Убийство в классной комнате

Учёба шла своим чередом и, в общем-то, радовала Тсуну. Пришлось окончательно признать, что Ланчия был прав, когда заставил его ходить в школу. На летних каникулах Савада сдал все оставшиеся задания, подтягивал пропущенный им материал и просто отдыхал. Нагиса и Карума вытащили на фестиваль его в самом начале августа. Посмотрели на салюты, наелись вкусностей, Карума избил каких-то гопников. Попали под жуткий ливень недалеко от дома Тсуны поздним вечером, и пришлось оставлять ребят у себя ночевать. Савада напоил одноклассников чаем, дал сухую одежду. Прикола ради выделил Акабанэ красную футболку с осьминожкой, а Нагисе голубенькую в маленькую медузу. Карума пришёл в восторг и не отставал от друга, полвечера прикалываясь. На самом деле, Тсуне было очень тяжело впустить к себе одноклассников. Раньше у него дома всё время кто-то был. Любимая мама готовила вкусности, дети поднимали шум, носились и играли. С Бьянки можно было посмотреть фильм поздно вечером или о чём-то поговорить. Гомонили друзья, которые собирались у Тсунаёши в комнате всей толпой, приходили утром перед школой или в выходные, чтобы позвать гулять. Гокудера, который помогал с учёбой, Ямамото, всегда готовый поддержать. Были девочки — неугомонная Хару с вечными костюмами и милая улыбчивая Кёко. Она у него... была. И такой, как она, уже никогда не будет. Наблюдательный сверх меры Нагиса заметил, как тяжело даётся Тсуне чужое присутствие в доме. Он намекнул об этом Каруме, и они старательно разряжали атмосферу шутками и разговорами, не давали Саваде закрыться, уйти в себя или просто отправить всех спать. Уселись играть в приставку, которая у Тсунаёши была последней модели, обсуждали книги и мангу, притащили закусок. Вечер прошёл неплохо, постепенно одноклассник расслабился и стал вести себя как обычно. С того дня ребята взяли за привычку проводить время вместе. Гуляли по парку, ходили в торговый центр, в кино и кафе. Иногда к ним присоединялись и другие одноклассники, чаще Курахаши, Накамура и Сугино. Вливаться в такую жизнь для Тсунаёши было сложно, но ничего иного не оставалось. От скуки можно было и с одноклассниками побыть, а потом Тсуна просто привык. Каникулы взяли и в плане убийств, так что за всё время отдыха ни одного покушения на Коро-сенсея не было, и учителя Савада не видел. Карума просто постоянно влипал во всевозможные драки и неприятные истории. Было не очень понятно, притягивал ли он личностей не слишком цивильного поведения, или они сами находились, но каждый раз, когда Тсунаёши ходил куда-то с Акабанэ — на них нападали. Дело было именно в нём, так как ни с Шиотой, ни с самим Тсуной такого не случалось в принципе. Не очень-то мешала эта странная способность одноклассника, но всё равно это было странно. Карума всегда разбирался сам и помощи не просил, даже напротив, настаивал, чтобы друзья постояли в сторонке. В такие моменты отчётливее всего проявлялась немного садистская натура Акабанэ, его желание не просто разбить противника, а именно его уничтожить, желательно и морально тоже. Тсуну немного смущала привычка Карумы после победы допинывать противников, делать какие-то гадости. Нагиса только головой качал, максимум глаза закатывал. А Саваде это всё неожиданно показалось смешным. В первое время ему постоянно хотелось сравнить своих одноклассников с бывшими друзьями. Привычка была отвратительной, однако, поделать с ней Тсуна ничего не мог. Но чем больше он общался с ребятами, тем больше понимал — все очень индивидуальны. Тсунаёши мог сказать, что Сугино походил на Ямамото любовью к бейсболу, а Исогай-сан на него же из-за улыбчивости. Что Карума иногда напоминал ему Гокудеру, а местами и Мукуро. Но, ни на кого из них в действительности похож он не был. Только на себя самого. Постепенно Тсуна перестал искать в каждом встречном черты своих бывших Хранителей, родных или друзей, перестал искать их цвета волос, глаз, сравнивать манеры улыбаться. Не примерял на посторонних вкусовые привычки или же просто увлечения. Оказалось так здорово, просто однажды влезть в драку вместе с Карумой, потому что двенадцать человек — это было многовато даже для этого неугомонного, и не думать, что что-то это ему напоминало. Не ждать определенного подвоха или конкретных реакций. После стычки Акабанэ просто поблагодарил и пошёл заливать острый соус в нос жертвы. Ну, может быть, примеривался развести Тсуну на спарринг как-нибудь. И на этом всё. Нагиса уговорил Саваду потренировать его немного. Как до этого дошло, Тсуна так и не понял. Шиота вообще обладал просто удивительным талантом добиваться желаемого так, что никто и не поймёт. Пару раз в неделю они встречались без Карумы, и Тсунаеши гонял одноклассника. В основном упор делался на ловкость и скорость, силы в тщедушном теле Нагисы оказалось немного, и учить силовые приёмы было бесполезно. Всерьёз он этим не озадачивался, по большому счету стандартный комплекс — прыжки, растяжка, уклонение. Шиота делал хорошие успехи, но не акцентировал на этом чьё-либо внимание, понимая, что Тсуне это не понравилось бы. О занятиях знал только Карума, но он реагировал на всё спокойно. На время каникул в отпуск умотала Ирина. Пообещала новые весёлые истории и уехала в Европу. А Савада поймал себя на том, что волнуется за не слишком-то осторожную учительницу. Нет, была бы Ирина Елавич действительно беспечной — давно бы сыграла в ящик. Так что нервничал он, вроде бы, зря. Но всё же Ирина часто лезла в откровенно опасные места, не боялась брать сложные задания, судя по рассказам и упомянутым вскользь личностям, о которых Тсуна знал не понаслышке. Так что на всякий случай он попросил Ланчию последить за учителем и отслеживать заказы, которые получала Ирина, что со связями друга это было несложно сделать. Елавич, как Савада и боялся, попала-таки в неприятности. На одном из заданий ей устроили засаду, заказчик конкретно девушку недолюбливал и решил выманить её таким способом и прикончить по-тихому. Несчастный случай на работе, со всеми случается, особенно в такой профессии. Ловро Буровски отомстил бы за свою ученицу так, что все посвящённые ещё долго бы помнили, но вот если это всего-навсего провал на задании... Почти смирившаяся со своей смертью наёмница никак не ожидала, что спасать её придет сильнейший человек северной Италии. В определённых кругах этот мужчина был очень известен, его боялись и уважали, а соваться к нему опасались даже самые недовольные. Завидев Ланчию, поняв, кто он такой, Ирину без вопросов отпустили, даже убивать никого не пришлось. Мужчина Елавич понравился. Высокий, сила от него исходила невероятная, аж дух захватывало. С чёрными волосами и стальными глазами, он осмотрел её с любопытством. Но это был скорее детский интерес, нежели взрослая похоть, к которой Ирина привыкла. Ланчия отвез девушку в отель, туда же приехал врач, который помог справиться с многочисленными травмами. Хирург долго ругался, заявил, что с такими повреждениями Ирина жива осталась чисто из вредности характера. На что Ланчия ответил, что это была не вредность, а интуиция одного индивида, которому не всё равно. Это заявление, сказанное так открыто в её присутствии только потому, что она должна была уже отключиться, сильно заинтересовало Ирину. В конце концов, не каждый день узнаёшь, что тебя кто-то прикрывал, да ещё и человек, который мог вот так запросто попросить разобраться с проблемой сильнейшего человека северной Италии. Интуиция, значит... После ударной дозы пламени Солнца, Ирину оставили одну в номере, в смежной комнате заселился сам Ланчия, а врач и вовсе ушел восвояси. Скрытое проникновение было одним из главных её умений, так что пробраться в комнату к своему спасителю труда у неё не составило. Было конечно немного страшно, но этот вой инстинкта самосохранения она быстро подавила. Любопытство было сильнее. Наверное, не будь Елавич так сильно ранена, и если бы её не накачали под завязку транквилизаторами, Ланчия бы так спокойно не уснул. Но он был на ногах третий день, толком ничего не ел и знать об особой склонности девушки выводить токсины из своего организма почти мгновенно никак не мог. Ирина пробралась к дорожной сумке, стоявшей у двери, и утащила её в свою часть номера. Решила банально покопаться в чужих вещах, а совесть её не мучила. Откуда у неё вообще что-то подобное? В чёрной кожаной сумке были некоторые вещи, оружие, аптечка и много чего ещё, что могло бы очень много рассказать о своем владельце, но всё это девушку не интересовало. Самое важное оказалось в самом банальном месте. Стоило только открыть портмоне, как она увидела запрятанную в отделении для визиток фотографию. На снимке был отображен высокий черноволосый мужчина с зачёсанными назад волосами и приметными татуировками на лице. Он обнимал за плечи мальчишку лет четырнадцати с каштановыми короткими волосами и невероятными янтарными глазами. С фотографии на Ирину Елавич как-то даже укоризненно смотрел её ученик — Савада Тсунаёши. Учёба уже месяц как продолжалась, Тсуна выполнил собственное обещание и старался побольше общаться с учителем Коро. Он иногда оставался после занятий, задерживался, что-то спрашивал, а дальше диалог рождался сам собой. Это были приятные беседы, спокойные, не шутливые. Савада всё больше убеждался в своих выводах, что Коро-сенсей при нормальной жизни был человеком умным, сильным, наверное, но очень далёким от обычности. То, под каким углом он смотрел на самые обычные вещи, выдавало в нём многое из того, что сенсей предпочёл бы не рассказывать. Например, из разговоров Тсуна чётко понял — у Коро никогда не было семьи или настоящих друзей. Он был одиночкой, да и сейчас таковым являлся. А большая часть его эмоций была наигранной, пустой. Учитель знал огромное количество вещей и постепенно открывался достаточно для того, чтобы просто их рассказывать, не пытаясь преподать какой-нибудь особенный урок. Это было приятно. Конечно же, Коро-сенсей искал в поведении Тсунаеши подвох, разбирал его слова, находил этих самых подвохов огромное множество, но логической цепочки не понимал. Может, оно и к лучшему, Тсуна сам не мог сообразить, чего его так тянуло с сенсеем поболтать. Иногда в книжках или фильмах подавали знаки о том, что мирной и тихой жизни пришёл конец. В реальности, конечно же, тучи на небе не сгущались тёмными тяжёлыми клубами, чтобы подсказать герою о грядущем, не сверкали яркие угрожающие молнии и даже ветер по-особому не завывал. В реальности что-то сложное просто... происходило. В один из дней Томохито Сугино вместе с Нагисой играли в бейсбол на холме. Точнее, Нагиса кидал Сугино мяч, тот отбивал его на приличной скорости и наоборот. Шиота подсобил приятелю ещё в прошлом году, занимаясь с ним перед соревнованиями по бейсболу. Тогда Коро-сенсей помог Сугино улучшить свои подачи, рассказал про его сильные и слабые стороны. Класс Е не принимал участия во внеклассной деятельности, не ходил в клубы и не устраивал кружки. Поэтому Сугино давно занимался бейсболом в одиночку, вне своего клуба. Даже после победы над сильнейшей командой школы ему не разрешили вернуться. На холме появился силуэт, бейсболист как раз замахнулся для очередной подачи, и не заметил, что прямо на траектории мяча кто-то есть. Нагиса дёрнулся, представив последствие такого удара, но незнакомец сделал нечто очень странное. За какую-то долю секунды он достал из-за спины биту и легко отбил летевший прямо на него мяч. Парень приложил руку ко лбу на манер козырька и присвистнул. — Хорошо полетел! Незнакомец был высоким, он заразительно широко улыбнулся и помахал рукой перепугавшимся за него школьникам. Когда подошёл поближе, оказалось, что с ними примерно одного возраста, просто впечатление производил внушительное. — Вы тут в бейсбол играете?! — спросил брюнет, продолжая тянуть ослепительную улыбку. — Да вроде как тренируемся, — немного напряжённо ответил Сугино. Не каждый день видишь, как твой ровесник, самый обычный парень, смог отбить такую сильную и сложную подачу на чистых рефлексах, даже не готовясь. — Я тебя раньше не видел здесь, ты не из нашей школы. Не то чтобы он знал всех учеников старшей Кунугигаока в лицо, но такого бы точно запомнил. — Я здесь не учусь, — засмеялся не к месту незнакомец. — Я кое-кого ищу. Нагиса вздрогнул из-за этих слов. И сразу же понял, чем так напряг его этот парень. Нет, к их классу обычно случайные люди не приближались, наёмники там какие-нибудь — да всегда пожалуйста. Но дело было не в этом, эта короткая стрижка, открытая улыбка и бита в руках... Перед ними стоял мальчик со снимка из школы Савады Тсунаёши. С одного из тех самых снимков, которые они всем классом попросили Рицу найти, на котором Тсуна был таким весёлым. Кого ищет этот парень стало понятно, только вот обрадуется ли Савада такому сюрпризу? Пока Нагиса раздумывал, Сугино успел вовсю разболтаться с незнакомцем о бейсболе. Очевидно, он человека с фотографий не узнал. Они фанатично что-то обсуждали и показывали какие-то пасы, а Шиота не знал, что делать, как поступить в такой ситуации. Но все его сомнения решились сами собой. — Йо, Тсуна! — громко крикнул парень в пустоту, сам Савада там появился только через несколько секунд. — Я знал, что ты придёшь! Тсунаеши был странным. Лицо и так не особо эмоционального одноклассника и вовсе закаменело, а мимика скорее напоминала гримасы, вымученные, сложные. А ещё Савада выглядел неожиданно внушительным и холодным, приближаясь ровным уверенным шагом, он смотрел твёрдо, но с каким-то пофигизмом. — Ты фонишь на весь квартал. Сложно было пропустить, Такеши. Сугино и Нагиса поняли, что что-то не так, и отошли на пару шагов на всякий случай. Всё же инстинкты в них тренировками развивали исправно. — Это твои одноклассники, Тсуна? — повернулся к ребятам Ямамото, на этот раз Нагиса точно ощутил натянутость его улыбки. — И как тебе в новой школе? Тсуна пропустил эту реплику, продолжив сверлить Ямамото равнодушным, но выжидательным взглядом. Он ждал, когда же Такеши наконец скажет, зачем явился. Когда они все... разошлись, именно с Ямамото было сложнее всего. Именно он проявил неожиданную твёрдость, и даже жестокость, оказавшись поразительно непреклонным. Гокудеру, например, мучило чувство вины, ему было сложно принять решение, смириться. А вот Такеши просто перешагнул через Тсуну, как через пройденный этап жизни, и пошёл дальше к своим целям и мечтам. Не оглядываясь на оставшихся позади. Было ли ему тяжело тогда хоть немного? Тсунаеши так и не узнал. Ямамото поднял с земли мячик для бейсбола, подкинул его несколько раз в воздух и неожиданно сделал подачу в сторону Тсуны. С такой скоростью, которую Сугино не видел ни разу в жизни. Точно больше трёхсот километров в час. Мяч летел на бешенной скорости с диким свистом прямо в Тсуну, совсем как пару минут назад подача мчалась к Ямамото. Только там едва ли набралось бы двести, и у чужака была бита. Однако Саваде это никак не помешало. Мяч с диким хлопком был остановлен прямо голой ладонью, какое-то время он ещё крутился прямо в руке, но после остановился, и совершенно целые пальцы одноклассника сжали его. Это было невозможно, так просто не бывает! — Кое у кого есть к тебе разговор. Меня попросили передать, чтобы ты позвонил Емицу-сану. Савада хмыкнул, так зло и незнакомо, что Нагиса снова вздрогнул. Таким своего одноклассника он ещё не видел. Тсунаёши подкинул мяч на руке несколько раз, совсем как это сделал Ямамото минутой ранее, замахнулся и отправил его в полёт. Ребята увидели замах, а в следующее мгновения бита в руках незнакомца разлетелась на деревянные щепки с громким треском. Брюнет выглядел ошарашенным, глядя на оставшуюся в руке ручку. — Катился бы ты отсюда, Такеши, — ледяным голосом выдал Савада, растягивая губы в какой-то даже страшной полуулыбке. Ямамото собирался что-то ответить, но почувствовал себя так, словно ему вот-вот выстрелят в затылок. Чувство опасности взвыло, все нервы напряглись до предела. Он отшатнулся, прекрасно понимая, что не успел ничего сделать. Но в следующую секунду понял, что ничего и не произошло. Так и не представившийся одноклассник Савады, совсем тощий, похожий на девчонку, держал два пальца на манер пистолета на том уровне, где был затылок Такеши. Как он это сделал? Движение, присутствие, Ямамото не почувствовал всего этого. Подобное было... ужасающим. — На территории старшей Кунугигаока запрещено находится посторонним, — сказал Нагиса, очаровательно улыбнувшись чужаку. — Так что тебе лучше отсюда уйти, если ты не хочешь проблем. Шиота выглядел как змея, готовая к смертельному броску. И было это настолько круто, что кажется, проняло даже Ямамото. Тсунаеши хмыкнул в кулак, сдерживая смех. Нагиса иногда бывал просто неподражаем. — Зачем же так пугать нашего гостя, Нагиса? Думаю, Такеши все понял и уже уходит. Ямамото пришёл в себя, развернулся и молча удалился прочь. Тсуна смотрел ему в след, пока тот совсем не исчез из виду, а после как-то резко сдулся, стал каким-то маленьким и даже жалким. Шиота положил руку ему на плечо, поддерживая и тепло улыбаясь. — Пойдём, перекусим чем-нибудь? Небо было всё такое же безоблачное, яркое. Светило тёплое солнце. Возможно, последнее такое в этом году. — Да, пошли, Нагиса.