Пламя, что горит в его сердце

***

      Солнце медленно восходило над скалистыми горами, пока шальной ветер разгуливал вдоль огромных лесных просторов. Первые дни осени все еще сохранили то тепло, что осталось от знойного лета. Листья очень медленно, но все также неумолимо сменяли свою окраску, приобретая самые различные оттенки. Близилось время собирать урожай…       В одном из домов, что все время находился поодаль от всех остальных, атмосфера накалялась неконтролируемо быстро, так, что даже теплая погода на улице, казалась холодной по сравнению с обстановкой в одной из спален.       — Нацу… — едва владея собственным голосом, прошептала Хартфилия, а смущенный взгляд ускользнул куда-то в сторону.       — Люси, — серьезным тоном проговорил Дракон, нависая сверху и тем самым придавливая хрупкое тело к прохладной поверхности кровати, — посмотри на меня, — тихо попросил Драгнил, коснувшись кончиками пальцев румяной женской щеки.       — З-зачем?.. — сипло отозвалась Люси, прижимая ладони к груди и зажмуривая глаза. Сердце слишком быстро колотилось в груди, от чего даже собственный голос был еле слышимым. Еще пару минут в такой обстановке и она просто сгорит заживо от смущения и неловкости.       — Я рад, что ты так быстро поправилась, — издалека начал Саламандр, а зеленые глаза, только еще сильнее заискрились, — но провоцировать меня лучше не стоит.       — Когда я так д-делала?.. — изумилась кареглазая, обратив на собеседника взгляд.       Легкая ухмылка появилась на смуглом юношеском лице, а сам он наклонился чуть ниже и когда же его нос уже почти касался молочной девичьей шейки, он издал тихий смешок, хриплым голосом проговорив:       — Ты даже сейчас меня провоцируешь, Люси…       Дыхание девушки участилось в разы, когда он с шумом вдохнул воздух прямо у самого уха. Она всем своим существом ощущала, как тело предательски сдается, охотно отзываясь на каждое движение опасного Дракона. Вот она закусывает губы, чтобы только смущенный писк вырвался из груди, когда до одури нежные горячие губы, оставили будоражащий все тело поцелуй на чувствительном месте возле уха.       — Н-Нацу… — тяжело дыша, тихо позвала своего любимого Дракона Люси, размещая свои прохладные ладошки у него на скулах. Приложив каплю усилий ей все же удалось приподнять его лицо, что все никак не хотело отрываться, от бешено стучащей жилки на шее, где теперь красовался смачный засос.       — Мне все сложнее сдерживать себя, — честно признался парень, скользнув одной рукой к самой талии. Горячая ладонь обвела плавный изгиб, от чего кожа, скрытая тканью хлопковой рубашки, покрылась сотней мелких мурашек. А вообще, именно из-за этой рубашки и началась вся эта суматоха. — Скажи мне честно, Люси, — поднял на девушку пронзительный взгляд зеленых глаз Нацу, выдыхая пересохшими губами пламенный воздух, что обдал лицо Хартфилии будто огнем, — Ты… Боишься меня?.. Боишься, что я могу… причинить тебе… боль… — каждое слово давалось с величайшим трудом, ведь розоволосый и сам не верил, что может хоть какой-то вред причинить этой девушке. Но сказав это, даже по спине у бесстрашного Саламандра, прошелся ворох холодных колких мурашек.       На мгновение между этими двумя возникла тишина, и только неровный ритм их сбившегося дыхания, прорезал эту тишину. Карие глаза Люси, наполнились бисеринками хрустальных слез, а нежная улыбка появилась на розовых устах. Девушка была так счастлива, что ее Дракон всегда заботится именно о ней. Всегда.       Сколько она себя здесь помнит, именно этот розоволосый юноша, был с нею рядом и все время оберегал. Она была искренне рада тому, что полюбила этого Дракона всем сердцем.       — Я тебя никогда не боялась, — едва слышно проговорила блондинка, приподнимаясь на локтях, чтобы их глаза и лица были на одном уровне. — Ты всегда мне доказывал, что никогда не причинишь мне вреда, от этого я и…       Блаженно прикрыв глаза и выдохнув припухшими устами воздух, девушка охотно ответила на страстный поцелуй со стороны Нацу, что сдавил ее в каменных тисках, обвивая хрупкий стан обеими руками. Люси добровольно распахнула губы, чтобы горячий язык проникнул глубже, а из недр груди Драгнила послышался хищный рык.       — Если я и мог остановиться раньше… То теперь пощады не жди… — сбивчиво прорычал розоволосый набрасываясь на девушку и подминая ее под себя. Губы вновь нашли мягкие женские уста, а руки безнаказанно скользили вдоль по всему телу. Оглаживали манящие его впадинки и изгибы, пока их хозяин так остервенело, терзает губы любимой и единственной.       А Люси беспомощно вилась под ним, отвечая на каждую пылкую ласку со стороны, и подавляя разрывавшие ее изнутри звучные стоны. Она содрогалась от каждого прикосновения, когда сильная рука с чувством смяла округлую женскую грудь. Правда пока только через рубашку, но и эта проблема оказалась легко решаемой, когда распалившийся юноша начала покрывать поцелуями оголившуюся ложбинку, попутно расстёгивая все новые пуговицы.       Было утро. От силы 10 часов дня, но яркое солнце уже вовсю светило в окна. Озорные лучики попали на смятую постель, и Нацу решил оторваться от желанного тела, только чтобы перевести дыхание и хоть немного вставить мозги на место. Но когда он приподнялся на руках, опираясь по обе стороны от ее головы, то контроль вновь чуть не покинул его тело.       Перед ним лежала тяжело дышавшая румяная девушка. Большие карие глаза чуть затуманены и прикрыты, рот выдыхает урывками горячий воздух, а щеки были просто пунцовыми. Хлопковая рубашка сползла с плеч, открывая вид на бледные ключицы и изящную шею. Больше половины пуговиц было расстегнуто, от чего две объемные груди, скрывались лишь за самыми краями, открылся вид на подрагивающий животик и впадинку пупка. Руки безвольно раскинуты в сторону и не предприняли ни единой попытки прикрыться. Округлые бедра и смущенно сведенные коленки… Все… теперь эта картина останется у него в памяти на веки вечные, а этот голос… Господи, если он не умрет сейчас от передозировки различных чувств, то это действительно будет чудом.       — Нацу… — хрипло выдохнула Люси, вопрошающе приоткрыв припухшие алые губы и вызывающе провела по нижней языком. Карие глаза заблестели, а руки сами стремились обвить мощную шею и притянуть ближе. А кто им будет сопротивляться? Именно. Никто.       Поцелуй… и еще, еще, еще… Это было настоящее безумие, которое буквально захватило в плен их тела и разумы. Насытиться друг другом было нереально и от этого каждый сдавливал и прижимал тело напротив к себе так близко, что дышать становилось все труднее и труднее…       Но чуткий слух Саламандра уловил приближающиеся шаги, а затем и настойчивый стук в дверь прорвался сквозь мутную пелену вожделения.       Двое не сразу поняли, что произошло, поэтому, когда стуки в дверь стали еще сильнее и уже слышался раздраженный голос, то пришлось остановиться и перевести дыхание.       Тяжело дыша, оба смотрели в сторону коридора, все больше вслушиваясь во все более сильные стуки.       Раздраженно выдохнув, Нацу медленно отстранился от Люси, напоследок чмокнув ту в светлую макушку, и проговорив: — Я обязательно убью этого человека при следующей встрече. — Тяжелой походкой отправился открывать самому непрошеному гостю дверь.       Оставив сгорать со стыда краснеющую до корней волос Люси, что принялась шустро застегивать дрожащими пальцами пуговицы на рубашке, прокручивая попутно в голове все произошедшее.       — Скажи мне, почему я все еще тебя не убил, — обреченно цокнул языком взъерошенный Драгнил, распахивая перед гостем дверь и пропуская его в дом, сам же все тем же тяжелым шагом направился на кухню       — Я что, чему-то помешал? — ехидно ухмыльнулся прошедший на кухню Фуллбастер, что скинул со своих плеч темный плащ.       — Помешал? Мягко сказано, Фуллбастер. — Гневно бросил Огненный Дракон, поставив на плиту чайник с водой. — Ты еще здесь только потому, что мне интересно, зачем ты ко мне пришел.       — Хо-хо, я походу помешал чему-то о-о-очень интересному, — все продолжал провоцировать своего друга Грей, отодвигая стул, от чего ножки неприятно проехались по деревянному полу. Опустившись на него, Ледяной Дракон поставил локти на стол, взглядом синих глаз, наблюдая за каждым движением розоволосого. Тот, что-то вновь пробурчав нечто гневное себе под нос, насыпал в чашку лошадиную дозу сахара, и сам только и задумывался над тем. А не послать ли друга на все четыре стороны? А нет. Чуткий слух уловил робкие шаги по лестнице, а это значило, что вернуться в спальню и продолжить начатое у него не выйдет. Чертов Грей!       — Ну и? Зачем пожаловал? — с неохотой задал вопрос Нацу, ставя перед гостем чашку с дымящимся чаем. Скрестив руки у груди, он оперся о сзади стоящий стол, и с нескрываемым раздражением и капелькой любопытства смотрел на друга из-под полуопущенных век       — Грей?.. — раздалось с другого конца помещения, а затем медленными шагами к ним подошла Люси, которой удалось привести себя хоть в какой-то порядок. Карие глаза добро засветились, когда Фуллбастер тут же встал, и поздоровался с ней, пожав даме руку.       — Привет, Люси. Рад, что ты выздоровела. — Обворожительно улыбнулся темноволосый, отступая назад, и вновь присаживаясь на стул.       Хартфилия немо переглянулась с розоволосым, и не получив ответа, робко задала вопрос:       — Грей, что-то случилось?       — Нет. Ничего серьезного, — поспешил успокоить девушку Грей, — но, разве Нацу тебе ничего не рассказывал?       — А что я должен был ей рассказать? — недовольно оскалился зеленоглазый, с хрустом сжимая кулаки. Но Люси поспешила его успокоить, смущенно прикоснувшись к его плечу прохладной ладошкой. Гнев того будто испарился.       — Хах, неудивительно, что ты забыл, Головешка, — хохотнул Фуллбастер, — неужели ты не знаешь, что сегодня за день? — искренне изумился Ледяной Дракон, сложив напоказ рельефные руки.       Нацу отрицательно помотал головой, нахмурив брови.       — Сегодня праздник Осеннего Равноденствия. Я пришел к вам, чтобы вы тоже поучаствовали.

***

      — Осеннее Равноденствие — это праздник, что празднуется в нашем племени каждые пять лет. И как я, в самом деле, забыл… — негромко проговорил Нацу, как только закрыл дверь за спешно покинувшим его дом Фуллбастером. Люси изумленно смотрела на него, очаровательно хлопая глазками.       — Я действительно забыл об этом празднике, — немного погрустнел юноша, опускаясь рядом с девушкой на стоящий возле нее стул. Грей приходил к ним, чтобы позвать обратно в племя, дабы они помогли с подготовкой, ведь много гостей ожидается в этот день.       — Я уверена, — приподняла уголки губ Люси, коснувшись руки Дракона, — это будет очень весело. Тем более я еще никогда не участвовала в подобном. — Очаровательно и до жути мило улыбнулась девушка, глаза которой загорелись детским огоньком озорства и любопытства.       — Так, ты хочешь пойти? — вопросительно приподнял бровь розоволосый.       — Я очень хочу помочь! — воскликнула кареглазка, бойко сжав кулачки.       Вот именно в такие моменты, Огненный Дракон четко понимает, что эта красавица теперь точно владеет его сердцем. Он с первого взгляда влюбился в эти горящие светом и теплом карие глаза. Потерял голову, как только прикоснулся к ней. Безоговорочно пропал, как только впервые завладел ее устами. Да и сейчас, тоже в общем-то едва слушает, что там Хартфилия бормочет, он просто смотрит на нее, и налюбоваться не может.       — Ты у меня просто чудо. — Тепло улыбнулся Драгнил, поглаживая ладонью светлую макушку, от чего та удивленно захлопала глазами прекратив восхищенно лепетать о предстоящем празднике.       Позволив себе маленькую шалость, в виде легкого поцелуя в аккуратный носик, от чего его обладательница смущенно вспыхнула, Нацу встал, предварительно потянув Люси за собой, и воскликнув: — У нас пять минут на сборы! — умчался вместе со взвизгнувшей блондинкой на руках прямиком по лестнице. Очевидно, одеваться.

***

      Повсюду разносились оживленные голоса. Маленькие дети резво играли на зеленой траве, путаясь у взрослых под ногами и не давая нормально заниматься важными делами. Солнце ласково грело теплыми лучиками, и ветер временно ушел на затишье и пока не тревожил.       — Чуть-чуть правее Гажил! — гордо скомандовала миниатюрная девушка, что словно пушинка восседала на крепком плече своего мужа.       — Лев… — обреченно протянул красноглазый мужчина, придерживая свою маленькую принцессу за лодыжки, чтобы та ненароком не упала. — Ты меня уже полчаса по кругу гоняешь и не можешь точно определиться, я уже скоро коньки отброшу.       — Не бузи! Ты от смертельного ранения не откинулся, а как помочь, так все — давай помирать! Нет уж любимый, ты будешь помогать мне до тех пор, пока все не будет идеально! — хитро улыбаясь пролепетала МакГарден, и все-таки повесила на веревочку красивый оранживый фонарик.       — Боже, эти женщины… — угрюмо выдохнул Металлический Дракон, состроив самое мученическое выражение лица. Но стоило любимой, поцеловать его в лохматую голову, усыпанную угольными волосами, как все же какие-то силы прибавились.       — А теперь идем туда! — Указала синеволосая красавица в сторону следующего ряда фонариков, где были развешены еще не все.       И РедФоксу ничего не оставалось делать, как подхватить свою маленькую и иногда очень хитрую супругу под коленки, и ухмыльнувшись, поднять на нее глаза вверх, произнеся свое коронное и коварное: — Ги-Хи! — от чего у бедной девушки задергался глаз, ведь она прекрасно знала такую улыбку у своего мужа.       — Г-Гажил?.. Ч-что ты… Аааааа! — дрожащим голосом начала синевласка, но тут же громко закричала, когда безбашенный на всю голову красноглазый мужчина, словно малый ребенок, понесся по просторам вместе с ней на плече. МакГарден очень боялась высоты, и поэтому, словно напуганный кот, что забрался слишком высоко на дерево, вцепилась ногтями в шикарную шевелюру супруга, отчаянно вереща ультразвуком:       — Гажил РедФокс! Если вы сейчас же не прекратите, то можете на месяц позабыть о своем существо-о-о-ва-аа… Кьяяяяя!       Кажется, эти двое врезались во что-то.       — Они всегда такие? — не скрывая улыбки задала вопрос Люси, смотря карими глазами в сторону этих двоих. Вот Леви наконец выпуталась из какой-то ткани, в которую они запуталась, и надув щеки, показала язык своему мужу, который беззаботно почесывал затылок и не переставая улыбаться, взъерошил свободной рукой чуть торчащие в разные стороны лазурные локоны маленькой красавицы. А потом только вновь усмехнулся так, как усмехается только он и, будто пират, что, наконец, заполучил свои сокровища, подхватил свою супругу на руки, и под новый возмущенный визг румяной Леви, понесся вместе с ней в сторону следующих фонариков.       — Я рада, что все у них так хорошо, — улыбаясь, негромко произнесла Джувия, помогая Хартфилия с тканями, которые они должны были расстелить на стол. — Видела бы ты их раньше… Гажил с того времени сильно поменялся… — со вздохом промолвила синеглазка, взгляд которой чуть потускнел, от не самых приятных воспоминаний.       — А что случилось? — недоумевая, в чем причина такой перемены в настроении подруги, Люси озадаченно всматривалась в ее глаза, обеспокоенно взяв ту за руку. Локсар лишь покачала головой, и с едва видимой улыбкой тихо выронила: — Тебе очень повезло, что Нацу совершенно не похож на остальных Драконов. Береги ваши с ним узы. Такую крепкую связь я впервые встречаю…       Люси так и не поняла, к чему были эти слова. Конечно, она знает, что у них с Нацу, все не так, как было у других. Но… Разве это плохо, что ее Дракон не хочет следовать чьим-то другим правилам, а все делает сам, и никогда никого не слушает. Разумеется, это имело свои последствия, и иногда не самые приятные.       Опустив глаза вниз, Хартфилия серьезно призадумалась, от чего ее движения стали более вялыми и несмелыми. От одной мысли, что все могло быть у них по-другому, на ее сердце надвигалась настоящая буря, и сжималось оно, словно в тисках. Неужели… Многие Драконы были действительно столь страшны, что могли причинить вред своей же собственной паре?       Обеспокоенный взгляд карих глаз метнулся в сторону Джувии, что уже успела отойти от нее, и теперь она была рядом со своим сыном и мужем. Улыбка не могла не появиться на ее губах, когда она увидела, как живо и светло блестят ее небесные глаза, как краснеют щеки от ласковых прикосновений Грея. Было видно, что синеволосая искренне счастлива. И какой же ценой было обретено это счастье?..       Глядя на Грея, и уже довольно хорошо зная его, она никак не могла даже и придумать, чтобы он как-то плохо обращался с Джу. Ее просто морозило от этого…       — Что с тобой, Люси? — неподалеку раздался голос, что вернул Хартфилию в реальный мир. Покачав головой, и отогнав тем самым дурные мысли, златовласка обернулась и встретилась с двумя глубокими голубыми глазами. Это была Мира, что с волнением взяла ее за руку.       — Я тебя звала-звала, а ты все не отзывалась. Ты хорошо себя чувствуешь? — мягко поинтересовалась пепельноволосая, прикладывая ко лбу девушки ладонь. Как-никак, а по всему племени прошла весть о том, что у Хартфилии была лихорадка, и именно поэтому ее прикроватная тумбочка буквально ломилась от различных подарков. За нее много кто беспокоился.       — Все в порядке, Мира. Я просто задумалась. — Поспешила успокоить подругу Люси, и в подтверждении своих слов мягко улыбнулась.       — Смотри у меня! — пригрозила пальчиком голубоглазая красавица. — Ты сильно не напрягайся, и если что, сразу говори.       — Со мной все будет хорошо, — усмехнулась кареглазка, беря девушку за руку — я же уже поправилась.

***

      Подготовка к предстоящему празднику шла своим ходом. В племени был настоящий бедлам, которого уже очень давно не было. Все разговаривали, помогая друг другу. Супруги Драконов накрывали на стол. И даже сам старейшина прилетел примерно к обеду. Все ожидали гостей.       Нацу и Люси украдкой перекидывались взглядами, ведь работы было много, и перекинуться хоть парочкой слов у них не получалось. Но всего пару секунд встречи их взглядов хватало, чтобы высказать очень многое, что копилось в сердце. Один помогал ставить какие-то балки и таскать дрова для огромного костра в самом центре. Другая же помогала на кухне и с украшениями. Они вновь улыбались, когда встречались, но больше ничего не говорили.       Солнце вскоре скрылось за вершинами гор, превращая небо в розовое зарево, где вот-вот появятся первые звезды. Все было готово к предстоящему празднованию Осеннего Равноденствия. Это был праздник единства, где все были равны. У костра рассказывали сотни различных легенд, под древние мотивы музыки и завывания лесного ветра. Были самые разные угощения и яства, что так усердно готовили женщины.       Старейшина Гилдартс был самым главным в племени, поэтому именно он и должен был встречать гостей из другого племени. И вот, когда солнце село окончательно, а багровый закат стал темнее, из леса показались они…       Около 12 Драконов вышли из леса в темных плащах. В руках у них горели факелы, а больше половины лица было скрыто тенью капюшона. Люси от этого вмиг передернуло, и она нервно схватилась за рукав платья Джувии, что стояла чуть поодаль от нее. Ей почему-то стал немного страшно…       — Давно не виделись, Гилдартс. — Хриплый голос прорезал тишину, воцарившуюся вокруг двух старейшин. Клайв только усмехнулся, сжимая сильные руки, и точно также оскалившись, проговорил:       — Давненько, Шейн.       Казалось, между этими двумя воздух сгущался с невероятной скоростью, а их взгляды будто метали молнии. И такая напряженная атмосфера давила на окружающих. Но вскоре раздался добродушный тяжелый хохот, и двое старых друзей крепко обнялись, подкалывая друг друга также, как и делали это в давние времена. Шейн — старейшина другой деревни Драконов, что находилось за лазурным морем. Он представлял собой высокого мужчину с густой бородой светлого оттенка, длинными светлыми волосами, на висках которых уже были ряды седин, и добрыми, с легким налетом усталости голубыми глазами.       Крепким рукопожатием был дан старт для веселия, что продлится всю оставшуюся ночь.

***

      Играла музыка, и плясали искры озорного пламени. Был слышен грубый мужской бас и тяжелый хохот разошедшихся Драконов. Все уже были давно друг с другом знакомы, да и мужчинам всегда легче найти между собой общий язык. Хотя пару бутылок, что услужливо принесли сами старейшины, было грех не распробовать получше.       Люси было весело на этом празднике. Дети ее просто замучили и не хотели отпускать. Маленькие сорванцы оккупировали ее буквально со всех сторон, повалив несчастную на землю. Детишки были так рады, что их Люси наконец выздоровела, и даже не хотели отпускать ее чтобы она встала с прохладной земли. Но добрая тетя Мира, все же упросила их это сделать. Ведь малыши же не хотят, чтобы Люси вновь заболела.       Север и Эмма расспрашивали ее, получила ли она их рисунки (которых за столь небольшое время накопилось аж 30 штук). И та с очаровательной улыбкой поблагодарила их вкусными конфетами. Также Кай, подарил Хартфилии красивый голубой цветок, при этом смущенно опустив глаза вниз и надув пухлые щечки.       — Пс-с-с… Нацу, кажется, у тебя появился соперник, — усмехнулся Грей, толкая товарища в плечо, и отвлекая его от разговора с Гажилом. Розоволосый недоуменно приподнял одну бровь, так и показывая, что не настроен на очередную подколку, ведь эта Ледышка и так ему настроение с самого утра подпортила. Но тут его взгляд метнулся за плечо Фуллбастера, а затем и легкая улыбка появилась на тонких губах.       Он увидел, как Люси вновь смущенно улыбнулась, при этом краснея, словно вареный рак, когда дети вновь окружили ее в кольцо, мило просясь на ручки. Ему нравилось, что дети так ее любят. Это говорило о том, что душа у нее действительно чистая и добрая. Хотя маленький соперник, в виде сына Громового Дракона, чуть ущипнул его собственническое чувство.       — Мне кажется, что это у тебя появился соперник, — едко усмехнулся Драгнил, смотря в глаза друга. Тот удивленно нахмурился. Кивнув головой чуть в бок, он указал, как к Джувии, прямо таким наглым образом пристает один из пришедших Драконов из другого племени. Миг, и стакан, что был в руках у Фуллбастера, с треском раскалывается прямо у него в ладони. Да как этот белобрысый кобель только посмел прикоснуться к ЕГО Джувии! И вскоре на том месте, где стоял тот самый «белобрысый кобель» остается только кусок льда, а рядом с девушкой возникает угрюмый и взъерошенный черноволосый мужчина. Ох, Джувии сегодня точно не уснуть…       Праздник продолжался. Все больше еды было съедено и убрано, и теперь большинство вышло танцевать у костра под будоражащую кровь музыку. Горел костер, пламя которого возрастало все выше в ночное небо. Тысячи маленьких искорок летали вокруг словно светлячки. Как Люси смогла выбраться сюда, она не могла даже предположить. Просто когда дети все же смогли ее отпустить, и стали играть где-то вдалеке от взрослых, ее тут же подхватили под руки Леви и Мира и, не принимая никаких возражений, потащили ту к костру.       Огонь всегда так странно действовал на нее. Стоило только огненным языкам отразиться в карих глазах, как связь с миром была временно утеряна, и только пульс собственного сердца отражался в ушах как барабанная дробь.       Осеннее Равноденствие — это был праздник, который праздновался лишь раз в пять лет. На небосводе появлялась ровно половина молочной луны, и легенда гласила, что на другом конце земли, на небе возникнет ровно половина солнца. Это был особенный день и особенная ночь. Именно поэтому Драконы отмечали этот праздник, потому что были также связаны, как и с луной, так и с солнцем. И одно без другого существовать не могло.       Рядом танцевала Леви, что прикрыв свои янтарные глаза, плавно и грациозно двигалась в такт музыке. Маленькая девушка была так прекрасна сейчас, тогда, когда полностью отдавалась ритму. Это навевало свои воспоминания, но лишь ей знать, хорошие они для нее или нет.       — Ты прекрасна… — шепнул ей на ухо знакомый голос, от чего губы сами растянулись в игривой улыбке. Девушке не пришлось даже оборачиваться, чтобы понять, кто это. Поэтому ловкие миниатюрные ручки сами заскользили по крепкой груди, а затем сцепились на мужской шее. Леви все еще не открывала глаз, и доверчиво прижималась спиной к своему супругу.       — Я помню. Когда-то ты сказал тоже самое… — с выдохом прошептала МакГарден, когда мужчина сильнее сжал ее талию, вместе с ней делая быстрый поворот. Он вел ее в этом танце, и она добровольно позволяла ему это…       — Тогда у меня были совершенно иные мысли в голове, — хриплый полурык в самое ухо, а затем девушку вновь отрывают от земли, чтобы повернуть к себе лицом и сделать красивый прыжок вверх. И потом плавно опустить на землю, придерживая за утонченный стан и наклоняя вниз.       — Ты изменился, Гажил, — тепло шепнула Леви, касаясь ладонью горячо любимого лица, сплетаясь пальчиками с темными густыми волосами. — Хотя я прекрасно помню, как ты украл меня прямо во время торжества. — Чуть укоризненно произнесла она, щелкнув РедФокса по носу.       — Я могу сделать также прямо сейчас, — угрожающе и до мурашек на коже хрипло, произнес Дракон, оставив влажный след на хрупкой шее, от чего ее обладательница сотрясла воздух горячим выдохом.       — Тогда я была против… — дрожа всем телом и пряча румянец она заглянула в красные глаза.       — А сейчас? — серьезно спросил Гажил, все продолжая крепко удерживать свою маленькую принцессу под наклоном. Вот-вот и их дыхание смешается в одно. И Леви, прежде чем самой преодолеть эти самые сантиметры, доверчиво шепнула, обвивая шею Дракона своими хрупкими руками. Не боясь доверить себя ему:       — Я уже давно не боюсь тебя… Можешь забрать меня прямо сейчас, мой Дракон…       Эти двое скрылись в толпе, и так быстро, что Люси и не заметила, как ее подругу утащил коварный хищник. Но она и не заострила на этом внимания, ведь почти с головой была погружена в тот танец и ту музыку, что поглотили ее подобно тем самым языкам пламени. Она чувствовала взгляды на себе, но сама не хотела отвечать тем же. Веки были закрыты, и тело девушки, полностью отдалось тому ритму, что царил вокруг.       Горячо обжигающие руки легли ей на талию, заставив вздрогнуть. Но глаза все также закрыты. Она нутром чувствовала и знала, кто это. Проверять не было смысла. Она знала. Вновь гулкий и одновременно далекий стук барабанов, что смешался вместе со стуком сердца и пламенным дыханием в самое ухо. Сердце все ускорялось вместе с движениями двух тел и ритмом завораживающего танца. Огонь светил ярче разбрызгивая в разные стороны свои искры, будто и сам танцевал на радость другим.       Он поднимался все выше и выше, в самое небо, словно желая прикоснуться к звездам, но было не суждено это сделать, и когда последние аккорды музыки были завершены, пламя отпустило свой порыв, вновь становясь покорным.       И Люси будто пришла в себя. То наваждение отпустило ее также внезапно, как и настигло. Пелена с глаз спала, а небольшая слабость разлилась по мышцам. Но сердце все никак не приходило в себя, ускоренно колотясь уже где-то в горле. Щеки неконтролируемо заалели, а дыхание не хотело возвращаться к ней. Горячие руки все еще были на ее талии, а огненное дыхание опалило маленькую раковину ушка.       — Не знал, что ты так танцуешь. — Хриплый баритон его голоса, вогнал чуткое тело в самую настоящую дрожь. — Подаришь мне еще один танец? — она кончиками пальцев ощущала, как на его губах появилась та самая ухмылка, что будоражила ее не менее, чем то, как он страстно впился прямо в основание ее шеи, позабыв на мгновение о своей сдержанности. Выбив у нее тем самым почву из-под ног.       — Нацу… — словно задыхаясь в собственном дыхании, прошептала Люси, положив на руки, что все еще крепко держали ее талию свои ладони. То, пытаясь отстранить, то прижать к себе еще ближе.       — Я не слышу ответа, Люси. — Напомнил о себе внезапный пришелец, укусив тонкую кожу на молочной шее, путая и без того туманную голову девушки еще сильнее. Та в ответ что-то неразборчиво мяукнула, не поддаваясь на такие странные уговоры.       Нацу видел, как танцевала она. И ему стало чуть не по себе от тех взглядов, что словил он вместо своей супруги. Многие Драконы смотрели на девушку, и их глаза не выражали ничего хорошего. И внутренняя ярость от чего-то сама вспыхнула в груди, не довольствуясь этим. И все это недовольство он выместил на одном из тех, кто прямо-таки чуть ли не раздевал его супругу у того костра. Это был один молодой Дракон, может даже младше Нацу. Он видел его впервые и когда же встретился с ним взглядом, то неконтролируемый Ад, заклокотал прямо у него в глотке. Этот мерзавец пакостливо облизнулся, прямо-таки показывая, что был бы не прочь поразвлечься с ней хоть прямо тут. Этого Нацу оставить просто так ну никак не мог, и теперь у бедняги полный рот каких-то палок, вместо зубов. Пусть благодарит, что жив остался.       Но Нацу сам немного виноват в том, что Люси прямо-таки притягивает к себе лишнее внимание. Все просто. Ее запах. К Люси еще никто не прикасался, и от этого ее запах был сладким, словно мед. Это притягивало других Драконов, ведь такой нюх и чутье только у них, и именно поэтому им всегда достается только самое лучшее. Если бы на девушке был запах другого мужчины, другие бы сразу почувствовали и вмиг бы всякий интерес отпал. Правила, они все же для всех. Да еще и метка, привлекает. Ведь это метка Дракона, а не самого Нацу. Свою метку он должен был поставить при других обстоятельствах. Просто так он не мог этого сделать.       И он решил самым прямым способом показать, кому именно она принадлежит. У некоторых, что еще минуту назад наблюдали за Хартфилией, интерес мгновенно отпал.       — Ну же… — вновь прорычал на ушко Драгнил, легонько прикусив самый краешек ушной раковины, от чего Люси смущенно прикусила язык, чтобы стон не выбрался наружу. — Ты потанцуешь со мной еще раз? Я очень обижусь, если ты мне откажешь, — наигранным тоном произнес Нацу, а одна шальная ладонь расцепила неразрывное кольцо на хрупкой талии, и стала щекотать подрагивающий животик сквозь ткань зеленого платья. Вот палец очертил дрожащие ребра, а затем плавно провел по изгибу, и скользнул к самому пупку, где вот-вот и спустился бы еще ниже, если бы не сгорающая от смущения Люси, не развернулась к нему лицом. Он знал, что так произойдёт, вот и довольно усмехнулся, когда та, буркнув нечто отдаленно напоминающее согласие, прижалась щекой к его груди.       Танец вновь продолжился…

***

      Глубокая ночь уже давно царствует на земле. Горят вечерние огни, будто морской прибой шуршит лесная листва, и целая толпа людей собралась у самого центра костра в большой круг. Все внимательно вслушивались в голоса старейшин, что сидели чуть ближе к огню. Они рассказывали о своих приключениях и сражениях, заставляя многих зевак удивленно раскрывать рты, а разбойников мальчишек, которых почти никогда нельзя заставить спокойно сидеть на месте, оторопело вслушиваться в каждое произнесенное Драконами слово.       В эту звездную полулунную ночь всколыхнулись все древние легенды и мифы. Правда они или нет, никто не знал, но кому бы ни хотелось поверить в сказку. В тысячи приключений, что повидали мудрые глаза Шейна и Гилдартса. В различные бои, что преодолели они плечом к плечу.       Но присутствовали тут не все. Гажила и его супруги след простыл еще как с час назад. Мира куда-то запропастилась. Да и Нацу не видно.       Люси осталась послушать рассказы мудрых Драконов, и уселась на самый краешек, чтобы если что, можно было уйти, никого не отвлекая и никому не мешая. Джувия и Грей сидели рядом с ней, а малыш Север, почти у самых рук старейшин. Глаза мальчишки горели, и его маленькое сердце трепетало от каждого слова Драконов. Мальчик и сам желал отправиться в такие же приключения, но мама пока не разрешила. Остается только слушать, и надеяться на свою фантазию, которая все также ярко опишет.       — Грей… — тихо-тихо позвала Ледяного Дракона Люси, тронув того за плечо. Когда же встретилась с удивленным взглядом, шепотом задала вопрос: — Ты не знаешь где Нацу, я его не видела еще с танцев у костра.       Фуллбастер неоднозначно пожал плечами, вновь повернув голову к костру. Но вдруг его голову посетила небольшая догадка, и он решил все же немного загладить свою вину перед другом за сегодняшнее утро. Наклонившись к уху девушки, он тихо прошептал, хитро сузив темно-синие глаза:       — Не знаю точно, где он, но перед тем как уйти, он дал мне понять, что хотел отдохнуть от всей этой суматохи. Дома он будет вряд ли. Думаю, сама найдешь…       Прошептав все это, брюнет вновь стал вслушиваться в слова старейшины, при этом ласково поглаживая лазурные локоны своей супруги, что незаметно зевнув, удобно устроилась на его плече, прикрыв глаза.       А щеки Люси приобрели алый цвет, и та смущенно прикрыла пылающее лицо, когда прекрасно поняла слова Ледяного Дракона. Пальцы на бледных ладонях чуть похолодели, но это и в сравнение не шло, с бешено стучащим сердцем в груди. Она знала, где сейчас Нацу…       — Мне кажется… Завтра мы их не увидим, — робко прошептала Джувия, смотря в след спешно удаляющейся спины подруги. Мысленно желая им удачи, Локсар вновь прижалась к теплой груди мужа, скрестив их руки в замок.       — А ты вспомни, как у нас было, — негромко усмехнулся Фуллбастер, оставляя легкий поцелуй на макушке девушки. Та лишь вспыхнула алым пламенем, уткнувшись носиком в крепкое плечо.       — Нас тогда ребята, целый день и ночь не видели… — раздалось неловкое бормотание.       — Я просто представить боюсь, что будет с Люси. — Вновь ухмыльнулся Грей, припоминая собственную выдержку. Ох… Тогда ему терпения и сдержанности ой, как не хватало. Если ему не изменяет память, то они тогда с Джу кучу мебели поломали. Интересно, что же будет у этих двоих. Ведь если он не ошибается, то у них еще ничего не было. А зная Нацу, и то, как он бывает упрям, нетерпелив и несдержан, то за Люси можно смело держать кулаки. А вообще… И позавидовать ему можно. У него есть такое качество, как контроль над своим разумом и инстинктами. Был бы он у Грея тогда, то, сколько бы воспоминаний, можно было бы создать. Сколько можно было бы убрать слез из его памяти. Было бы у него тогда, хотя бы сердце…       Сжав от неприятных воспоминаний кулаки, Фуллбастер сильнее обнял свою супругу, да так крепко, что будто хотел вжать ее в себя. Та не противилась, а лишь жалась в ответ, и чуть краснея, продолжала слушать рассказы старейшин, что разгулялись в этот вечер не на шутку, и уже поведали юным Драконам порядка 10 волшебных историй.       — Ты же знаешь, как сильно ты мне дорога?.. — вдруг тихо прошептал Дракон, склонившись к лицу супруги. Та обратила на него взор синих глаз, и нежно улыбнувшись, кивнула.       — Ты мне это говорил уже тысячу раз.       — Могу сказать еще тысячу, и никогда не устану говорить тебе это. Ты спасла меня, от моего же собственного холода. Ты — моя жизнь. — Говорил он все это на полном серьезе, глядя в сапфировые глаза девушки как никогда открыто и честно, и прижимал ее к себе все сильнее, не желая, чтобы хоть сантиметр разделял их тела.       — Я знаю, Грей. Знала это, с самой первой встречи.       Дракон снова хотел что-то сказать, но вдруг понял, что вновь влюбился в свою супругу. Окончательно и бесповоротно.

***

      Люси нервно прикусила губу, расправляя складки на простенькой короткой рубашке. Которая, кстати говоря, принадлежала Нацу. Большая, широкая, чуть свисает с плеч, но Его…       Девушка приподняла ворот, полной грудью вдохнув полюбившийся запах яблок и хвойного леса.       Льняная ткань, приятно охлаждала кожу, хотя почти ничего не прикрывала, выставляя напоказ стройные ноги. Длинные светлые волосы, мягко струились по плечам до самого пояса, переливаясь в свете горящей свечи, словно золотые нити, росли у нее на голове. Румяные щеки уже не могли стать вновь бледными, ведь румянец буквально въелся в них и не хотел отпускать.       Как и сказал Грей, Нацу дома не было. И Люси прекрасно знала, где он и куда пошел. В то место она и направлялась. Пора было, наконец, расставить все точки, и сказать все то, что было и так известно, но глупые страхи до своего самого последнего часа терзали юное женское сердечко. Рядом с ней будет Нацу. Ее любимый храбрый Дракон, который никогда не даст в обиду и не сделает ей плохо. Как она может, все еще метаться где-то в своих надуманных глупостях и страхах, ведь все реальное здесь, рядом с ней, так почему же она медлит, словно так будет всегда.       Выдохнув пересохшими губами воздух, Люси кинула беглый взгляд на зеркало, в котором было ее отражение, и вновь заалела, как маков цветок. Это было до жути неловко, от чего хотелось спрятаться под одеяло, и сидеть там до тех пор, пока все проблемы не утихнут. Но Люси уже давно не маленькая девочка и если она сама с этим не справиться, то и никто другой ей в этом не помощник.       Перед ней стояла девушка, у которой горели щеки, но сияли карие глаза. Одна лишь рубашка, что едва прикрывала бедра, была на ее теле, и больше ничего. Светлые волосы распущены, а руки робко сжимают длинные края рубахи. Все! Хватит метаться, пора действовать, время ведь не резиновое! Скоро он может вернуться!       Похлопав легонько саму себя по щекам, от чего те стали почти бордовыми, Люси приподняла голову, встряхнув плечами.       — Либо сейчас, либо никогда!.. И дверь дома была захлопнута, и босоногая девушка в одной рубахе вскоре скрылась в темноте лесной чащи.       Назвал бы ее кто сумасшедшей, да только никто не видит, как одновременно дрожа, она уверенно шагает по прохладной траве. Ночь уже давно взяла свои права, и теперь в лесу было темно как в чулане, но Люси не боялась, ведь сердце вело ее в правильном направлении. И даже луна решила поддержать и вселить хоть какую-то уверенность, поэтому все же показалась из-за туч, указывая юной девушке дорогу.       Сердце настоящим трусливым кроликом колотилось быстро-быстро, отчаянно желая сбежать из ее груди. Щеки горели огнем от всех тех эмоций, что словно обезумившие терзали ее тело. Она знала, что если попадётся хоть кому-нибудь на глаза — сгорит со стыда заживо. Но… Какое ей дело до других, если она идет только к Нацу. Только он ее сейчас волнует.       Тысячи противоречий и тревог, терзали ее голову те минуты, что шла она через лес. Но вот, послышались какие-то звуки, что отдаленно напоминали воду, и та, поняв, что все это время двигалась в правильном направлении начала неспешно, расстёгивать пуговицы на рубашке дрожащими пальцами. Она решилась, а значит ничто не способно переубедить её сейчас.       Девушка в скором времени пришла к горячему источнику, о котором ей уже давно рассказывал Нацу. Даже в шутку предлагал искупаться вместе. Кто же знал, что Люси примет его предложение.       Источник представлял собой больших размеров каменную «ванну», от которой шел густой пар, и приятный запах трав разносился по округе. Невольно кожа покрылась мурашками, когда подул прохладный ветер, но затем он принес вместе с собой и то тепло, что исходило от чудно пахнущей березовой воды. Но женское сердце окончательно замерло в груди, когда взгляд карих глаз наткнулся вначале на небрежно кинутые штаны и сапоги, а потом и вовсе почти остановилось, завидев в десяти метрах от нее, крепкую смуглую спину Нацу.       Он стоял по пояс погруженный в горячую воду, голова была опущена чуть вниз от чего казалось, что ее хозяин о чем-то серьезно задумался. Так оно и было, ведь если бы Огненный Дракон не был так задумчив, то вероятнее всего услышал бы приближающиеся шаги. Но такая задумчивость сыграла девушке только на пользу.       Ее голова разрывалась от всех мыслей сразу, когда она тремя коротенькими шагами, все же подошла к самой кромке воды. Из камня была будто импровизированная лесенка, что медленно погрузит тело в горячую расслабляющую воду.       Страхи как-то сами отпустили ее, стоило Люси вновь посмотреть на спину Нацу, который до сих пор не знал о присутствии кого-то еще.       О чем же он так серьезно думал?..       Нежно улыбнувшись, Хартфилия посмотрела на края рубашки, что держала в своих руках. Помотав головой, и отогнав от себя, ту навязчивую мысль трусливо сбежать, девушка спустила ткань вначале с одного плечика, а затем и с другого. Какие могут быть страхи, когда рядом такая крепкая спина, что всегда готова заслонить от опасности и поддержать, если настигнут ненастья. Сколько раз она убеждалась в этом? Так чего же бояться, ведь надо как-то показать, что не он один нуждается в ней. Она тоже, готова защитить и оберегать то, что так дорого ее сердцу. Поэтому…       Сегодняшняя ночь особенная, и именно в эту ночь, Люси хочет провести ее вместе с Нацу. И эту… И следующую… И те, что грядут после. Все дни и ночи, она хочет разделить именно с ним. Только один, ее верный и храбрый Дракон.       Хлопковая ткань упала на прохладную землю, и бледная ножка медленно погрузилась в горячую березовую воду.

Эта ночь особенная… Только для них одних…