Та, что заставит забыться

Адриан проснулся, умылся, позавтракал и собрался в школу с одной-единственной мыслью: что он творит? Это вообще правильно? Правильно вот так вот взять и после признания одной девушке начать встречаться с другой? Правильно ли предлагать встречаться девушке, к которой не испытываешь никаких романтических чувств? Хотя, с другой стороны, Ледибаг ведь ему отказала. Но значит ли это, что Адриан теперь может начинать встречаться с кем-то другим? Как бы то ни было, у парня зарождалось такое чувство, будто бы он предал Ледибаг. Точнее, не её, а, скорее, чувства к ней. И от этого как-то паршиво. Но, если подумать, что ему оставалось делать? После прошлого патруля хотелось укутаться в одеяло, усесться на диван, заказать кучу пиццы и играть в видеоигры. И провести вот так весь свой долгий век. Но сразу после того, как ему в голову пришла мысль об этом «блестящем» будущем, телефон сообщил о новой СМС-ке от Альи, в которой она звала его в кафе. Также, она написала, что там будут Нино и Маринетт. И, по правде, ему не особо хотелось туда идти. Он уж было начал набирать сообщение с отрицательным ответом, но Плагг вовремя его остановил: — Ой, смотри, ты опечатался, — сказал он, подлетев к экрану смартфона Адриана. — Вот здесь не «нет» должно быть, а «да». — Плагг, — вздохнул блондин. — Я не хочу. Я лучше дома посижу, фильмы там посмотрю, в игры поиграю, постараюсь отвлечься. — В том-то и дело, что поход с друзьями в кафе — лучший способ «отвлечься». Читай сообщение этой рыжей, как «Хей, не кисни. Пойдем развеемся, забудем о Ледибаг и её ответе». Адриан смотрел то на Плагга, то на экран телефона, думая о том, что квами прав. Лучше залечивать эту ужасную рану в компании близких друзей, чем в компании бездушных фильмов и игр. И он согласился. Вот только это не помогло. Мысли Адриана все равно занимала неприятная картинка, на которой Ледибаг, стоя на краю здания и уже раскручивая своё йо-йо говорит: «Я не могу ответить тебе тем же». И уходит, оставив Нуара справляться с щемящей болью, зародившейся в груди. Хотя, как ни странно, он был готов к такому ответу. Он понимал, что не всё в этой жизни ему будут преподносить по первому щелчку, на блюдечке с золотой каемочкой. Когда он думал над тем, что будет, если Ледибаг ему откажет, он начал смотреть фильмы, главных персонажей которых отвергла их любовь. Он наблюдал за тем, что делают эти персонажи, чтобы побороть боль; и чаще всего они становились хикикомори*, выходящиеми из дома только в школу — потому что надо. Ну, а затем появлялся кто-то ещё, кто заставлял забыться лучше всяких там фильмов и видеоигр; и счастливый конец персонажей ожидал как раз с этим кем-то. Так что, веря всему этому, Адриану хотелось следовать примеру тех персонажей. Вдруг появится кто-то, кто так же заставит его забыться.

~

Блондин сидел в кафе с Альей, Нино и Маринетт и пытался слушать, о чем они говорили (точнее, о чем говорили Алья с Нино). Но избавиться от мыслей о Леди он не мог. Ему приходилось натягивать улыбку, кивать или мотать головой, когда друзья о чем-то спрашивали. И он сотню раз пожалел о том, что не остался дома в обнимку с играми, фильмами и пиццей — возможно, это бы лучше помогло. Адриан даже не сразу заметил, что Алья с Нино собрались идти за напитками. Он заметил это только тогда, когда Сезер с грохотом подняла из-за стола Нино и со словами «вот сам себе и возьмешь» утащила к барной стойке. Когда друзья скрылись из виду Адриана, он повернул голову обратно к столику. За которым, кстати, сидела еще и Маринетт. Его вечно заикающаяся перед ним одноклассница, для которой такая вещь как «несколько связанных между собой слов» при общении с ним казалась недостижимым искусством. Серьезно, она разговаривала невнятно только с ним. Если остальных из её круга общения спросить о том, кого можно назвать «человеком с постоянно невнятной речью», то о Маринетт они подумают точно не в первую очередь. Адриан замечал разницу в том, как она общается с ним и как с остальными одноклассниками. И, кажется, он понимал, почему так. Была у него одна теория: ей просто было неловко общаться с популярной моделью и сыном знаменитого дизайнера. И, если честно, это делало Маринетт, на взгляд Адриана, очень милой. Но, как бы то ни было, сейчас, за столиком, между ними висела угнетающая тишина, так и требующая, чтобы её нарушили. Она как-то слишком давила. Но ничего лучше «Хорошее кафе» он придумать не мог. — Да, мне тоже здесь нравится. — ответила ему Маринетт и опустила взгляд на нетронутый ананасовый пирог. Опущенная голова и нетронутый кусок пирога (кстати, самого вкусного блюда в меню этого кафе) говорили сами за себя. Похоже, девушка сейчас тоже чем-то отягощена. И, скорее всего, ей тоже не очень-то хотелось… — А еще мне нравишься ты. …сюда идти. Постойте-ка. Это Адриану сейчас послышалось, или она действительно это сказала? А может, это сказала не она, а какая-нибудь девушка за соседним столиком? Парень огляделся вокруг и увидел поблизости два пустующих столика и один, за которым сидели два парня (и внешний вид их говорил, что они явно не дружеские темы обсуждали). Повернувшись обратно, он взглянул на одноклассницу. Так это была Маринетт? Или же его фантазия? Ну, а вдруг он настолько расстроен отказом Леди, что ему теперь везде мерещится…такое. Адриан заметил, что щеки подруги вмиг порозовели, а глаза округлились до приличных таких размеров. Она подняла смущенный взгляд на парня и тут же его опустила. Однозначно, она что-то сказала. Но это ли? — Что? — тихо шепнул Адриан, скривив осанку и уперевшись локтями в стол. — Можешь повторить? Молчание Маринетт затянулось ещё на минуту. А вдруг она все-таки ничего не сказала, а Адриан просто так требует её что-то повторить? Вот черт, подумает еще сейчас, что он сумасшедший, и вовсе общаться перестанет… — Ты м-мне, — вопреки всему, что приходит на ум Адриана, говорит девушка, — н-нравишься. И, кажется, Адриан забыл, как дышать, как разговаривать, как двигаться, как думать о чем-то, как замечать то, что окружает. Забыл! Так ему не показалось? Так он не сумасшедший? Нет, конечно, не могло не радовать, что с физическим и психическим состоянием Адриана ничего плачевного не произошло. Но парню сейчас было не до радостей. Она сказала: «Ты мне нравишься»? Это ведь она сказала, если убрать все повторяющиеся из-за её смущения буквы? Так… И что теперь? Что делать? Что говорить? Как себя вести? Надо что-то сказать. Но что? — Ты мне тоже. Ну, а что? Это ведь правда. Она действительно ему нравится, как человек. Она добрая, смелая, решительная, забавная. Так, секунду! Надо уточнить, что она нравится ему только как человек, а не как девушка. А то поймет неправильно. Но не успел Адриан и открыть рот, как на стол перед ним был поставлен поднос с четырьмя напитками. — А вот и мы! — сказала Алья, чьи руки и поставили тот самый поднос на тот самый стол. — О чем болтаем? — спросил Нино, схватив с подноса свой любимый вишневый сок. — Да так, ничего особенного. Говорили о том, кто нравится Маринетт. Представляете, оказывается, это я. Нет уж, он слишком уважал Маринетт, чтобы так ответить, поэтому недолго подумав, Адриан сказал: — О том, что кафе очень хорошее. Нино с Альей продолжили болтать о всякой фигне, а он и Маринетт, как не говорили ни слова и не прикасались к пирогу, так и дальше этого не делали. Алье и Нино даже потом пришлось (хотя они были не особо против) съесть их куски пирога. Адриан пришел домой, думая о том, как поступать с Маринетт. В мыслях крутилась куча вариантов, и каждый был глупее предыдущего. Разумно было бы в таком случае вернуться к самому первому варианту, но он уже и забыл, что это был за вариант — так много их было. Парень рухнул на кровать и почувствовал, как под ним что-то хрустнуло. Он засунул руку под одеяло и нащупал коробочки от дисков с теми самыми фильмами, персонажей которых отвергала любовь, но позже они находили тех, кто заставлял их забыться и бла-бл… Блин! Постойте-ка, а вдруг Маринетт — та самая, что заставит его забыться? Нет, что за глупость. Он ведь не персонаж подростковой драмы. Или же все-таки… Пф, да нет же. Или… — Адриан, я есть хочу! — прозвучал над его ухом писклявый голосок. — Плагг! — рыкнул Адриан. Серьезно, прям рыкнул. — Не мешай, я думаю. — Блондин присел на кровать и стал крутить в руках коробки с дисками. — Ого, это что-то новенькое, — ответил Плагг. — И о чем же? — Квами взглянул на то, что было в руках Адриана, и у него тут же вырвалось недовольное: — Фе. Это были упаковки дисков с фильмами о подростках, которых играют актеры, больше подходящие на роль их родителей. Эти ужасно снятые драмы Адриан смотрел ночами, чтобы, как он говорил, «быть готовым ко всему, что ответит Ледибаг». И это были самые ужасные ночи для Плагга. Неужели он решил это повторить? — Только не говори, что ты решил пересмотреть эту ерунду. — Квами подлетел к своему хранителю и привлек его внимание. — Давай я тебе лучше так перескажу. Все эти фильмы сняты по одному шаблону: главный герой получает отказ, точно как ты, но вскоре в его жизни появляется персонаж, который завоевывает его внимание, ну, такой же как Маринетт, и… Оу. — Плагг замер, не сводя с Адриана взгляда. — Я и не знал, что ты такой продуманный. Блондин усмехнулся и снова перевел взгляд на диски. — Но я не знаю точно, является ли Маринетт таким персонажем. — Так не узнаешь, пока не проверишь! Не просто так ведь ты решил с ней номерами телефонов обменяться? Ну-ка быстро набирай её и предлагай встречаться. Если бы Адриан сейчас что-нибудь ел, то однозначно бы подавился, услышав последние слова квами. И поминай парня как звали. — Что?! Встречаться?! Плагг, что ты несешь? Не так ведь сразу! — А что делать двум людям с взаимной симпатией? Ты сам сказал ей, что она тебе нравится. — Да, но я имел в виду… — Погоди, — остановил парня Плагг. — Ты ж сам ей сказал… — Да, но я хотел договорить, что нравится она мне как человек, но тут пришли Нино с Альей, и я не успел. Плагг смотрел на Адриана, а его суженные до этого глаза стали потихоньку расширяться. Затем комнату пронзил громкий, но писклявый смех. Удивительно даже, как это маленькое создание может издавать такой громкий смех. Но Адриан не удивился, а, скорее, разозлился. — Это не смешно, Плагг, — нахмурился парень, наблюдая, как квами надрывает свой животик и дико смеется над ним. — Нет… Это… Это очень… — сквозь смех говорил Плагг, — Это ужасно смешно! Ты хоть представляешь, чего она себе может напридумывать? Ты представляешь, во что ввязался, не сказав этот свой «как человек». Да она уже, наверное, прыгает от счастья, что её симпатия взаимна. — Плагг снова рассмеялся. — Ну ты и идиот, Адриан! — Но ведь не предлагать же ей встречаться вот так сразу? Ребята из фильмов, например, сначала просто хорошо общались долгое время. — Да они жутко тупили долгое время. — Но предлагать встречаться вот так сразу тоже тупо. — Нет, Адриан, это ты тупой. Сказать девушке, что она тебе нравится как человек, забыв сказать «как человек». — Плагг снова залился громким смехом. — Я понял-понял, — прорычал блондин, которому уже порядком надел этот смех. — Прекрати ржать, как конь, а то еще превратишься ненароком в квами лошади, если такие существуют. Квами засмеялся еще сильнее, чувствуя, как в уголках глаз скапливаются слезинки. Он просто представил себе квами лошади, а окончательно его добила мысль о способностях: оглушительное ржание или, например, сверхсильное лягание. — И еще раз назовешь меня тупым — лишу камабера на неделю, — на полном серьезе сказал Адриан, тем самым остановив порыв смеха у квами. — Эй! — И вообще лучше ни слова. — Адриан достал из сумки телефон и зашел в список контактов. — Я звоню Маринетт. Плагг улыбнулся и уселся на кровать напротив Адриана.

~

Блондин смотрел в окно автомобиля, фокусируя взгляд то на проплывающие мимо здания, то на свое нечеткое отражение в стекле. Он не мог поверить, что теперь у него есть девушка. И эта девушка — Маринетт Дюпен-Чен. Та самая, что постоянно заикается при общении с ним, потому что он популярная модель и сын… Постойте-ка, нет же, нет! Адриан понял! Она заикалась перед ним не потому, что его лицо красуется на обложках популярных журналов, а его отец — Габриэль Агрест. Она вела себя так, потому что смущалась — ведь он ей нравится! Ну ведь точно! И, чёрт, как Адриан только мог подумать, что это все из-за его положения? Даже как-то стыдно стало. — Адриан? — блондин услышал обеспокоенный голос Натали. — Да? — спросил он, переведя взгляд с окна на женщину. — Мы приехали, — сказала она, кивнув в сторону окна, за которым уже было видно здание школы. Адриан даже и не заметил, как остановилась машина, что уж там это здание. — Да, спасибо. — Адриан закинул ремень сумки себе на плечо и открыл дверь машины. — Пока, — сказал он и, выйдя из автомобиля, захлопнул дверцу. Как только машина тронулась с места, Адриан зашагал в сторону школы. Теперь в его голове крутился новый вопрос: «Интересно, а Маринетт уже в школе?» И ответ на него пришел незамедлительно. Неподалеку от Адриана раздался негромкий «ауч». Он повернул голову в ту самую сторону и увидел Маринетт свою девушку (!). Она выставила руки перед собой и поставила одну ногу вперед, будто бы пытаясь удержать равновесие. — Все в порядке? — спросил Адриан, медленно подходя к Маринетт. — Да, просто запнулась о свою же ногу. — хихикнула девушка, но, подняв свой взгляд, хихикать перестала. Её щеки наполнились румянцем, а в её красивых (как только сейчас заметил Адриан) глазах виднелся неяркий блеск. А Маринетт, оказывается, очень милая. И почему до парня это дошло только сейчас? — Я т-такая неуклюжая. — добавила она и, выпрямившись, смущенно захихикала. И лишь только тогда, когда она выпрямилась, Адриан заметил, что девушка сменила имидж. Те её повседневные розовые джинсы, белая футболка и серый пиджак сменились нежно-розовым свободным платьем, длиной чуть выше колена. Воротник платья был белым и украшенным молочного цвета бусинками, а сразу под воротником начиналось постепенное расширение. Но, хоть платье и было свободным, оно прекрасно подчеркивало хрупкую фигуру Маринетт. Были ли у платья рукава — непонятно, потому что на плечи Дюпен-Чен накинула короткий пиджак из белой джинсы. Неизменным остались только балетки, прическа, её черные серёжки и маленькая сумочка через плечо. И выглядела она очень красиво. — Мило выглядишь, — произнес с улыбкой Адриан, оглядев девушку. — А, ты о старом платье, — усмехнулась Маринетт, прикрыв рукой два обклеенных пластырем пальца. Странно, вчера её пальцы были живы и невредимы. — Просто решила сменить свой образ… И в-вовсе не потому, что м-мы теперь…н-ну, это… Блондин улыбнулся. Какая же она милая. Может, она действительно и есть тот самый человек в его жизни, что заставит его забыться? — Расслабься, — сказал Адриан, протянув руку Маринетт. — Пойдем, скоро звонок. Дюпен-Чен замерла. Она смотрела на Адриана, затем на его руку, и снова на Адриана. Но, проанализировав ситуацию и поняв, что парень протянул ей руку, чтобы она взяла её в свою, она еще больше покраснела. Адриан даже подумал, что сделал что-то не то и уж было собирался убрать руку, но внезапно почувствовал, как прохладные пальчики коснулись его ладони. Он улыбнулся и обхватил хрупкую ладошку своей девушки, и они медленно зашагали ко входу в школу… …точнее, в обитель искушающих взглядов и непрерывных перешептываний. Казалось, нет такого человека, мимо которого они пришли и который бы не посмотрел на них с удивлением. Буквально каждый прожигал их взглядом, и от этого становилось ужасно неловко. Адриан даже почувствовал, как ладонь Маринетт начинает запотевать; и парень тут же сжал её руку сильнее.

~

Хлоя сидела на скамейке в школьном коридоре и читала о новой коллекции Готье**. Он был один из её самых любимых современных модельеров, хотя Габриэля Агреста ему все же не переплюнуть. Увидев в экране смартфона фотографию красивых туфель из той самой коллекции, Хлоя вздернула бровями и, повернув голову, сказала: — Мне нужны эти туфли! Сабрина, сегодня… — но, увидев в той стороне, куда она повернула голову, Натаниэля, а не Сабрину, смущенно покраснела и вернула свой взгляд обратно на экран. — То, что я тоже рыжий, не значит, что меня можно называть Сабриной, — недовольно пробурчал Нат и продолжил свой путь, но тут же остановился. — То, что ты подумал, что я решила с тобой заговорить, не значит, что ты можешь стоять здесь, рядом со мной, — так же недовольно пробурчала Хлоя и подняла свой взгляд на одноклассника, который, словно статуя, смотрел куда-то. Интереса ради, девушка решила проследить за его взглядом, и теперь в этом уголке коридора было две статуи. Неплохое такое украшение для школьного коридора — статуи двух удивленных подростков, смотрящих в одну сторону. А причиной их удивления было то же, что и для всех остальных учеников сегодня — идущие за руку Адриан и Маринетт. Только вот для Хлои была еще одна причина: где Маринетт раздобыла такое классное платье? — Быть этого не может, — возмутилась блондинка, подорвавшись со скамьи. — Адриан теперь с Маринетт? Мой Адриан? Это из-за её платья? Угх, я закажу себе такое же! Сабрина, позвони моему… — Хлоя повернулась в сторону, где, как ей казалось, должна быть Сабрина, но, не увидев её там, повернулась к Нату. — Эй, художник, позвони моему дизайнеру и скажи, что я хочу такое же платье. И чтобы к вечеру все было готово! Блондинка кинула в руки Натаниэля свой сотовый и направилась в сторону класса. Нат, еле успевший поймать телефон одноклассницы, мягко говоря, остался в шоке. Нет, он, конечно, всегда знал, что скромность Хлое чужда, но это было крайне нагло. Он ей что, прислуга? Да черта с два он будет звонить там кому-то, чтобы выполнить приказ Хлои. Он же не Сабрина.

~

Адриан с Маринетт вошли в класс, где их так же приветствовали удивленными взглядами и раскрытыми ртами. Но на этот раз не все — Алья, как обычно, была чем-то особо увлечена в экране своего смартфона, хотя стоило Адриану сказать «привет» Нино, она тут же подняла свой взгляд и… нет, она не удивилась. Она лишь хитро прищурилась и растянулась и широкой улыбке. Видимо, вчерашний разговор «о том, что кафе хорошее» закончился для Маринетт прекрасно. Как в прочем она и мечтала. Прозвенел звонок, и в класс начали заходить все те ученики, что не успели еще войти. Среди них был и Натаниэль, держащий в руках украшенный розовыми блестками смартфон. Он, конечно, личность творческая, и от него много можно ожидать, но телефон с розовыми блестяшками на корпусе — что-то за грань выходящее. Но все стало ясно, когда он положил смартфон на парту Хлои и продолжил идти к своему месту. Ну, не все, конечно, но то, что телефон принадлежал Хлое, а не Нату, точно прояснилось. Заметила это только Алья, но разбираться с тем, что делал телефон Хлои у Ната, сейчас времени не было (хотя ей это было жутко интересно). Сейчас она должна сделать кое-что поважнее. — Классно выглядишь, — шепнула она Маринетт, когда та уселась на свое место. — Спасибо, — так же шепнула Дюпен-Чен, улыбнувшись. — Я даже не знаю, что с тобой сделаю, если ты мне все не расскажешь, — с капелькой угрозы сказала Алья, ткнув подругу в бок ручкой. Маринетт хихикнула и услышала, как Нино прошептал Адриану примерно то же самое. Правда, в более мягкой форме.

~

Гудки для Адриана еще никогда не казались такими долгими. Они словно были многочисленными улитками, идущими в ряд друг за другом. И именно многочисленными — сколько гудков уже прошло, Адриан не знал, но их точно было много. Это могло говорить о том, что Маринетт либо спит, либо не слышит звонка. И, если исходить из того, что на часах уже полдвенадцатого ночи, то, скорее всего, девушка спит. Даже как-то неловко. Она ведь ждала его звонка. Маринетт достаточно умна, чтобы понять, что не просто так Адриан предложил ей обменяться номерами. После ну-наверное-сотого гудка на том конце ответил голос автоответчика, который твердил о том, что абонент не берет трубку и предлагал оставить голосовое сообщение. Адриан безнадежно вздохнул, убрал телефон от уха и уж хотел сбросить, но Плагг, как обычно, его остановил: — Так дело не пойдет. — Плагг ухватился за большой палец парня, который целенаправленно двигался к кнопке «Завершить вызов». — Оставь ей голосовое. — Зачем? Если она спит, то пусть спит, я не буду её тревожить. Завтра после школы ей позвоню. — Ага, а в школе весь день будете шарахаться друг от друга и сгорать от стыда за прошлый разговор о… как ты там сказал? о том, что кафе хорошее? Знаешь, такое обычно обсуждается сразу. — Но не будить же мне её? — А ты и не разбудишь. Она такой долгий звонок не услышала, а ты боишься, что из-за сообщения она проснется. А завтра с утра встанет, и вот ей будет «доброе утро» — сам Адриан Агрест предлагает ей встречаться. — Что? — удивился блондин. — Я не хотел предлагать ей встречаться. Плагг смутился, а его зеленые глаза сузились. — Эм, и для чего же ты ей сейчас звонил? — Хотел предложить ей просто встретиться. Встречаться и встретиться — разные вещи. — Зачем? — убедившись, что на ту самую кнопку сброса Адриан уже не нажмет, квами отпустил его палец и опустился на кровать. — Чтобы все обсудить. — Адриан, так и не сбросив, положил телефон рядом с Плаггом. Оттуда всё ещё был слышен голос автоответчика. — Что тут обсуждать? Вы нравитесь друг другу. Что ещё остается делать, кроме как начать встречаться? — Ну, сперва бы погулять вместе, пообщаться. — Как раз-таки это делают, чтобы понравиться. А между вами уже есть симпатия. — Да, но ведь в таком плане она мне не нравится. — Ну, в таком случае скажи ей в голосовом: «Когда я тебе говорил, что ты мне нравишься, я имел в виду как человек. Просто не успел договорить». Мало того, что ты ей сердце разобьешь, так она ещё больше будет бояться к тебе подойти. Адриан закусил губу и взглянул на сотовый, из которого было слышно: «Чтобы оставить голосовое сообщение, нажмите 1…» Как бы глупо ни было это признавать, но Плагг прав. Адриан уже дал Маринетт надежду на то, что её симпатия взаимна; нельзя же разбивать эту надежду. Да и тем более, Маринетт ведь нравится Адриану, пусть и как человек. И если они познакомятся поближе, станут больше общаться и проводить время вместе, то, возможно, эта девушка займет место Ледибаг в его сердце. По крайней мере, в тех фильмах всё так и работало. Подумав, что глупо сравнивать свою жизнь с фильмами, Адриан взял в руки телефон и нажал ту самую единицу, которая поможет ему записать голосовое сообщение для Маринетт. После сигнала, парень начал говорить: «Привет. Это я. Похоже, ты уже спишь, а я тебе звоню. Надеюсь, не разбудил. Я буду рад, если ты ответишь мне сразу же, как проснешься. Я… Я тут думал над тем, чтобы мы с тобой…н-начали встречаться. Ведь это обычно делают люди, которые друг другу нравятся? — от осознания того, как же это нелепо, блондин усмехнулся. Что он вообще творит? — Согласен, резковато. Извини, я что-то совсем… — Да что уж там "просто совсем", он трижды совсем по два раза. — В общем, я буду ждать твоего ответа, каким бы он ни был»  Нажав кнопку «отправить», Адриан отбросил телефон в сторону и снова улегся на кровать. Коробки с дисками, что он не достал, снова хрустнули под ним, и парень, с раздраженным вздохом, принялся их доставать. — Видишь, это было не так трудно. — сказал Плагг, подлетев к Адриану и с презрением взглянув на диски. — Будь ты на моем месте, тебе бы так не показалось. — буркнул Адриан, рассматривая обложки с улыбающимися подростками. Вот бы его жизнь оказалась такой же простой, как их. Чтобы все его проблемы решись вот так же за полтора часа. Внезапно по кровати Адриана прошлась вибрация, а сразу после — телефонный звонок. Не подумав о том, кто это может быть, парень мгновенно оказался на той стороне кровати, где лежал телефон, и взял его в руки. Маринетт. Значит, все-таки разбудил. Вот ведь… — Маринетт? — ответил он, понимая, что долго тянуть с ответом не стоит. Она, как-никак, проснулась посреди ночи, чтобы прослушать его сообщение и ответить на него. — Я согласна! — прозвучало на том конце провода так громко, что Адриан, зажмурившись, убрал телефон от уха. Несмотря на все уважение к Маринетт, парень не был готов лишиться слуха. — Это… — с опаской поднеся сотовый обратно к уху, Адриан приоткрыл глаза. — Было громко. — Прости... — сказала девушка. Адриану стало как-то неловко. Ему казалось, что это он должен извиняться. — Да ничего, — слегка улыбнувшись, начал он. — Это даже мило. Адриан сильнее сжал телефон, когда понял, что сказал. Мило? Серьезно? Это же смутит её… Надо перевести тему. — Так мы теперь… — он сделал паузу. — Пара? О, да, прекрасно! «Мило» её смутит, а это, конечно же, нет. И чем он только думает? — Похоже на то, — ответила Маринетт, опровергнув теорию Адриана о том, что это её смутит. Они замолчали. Адриан слышал неровное дыхание девушки (теперь уже его девушки!) на том конце провода. Похоже, она нервничала. Наверное, это слишком тяжело — проснуться ночью от голосового сообщения с таким содержанием. Неудивительно, что её дыхание такое неровное. — Ну, — протянул Адриан спустя несколько минут тишины, — спокойной ночи? Время позднее, пора бы идти спать. Ему было ужасно стыдно за то, что он прервал сон Маринетт. — Да, спокойной ночи, — ответила она. — До завтра. — До завтра, Маринетт, — сказал Адриан и сбросил вызов. Около минуты он смотрел в темноту, не до конца осознавая, что сейчас произошло. Он предложил встречаться Маринетт. И она согласилась. И они теперь пара. Они теперь вместе. Маринетт теперь — его девушка. — Предлагаю отпраздновать это камамбером, — прозвучал писклявый голосок над ухом Адриана. Адриан даже не знал, праздновать ли это. Является ли праздником то, что он начал встречаться с девушкой, к которой не испытывает никаких романтических чувств. Скорее, праздновать надо будет, когда он влюбится в неё. И как же ему хочется верить, что этот момент настанет.

~

— Примерно так все и было, — сказал Адриан, закинув в рот очередной кусочек яблока. Как они с Маринетт и обещали, за обедом Алья и Нино узнали, как дошло до того, что сегодня вся школа пялится на идущих за руку Адриана и Маринетт. Конечно, о квами они не говорили ни слова. И, само собой, о том, что Адриан таким способом пытается забыть Ледибаг, он тоже умолчал. Будет он об этом говорить, как же... Вообще, по-хорошему было бы обсудить групповой проект по биологии, который им сдавать через две недели, но кому это интересно, когда происходит такое. — Так вы у нас теперь сладкая парочка? — спросил Нино, глотнув из стакана немного сока. Адриан и Маринетт покраснели, что не утаилось от Альи. — Не вгоняй ты их в краску, Нино. — Сезер легонько (по крайней мере, ей так показалось) ткнула пальцем в его плечо. — Меня вот кое-кто другой заинтересовал. — Рыжеволосая кивнула в сторону столика, за которым сидел Натаниэль и вот-вот к нему присоединится… Хлоя? Челюсти Адриана, Нино и Маринетт устроили себе одновременное свидание с пластмассовой поверхностью стола. Навряд ли стоит говорить, что все они были в шоке — это и так понятно. А вот Алья, скорее, просто заинтересованно за ними наблюдала. Кажется, между теми двумя намечается что-то интересненькое...

~

— Я была права, — уверенно сказала Хлоя, усевшись за столик к Натаниэлю. — Они делают это мне назло. Гляди, как смотрят на меня. — Она кивнула в сторону столика, за которым сидели Алья, Нино, Адриан и Маринетт. Нат взглянул туда, куда кивнула блондинка, и снова повернулся обратно. — Да они просто в шоке от того, что ты села за столик со мной. — Я сделала это только ради того, чтобы сказать, что тебе пора готовить наш проект по биологии. Натаниэль, решивший отпить немного сока, тут же пожалел об этом. Весь сок, что был в его рту, тут же оказался на столе, а Хлоя издала неприятно режущий уши звук отвращения. — Что? — спросил Натаниэль, откашлявшись. — Наш проект? — Ну да, — ответила блондинка, достав из сумки влажные салфетки и вручив их Нату. — Мы же с тобой в группе. — Что? Нет, стой… я… Постой… — Парень не мог подобрать ни слова. Да что эта блондинка о себе возомнила? — Чего-чего? — Хлоя наигранно нахмурилась. — Ничего не понимаю. Неужели ты уже с кем-то в группе? Признаться, актерским даром девушка не отличалась. А вот любовью к издевательствам — еще как. Сжав зубы, Нат достал одну салфетку из упаковки и принялся вытирать со стола сок, разбавленный его слюнями. — Вот и замечательно. — Хлоя положила ногу на ногу, тем самым намекая, что покидать этот столик она пока не собирается. — Кстати, что там насчет платья? Скоро будет готово? — О, да, оно уже готово, можешь идти забирать, — говорил Натаниэль, сменяя одну салфетку другой. К слову, сока он отпил немало. — Я так и знала, что ты не позвонил. Ничего тебе нельзя доверить. — Блондинка потянулась к своей сумке и, достав оттуда несколько купюр, протянула их Нату. — Возьми мне чего-нибудь попить, а то ужасно жарко сегодня. С этим хоть справишься? — Она оглядела стол, испачканный соком. — Только не этот сок, фу. Рука Натаниэля, в которой была салфетка и которой он тщательно вытирал стол, остановилась, а его взгляд упал на деньги в руках с качественно обработанными ногтями. В прочем, удивляться смысла не было — он знал, что наглости Хлои предела нет. — Ты издеваешься? — спросил он, взглянув на саму блондинку. — Эм, нет? — вздернув бровями сказала девушка. — Я прошу тебя принести мне чего-нибудь попить. Можешь и себе взять, если хочешь. — Нет, ты не просишь, ты приказываешь, — сказал Нат. — Если Сабрина была готова выполнить любую твою прихоть, то это не значит, что любой другой готов. Если тебе так не хватает своей подруги-прислуги, то езжай к ней в Страсбург. Думаю, она будет рада. Хлоя смотрела на Натаниэля, пытаясь понять, что он только что сказал. Но её мозгу пока что трудно давалось понимание того, что не все ей в этой жизни по первому щелчку готовы преподнести, поэтому она еще ближе протянула руку с купюрами Нату и спросила: — Так ты принесешь мне попить? Натаниэль раздраженно вздохнул и, оттерев последнее пятнышко, встал из-за стола. — Принесу. Но лишь только потому, что сам хотел сходить. — Парень развернулся в сторону автомата с напитками, но вскоре развернулся обратно. — И деньги свои при себе оставь, без них справлюсь. Хлоя смотрела то на купюры, то на удаляющегося Ната. Пожалуй, ей было трудно воспринять то, что кто-то отказался от её денег. Казалось, если она и дальше продолжит об этом думать, то в её голове произойдет сбой, она замрет, как статуя, а из ушей и носа пойдет серый дым. Поэтому девушка хмыкнула и убрала деньги обратно в сумку, наблюдая за тем, как Нат борется с автоматом, который отказывается отдавать ему сок. Именно из-за жадности этого автомата, Хлоя его и ненавидит.