Ты только моя игрушка

      — Мы до~ма, — кричали парни, разуваясь и вешая верхнюю одежду у входа. Но, несмотря на то, что Чимин и Чонгук предупреждали, что вернулись домой, встретить Кима и Мина никто не вышел.       — И где они? — Ким поставил на маленький столик у стенки четыре кружки кофе из Starbucks и прошёл чуть дальше.       Странно. Вещи обоих лежали на диване, а их двоих нигде не было.

***

      Чимин и Чонгук забрались на крышу высотного здания, оставляя ступеньки позади.       — Ну... — протянул младший, — добро пожаловать в мой мир, что ли.       Наверху действительно было превосходно. Всё именно так, как представлял себе рыжий, пока друг неугомонно рассказывал о своём личном месте. Гук сказал, что никто, кроме Пака не знает о том, что он иногда приходит сюда.       — Здесь так круто... — Чимин подошёл к краю, глянул вниз и сразу отступил из-за подступающего головокружения. Старший боялся высоты, совсем чуть-чуть, но боялся, — Днём такая красота, а что же будет ночью?       — А ночью, Пак Чимин, будет ещё лучше, — Чонгук подходит к рыжему сзади и кладёт свои большие руки ему на талию. Из-за этого Чим немного дёргается, не понимая, чего хочет его друг, — постой со мной вот так. Недолго...       А старший и слова сказать не может. Не шевелится и, кажется, не дышит. Смотрит в одну точку вдали, надеясь, что это всего лишь сон. Что не его талию сжимают ладони лучшего друга Юнги. Что не он не может даже слова сказать парню Ким Тэхёна.       Чим хлопает глазами, удивляясь, что такое может происходить не только в сериалах, но и ещё в реальной жизни.       Медленно, но верно руки младшего ползут вверх по рёбрам, играясь с мягким свитером. Чонгук смотрит в рыжий затылок, а потом прислоняется к нему носом, вдыхая молочно-черничный шампунь. Ему нравится, что Пак не отталкивает. Значит, не совсем он и против.       Через секунду брюнет поворачивает к себе старшего, кладёт руки на его худое лицо и мило целует в носик. Потом в щёку: сначала правая, а следом и левая. И, наконец, самое сладкое. Губы Чимина, которые манят с каждым днём всё больше.

***

      Чимин отрывает голову от мягкой руки, на которую облокотился перед тем, как отъезжать от больницы, смотрит по сторонам и видит, что и он, и его водитель на сегодня - Чонгук, сидят в машине. Играет приятная музыка, а младший ей в такт стучит по рулю.       — Где мы? — протирая глаза, спрашивает Чимин, — Когда я уснул?       — А? Ты уже проснулся... — младший делает музыку потише, прислушиваясь к тихому шёпоту рядом, — Мы ждём, по дороге домой пробка образовалась. Уже второй час тут стоим. Уснул ты, похоже, как только я объявил тебе о решении Юна.       — Значит, не было той крыши, не было Тэхёна и Юнги дома... — рыжий не может отдышаться, — Сон, — спокойно проговаривает он, утыкаясь своим носиком в черный шарф, — всего лишь сон. Слава Богу.       А Чонгук понять не может, что же такое произошло с его хёном во сне. Его лицо было таким беспокойным, когда он проснулся. На висках собрались капельки пота, а губы иногда подрагивали.       — Тебе что-то ужасное приснилось? Может, травма психическая в детстве была?       — Нет, просто очень реалистичный сон. И ещё... ты когда-нибудь бывал на крыше той многоэтажки, в которой Юнги живёт? — Чимин изгибает бровь.       — Э~ — неловкая пауза, — дa~ это наше с Тэхёном место. Он мне его показал, как только мы встречаться начали. А ты откуда знаешь?       — Я не знал, правда... Просто... просто спросил ради интереса.       Всю оставшуюся дорогу Чимин не сомкнул глаз. Они стояли в пробке часа полтора, как минимум. И всё это время разговор пытался наладить только Чонгук. Ведь после этого сна рыжий не мог спокойно смотреть на того, с кем он поцеловался. Пусть и не в реальной жизни.

***

      Когда Пак и Чон вернулись в квартиру Юнги, на кухне уже было неспокойно. Подготовка шла полным ходом. И, как понял Чим, ребятам было весело. Громкий смех Тэхёна был слышен в прихожей. Рыжий уже снимал куртку, как вдруг услышал чужой смешок, совсем на секунду. Такой родной, нежный и приятный. И мысли о том сне, которые не покидали голову Пака, тут же испарились, оставляя в памяти лишь сладкое "Ха-ха~"       Чим разулся, надел тапочки и пошёл в сторону красивой кухни. Он облокотился о стену и продолжал наблюдать. Ким чистит морковку и не может пошевелиться. Мешают чужие руки на бёдрах, и губы, немного посиневшие от холода.       Пак смотрит и на милого Юнги, который уже смеётся, не сдерживая своих чувств. Но младший сейчас не слышит, он лишь видит. И в его глазах всё происходит точно так же, как это бывает в романтических фильмах. Главный герой встречает своего любимого , когда он смеётся; оператор наложил эффект замедленной съёмки и теперь можно увидеть то, насколько прекрасны люди, когда они смеются.       В сковородке стреляет масло, а стиральная машинка, встроенная в один из шкафчиков, продолжает набирать обороты. Сквозь посторонние звуки можно расслышать тихие смешки Чонгука и хриплый голос Тэ.       Мин заметил наблюдающего за ним Пака. Взгляд его был наполнен любовью, честностью. Юнги встал с нагретого места и подошёл поближе. Одна рука старшего опустилась на щёку, а вторая притянула парня к себе поближе. Мин смотрел на рыжего, пожирая глазами. По телу второго пробежали мурашки, останавливаясь где-то в пальцах рук. Слова в такой ситуации будут лишними, поэтому мятный приподнимает подбородок младшего, прикрывает глаза в предвкушении чего-то до одури желанного и прикасается холодными губами к шее Пака. Тот прогибается в спине, немного возбуждаясь, зарывается пальцами в мятные волосы и слегка оттягивая от себя.       А Юнги аккуратно поднимается дорожкой поцелуев вверх, выцеловывая каждую родинку и впадинку в теле своего парня. И, наконец, когда Мин подобрается к губам младшего, он легонько накрывает их своими, довольно улыбаясь. Уста Юнги медленно сминают губы Чимина, а руки уже переместились на шею. Лёгкая дрожь прошлась по коже обоих. Они готовы сейчас нырнуть друг в друга, забывая всё плохое, что произошло с ними за последнее время.       Язык у Юнги немного шершавый, но такой приятный. Им он стопроцентно может довести до Гонконга. И именно сейчас рыжему представляется то, как холодные уста Мина, из которых иногда вырываются обидные фразы, ласкают его соски, а крепкие, тонкие пальцы прислоняются к немного набухшей плоти в нижнем белье.       Пак рвано скользит нижней губой по шее мятного, с блаженно прикрытыми глазами, задерживается у уха и прикусывает мочку, случайно звякая серёжкой-гвоздиком.       Из его рта вырывается лишь одна фраза, которая заставляет старшего в буквальном смысле сорваться с цепи.       — Я хочу тебя настолько, что мои ноги подкашиваются… — Пак дышит прерывисто, слизывая с шеи старшего чуть проступивший пот, — Или ты возьмёшь меня сегодня и прямо сейчас, или будешь ждать того момента, когда я смогу трезво думать. Без стояка.       — Валите, — грозно говорит Юн, смотря на ничего не понимающих Чонгука и Тэ, — погуляйте где-нибудь часик-два.       — Понял, принял, — быстро отвечает Чонгук, хватая своего парня на руки и быстрее утаскивая в коридор.       Когда громкий хлопок двери слышится на кухне, Юнги подхватывает Пака и сажает его на стол, удобно устраиваясь у его паха.       Чимин прижимается сильнее, а Мин кусает того за шею, оставляя на ней багрово-синие отметины.       — Ты уверен? — спрашивает старший, пытаясь разглядеть в глазах хотя бы намёк на несогласие, но в ответ слышится лишь одно.       — На все 100, так что… — он делает небольшую паузу, бегая глазами по аккуратному лицу Юнги, — будь нежнее, что ли…       У Мина отказывают тормоза. Хватаясь за бока рыжего, он очень больно сжимает их у себя в руках, заставляя младшего немного простонать. Движения мятного такие уверенные, что хочется доверять ему себя целиком и полностью. И плевать на то, что он выдолбит без смазки и презерватива. Главное, что ебать милашку Пака будет он – его парень – Мин Юнги. Хотя, скорее всего, смазка у старшего найдётся.       Мин прикоснулся к Паку, сжимая в руках его тонкую кисть. В кухне было светло и немного прохладно. Парни тихо дышали, стараясь касаться друг друга лишь кончиками пальцев, не цепляя другие части тела. Юн чуть пододвинул младшего ближе к себе, приближая рукой лицо Чимина. Глаза горели, а белоснежные зубы терзали губы раз за разом, кусая их. Сексуальный вид, завораживающий сердце. Юнги резко, даже для себя, прижал Пака к столу, вжимая горло парня в твёрдую поверхность. Ни единого слова, лишь развязное дыхание и вечное вздымание груди. Их разделяли лишь ненужные вещи на девственном теле и домашние тряпки Юнги, где твердая плоть упиралась в резинку.       — Хочешь меня?       Чимин кивнул головой, не желая открывать рот. Доля секунды и он придвинут своим задом к стояку, а руки старшего ласкают набухшие соски подушечками пальцев, после чего спускаются до пупка, обводя круги. Жаркие прикосновения скользят по холодной коже, оставляя красные пятна. Юнги целует шею, кусая её, словно вампир, желающий почувствовать вкус крови. В голове полная каша, зато перед глазами только любимый и его губы. Поцелуй длился вечность. Юнги сминал чужие губы, скользил, смачивая слюной. Чимин поддавался ощущениям, поднимая таз верх, касаясь брюк старшего.       — Прошу, — Чим одной рукой рисовал узоры на спине, — войди в меня.       И он больше не тянул, снимая одежду с тела, опуская взгляд. Да, Юнги прекрасно знал, что даже в этом месте Чимин был очень деликатным и аккуратным. Член уже стоял, и маленькие ручки пытались его закрыть, но не хватало сил.       — Не прячь, просто откройся мне.       Словно в фильме, Чимин вздохнул, раздвигая ноги в стороны. Сегодня, он был готов отдаться, что и делал, закрывая глаза. Юнги опустился, скользящими движениями заглатывая головку. Парнишка взвыл, подаваясь ощущениям. Они были острее ножей, пронзающего его тело.       — Я сразу войду, а ты привыкай. Будет небольно, только расслабь тело.       Чимин успокоился, говоря себе внутри, что так и должно быть, именно этого и ждал.       Трясущимися руками Юнги снял ненужные вещи, откидывая их на пол. Рядом же, в приоткрытой тумбочке лежала смазка, вскоре оказавшаяся в руках. Жидкость со вкусом клубники стекала на анус Чимина, вызывая улыбку. Приятно и охлаждающе. На стол тоже попало пару капель, из-за чего всюду стоял запах любимого фрукта младшего.       Пальцы размазали все по попе, опускаясь на член. Юнги провёл вдоль всего основания и вошёл.       Сначала, Чимин не чувствовал ничего, кроме пульсации и жгучей боли. Но все сменилось, когда Юнги нашёл простату, входя на полную. По всей кухне раздался стон, потом еще, смешиваясь с хлопками. Юнги брал его, сжимая хрупкую талию. Голова не работала, но глаза запоминали каждый вздох, каждый укус губ, дабы вспомнить потом.       — Ещё, — Чимин насаживался сам, протягивая руки. Юнги обнимал, целовал, увеличивая темп. Задирал ноги, принимая удобное положение, закрывая глаза от наслаждения. Ему нравилось то, что Чимин его. Ему нравилось то, что сегодня они вдвоём, на немного скрипучем столе, за которым ели вместе последние полтора месяца, делают грязные вещи, получая друг друга. Он горел и с этой мыслью кончил внутрь, прижимая к себе уставшего Чимина.       — Надо будет потом ещё повторить, — хрипит Мин в ухо Чиму, ложась сверху.       — На столе немного неудобно… следующий раз обязательно должен быть в кровати.       — Чимин, а переезжай ко мне, а? А то вдруг захочу тебя выебать посреди ночи, а ты где-то на другом конце города надрачиваешь в ванной, желая того же, — Юнги улыбается, сильно кусая младшего за шею. Раз, два, три… Неисчислимое количество укусов, оставленных лишь за один раз. Что же будет потом?       — Серьезно? Ты думаешь, что я буду дрочить в ванной? Я приду к тебе домой, сяду на твою кровать, да как начну наяривать… Ууух, — скулит младший, снова возбуждая Мина.       — Кажется, что второй раз долго ждать не надо, — Юнги стягивает Пака с горизонтальной плоскости, утаскивая в их общую комнату, — теперь ты живёшь со мной. Думаю, что потеть будешь по 5-7 раз в день.

***

      — Ну и чё это было? — ворчит Тэ.       — Они там ебутся, Ки~м… Вот ты недалёкий…