я буду более осторожен. — чеканя каждое слово он неотрывно глядел в ее глаза, заставляя сердце Люси волнительно и изумленно замереть, — Теперь, только когда ты сама меня попросишь о поцелуе, — он прикоснулся к ее лицу, и большой палец мягко надавил на пухлую нижнюю губу, а зрачки его глаз хищно сузились, — то только тогда я осуществлю твое желание. Он был снова готов наброситься на эти манящие губы, с пылом и жаром лаская их вновь и вновь, но его порывы что-то сдерживало. И девушка, что снова будто оцепенела в ожидании чего-то, ощутила едва слышное прикосновение его губ к метке на правой руке, и Дракон, переборов свое желание встал с постели, оставив… изумленную и разочарованную Люси сидеть на кровати. А ведь если бы он на мгновение задержался, Хартфилия сама бы произнесла те самые слова, которые он так жаждал услышать. Ее сердце и душа молили его о поцелуе…***
— Ну, думаю тебе идет, — задумчиво протянул розоволосый Дракон, приложив пальцы к подбородку и оглядывая Люси со всех сторон. — Обязательно купим тебе красивое и изящное платье, — осмотрев девушку со всех сторон отчеканил Нацу, понимая, что та одежда которую он ей предложил, была для хрупкой фигуры златовласки не самым приемлемым вариантом. — Д-думаешь стоит?.. — смущенно пролепетала девушка, осматривая себя в большом зеркале, что находилось в их спальне. На ней были одеты широкие коричневые штаны, что были заправлены в кожаные сапоги. Темно синяя кофта, была больше на два размера и от этого висела на кареглазой аж до середины бедра и была прикреплена при помощи широкого кожаного ремня, рукава Нацу закатал ей до локтя, ибо они прикрывали ей ладони. И лишь в груди его кофта была ей в самый раз, и благодаря ей, собственно, эта кофта и держалась. Да… Если бы не груди и длинные светлые волосы, которые Хартфилия бережно расчесала и оставила распущенными, то ее можно было бы смело принять за смазливого паренька, что, не очень-то и радует. — Обязательно стоит. — ухмыльнулся Драгнил, накидывая на голову девушки капюшон темно зеленого плаща, и заботливо застегивая круглую брошь, на которой и держалась эта вещь. — А то совсем на пацана смахиваешь, — съязвил парень, чуть стукнув девушку за аккуратненький носик, от чего та возмущенно пискнула, пораженно схватившись за поврежденный участок, чем заставила Дракона снова усмехнуться. Спустившись по ступенькам вниз, парень и девушка подошли к самой двери, как Дракон вдруг резко затормозил, от чего не ожидавшая подобного действия Люси, не больно стукнулась лбом об его спину. Повернувшись вполоборота к ней и протянув ладонь, Нацу тихо проговорил смотря светловолосой прямо в глаза: — Сначала мы зайдем кое-куда, а потом пойдем на рынок. Запомни, Люси, — одна его ладонь, опустилась на прикрытую тканью макушку, и Драгнил чуть наклонился, чтобы их глаза были на одном уровне, — Ты ни в коем случае не должна отходить от меня на слишком далекое расстояние. Ты меня поняла? — его глаза выражали стальную серьезность и уверенность, от которой девичье сердце завороженно трепетало. Щеки накрыл пылкий румянец, и девушка медленно кивнула подбородком. На лице заиграла улыбка, и Дракон удовлетворенно погладил Люси по голове. — Ну вот и хорошо, а теперь давай руку, — продолжая улыбаться, розоволосый протягивал Хартфилии свою руку. Она была по сравнению с ее такой большой, (раза в полтора больше) и от нее прямо-таки веяло теплом. Кареглазая как током пораженная уставилась на протянутую ладонь. Ее молчание затянулось, что немного напрягло Нацу и он смущенно запустил пятерню в волосы тихо буркнул: — Если не хочешь, то я не настаиваю… Просто думал, что так будет удобней… — Н-нет, нет, я хочу!.. просто… — сконфуженно запротестовала блондинка вспыхнув словно спичка. Ох! Как же смущало все это говорить! Почему именно Ему удается так быстро вогнать ее в такую яркую краску?! Нервно сглотнув, девушка медленно прикоснулась тонкими прохладными пальчиками к широкой горячей ладони, и смущенно глянув на лицо юноши, вновь опустила взгляд, несмело вкладывая свою маленькую ладошку в теплую руку розоволосого. Так приятно было ощущать, как он ещё крепче сдавил её тонкие пальчики. Удовлетворенно кивнув, парень еще раз посмотрел на девушку, и улыбнувшись, нажал на ручку двери, выходя на улицу. Люси не удержалась от восторженного вздоха когда увидела всю красоту «Таинственного леса». Оказывается она так мало чего смогла разглядеть за своими походами в этот лес, что и не замечала, как тут красиво ясное голубое небо, оно было словно гладь кристально чистой голубой воды, и большое светлое солнце, было словно бриллиантом на небосводе. Воздух здесь казалось был таким свежим и чистым, таким, которого никогда не встретишь в деревнях или городских поселках. Он был совершенно иным. И этот так понравилось кареглазке, что невольно сердце стало заходиться чуточку быстрее. — Такая красота… — сорвалось с губ светловолосой, а глаза стали с интересом осматривать окружающее. И как она тогда ничего не заметила? Неужели все из-за того обряда? — Ты разве никогда не видела леса? — изумился Нацу, не останавливаясь и продолжая путь в густую темно-зеленую чащу, при этом продолжая сжимать маленькую ладошку Люси. — Нет… Видела конечно, — поспешила опровергнуть слова юноши Хартфилия, ускоряя шаг и стараясь подстроиться на лад с его собственным, а то уж слишком быстро он шел, и она за ним просто не успевала, — Просто не замечала такой красоты, да и никогда времени особого не было. — А чем ты занималась?.. — Поинтересовался Драгнил, с волнением внутри ожидая ответа на свой вопрос, потому что знал — девушка может на него и не ответить. Чуть изумившись такому вопросу, Люси удивленно округлила глазки, и сама того не понимая, начала рассказывать: — Моя бабушка учила меня основам знахарства, я почти с самого детства учила названия и виды трав, много читала различной литературы на эту тему — ведь это действительно было мне интересным — часто сбегала в лес, чтобы как можно больше насобирать различных растений, и тем самым помочь бабушке в аптеке, — когда девушка все это говорила, на лице у нее медленно расцветала искренняя и такая нежная улыбка, что Дракон как завороженный оборачивался через плечо, чтобы снова и снова взглянуть на нее — уж очень красивой она у нее была. А тем временем Хартфилия продолжала свой рассказ: — Я очень любила делать различные настои, разные травяные мази и примочки. Мне нравилось помогать людям, когда им нужна была помощь — это делало меня кому-то нужной и полезной. А знаешь… Венди всегда говорила, что когда я делаю разные лекарственные настои, то становлюсь похожей на ведьму с котелком, или и того хуже — на загадочного темного алхимика. — Люси искренне посмеялась давним воспоминаниям, и невольно, на ее душу накатилась непрошенная тоска. А ведь… Больше этого не будет. Она уже не сможет работать в аптеке, помогать людям, вместе с бабушкой сушить и делать различные порошки и настои, слушать, как Венди и сама начинает что-то делать, и при этом тихо посмеиваясь. Это все, теперь осталось там — в прошлом… — Мне будет этого не хватать… — тихо шепнула светловолосая, надеясь что Нацу ее не услышал. Неожиданно девушка врезалась в его широкую спину, и удивленно посмотрела на взъерошенный розовый затылок, словно спрашивая — почему он остановился?.. В душу медленно проник страх того, что он все же услышал ее последнюю фразу, и теперь винит себя в том, что она теперь никогда больше не увидит родных. Парень обернулся назад, и с широкой улыбкой проговорил: — Мы пришли! Люси удивленно распахнула глаза выходя из-за его спины, и не заметив того, что неосознанно крепче схватилась за ладонь Нацу, когда ветер гулявший по зеленым просторам, всколыхнул ее длинные светлые волосы, словно пытаясь и ее подхватить вместе с собой, поэтому девушка только сильнее сдавила теплую руку Дракона. — Это, — парень обвел рукой все пространство, — племя Драконов. Здесь мы и живем. — Ух ты… — пораженно выдохнула Хартфилия, а уста сами того не замечая растягивались в полуулыбке. Это место было действительно сказочным. Да-да… Именно сказочным. И от него сердце кареглазой невольно начало взволнованно трепетать. Было очень много различных домов. Они были совершенно разными, от больших двухэтажных кирпичных строений, до маленьких одноэтажных домиков, которые скорее всего использовались для хранения чего-либо. И они были установлены так, что шли будто кольцом, словно закрываясь от внешнего мира, и пряча что-то очень драгоценное и дорогое. И в этом так называемом «центре», была огромная поляна, устеленная мягкой как тополиный пух, светлой молодой травкой. Везде на стенах домов, шли различные расписные узоры, разных форм, размеров и цветов, и девушка сразу смогла в них распознать какие-то руны и заклинания, вот только… Для чего они?.. Неужели для того, чтобы дом не трогали злые духи?.. Возможно… Ведь светловолосая и сама помнит, как очень давно, ее бабушка и сама ходила вокруг их дома с баночкой золотистой краски, и сама же вырисовывала по углам различные узоры. Но еще большее внимание Хартфилии привлекли именно люди, что находились здесь. В основном это были именно молодые женщины, каждой из которых на взгляд можно было дать не больше 25 лет, а некоторым и вообще все 18. Было много счастливо улыбавшихся детей, в основном именно мальчиков, и только несколько девочек. Здесь царила настоящая атмосфера тепла и уюта… И у Люси даже на мгновение поселилось чувство, что Нацу привел ее обратно домой, уж очень похожее ощущение она испытала увидев все это. — Пойдем, — тихо шепнул на ушко девушки Дракон, и словно вернул ее из прострации. Закивав головой, Люси несмело стала идти вслед за Драгнилом, пятясь от взглядов, и словно пытаясь скрыть лицо за широким мужским плечом. Ей было до жути неловко… — Можешь не бояться Люси, — вкрадчиво произнес розоволосый, тем самым обращая внимание на себя, — тебя здесь никто и никогда не обидит. Это я могу тебе с уверенностью гарантировать. — Я и не боюсь, — тихо пролепетала кареглазка, — просто немного волнуюсь… Для чего ты меня сюда привел?.. Неужели… — и тут ее посетила неутешительная догадка, — Ты хочешь меня тут оставить?!.. — по-настоящему заволновалась светловолосая, а Дракон только усмехнулся ее реакции. — Нет конечно! — поспешил опровергнуть неверные догадки златовласки парень, — Я просто хочу познакомить тебя со всеми. А то глядишь и тебе скучно станет… — эту фразу он уже тихо буркнул себе под нос, а пальцы свободные от женской хватки руки, зарылись в взъерошенные малиновые волосы. Ведь он не так уж и часто будет целый день бывать, теперь в их доме… А меж тем вокруг парочки стали собираться люди. Девушки и женщины стали с интересом осматривать новую юную особу, что от пристального внимания зарделась еще сильнее. — Ухты! Мама, мама! Смотри! Какая красивая тетя! — послышалось где-то из гудящей толпы детский голосок. — Такие волосы золотые… — пораженно произнес кто-то другой, но очевидно тоже ребенок. — А какие щечки розовые!.. — а это был еще совсем детский голос, и явно он принадлежал маленькой, и еще не со всеми зубками девочке. И так постепенно вокруг парочки образовалось небольшое, но довольно многолюдное кольцо. Нацу что-то рассказывал спрашивавшим его мальчуганам, при этом крепко сжимая похолодевшую ладонь Люси, словно этим жестом говоря: «Не бойся… Я рядом.» И это действительно очень ей помогало. Дрожь в теле потихоньку начала пропадать. — Ох, Нацу!.. — раздался высокий бас где-то неподалеку, и все присутствующие обернулись на голос. — Неужели ты привел нам свою невесту? Не ожидал от тебя, дружок… Думал еще не дорос!.. — этот голос явно принадлежал мужчине, и он точно улыбался. И Люси заметила, как на губах Драгнила появился самый что не наесть хищный и азартный оскал, а в глазах заплясали искорки пламени. От этого даже мурашки по спине прошлись. — Грей! Ну хватит тебе уже. — а этот мелодичный и чуть укоризненный голос был присущ только девушке, и как не странно, Хартфилии он показался смутно, но до боли знакомым, и она тоже обернулась на него. — Нацу же ведь уже совсем вырос, а ты вот все никак успокоиться не можешь, — из толпы вышли двое — мужчина и женщина. Первый только усмехнулся на реплику своей супруги, и закинув руки за голову, тем самым растрепав и без того лохматые черные волосы, только снова хохотнул: — Ну так я же ведь, все равно его опередил. — и самодовольная улыбка тронула уста темноглазого Дракона. — Кого ты там «опередил», Отморозок! — не по-детски ухмыльнулся Драгнил сузив свои зеленые глаза, а кулаки его зачесались, явно желая приукрасить чью-то нахальную морду. — Че ты там вякнул, Головешка? — нахмурил брови черноволосый, с таким же безумным оскалом смотря на своего оппонента, а руки уже сами стали хрустеть костяшками, намереваясь хорошенько так вдарить кому-то в челюсть. — А ну-ка прекратили оба! — и чуть было не завязавшуюся драку, успокоила хрупкая синеволосая девушка, что вышла вперед и положила две ладони на плечи разбушевавшихся Драконов. — Как дети малые, честное слово!.. — надула губки девушка, и повернула лицо к своему мужу, — А у некоторых они и так есть! — нахмурила бровки синеглазая, поражаясь такому ребяческому поведению своего супруга, в особенности при встречах с розоволосым, коих кстати говоря, было уже не мало. — Ну ведь он же первым начал!.. — по-детски надул щеки розоволосый Дракон, пока склонивший голову Грей, пытался оправдаться перед любимой женой, но стоило ему услышать фразу Огненного, как весь стыд перед возлюбленной угас, а вместо него вспыхнул самый настоящий яростный огонь, который твердил ему сейчас разукрасить наглую зеленоглазую морду. — Тебе хана… — угрожающе прошипел темноволосый Дракон, — Молись! — и с этими словами он накинулся на давнего друга с кулаками, а тот только хохотал: — Ну давай Замерзшие труселя! Посмотрим что ты можешь! — и он также зверски начал молотить друга кулаками, предварительно он отпустил руку Люси, и теперь с диким хохотом и под вскрики местной детворы кубарем катился вниз. При этом оба произносили не самые дружелюбные высказывания. Ошарашенная Люси, изумленно хлопала глазками, впервые видя Нацу в таком озорном состоянии. Обычно он был весьма серьезен и сосредоточен, а тут, на глазах превратился в сумбурного и веселого мальчишку. Это ее поражало и одновременно радовало. Так он выглядел очень живым… — Они никогда не исправятся, — услышала девушка рядом с собой и поспешила обернуться. И глаза удивленно приоткрылись. Не может быть… — Они всегда такие, — усмехнулась синеволосая, — Можешь не переживать за него, — она указала взглядом на катающихся по траве Нацу и как слышала Хартфилия Грея. И тут уже синеглазая девушка посмотрела на Люси, и невольно замерла на мгновение. Это же… — Джувия… — дрожащим голосом произнесла светловолосая, приложив ладони к губам, — Это… Правда ты?.. — ее глаза с неверием бегали по так давно увиденному лицу. А ведь оно совсем не изменилось… Все такое же как и тогда… — Сколько времени прошло?.. — дрожа спросила себя синеглазая, не до конца веря в то, что сейчас перед ней предстала малышка Люси. Та самая маленькая девочка, которую она и по сей день не могла забыть. С глаз обеих начали стекать хрустальные капли слез. Они скатывались по щекам к подбородку, и падали вниз впитываясь в землю. Неужели… Они сейчас видят перед собой человека, который так давно был утерян. С которым тебя разлучили неизвестное количество времени назад, и хоть какая-то надежда на то, что ты вновь с ним встретишься, была почти прозрачной. А сейчас, когда ты его видишь, тело будто не слушается… Встало столбом и все. Но, а сам все равно продолжаешь дрожать как хрупкий лист на ветру, движения которого были сейчас тебе не подвластны. Но это был лишь краткий миг, за который глаза, могли сказать гораздо больше, чем тысячи бесполезных фраз и слов. Хотя даже слова, предательски застряли в сдавленном горле, и произнести их было практически невозможно. А так хотелось еще столько всего сказать… — Джувия! (Люси!) — произнеся это, две девушки ринулись друг к другу на встречу, и в считанные мгновения крепко обнялись, не желая прекращать эти желанные объятья. Все изумленно уставились на двух странных особ, совершенно не зная причину таких слез. Но этим двум очевидно пока было не до них. — Боже… — выдохнула Локсар, положив ладонь на светлую макушку, начав медленно поглаживать мягкие светлые пряди, как делала это тогда, когда маленькая Люси плакала, и такие движения ее всегда успокаивали. Она помнит. — Я просто не верю… — ее губы медленно расплывались в мягкой и искренней улыбке, но чистые капли все еще срывались с густых черных ресниц. — Джувия… — всхлипнула светловолосая, — Я так скучала… Ты даже не представляешь… — она крепче стиснула свою милую подругу в объятьях, испытывая самое настоящее счастье от того, что один человек из ее светлого детства, находился рядом с ней, и она совершенно не хотела теперь его терять. — Представляю Люси… Представляю… — Джувия уже перестала плакать, ведь все слезы были уже так давно выплаканы, прошло уже столько времени. — Что с вами случилось?! — взволнованные голоса двух пришедших в себя от драки Драконов, немного отвлекли девушек, но те все никак не хотели выпускать друг друга. — Джувия, — к синеглазой красавице подошел обеспокоенный Грей, которого буквально на части распирало от слез любимой, пускай внешне он этого никак не проявил, — Что случилось? Почему ты плачешь? — Грей, — улыбнулась Джувия, мягко отстраняясь от все еще всхлипывавшей Хартфилии, — Познакомься, это — та самая Люси, о которой я тебе столько рассказывала. — мягко улыбалась девушка, чуть шмыгая покрасневшим носиком. В начале темноволосый Дракон хмурил брови, пытаясь вспомнить о чем конкретно говорила его супруга, и потом, когда осознание настигло его, он приподнял уголки губ и протянул руку для знакомства со светловолосой девушкой: — О-о-о! Так эта та самая сказочница! Приятно познакомиться любительница ночных звезд, — по-доброму ухмылялся темноглазый, — Меня зовут Грей Фуллбастер, и думаю я много чего о тебе знаю Люси. — тут он заговорчески ей подмигнул, от чего на щечках Хартфилии заалел едва различимый румянец. — Не понял! — раздалось возмущение со стороны, и на талию Люси опустилась горячая широкая мужская ладонь, а ее обладатель сверлил взглядом темноволосого, — Какого черта он о тебе все знает, а я нет?! — негодование и толика обиды буквально распирали Огненного Дракона, да и пламя ревности вспыхнувшее в его душе уже нельзя было затушить. — Успокойся, Головешка… — обреченно выдохнул Фуллбастер скрестив руки на груди, — Я знаю столько, сколько мне положено знать, и повода для твоей ревности у меня нет. У Нацу так кулаки чесались расквасить этому нахалу морду, что как можно сильнее сдавил талию девушки, от чего та — все еще пораженная поведением парня — болезненно выдохнула. Драгнил тут же это заметил, и быстро ослабил хватку, а вспыхнувший огонь внутри тут же полностью потух. — Ой, Люси прости. Я не хотел. — извинился он таким тоном, будто она сейчас перед ним на части распадется (хотя ему именно так и казалось) — Все в порядке, — шмыгнула носиком Хартфилия, утирая мокрые ресницы. Нацу сейчас будто током прошибло. От вида ее слез, его чуть наизнанку не вывернуло, а в горле свернулся непонятный сгусток, чего-то очень неприятного. Сейчас у него в голове не было ни одной мысли о том, что они сейчас не одни. Была лишь Люси. Не было рядом никаких людей. Вечно раздражавшего его Грея, которому он в любой момент мог начистить морду, его жены Джувии, которую он уважал. Вокруг образовалась пустота, в которой ему хотелось скрыть Люси, и уберечь ее от чего-либо на этом свете, только бы больше этого не видеть. — Эй, — пытался вернуть друга в реальность Грей, но у него было ноль попыток это сделать. Его другу сейчас было абсолютно не до него, это-то и пугало Фуллбастера, ведь он никогда не видел розоволосого таким. И тут он решил повести носом, чтобы запомнить Люсин запах, ведь она является важным человеком для Джу, а значит он должен знать его. И Грей вдохнул носом воздух. Нацу как по голове ударили, и он пришел в себя. По спине прошлись мурашки и он знал — сейчас будет ой, как не сладко. Зря он все же отвлекся, надо было проторчать тут минут 5, а потом уже уходить. Сейчас будет буря… — Нацу… — и по тону Ледяного Дракона, розоволосый взял руку Люси в свою, несильно, но ощутимо сдавил тонкие пальчики, и нагнулся вниз, чтобы его губы были на ровне с девичьим ушком, и хриплым шепотом произнес: — Оставайся здесь… а я сейчас приду… И не успела Хартфилия опомниться, как Нацу стальной хваткой взял за плечо Грей, глаза и тело которого источали самую недоброжелательную ауру. Люси аж попятилась назад от таких резких движений. А сердце на мгновение пропустило удар от того, как крепко, и очевидно больно он сдавил плечо зеленоглазого, и все также тяжело шагая он повел его как провинившегося котенка куда-то в сторону. И вскоре оба скрылись из вида. — Ч-что такое?.. — дрожа проговорила испуганная кареглазка, прижав кулачки и обеспокоенно глядя в ту сторону, где совсем недавно был Нацу. От того что он ушел, в груди поселилось непосильное чувство… Одиночество… Такое холодное… Мучительно… — Походу в этот раз они уже не шутки шутят, — вмешалась одна девушка вышедшая из толпы. И Люси вместе с Джувией повернулись на этот голос. Вперед вышла пепельноволосая красавица с голубыми глазами, которая держала под ручку маленького мальчика с блондинистыми светлыми волосами и такими же голубыми, но более серьезными глазами. Из разреза на ее платье виднелась белая метка, находившаяся на левом бедре. Она опустилась вниз, чмокнула сына в мягкую пухлую щеку, и шепнув, что он может идти гулять с другими детьми, плавно встала. Малыш широко улыбнулся, сверкнув маленькими клыками, и быстро увел вместе с собой и всю остальную ребятню. — Ты о чем Мира? — изумилась синеглазая, все так же не понимая причину перепада настроения у ее мужа. Люси также посмотрела карими глазами на пепельноволосую. Та только неопределенно улыбнулась, вплотную подойдя к Хартфилии. Ее небесные глаза, пристально изучали молодую девушку, и она не излучала страха, а только крайнее любопытство и интерес к данной особе. И проницательный взгляд Миражанны нашел то, почему так разозлился темноволосый Дракон. Вот только она не будет никому рассказывать о своих догадках, уж лучше пусть сами определяться. — Да так, — отмахнулась голубоглазая, и протянула ладонь изумленной Люси, — ничего особенного. Меня зовут Миражанна Штраус, но ты можешь звать меня просто Мира, — она все также нежно смотрела на нее, а когда Хартфилия улыбнулась ей в ответ и пожала протянутую ладонь, то она и вовсе счастливо заулыбалась и заключила блондинку в крепкие объятья. — Я надеюсь мы с тобой подружимся!***
— Я не понял Нацу! Какого черта! — яростно взревел Грей, припечатав друга к стенке. Нацу все также сохранял бесстрастное лицо, хотя внутри уже все просто взрывалось. — Не понимаю о чем ты… — спокойно ответил Драгнил, скрестив руки на груди. — Все-то ты прекрасно понимаешь дубина! — грозно рычал Фуллбастер. — Ты хоть понимаешь, какой опасности можешь ее подвергнуть?! На эти слова Огненный Дракон внешне себя почти никак не проявил, только кулаки сжались почти до хруста, а зубы со щелчком сомкнулись, сдерживая утробное рычание. Еще немного и он просто не выдержит. — Со мной, ей никакая опасность не грозит, — процедил сквозь зубы юноша, исподлобья глядя на своего друга, которого он так сейчас желал расколошматить по этой самой стенке. — Ты же ведь не всегда будешь с нею рядом идиот! В какой-то момент ее легко могут забрать! Ты об этом хоть думаешь придурок! Рыкнув, розоволосый, едва сдерживаясь прорычал: — Здесь ее никто не тронет, а вне дома она будет находиться все время рядом со мной. — он еле слышно начал закипать. И Грей это заметил. — Нацу… Ты ведь осознаешь то, что сейчас, Люсин запах для Драконов — как мед для пчел. Я тебе по-дружески советую быстрее одуматься и сделать девушку своей. Пока кто-нибудь другой не сделал этого… Фуллбастер не успел закончить свою фразу, как его взял за грудки Саламандр, взгляд которого буквально дыру в нем прожигал. Он даже сглотнул. — Никто не тронет Люси пока я жив… — рыкнул он, крепче сдавливая плащ в котором был Ледяной Дракон, — И я не собираюсь к ней притрагиваться, пока она сама не будет к этому готова… — тут его руки резко смахнули, и Грей прикрыл глаза, поправляя складки на одежде. — Решай сам. — только проговорил он и ушел, скрывшись за углом. А Нацу продолжал стоять, с треском сжимая кулаки, стискивая зубы до противного скрежета, и рыча, как самый настоящий зверь. Появившийся на лице оскал, и как на нем играли желваки он и не сразу заметил, но зато почувствовал то, как медленно на его коже начинают появляться красные чешуйки. Его Дракон в груди стал просыпаться лишь от мыслей о том, что кто-то сможет забрать то, что по праву принадлежало лишь ему. Попытавшись глубоко вдохнуть и выдохнуть парень начал успокаиваться. И вскоре это подействовало, и чешуя пропала. Промочив пересохшее горло он медленно отправился обратно, при этом хрипло произнеся: — Я не собираюсь поступать так, как это делали вы…***
Люси озабоченно вертела головой стоя на пустыре. Она все никак не могла понять, что произошло между Нацу и Греем после того как они ушли. А когда вернулись были взъерошенными и сами на себя непохожими. Может что-то случилось?.. Ведь девушка с которой она познакомилась не рассказала ей в чем причина, как и Джувия, собственно говоря. А ведь она так и не успела ничего у нее спросить, так как взволнованная синеглазка, поспешила вслед за мужем, так ничего и не объяснив, а только крикнув, что они обязательно еще поговорят. А сейчас девушка была одна. Нацу сказал ждать его здесь, а сам ушел. И ей так не нравилось чувство того, что он ее бросил, оставил одну. Раньше Хартфилия никогда не замечала за собой такой привязанности к кому-то. А тут прям так себя паршиво чувствовать… Внезапно на ее талию опустились две горячие ладони, а знакомое теплое дыхание опалило ушную раковину. — Нацу! — воскликнула девушка уже готовясь повернуться, но сильные руки придержали ее на месте. Да еще и так крепко, что она чуть не растаяла от них. Было очень неловко чувствовать его касания на своей талии, но и до самых мурашек приятно, и в животе невольно начинают танцевать бабочки. — Закрой глаза Люси, — хрипло попросил Драгнил, а хватка его рук стала еще крепче. Изумившись такой просьбе, златовласка не сразу поняла для чего ей нужно закрывать глаза. Но подумав, что Нацу никогда не причинит ей вреда, блондинка медленно захлопнула веки, сконцентрировавшись на своих чувствах и эмоциях. И полностью доверяя себя розоволосому Дракону. Он это почувствовал, когда светловолосая оперлась затылком о его плечо. Ухмылка сама собой появилась на губах юноши, и он, обняв девушку как можно крепче, тихо произнес: — Держись крепче. Но, а Люси, то ли не услышала его слов, то ли просто не вняла его совету, как тут же об этом пожалела. С диким криком она вцепилась в мощную шею Дракона, чувствуя, с какой бешеной скоростью земля уходит у нее из-под ног. — Нацу! — взвизгнула Хартфилия зажмурив глаза, и крепко накрепко вцепилась пальцами в мужскую шею. А Огненный Дракон только смеялся, видя такую забавную реакцию. Они же ведь просто поднялись чуть вверх, а она уже так кричит. Вот же забавная! Для него это была самая минимальная высота, хоть вокруг и парили птицы. — Открой глаза глупышка, — уже более мягче шепнул Драгнил, и чтобы девушка не боялась, он крепко обнял ее, дабы та максимально четко ощутила тепло его тела, и осознала — он с ней, и бояться ей ничего не нужно. Он рядом. Люси, дрожа как осиновый лист, и крепче прижимаясь к широкой груди, несмело приоткрыла вначале один глаз, а затем и другой. И увиденное на всю жизнь отпечатается в ее памяти в самых ярчайших красках. Бескрайнее чистейшее голубое небо с мягкими как сахарная вата облаками, до которых она могла бы дотянуться рукой. Воздух бешенными порывами гулял в своих владениях, ерошил ее волосы, и словно в знак приветствия прохладными порывами касался длинных светлых прядей. Земля же с неба казалась такой далекой. Высокие и величественные деревья, сейчас были такими маленькими, а небольшие лазурные пятна, это скорее всего были озера, которым людям никогда не переплыть, а Люси их сейчас видит как на ладони. — Удивительно! — восторженно проговорила девушка, пытаясь перекричать ветер в ушах. — Нацу, — блондинка повернулась к парню лицом, — Это же нереально! Так просто не бывает! — ее глаза искрились, а щеки наконец приобрели румяный цвет, что несказанно радовало Драгнила. — Так бывает Люси, — проговорил Дракон, делая очередной взмах массивными кожистыми крыльями, от чего кареглазка вновь испуганно взивзгнула, всеми силами цепляясь за него. — В моем мире и не такое бывает… — Это же поразительно, я никогда прежде не летала, оказывается это так здорово! — с поистине широкой и счастливой улыбкой говорила златовласка, продолжая с детским волнением осматривать окружающую действительность. А Нацу все никак не мог насмотреться на ее улыбку. Да и вообще на всю Люси. Ее характер, ее движения, ее смех и улыбка, ее глаза, лицо — все это теперь будет храниться в его сердце… Вечность… — А ты можешь еще выше? — изумленно поинтересовалась та, отрывая парня от своих мыслей. Она явно сейчас напоминала ему ребенка. — А то! — озорно подмигнул розоволосый, как девушка не успела опомниться, а они уже взмывали так высоко, да и с такой скоростью, что она только снова закричала, только уже не от испуга, а от восхищения и восторга. Они парили в небесах, громко смеясь и делая различные круги. Нацу еще никогда не ощущал в своих крыльях такую силу. По просьбе златовласки, они будто сами откликались, и взмывали все выше и выше, а скорости им было не занимать. Он и сам будто парит над землей в первый раз. А в какой-то момент, среди восторженных вскриков и визгов, Люси плотнее прижалась к нему, и все также громко, крикнула: — Только не отпускай! — она не ожидала услышать ответ, просто крикнула, боясь, что в какой-то момент может упасть. И она почувствовала, как Нацу прижал ее к себе еще крепче, так, что ладонь девушки случайно коснулась левой стороны груди. Там, быстро билось разгоряченное юношеское сердце, и через него, Хартфилия смогла ощутить всю мощь и силу его крыльев, смогла почувствовать уверенность в его руках, которые никогда не дрогнут, если она будет находиться в его объятьях. А в глазах, в которых еще было столько всего ей неизведанного, она увидела — защиту, доверие, поддержку. Возможно там было еще кое-что, но пока ей не суждено было узнать этого, ведь еще слишком рано. — Я никогда не отпущу тебя. — проговорил Дракон, — Можешь быть уверенной во мне. Я тебя никогда не подведу. В груди сердце словно кувыркнулось назад, а дыхание на мгновение приостановилось. Губы сами, без ведома хозяйки шепнули: — Верю…***
Харгеон — огромнейший магический рынок, находящийся на границе с бескрайним лазурным океаном. Это самый большой из всех когда-либо существовавших портовых торговых городов. Населением больше 5 миллионов различных существ, от обычных людей, волшебников и ведьм, до сказочных обитателей мифологических изданий, создатели которых даже и не подозревают о том, что каждый их них — самая что не наесть реальность. Тысячи различных созданий живут в мире и гармонии меж собой. В таком месте нет места алчности, жадности и коварству некоторых существ, таких как: Орки, темные Гномы, мрачные волшебники, и… люди. Да, именно людей здесь особо не жалуют, и если его здесь встретить, то это скорее всего человек, который смог заслужить доверие среди мифических существ. Других, они просто выгоняют. Как же Люси понравился этот рынок! Он был таким большим и удивительным, что у нее буквально разбегались глаза от всего увиденного. И она, как маленький ребенок, волокла за собой не сопротивлявшегося Драгнила, который только с улыбкой наблюдал за ней. За время их полета, Хартфилия рассказала Нацу о своем детстве, и почему собственно Грей назвал ее «сказочницей» и «любительницей ночных звезд», а все потому, что в детстве она часто любила допоздна не спать, и вместе с Джувией по ночам смотреть на небо. И у них даже была такая игра — кто увидит картинку среди звезд, тот должен будет рассказать про нее историю, и у того, у кого это получается лучше, вознаграждался сладкой шоколадной конфетой. А Нацу очень понравился ее рассказ, и он попросил ее, чтобы и она ему как-нибудь рассказала какую-нибудь сказку, на что Люси, сверкая красными щеками, согласилась. В какой-то момент юноша задал вопрос: — А что случилось с твоими родителями?.. — получив в ответ вопросительный взгляд. И он поспешил исправиться, — Ну. Ты ведь говорила, что… Жила вместе с бабушкой… Но тогда, где же твои родители?.. Опустив печальный взгляд вниз, Люси сжала похолодевшие пальчики в кулачек и медленно начала рассказывать: — Мне тогда было семь, когда мама и папа не вернулись вечером домой. Оказалось… Тележка, в которой они ехали домой с работы — они работали на рынке — была придавлена камнями сверху, и спасти их было уже не возможно. Они погибли сразу же после моего дня рождения… А знаешь… Я всегда винила именно себя в случившемся, ведь… Если бы я тогда не попросила себе в подарок воздушные пирожные, то они бы никуда не поехали, а значит вернулись бы раньше… и… — поджав губы, кареглазка уперлась лбом в крепкое юношеское плечо, подавляя в себе несдержанный всхлип, что все-таки накатился, от не самых радужных воспоминаний. — Прости… Я не хотел заставлять тебя вспоминать болезненное. — Ничего… Я уже давно выплакала все слезы, и думаю, что больше уже так не заплачу, как плакала тогда… — и пускай на глаза навернулись совершенно не прошенные слезы, девушка все же искренне улыбнулась, как тут же изумленно замерла: Нацу потерся носом об ее, и коснулся лбом ее лба. На удивленный взгляд на такое странное действие, розоволосый поспешил ответить: — Так Драконы делают, когда хотят кого-то успокоить. — кажется Люси очень понравился такой способ успокоения, ведь сработал он безотказно, и слезы тут же пропали, словно их никогда и не было. И вот так ребята добрались до рынка. У Нацу в голове уже был примерный план того, куда им следует идти в первую очередь. Ведь тут он бывал уже не раз в отличии от девушки, поэтому и главным тут будет он. И первым пунктом стала покупка платья для Люси. Ох, сколько же она перемерила платьев тогда. И все были как на подбор — каждое идеально сидело на утонченной фигуре. А продавщицы только и на радость предлагали все новые и новые, и ведь в каждом она смотрелась по особенному. Какой же кайф испытал тогда Драгнил, когда румяная златовласка выходила из-за ширмы. Да… Определено платья ей идут намного лучше чем его вещи. Ему нравилось на ней все, к каждому из ее нарядов, он преподносил какие-то новые комплименты, или же, не совсем невинные фразочки, которые вгоняли Люси в еще большую краску. Но его сердце забилось чаще, только от вида лишь одного платья. Смущенно опустив взгляд в пол, и спрятав под чёлкой округлые красные щечки, Хартфилия несмело поинтересовалась: — Н-ну… Как?.. Но Драгнил ей тогда с трудом смог ответить. В горле все разом пересохло, глаза в прямом смысле этого слова — вылупились на девушку, а щеки позорно накрыл розовый румянец. Она была прекрасна… Темно-синий корсет из тонкой ткани, как влитой облеплял тонкую девичью талию. Вырез открывал вид на хрупкие молочные плечики и изящные тонкие ключицы, а руки были облачены в светло голубые рукава. Не слишком пышный подол голубого платья, едва слышно шуршал, когда девушка двигалась. Длинные светлые волосы, мягкими золотыми волнами спадали на плечи и до самого пояса, и сбоку на голове была заплетена тонкая косичка, кончик которой был украшен лазурной лентой. Промочив сухое горло, Нацу едва владея голосом тихо произнес: — Ты очаровательна… Мы берем это платье. Медленно на землю близился вечер. Сказочный рынок стал потихоньку закрываться. Торговцы убирали волшебные порошки разных цветов и действий. Закрывались магические лавочки, в которых можно было прикупить различного вида зелья. И множество прилавков уже закрывались, уступая место ночным торговцам. Люси еще раз убедилась в том, что она еще так мало чего видела на этом свете. Оказывается есть столько разных магических и мифологических существ, что дыхание на мгновение перекрывает факт осознания того, что все о чем она читала в книжках, оказалось самой настоящей правдой. И ей было так весело рядом с Нацу, он рассказывал ей удивительные истории из своей жизни, как например он подрался с одним жадным эльфом, который не захотел продавать ему по скидачной цене новые кожаные сапоги. Или как например его надурила одна знахарка, и вместо лекарства от различных ссадин и порезов, продала ему «веселящий» порошок, после которого ему еще больше месяца его друзья напоминали о случившемся. Также они еще прикупили различных мелочей для Люси, как например парочка простых платьев, не таких нарядных как то голубое, но Нацу они очень даже нравились. Пускай и девушка всячески отговаривала его от покупок, но тот уперто стоял на своем, и ей никак не удавалось его переубедить. А еще, Хартфилия попробовала местную сладость, которая была такой вкусной, что девушка чуть свой язык не проглотила от удовольствия. Вместе с Нацу, она также станцевала один из многочисленных танцев, на которые она еле его затащила. Хотя потом крупно об этом жалела, ведь Дракон так ее измучил, что ей даже дышать было тяжело. Да… Драконы все же очень хорошо умеют танцевать. Она еще как-нибудь отыграется… Но большего всего Хартфилия запомнилось именно это: — Вот это да… — карие глаза, с восхищением смотрели на опускавшееся в воду пламенное солнце. — Такая красота… — Люси оперлась руками о края белого забора, что окружал высокий склон возле море. — Ты никогда прежде не видела море?.. — раздалось возле уха, а на плечи ей опустился теплый плащ. Заметил, что все-таки замерзла. Благодарно кивнув, девушка зарылась носиком в приятно пахнущую ткань, с наслаждением вдыхая успокоительный запах Нацу. Дракон встал позади, и оперся руками по обе стороны от нее, а подбородок положил ей на макушку, заключая ее в надежный кокон. И также как и девушка устремил взгляд на спокойные морские волны. Было очень странным то, что оба не чувствовали неловкости от того, что просто молчат рядом с друг другом. Им не нужно было выдумывать какие-то нелепые темы для разговоров, чтобы не погружаться в томительную тишину. А все потому, что тишина для них не была угнетающей и давящей. Было спокойно, приятно, тепло… — Я оказывается… — тихо начала Хартфилия, оперевшись спиной о мужской торс. — Еще столько всего не знаю о мире… И еще столько всего не видела… Но знаешь, — девушка все же смогла извернуться в объятьях, и повернуться к внимательно слушавшему ее парню лицом. — Именно благодаря тебе, я смогла сегодня столько всего увидеть, — искренне улыбнулась она, — Для меня сегодняшний день самый особенный… Он даже немножко похож на… — Первое свидание. — перебил юноша Люси, и ухмыльнулся, когда увидел как щеки ее заметно побагровели. — Считай это оно и было. — Хорошее свидание, — в его же манере ухмыльнулась кареглазка, но тут ее взгляд стал более серьезным, — Спасибо тебе Нацу, за сегодняшний день и… — девушка говорила медленно, и подбирала каждое слово, — За себя. — За меня? — Да, за то, что ты — такой какой есть, сегодня за целый день ты не разу не прятал от меня себя настоящего. Ты был веселым, улыбчивым… настоящим… И я очень благодарна тебе за это. — когда она все это говорила, то улыбалась так светло и чисто, что в душе у Дракона все замирало, но опять же ее взгляд, вновь и вновь возвращал его обратно на место. — Я просто хочу… — начал Нацу, коснувшись рукой женской ладони, — Чтобы ты, — он поднес ее ладонь к своему лицу, о потерся о нее щекой, — Никогда не жалела о том, что на твоей руке, — он взял ее правую руку на которой располагалась метка, и погладив ее пальцем, со всей нежностью и аккуратностью поцеловал. — появилась метка. — и розоволосый поднял на нее взгляд уверенных и пронзительных серовато-зеленых глаз, о которых у девушки вновь все затрепетало внутри, — Я хочу действительно сделать так, чтобы ты могла быть счастлива находиться и быть рядом со мной. Не хочу чтобы ты тосковала о тех днях, когда была рядом с семьей. Я знаю… что заменить ее тебе у меня никогда не получится, но я очень постараюсь, — он говорил это все серьезным голосом, и пускай его слова и глаза излучали уверенность, Люси нутром чувствовала как он дрожит, но все с тем же трепетом продолжала его слушать. — Стать для тебя… Кем-то особенным… И чтобы когда-нибудь… смогла меня полюбить… Дыхание перехватило от его слов, глаза невольно заслезились от его речи, а в груди, сердце так быстро забилось, что считать его удары, было неподвластно даже самому быстрому счетоводу. Так он, все же… думает в первую очередь именно о ней. Не о своих прихотях или желаниях. Он думает о ее чувствах, о том, что будет испытывать рядом с ним. А ведь она слышала от девушек, что они в первую же ночь должны были слиться вместе, но почему-то Нацу этого не сделал. А наоборот, все то время сколько она находилась в оцепенении, был с нею рядом, и помогал чем только мог. — Возможно… — едва владея собственным голосом просипела Люси, — я уверена в том, что когда-нибудь… да даже сейчас… смогу назвать тебя, — девушка провела большим пальцем по щеке розоволосого, — своим самым дорогим и родным для меня человеком. — Хартфилия была уверена в том о чем говорит, ведь уже, в ее маленьком юном сердечке, зарождалось неимоверно теплое, но такое приятное чувство как… Любовь… — Я надеюсь это произойдет. — тихо прохрипел Драгнил, также приложив к нежной щеке девушки свою ладонь, и большим пальцем стал поглаживать маленькое ушко. А их глаза наконец не могли оторваться друг от друга. Да и… Скорее всего никто из них даже не желал этого делать. Весь мир в какое-то жалкое мгновение перестал для них обоих существовать. Все разом остановилось, погружаясь в беззвучный вакуум. Были только они… И больше никого. А разве сейчас им был кто-то нужен?.. В данный момент — вряд-ли… Это был как раз тот самый момент, когда сердца двух молодых людей, и без всякого обряда бешено бились рядом с друг другом. Тела неконтролируемо потянулись на встречу, а губы приоткрылись. Как же… хотелось… чтобы этот миг длился целую вечность. И вот… Заведя пальцы за затылок, а руку опустив на тонкую талию, юноша стал медленно наклоняться к лицу девушки, которая прикрыв глаза, сама того не осознавая, тянулась к нему. Горячее дыхание опалило ее уста, и замерло, от чего Люси приоткрыла глаза. Их с Нацу лица, разделяли жалкие 5 сантиметров, от чего щеки буквально запылали от такой близости, а внизу живота, точно также как и утром, затянулся тугой мышечный шарик. «Почему он остановился?» — говорили ее губы, глаза и тело. «Скажи ему.» — ответили юношеские губы, глаза, тело. Точно… Он не сделает этого, пока она не даст разрешения. Судорожно сглотнув, и промочив вдруг ставшей вязкой слюной горло, Люси положила ладонь на его плечо, вторую же все так же держала у него на лице, и едва слышно, одними губами прошептала: — Поцелуй меня… В груди у юноши все в мгновение заликовало, а жар пронзил все тело, от осознания ее слов. Зеленые глаза, теперь пересекал хищный узкий зрачок, а дыхание уже сорвалось на хрип. Ему можно к ней прикоснуться… От осознания этого факта, тело само неконтролируемо подалось вперед, и жаркий поцелуй опалил мягкие женские уста. Прикрыв глаза, девушка с замиранием сердца почувствовала, как его объятья стали такими крепкими, что даже если бы она захотела, то не смогла бы вырваться. Да и скорее всего, она бы даже не пыталась. Вплотную упершись грудью в его грудную клетку, она ощутила рваные стуки его бешено колотившегося сердца, ритм которого, был очень схож с ее. Горячие губы, мягко, но настойчиво распахнули женские уста, и горячий язык проник во влажный девичий рот, тут же находя ее нежный язычок, и сплетясь с ним в головокружительном и пьянящем движении, от которого Люси сжала пальчики на его плечах, и рвано выдохнула горячий воздух. У нее мурашки пробегались от того, каким смелым был этот поцелуй, который, стыдно признать, но до жути нравился ей. — Я… — выдохнул Драгнил, когда наконец смог оторвать себя от девушки, но расстояние меж их лицами все равно оставалось минимальным, — Я постараюсь сделать тебя самой счастливой, — хрипло прошептал парень, заглядывая в потемневшие карие глаза. Люси нежно улыбнулась, и прежде чем их уста вновь сошлись в новом, мягком и до одури нежном поцелуе, она тихо шепнула: — Я тебе верю…
