Ты только моя игрушка

      — Пак, — кричит громко Ким, выуживая из своего рюкзака две бутылочки соджу, — я принёс лекарство.       Чимин аккуратно привстал на локтях и посмотрел в сторону нового друга и, как тот выразился, лекарства. Парни подружились довольно быстро, ведь рыжему сразу понравился красноволосый.       — Чонгук сегодня на ночном дежурстве?       — Да~а, — громко тянет Тэхён, кидая джинсовую куртку с мехом на кресло, — и он сказал мне, что у Юнги сегодня съёмки, так что я решил, что тебе может быть немного одиноко без него.       — Есть такое... — Пак отводит взгляд от Тэхёна и кладет голову обратно на подушку, — его нет не больше трёх часов, а для меня как будто вечность прошла.       — Эй, не грусти. Я же для этого здесь. Тем более, он скоро вернётся.       — Да не только в этом дело, — Чимин закрывает глаза и глубоко вдыхает воздух, — я уеду от него через два дня...       Пак массирует виски, вспоминая все милые моменты с Юном. Как он голову ему мыл почти каждый день, как готовил завтраки и заваривал чай, как фильмы по ночам смотрели, прижимаясь друг к другу и... как они целовались. Точнее, как Юнги целовал. Нежно и так по детски.       — Я к нему так привык, — Пак куксится, когда ощущает пробегающий по его коже холодок, — Тэхё~н, окно закрой, холодно же.

***

      Буквально через час Пак уже в ауте. Выпил не только свою, но и бутылку с соджу Тэхёна. Ким успел лишь 6-7 стопок выпить, когда Чимин глушил напиток с горла. Пьяный рыжик = откровенный рыжик, спрашивай, что хочешь. На все вопросы даст ответы. А ещё задаст такие, что вгонят в пожизненную краску.       — Тэхён, — Чим подзывает к себе трезвого друга, запрокидывает на его шею свою руку и шепчет тихо, смущённо, — мне вот что всегда было интересно... Каким был твой первый раз с мужчиной? — границы, сковывающие пошлую фантазию, стираются, давая простор воображению Пака, — Больно было?       — Ха, — ухмыляется, — было чудесно. Правда, первые несколько минут было некомфортно и немного неприятно, но то, что было после, стоило того, — Ким отдаётся воспоминаниям, — а что это ты спросил про это ни того ни с сего?       — Я думал об этом, Юнги ведь тоже не железный. Но он - мой первый, так что немного страшно, — язык у Чимина немного заплетается. А Ким давится воздухом, когда замечает стоящую фигуру около арки. Тэ хочет уже что-то сказать, но Юнги прикладывает указательный палец к губам, призывая младшего молчать. На что тот накрывает свой рот тремя пальцами, а ничего не подозревающий Чим продолжает излагать свои пьяные мысли другу, — в тот вечер, когда меня машина сбила, я так паршиво себя чувствовал. Даже немного ущербно, ведь не смог сберечь наши отношения. Юнги не сдержался, а я ничего не смог сделать. Даже физиологические потребности своего парня удовлетворить не могу, — рыжий канючит и хмыкает, бьёт кожаный диван своими крохотными ручками. А Юн наблюдает за пьяным Паком, начиная копаться в себе.       — Честно, — тихо говорит ТэТэ, — та девчонка - обычная шлюшка. Она раньше спала с Чонгуком и Юнги одновременно. И никто из них двоих не знал об этом. Ходили, как два барана, считали, что они её единственные.       — А ты откуда об этом узнал?       — Я? Я очень хорошо манипулирую людьми. Три месяца без секса заставят и не только о таком рассказать. И знаешь что? Юнги не просто спал с этой девушкой, — Тэ смотрит на молящий не рассказывать всей правды взгляд Мина, набирает больше воздуха в лёгкие и продолжает, — он хотел сделать ей предложение.       И тут Юнги не выдерживает. Громко бьёт кулаком о гладкую поверхность арки, заставляя пьяного Чимина подняться с места и удивлённо посмотреть, что же это за звук такой.       — Достаточно, — рычит мятный и уходит на кухню, оставляя бедного Чимина и разозлённого Кима наедине.       — Что это было? — Пак искренне не понимает, что произошло, — Почему он бесится? Давно же было.

***

      Юнги приехал со съёмок загруженный и уставший, а тут еще Тэхён вспоминает времена столетней давности. Давит на больное и тыкает во всё ещё не затянувшиеся шрамы.       Красноволосый вальяжно выходит из зала, проходя к барному столику и облокачивается.       — Мы - друзья. Чимин хороший человек, и он должен знать о твоём прошлом. Не всё, конечно, но стоит рассказывать о таких вещах. — Тэ подходит к холодильнику и достаёт из него баночку пива, — Он любит тебя, Мин Юнги. Твоё холодное нутро и дрянной характер. Он боится уезжать от тебя, потому что считает, что ты сможешь разбить ему сердце в один прекрасный вечер. И у тебя практически получилось это сделать около месяца назад.       — Заткнись, Ким, — Тэхён бы еще кучу всего сказал, если бы Юнги не заткнул его, — ты думаешь, что я хочу его уничтожить? Разбить его сердце? Ты не представляешь, как сильно мне его не хватает на съёмках, как я лечу домой, надеясь, что он не спит. И он действительно не спит, ждёт меня с работы. Уставший я или злой - неважно. Он ждёт меня любым. И да, я чёртова льдина, но... Постепенно я таю, плавлюсь, когда его взгляд проходится по мне, когда его тёплые руки ложатся на мои плечи, а губы, его горячие губы льнут к моей шее. Это лучшее... Я буду самым худшим человеком во всей этой вселенной, если ещё хоть раз предам его.       Тэхён слушает внимательно, впитывая каждое слово в себя, словно губка, а потом выдаёт что-то очень важное.       — Он ждёт тебя, так что иди перед ним распинайся.       И Мин идёт, неся свою тушу к ногам Пака. Подходит, садится на колени и целует Чимина в мягкую щёку, зарывается носом в шею и вдыхает запах соджу.       — Я правда люблю тебя, — Юнги дышит прерывисто, водит одной рукой по линии скулы, — и я такой козёл.       Чимин ничего не отвечает лишь слушает исповедь любимого. А потом, когда он заканчивает, притягивает его к себе.       — Полежи со мной, — просит Чимин.       Юнги залезает и умещается рядом, скрещивает свои тонкие пальцы с немного пухлыми пальцами Чимина, прикрывает глаза и снова открывает через минуту. Рыжий настойчиво приподнимается к лицу Юна и аккуратно чмокает в скулу, поднимается пьяной дорожкой к губам и аккуратно пробует их своими. Фотосессия прошла, но на губах ещё остался малиновый бальзам. Пак лижет нижнюю губу оппонента, прикусывая и оттягивая на несколько миллиметров, просовывает свой язык в недры рта и исследует его. Этот поцелуй можно назвать пьянящим, потому что Юнги, не принимая даже капельки алкоголя, опьянел. Чимин же, несмотря на гипс, сумел оседлать Мина, размещая зад на пахе старшего.       — Завтра снимают гипс... — тонко намекает Пак сквозь поцелуй.       — И что? — Юнги вторгается руками под футболку младшего, сжимая бёдра в сильных руках.       — Ничего на завтра не планируй.       Влюблённые целовались ещё очень долго, оставляя засосы на телах друг друга. Через тридцать-сорок минут послышался щелчок двери. Тэхён ушёл.

***

      Сейчас, когда Чимин лежит на груди Юнги, он не задумывается о том, как же будет плохо без этого человека. Сегодня снимать гипс с ноги и можно будет уезжать обратно к себе домой. Теперь Пак опять может быть самостоятельным, чужая помощь ему не нужна. Но младший не думает об этом. Это слишком грустно; Чимин пытается запомнить всё, начиная от тяжёлого вздымания груди Мина, заканчивая интересными аксессуарами, которые расставлены по всей квартире.       Парни лежат так почти целый день, иногда прерывая отдых для того, чтобы попить кофе или чай. Самые любимые моменты Юнги. Он заваривает Чимину чай, а себе делает крепкий эспрессо без сахара.       — О чём ты думаешь? — Пак утыкается щекой в солнечное сплетение Юнги и оттягивает пальцами выступающую ниточку на свитере.       — Я? — Мин незаметно елозит по кровати, устраивая свою тушку поудобнее, — Я думаю… м-м-м, о том, что ты очень смешно спишь. — Старший нагло врёт. Думает он о том, как одиноко ему будет после отъезда этого парня.       — Что? — смешок, — Да неудобно же с этой фигней на ноге спать, — Пак хныкает, а Юн нежно гладит его рыжие волосы.       — Сегодня я обязан тебя покрасить! — Мятный кладёт свою вторую руку на поясницу Чимина, приближаясь губами к его макушке.       — Тогда и ты меняешься сегодня, — Пак улыбается, уже зная, чем закончит свою фразу, — оставляем твоё блядскую натуру в прошлом вместе с твоими мятными волосами.

***

      После этого разговора прошло не больше 20 минут. Юнги позвонил Чонгуку и Тэ, попросил съездить самого младшего вместе с Чимином в больницу снять гипс, пока он вместе с Ви сходит за краской. Этот парень знает толк в таких вещах. Почти каждые 3 месяца цвет волос меняет.       — В какой ты хочешь его покрасить? — стоя уже напротив стеллажа с краской для волос, спросил Тэхён.       — Я думал над этим… — Мин сделал небольшую паузу, — может, красный?       — Рыжий на красный! Это гениально, — саркастично вынес вердикт Ви, — ты полный идиот. Извини, хён, но это так. Нужно что-то более нежное, что подойдёт под его стиль. Он не какой-то развязный паренёк на одну ночь, чтобы его волосы в красный красить. Внимание привлекает, вообще-то, — Ким тараторил быстро и громко, из-за чего многие в маркете оборачивались и смотрели на двух парней, как на диких, — предлагаю блондинистый, а тебе чёрный. Что-то типа Инь и Янь. Вам как раз подойдёт.       — Но у тебя же красный...       — Я похожу на элитную проститутку, когда иду рядом с Чонгуком и держу его за руку. Это мой образ. А Чимин девственник, так что красным он будет не раньше, чем через года 3.       — Ебанутый... — срывается с уст Юна, и они продолжают выбирать краску. — Я хочу предложить Чимину переехать ко мне, так что нужно закатить вечеринку...       — Ого~ мистер "Мне и одному неплохо" хочет жить бок о бок с кем-то, интере~сно.

***

      — Ну что ж, Пак Чимин, поздравляю. Гипс сняли, можете гулять свободно. Только гуляйте днём и желательно по тротуарам, — доктор весело смеётся, смотря то на Чимина, то на Чонгука, который, явно, после ночного дежурства не в настроении.       — Да, спасибо, — кокетливо отвечает рыжий и оба парня спускаются вниз.       — Тебе лучше? — первым разговор начинает Гук, — Ты уж извини за то, что сегодня я такой грубый. Отчёты о происшествиях всю ночь заполнял.       Пак понимающе кивает и просит Чонгука не беспокоиться, ведь у всех бывают напряжённые дни, а уж тем более вечера.

***

      — Знаешь, я в шоке, — честно признаётся Чонгук и глядит на Чимина немного скованно. — признавайся, как охомутал нашего Юнги?       А рыжий смотрит на него и не может осмыслить происходящее. Вроде зелье не готовил, к колдуньям не ходил.       — Что ты имеешь в виду? — Пак легко улыбается, склоняя голову на пассажирское окно.       — Хён, — тянет Гук, — ты же не против, что я буду тебя так назвать? — ожидая ответ от Чимина, Чон делает небольшую паузу, а после одобрительного кивка продолжает излагать свои мысли, — ты невероятный, правда. За такое короткое время невозможно изменить человека, но ты это сделал. У него в мыслях только ты. Только о тебе разговоры на пьяную голову, хотя и на трезвую тоже. Да и сны, кажется, только с тобой. Он не хочет, чтоб ты уезжал, — Чон говорит это иногда запинаясь, но всё же так чувственно, что у Чимина наворачиваются слёзы, которые он лёгким движением пальцев смахивает.       — Я люблю его еще в миллион раз больше, — Чим немного нервничает.       — Я скажу тебе кое-что... Но это будет нашим секретом. Юнги хочет, чтобы ты переехал к нему, — рыжий приоткрывает рот от удивления, — сегодня вечером он об этом сообщит тебе за, вроде как, "прощальной" вечеринкой, — глаза старшего расширяются, он прикрывает открытый рот ладошкой и почти что уже плачет, — так что сыграй хорошенько удивление, окей? — Чонгук подмигивает и заводит мотор. А Чим до сих пор не может прийти в себя от сказанного...