Лунный свет

Чонгук шарит по карманам, зажав сигарету между губами. Он достает её изо рта, когда обнаруживает карманы пустыми, а другой рукой набирает номер на телефоне. Спустя пару гудков на том конце берут трубку и Чонгуку достаточно лишь услышать визгливый голос Чимина, чтобы разозлиться не на шутку. — Чего тебе? — Ты взял мою зажигалку? — Нет, и кстати- Стоп, ты потерял мою зажигалку? Чонгук, серьезно... — Я не потерял мою зажигалку, просто переложил куда-то. — ...ты постоянно теряешь мои вещи, клянусь Богу, ты не увидишь и дюйма моего нового... — Я вешаю трубку, — говорит Чонгук с капелькой веселья в голосе. — Пока-пока, Чимин. — Ты, засранец, зови меня хёном... Чонгук отводит телефон от уха и с удовольствием нажимает на значок "отбой". Он убирает его в задний карман джинсов и пытается вспомнить, где же могла быть зажигалка Чимина — количество спиртного, выпитого прошлой ночью, только всё усложняет; отдельные моменты всплывают в памяти, покрытые туманной пеленой. Он играется с сигаретой, перекладывая её между пальцами, смотрит на пустующую в этот поздний час улицу — редко увидишь кого-то слоняющегося здесь в 4 часа утра. Небо всё ещё темное, но Чонгук знает, что совсем скоро начнёт светать — через час или около того. Эта мысль отнюдь не делает его счастливым; уснуть для него представляется большой проблемой, когда через шторы проникает солнечный свет. Мужчина, стоящий на дороге, отвлекает его от раздумий; он стоит, повернувшись к Чонгуку спиной. Это счастливый день, думает он приближаясь к мужчине. — Эй, извини. Мужчина оборачивается и Чонгук не может вымолвить и слова — чёрные пряди волос мягко спадают на тёмные глаза, загорелые щёки и идеального изгиба губы. Воротник его белой водолазки достигает v-образного подбородка, резко контрастируя с цветом волос. — Эм... — Чонгук сосредоточенно смотрит парню в глаза, пытаясь не отвлекаться на стройный торс мужчины. — Есть прикурить? Чонгук поднимает руку с сигаретой и мужчина смотрит на неё, всё ещё равнодушно. Он тянется к заднему карману своих чёрных джинсов и достает чёрную зажигалку, поджигая её. Чонгук сует сигарету в рот и наклоняется к огню, поджигая сигарету. Он отклоняется назад и затягивается. — Спасибо. Парень кивает ему, губы всё ещё плотно сжаты. Какое-то время он оценивающе рассматривает из под опущенных ресниц, но Чонгук не упускает того, как его взгляд пробегается вниз и вверх по его фигуре, прежде чем он отворачивается. В обычной ситуации на этом Чонгук бы завершил всё общение и пошёл бы дальше своей дорогой. Однако, он всё ещё в самом разгаре ночи и навеселе, шум басов проходит по его венам, а язык развязан и он не в состоянии заткнуться. — Прости, но ты живешь здесь? Я никогда не видел тебя раньше. Тэхён поворачивает голову, чтобы посмотреть на него. — Я только переехал. — О! Я тоже. Ну, в смысле, я тоже живу здесь. Я Чон Чонгук, — говорит он, и краешек губ незнакомца дергается в ответ. — А ты? — Тэхён. — Тэхён? Приятно познакомиться. Сколько тебе лет? — Двадцать. — О, правда? — Чонгук скалится, выпуская дым через нос. — Тогда, я для тебя хён. Мне двадцать один. Тэхён ничего не отвечает на это, продолжая осматривать его снизу вверх. Чонгук чувствует небольшую неловкость из-за внезапного молчания в их разговоре, поэтому говорит первое, что приходит ему в голову. — Возвращаешься с вечеринки? Тэхён немного отстраняется, глаза снова встречаются с чонгуковыми. — Нет, я просто...ждал кое-кого. — Вот как, — Чонгук улыбается ему самой утешающей улыбкой, на которую только способен. — И что, тебя кинули? Тэхён вздыхает, языком проводя по нижней губе. — Похоже на то. — Неужели кто-то кинул такого, как ты? — задумчиво тянет Чонгук. — Такого, как я? Чонгука будто ледяной водой облили, он только что осознал, что высказал свои мысли вслух. Тэхён смотрит на него, насупив брови, и Чонгук понимает насколько мерзко и странно это звучит для парня, особенно для парня, который наверняка ждал девушку. Тэхён всё ещё не сводит с него глаз и Чонгук слабо улыбается ему; рот работает быстрее, чем мозг. — Ты, наверное, не знаешь, но здесь неподалёку есть неплохое место где можно посидеть, — говорит Чонгук и жестом указывает за плечо, на переулок между двумя жилыми комплексами с бетонной стеной, разделяющей их. Тэхён смотрит на него, как на дурачка — абсолютно равнодушно, и Чонгук думает, что определённо переусердствует в своих стараниях. Его мозг посылает красные предупреждающие сигналы, что пора бы уже заткнуться, Чонгук, но его рот продолжает жить своей собственной жизнью. — Я не пытаюсь подкатить к тебе, ничего такого! Просто знай, что если ты ждёшь, то можешь присесть там в следующий раз. Ага. А я пойду и сяду там прямо сейчас. Ты- Ты можешь присоединиться, если хочешь. Момент мучительной тишины, и Чонгук так сильно стряхивает пепел с сигареты, что та почти выпадает из рук. — Ну, ладно, я пош- — Конечно. — Серьёзно? — вскрикивает он, голос ломается, когда он давится дымом. Чонгук прочищает горло и прокашливается, его щёки горят наполовину из-за напряжения и наполовину из-за смущения. — Серьёзно, — повторяет Тэхён. Чонгуку кажется, что он слышит дрожь в его голосе, будто он старается сдержать смех, но когда он поднимает голову и смотрит на него — Тэхён спокоен, как удав. Чонгук прочищает горло ещё раз, прежде чем разворачивается и показывает Тэхёну следовать за ним. Он ведёт его к тускло освещённому переулку, шириной метра в три, и, когда они проходят чуть дальше, садится и оставляет более освещенное местечко для Тэхёна. Он поднимает пепельницу Юнги, оставленную им возле белой стены, и тушит сигарету. Тэхён садится рядом, руками упирается на колени, потом перекладывает их под бедра. Он сидит довольно близко к Чонгуку, недостаточно для того, чтобы они касались друг друга, но с такого расстояния Чонгук может разглядеть мешки под глазами — единственное несовершенство на тэхёновом лице. Чонгук вытаскивает ещё одну сигарету и зажимает её между губами. — Тэхён-а, — напоминает он и Тэхён вздрагивает, резко поворачиваясь к Чонгуку. — Огоньком не поделишься? — А, — Тэхён моргает и широко открывает глаза, прежде чем тянется к заднему карману и достает зажигалку. Раздаётся щелчок и Чонгук чувствует взгляд Тэхёна на себе, пока поджигает сигарету. Он отстраняется, наблюдая как Тэхён убирает зажигалку обратно в карман. — Ты куришь? Тэхён качает головой. Чонгук думает что это странно — иметь при себе зажигалку, но не пользоваться ей, но потом ему приходит мысль, что возможно он хранит её для того человека, которого он ждал. Вдруг Тэхён протягивает руку, широко растопыривая пальцы. Чонгук непонимающе переводит взгляд от руки к его лицу. — Можно мне...попробовать? — спрашивает Тэхён. — Конечно, — Чонгук аккуратно вкладывает сигарету между пальцев Тэхёна. Сигарета очень изящно смотрится с его длинными и тонкими пальцами, несмотря на то что держит он её, мягко говоря, нелепо. — Никогда не пробовал? Тэхён снова качает головой, подносит сигарету к губам и берет её в рот. Он так и замирает, немного хмурясь, и Чонгук не сдерживает смешка. — Так, теперь вдыхай. Он делает так, как ему говорят, но выходит как-то неестесственно. Он убирает сигарету и смотрит вверх, в космос, затем выдыхает клуб дыма. Тэхён поворачивается к Чонгуку и как бы просит оценить его навыки. — Ты хоть затянулся? — Я- Наверное? — Мне кажется, что нет, ты ведь не закашлял даже, — Чонгук улыбается, пододвигая пепельницу ближе к парню. — Стряхни пепел. Тэхён вновь делает как он говорит и возвращает сигарету Чонгуку, очевидно, останавливая курение на этом. — Ну, в любом случае ты не должен курить, — говорит ему Чонгук и выпускает дым кольцами. Тэхён провожает их взглядом. — Почему нет? — Вредно для всего живого. Для здоровья особенно. Тэхён ловит одно из колец на палец, наблюдая как дым обволакивает его. — Тогда почему ты куришь? — Я? — Чонгук выдыхает дым и на мгновение задумывается. — Привык, наверное? Почти все мои друзья курят. — Много их у тебя? Чонгук мельком смотрит на Тэхёна, выдыхая ещё целый ряд колец в его сторону. — Друзей? Мм. Не так уж и много, на самом деле, но они самые лучшие, — улыбается Чонгук. — Полные придурки. Тэхён одаряет его не читаемым взглядом из-под чёлки. Чонгук даже думает, что опять сболтнул лишнего, но затем Тэхён легко улыбается ему. — Я рад. Хоть он и улыбается, но не похоже, чтобы он делал это от сердца. Чонгук тушит сигарету и ставит пепельницу на землю. Чонгук прочищает горло — теперь, когда ему нечем занять руки, он чувствует себя неловко. И начинает ковырять кожу вокруг ногтей. — Можешь приходить сюда время от времени. Здесь только я и мой сосед — Мин Юнги-ши. По-началу он кажется холодным, но он хорошо заботится обо мне, — Чонгук хмурится. — Ещё Чимин иногда заходит, но ему просто заняться больше нечем. Чонгук вздыхает. Тэхён совсем затих, и Чонгуку начинает казаться, что Тэхён понял его слова в другом, извращённом смысле, и теперь чувствует себя не в своей тарелке, потому что Чонгук не так уж и нравится ему. — Ты правда так думаешь? Когда Чонгук снова смотрит на Тэхёна, тот сидит с опущенной головой и не сводит глаз с колен, лицо не выражает никаких эмоций. Удивительно знакомое зрелище — Чонгук вспомнил себя несколько лет назад: совсем одинокий, без друзей, за исключением одного в небе, что заботился о нём. Даже теперь,спустя годы, он долго сомневался насчёт Чимина, который появился в его жизни совершенно неожиданно — Юнги рассказал ему, что Чонгук тоже из Пусана, и Чимин сразу же подошёл к нему, полный энтузиазма. Чонгуку понадобилось некоторое время, чтобы поверить, что Чимин не просто валял дурака, и принять его. И сейчас он хочет быть таким же Чимином для Тэхёна, поэтому он растягивает губы в своей лучшей улыбке, хотя на самом деле и не считает себя мастером в подбадривании людей. — Правда! — Чонгук похлопывает Тэхёна по спине, чувствуя себя странно из-за этого действия. — Ты бы понравился парням! Тэхён задерживает на нём свой взгляд чуть дольше, чем пару секунд. Вместо ответа он придвигается ближе и аккуратно кладёт голову на плечо Чонгука. Они едва касаются друг друга, но Чонгуку почему-то этот жест кажется странно интимным. — Хён, — вдруг говорит Тэхён, голос такой же тихий, как и окружающая их ночь. — Ты когда-нибудь ощущал это чувство в груди, как будто...будто всё внутри сжимается и...трудно дышать? Чонгук смотрит на костлявые пальцы Тэхёна, сложенные на коленках. — Ты о чём? Со вздохом, Тэхён отстраняется и садится обратно. — Я-я не знаю. Чонгук выдыхает, затем снова вдыхает смотря на белую обшивку здания напротив. — Когда я был маленьким, иногда...я чувствовал что-то похожее. — И как ты избавлялся от этого? — Честно говоря — никак, — отвечает Чонгук. — Но однажды...мне приснился сон. Он прерывается, чувствуя, что снова переходит границы, но Тэхён подталкивает его продолжать: — Что за сон? Чонгук делает вдох и говорит: — Я был на поляне, или в месте, очень похожем на неё, — туманные изображения всплывают в памяти и мелькают одно за другим, когда он продолжает рассказывать. — Повсюду были эти большие, прекрасные цветы, они расцветали вокруг меня. Это было удивительно, — он чуть улыбается. — А ещё кто-то сидел рядом со мной, но у меня никогда не получалось вспомнить лицо этого человека, вообще ничего, просто...чувство, будто я окутан теплом. — Ты- Ты видел кого-то? Чонгук кивает. — Да. Если честно, я... Парень сомневается. Когда он смотрит на Тэхёна, то видит напряжение на его лице, будто бы тот затаил дыхание. — Я хочу открыть цветочный магазин однажды, — признается он. — Самый большой в Сеуле, чтобы мама мной гордилась. Чонгук выдыхает; тело кажется каким-то лёгким, слабая улыбка появляется на его губах. — И...я очень надеюсь, что...тот человек из сна, что и он тоже будет гордиться мной. Кем бы он ни был. Какое-то время они сидят в тишине, Тэхён смотрит перед собой с очень странным выражением лица. И только Чонгук собирается сболтнуть что-нибудь глупое, чтобы разрядить обстановку и разрушить эту неловкую тишину, Тэхён поворачивается к нему. Он улыбается ему улыбкой такой же мягкой, как и цветы в разгар цветения. — Можешь закрыть глаза? Всего на секунду. Довольно странная просьба, но в глазах Тэхёна столько честности, переполняющей его, что Чонгук просто не в силах отказать. В окутывающей темноте Чонгук слышит шелест одежды и чувствует руки, обхватывающие его лицо и поворачивающие его в сторону, а потом — поцелуй в щёку. Такой же нежный и непродолжительный, как теплый летний дождь. Когда он открывает глаза, Тэхён смотрит на него сквозь длинные ресницы тёмными, привлекательными глазами. — Не смог удержаться. И прежде, чем он успевает подумать об этом, Чонгук приближается к нему. Он чувствует привкус соли, ресницы и белую кожу, а затем губы соприкасаются с его, мягкие и тёплые, и Чонгук снова закрывает глаза. Губы Тэхёна на вкус как сигаретный дым, но совсем чуть-чуть. Какое-то время они лениво целуются, пока у Чонгука не кончается воздух и он не отстраняется: — Я тоже, — говорит он Тэхёну. Тэхён выравнивает дыхание, его губы слегка приоткрыты, а ресницы трепещут. Поддавшись порыву, Чонгук убирает руку Тэхёна со своего лица и прижимает её к губам, целуя костяшки пальцев, сжимает крепко чужую ладонь в своей. Тэхён хрипло смеётся, блестящая от света чёрная чёлка колыхается, когда он трясёт головой. — Я так ничему и не научился, — говорит он с каплей горечи в голосе. — Мм? Не научился чему? Он опускает взгляд, на его губах играет странная улыбка. Чонгук уже хочет переспросить его снова, но Тэхён опережает его, наклоняется и целует снова. Пальцы соскальзывают с щеки Чонгука и находят его руку, крепко сжимая. Тепло, поглощающее его, такое неестественное, но Чонгук слишком увлечён губами Тэхёна на его собственных; Тэхён кусает его нижнюю губу, прежде чем облизать нежное место. Когда Чонгук отстраняется, удивлённый короткой вспышке боли, Тэхён спускается поцелуями по подбородку до его шеи. Чонгук откидывает голову назад, туманное, тянущее чувство охватывает его тело. Легкое царапанье зубов ещё сильнее ощущается на коже, и Чонгук чувствует сладкое покалывание, когда Тэхён осторожно кусает его в месте, где шея переходит в плечо. — Только не забывай, — он чувствует бормотание у своей кожи, холодное дыхание щекочет зацелованные места на его шее. Тэхён нежно посасывает то место, которое ранее укусил, и Чонгук чувствует возрастающий прилив удовольствия, разливающегося по всему телу, прежде чем снова теряется в водовороте ощущений. — Не забывай этого. Рука поддерживает его голову за затылок, потому что Чонгук уже не в состоянии поднять её самостоятельно. Ему всё ещё так тепло и уютно, его обнимают, крепко прижимая тело к телу, а ещё губы Тэхёна на его шеё, его дыхание, ощущаемое под рубашкой. — Пожалуйста. Чонгук хочет сказать, что это не может быть их последним разом, но он словно плавает в тёплом бассейне, полном пушистых облаков, и он такой сонный и опьяненный, так что там именно произошло прошлой но- — Эй, Чонгук-а? Чонгук-а! Чонгук пугается, когда лицо Юнги вдруг появляется в поле его зрения. — А? Что? — Ты весь пеплом обсыпался. — Чего? — Чонгук смотрит вниз и замечает, что его сигарета сгорела почти до фильтра, пепел падает прямо на его джинсы. — Вот чёрт. Чонгук отряхивает штаны от пепла, уголки его глаз затуманены ото сна. — Какой-то ты растерянный сегодня, не так ли? Чонгук глубоко затягивается, химикаты в фильтре оставляют отвратный привкус на языке. — Просто устал. — Точно. Уже придумал, что будешь делать с этим засосом на шее? Чонгук пугается второй раз за это утро. Он обхватывает шею рукой и Юнги хмыкает, ухмыляясь с сигаретой во рту. — И кто же это был? — Я...не помню, — тихо признается Чонгук, наклоняя голову, чтобы избавиться от сигареты. — Очаровательно, — отвечает Юнги, звуча абсолютно не впечатлённым. — Что ж. Хотя бы постарайся, чтобы Чимини этого не видел. — Чимин? — Чонгук косится на Юнги. — А ему до этого какое дело? — А, никакого. Совсем никакого. — По-любому что-то есть. — Для таких тупых мальчиков как ты, — протягивает Юнги, прерывая слова облаком дыма в лицо Чонгуку. — Никакого. Чонгук кашляет, отмахиваясь от дыма. — Хён, да ладно те- Чонгука прервал вибрирующий звук в его кармане. Он достает телефон и обнаруживает сообщение от Чимина: Тебе лучше купить мне новую зажигалку. — Это Чимини? — Да? Юнги понимающе смотрит на него. — Передай ему привет от меня. — Конечно, — Чонгук убирает телефон обратно в карман. Он встает и немного потягивается. — Хён, слушай. Можно взять твою зажигалку?