Неделя наоборот

      — Тикки! Мы совсем забыли про биологию!       Утро четверга и вся первая половина дня прошла без происшествий: Тикки спокойно отсидела все пять уроков, не ввязывалась в споры с Адрианом — хотя её заслуги тут не было, поскольку сегодня в расписании просто не стояла литература, — ни разу не прокололась ни на одной мелочи, и даже у Альи не было повода, чтобы в чём-то её заподозрить. И, вернувшись после занятий, Тикки и Мари пребывали в крайне хорошем расположении духа, чувствуя, что у них всё отлично, даже несмотря на отягощающий фактор в виде обмена телами.       Но за всеми хлопотами и заботами незаметно пролетели и вторник, и среда. И только в четверг после школы, накануне обещанного теста, Маринетт внезапно опомнилась: «Тест!»       В комнате стало неестественно тихо, так, словно секунду назад они громко не смеялись над очередной серией «Испытания».       Посмотрев на Тикки, девушка встретилась с такими же огромными, как два блюдца, синими глазами, в которых плескались ужас и паника.       — Так, спокойно. — Она подлетела к письменному столу и раскрыла учебник, который там лежал. — У нас ещё есть время, и, если постараемся, сможем получить четверку.       Квами с сомнением посмотрела на оптимистично настроенную подружку, но ничего не сказала; да и вообще, не в правилах Тикки пасовать перед сложными задачами.       Сев на стул и вооружившись ручкой и карандашом, лже-Маринетт воинственно расправила плечи и нацепила на лицо выражение «я со всем справлюсь».       Правда, когда перед ней встала задача выучить названия двадцати аминокислот, каждая из которых письменно очень похожа друг на дружку*, её решительность немного поколебалась. Но, что поделать, это — уже её проблемы.

***

      У Плагга в кои-то веки был спокойный и свободный ото всех обязательств вечер. Габриэль Агрест сегодня занимался предстоящим благотворительным аукционом, поэтому отвратительные и безжалостные — по мнению квами — посиделки были отменены; в расписании Адриана после школы не значилось ничего, а домашняя работа… Думаете, Плагг хоть раз к ней притронулся за всю неделю? Кажется, ответ очевиден.       Но у Адриана не всё было так хорошо, как казалось на первый взгляд. И пусть Плагг уже изрядно подпортил репутацию хорошего мальчика, но сегодняшнее его настроение было связано не с этим прохвостом, а с другим, не менее важным человеком. А если говорить точно — с его отцом, с Габриэлем Агрестом.       Последние изменения в его поведении не могли оставить Адриана равнодушным, ведь речь всё-таки идёт не о ком-то, а о его родном отце. И пусть тот не всегда проявляет по отношению к сыну платонических чувств, он всё равно, несмотря ни на что, остаётся членом его семьи. А семья — превыше всего.       Исходя из всех этих рассуждений, в послеобеденное время Адриан оставил своего хитрого квами в одиночестве пинать балду в комнате, а сам отправился на поиски старшего Агреста, чтобы понаблюдать и проанализировать его поведение.       Вылетев из своей комнаты, Адриан поднялся как можно выше к потолку в согласии с теорией, что наверх никто не смотрит, а значит, там он находится в, хоть и относительной, но безопасности.       Взяв курс на кабинет отца, Адриан не спеша плыл по воздуху, благо его возросшие в геометрической прогрессии способности к полёту позволяли подобное. Агрест не признавал этого вслух, но он, если честно, был чертовски доволен обретённым навыком полёта. Жаль, что при составлении резюме нельзя будет упомянуть об этой его способности — люди вряд ли это поймут, ровно как и его трудовой стаж супергероя.       Добравшись наконец до искомой двери, Адриан замер в нерешительности: а что, собственно, делать дальше?       Но, к счастью, ему не пришлось долго ломать голову над этим вопросом.       — Хорошо, месье Агрест. — Дверь открылась, и высокая брюнетка в очках показалась на пороге. — Я передам месье Дюпэну, что вы хотите больше помадки.       — Отлично! — послышалось в ответ.       И прежде чем Натали успела закрыть дверь, Адриан ловко протиснулся в щель и поспешил спрятаться за выступом рамки картины на стене.       — Какая ещё, черт возьми, помадка?! — Адриан услышал чей-то писклявый голос, который всеми силами старался звучать грозно.       — Вкусная! — явно издеваясь, ответил другой голос, принадлежащий Габриэлю.       — Ну, погоди у меня! — грозно зашипел первый. — Я тебе ещё покажу!       — Чего ты так разволновался? Тебе нельзя нервничать, — примирительно начал второй.       — Я и не нервничаю, — вздохнул его собеседник. — Но ты всё портишь.       — Ох, не переживай, мой друг. Воспринимай всё происходящее как отпуск — ты заслужил.       Собеседник отца в очередной раз вздохнул, после чего Адриан услышал, как хлопнула дверь, объявляя, что Габриэль Агрест покинул помещение. Только после этого ненастоящий квами отважился выглянуть из своего укрытия, чтобы узнать, с кем же говорил его отец.       Но — увы! — комната была пуста.

***

      — Боюсь, это совершенно безнадёжно, — вздохнула Тикки, когда в очередной раз не смогла правильно назвать все функции белков в организме. — Я совершенно не создана для биологии — я слишком гуманитарий. — Она опустила голову на руку, лежащую на столе, и несколько раз повторила это движение.       Маринетт развалилась на столе, с трудом стараясь не закрывать глаза и проваливаться в сон. На неё внезапно навалилась такая усталость, что даже рукой пошевелить было лень. Видимо, Тикки действительно безнадёжна в естественных науках, раз уж даже терпеливая девушка в конце концов окончательно умаялась.       — Я уверена, что у тебя всё получится, — заплетающимся языком обнадёжила её Мари. — Нужно просто постара-а-аться. — На слове «постараться» девушку охватила зевота.       — Структурная, ферментативная, транспортная… энергетическая? — Тикки полезла в учебник. — Нет! Энергетическая у липидов! Боже, какой позор: почему я не могу это запомнить?       — Не переживай так сильно, — промямлила девушка, находящаяся на тонкой грани между сном и реальностью. — Можно ведь списать…       — Я не умею списывать! — оскорбилась Тикки, но после этого её вспышка гнева моментально рассеялась, и она снова вернулась к изначальному чувству тоскливой обречённости. — И почему у меня не получается? Ведь даже Адриан с этим справ…       В эту секунду в её голове появилась отчаянная мысль, которую та первым делом постаралась забросить куда подальше, но которая постепенно снова назойливо возвращалась.       «Стоит или не стоит? Вот в чём вопрос!» — размышляла Тикки.       В этот момент послышалось тихое сопение, которое означало, что Мари окончательно сморил сон.       Для квами это послужило знаком: раз уж теперь на помощь Дюпэн-Чэн рассчитывать не приходилось, у неё есть только один выбор.       Аккуратно переложив девушку на кровать, Тикки побросала в рюкзак тетрадки и учебники, после чего сверилась с часами на компьютере: 18:30. Не очень поздно, но и не рано, — в самый раз.       После этого, черкнув на бумажке маленькую записку для Маринетт — на случай, если та проснётся и не застанет её дома, — Тикки открыла дверь люка и исчезла внизу.       И пусть эта идея кажется ей дурацкой, но, как она сказала себе ранее, выбора у неё особого нет. Так что вперёд и с песней!

***

      — Где ты был?       Плагг развалился на диване в комнате Адриана и поедал круглые орешки в шоколадной глазури. Конечно, он не смог отказать себе в удовольствии подбрасывать их в воздух и ловить ртом, поэтому вокруг него по полу уже тут и там валялось вышеупомянутое угощение.       — Я был у отца.       Адриан только что вернулся со своей «разведки». Его мысли были настолько заняты отцом, что он даже не стал отчитывать квами за устроенный беспорядок.       — И что ты там делал? — поинтересовался Плагг, подбрасывая очередной орешек, который вновь упал на пол.       — Я просто хотел узнать, что с ним происходит, и поэтому посидел немного в его кабинете.       Плагг замер с открытым ртом, и в данный момент он открыл его не для еды.       — Погоди-ка… — насторожился он. — Ты что, шпионил?!       Адриан пожал плечами.       — Похоже на то, — согласился тот. А что тут ещё скажешь? Именно этим-то он и занимался.       Брови квами поползли вверх, а лицо приняло чудаковатое выражение: на нём одновременно были запечатлены недоверие, удивление и восхищение.       — А ты не так безнадёжен, как кажется, — в конце концов улыбнулся он, снова возвращаясь к своему лакомству. — Быстро учишься.       — Ты это к чему? — не понял Адриан.       — Ну, учишься быть хитрым и скрытным, как это и положено квами Кота Нуара.       Агрест закатил глаза.       — Я всего лишь подслушал разговор, — заметил он. — Я же не код от сейфа подсмотреть туда отправился, а просто, чтобы узнать, что происходит с моим отцом.       — Но ты уже ступил на нашу скользкую дорожку, — продолжал преувеличивать Плагг. — Сначала подслушанные разговоры, а потом обворовывать сырные лавки. И всё это — только начало тернистого пути.       — Хватит паясничать, — отмахнулся Агрест. — Лучше послушай, что я услышал.       И парень стал кратко пересказывать другу подслушанный им разговор.       — И когда я выглянул из-за рамки, то там никого не было, понимаешь. Ни-ко-го, — закончил своей рассказ ненастоящий квами.       Плагг почесал в затылке, после чего его лицо приобрело снисходительное выражение.       — Адриан! — рассмеялся он. — Мне что, объяснять тебе сейчас принцип работы видеозвонков?       Парень непонимающе уставился на улыбающегося квами.       — Ты это к чему? — Кажется, он уже не раз задавал сегодня этот вопрос.       Покачав головой, Плагг снова вернулся к своим орешкам.       — Адриан, твой папаша просто разговаривал с кем-то по видеосвязи — это же очевидно.       Нахмурившись, Адриан всё ещё выглядел неуверенным.       — Но этот кто-то ему угрожал, — возразил он. — Говорил, что он ему «покажет». И это всё из-за помадки!       Квами глубоко вздохнул.       — Тогда всё тем более понятно, — спокойно начал объяснять он. — Я, конечно, не секу, сколько нынче нужно отвалить бабла на помадку, но если твой отец хочет много помадки, то это явно обойдётся ему в круглую сумму, ровно как и весь завтрашний банкет. Вот он и разговаривал, небось, с одним из своих многочисленных сотрудников, который отвечает, там, не знаю, за какие-нибудь расходы. И будь я на месте этого человека, я бы тоже твоему отцу сказал пару ласковых: он ведь за последние пару дней столько денег потратил — вспомни хоть тот случай с больницей в воскресенье. Так недалёко и банкротом сделаться.       Адриан задумчиво склонил голову набок.       — Ты уверен?       — Сто процентов, — утвердительно качнул головой квами. — Ну, или девяносто, на крайний случай. Но вообще да, я уверен.       Сказав это, Плагг положил конец их разговору. Но Адриан не был до конца уверен в том, что его друг прав: что-то — интуиция? — подсказывали ему, что здесь явно не чисто. Но у него не было ровно никаких доказательств, а версия Плагга казалась слишком реалистичной, чтобы пытаться её оспаривать.       На том и порешили.