Хуже некуда

– Мамочка.. Папочка.. Я по вам так скучаю. Нам с бабушкой вас очень не хватает. – Ладно, внучка. Пойдем. Нас дома ждёт твоя тётя, готовит поминальный ужин, - тихо прошептала бабушка. – Да, конечно, - положив около фотографии родителей маленький букетик, мы попрощались с ними и ушли.       Дома нас уже ждал поминальный стол: рисовая каша, суп, соленья из трав, кимчи, соевый соус, мед, рисовая лепешка, фрукты, водка, вода, прокипяченная в подгорелой каше - сунюнмуль. – Тётя! Я так рада тебя видеть, - я действительно обрадовалась, когда увидела Сон Хён. – Здравствуй, - с искренней улыбкой отозвалась тётя, - как вы? Все хорошо? Денег хватает? – Да все нормально, не волнуйся, - Сон Хён всегда старалась нам помочь с бабушкой, то деньги даст, то свозит нас куда-нибудь. После того, как мы закончили ужинать, я помогла Сон Хён с посудой, постелила ей на диване и отправилась в душ. Ну всё.. Спокойной ночи. Не люблю ночи, особенно после поминок или вообще депрессивного дня – я не могу заснуть. После того, как родители умерли, буквально, на моих руках, я навсегда забыла, что такое сладкий и спокойный сон. Мне начали сниться кошмары с 6 лет, вот уже 11 лет я борюсь с душевными монстрами. Слуховые галлюцинации. Вот что самое страшное. Мамин голос всё время зовёт меня к себе, говорит, чтобы я пошла вслед за родителями. Психотерапевт поставил мне диагноз. Шизофрения. Это, считайте, крест на моем будущем. В школу я не хожу, обучаюсь на дому; друзей нет, но есть бабушка, которой я рассказываю всё, что скапливается у меня на душе. С ней я чувствую свободу, я знаю, что она меня поймет и поддержит. Когда не могу заснуть, я иду к бабушке. Она рассказывает истории из своей жизни, а я засыпаю под них.

***

Проснулась я от звонка телефона, который доносился с кухни. Идя за телефоном, я заметила, что дома никого нет. Наверно бабушка с тетей по магазинам пошли. Мне звонила Сон Хён. – Алло? Что-то случилось? - сонным голосом я начала диалог. – Ара, - я услышала тихие всхлипы тети, - Ара.. Бабушка.. Инсульт.. - меня будто током прошибло, я и пошевелиться не могла, - приезжай скорее, - дальше она заревела и сбросила. Я начала спешно одеваться и выходить из квартиры. Поймав такси, я отправилась в больницу. Слезы текли по моим щекам, как ручьи, я не могла их остановить. Я настолько спешила, что не взяла денег на проезд, а когда таксист остановился перед главным входом в больницу, он ко мне обратился: – Беги, мне не нужны деньги, по тебе вижу - горе случилось. Искренне поблагодарив мужчину, я побежала не жалев сил. Добежав до регистратуры, меня направили на второй этаж, где я и встретилась с тетей. Взглянув на нее, я сразу поняла – моей бабушки больше нет. Бабушка. Моя бабушка. Зачем. Нет. Не надо, пожалуйста. Это сон. Это очередной кошмар. Такого не могло со мной случиться. Не верю. Нет. Бабушка.. Медленно я начала осядать на пол.. А дальше – тьма.

***

Этот больничный запах, как я его не люблю. Именно от него я и проснулась. Осмотрев палату, я увидела Сон Хён – она спала. А за окном светит яркое солнце. Да, я так и знала – это сон. Бабушка не могла меня оставить. Решив встать, я начала подниматься, но тело ныло, будто я всю ночь вагоны разбирала. Окончательно отбило желание вставать капельница. Судя по моему состоянию: тяжесть, сухость во рту, бледная кожа – в меня вливают фенозепам и азалептин. Успокоительное и снотворное. Да 11 лет я научилась определять по симптомам чем пичкают мой организм. От моих шерохов Сон Хён проснулась. Увидев ее заплаканное и опухшее лицо, мне стало понятно, что это был вовсе не сон. От чего по моим щекам потекли слезы. Плакать я не могла, мне просто физически не хватало сил. Они просто текли, обжигающие слёзы. Тётя подбежала ко мне и начала успокаивать. Но мне этого не хватало. В это время зашёл в палату доктор и оповестил меня, что я проспала двое суток. Отдав какой-то лист тёте, он заговорил со мной: – Все будет хорошо, - утерев пальцами мои слезы он продолжил, - как ты себя чувствуешь? Я даже ответить не могла, мои силы ушли в минус. И просто промычала в ответ доктору. Усмехнувшись, он погладил меня по голове и отошёл к Сон Хён. О чем они говорили – я не знаю.