Little White Lies

Луи собирался убить его — может, специально, а может, и нет. Специально, потому что Гарри только что отправил ему весь список возмутительной лжи об их отношениях, и шатен начал понимать, каким безумием это все было. Но теперь он сам являлся частью этого. Конечно, Луи не мог запомнить все их выдуманные летние прогулки, анекдоты, которые придумал Гарри за восемнадцать месяцев, и то, как он пытался впечатлить Луи — то есть Джеймса — своими навыками жонглирования. И неужели это было самой приемлемой вещью, которую Гарри мог рассказать коллегам по работе. Так что да. Либо Луи встретится с кудрявым, чтобы попрактиковаться в их «семейных отношениях» и прибьет его из-за всех этих требований, либо он опять же убьет его, но случайно. В их первой переписке по почте они договорились встретиться, чтобы обсудить детали и узнать друг друга. Чтобы не потеряться в толпе, Гарри, переступив через себя, отправил шатену свою фотографию. В ответ он получил селфи, возможно, самого красивого мужчины, которого он когда-либо видел. Луи был прекрасен, и на минуту Стайлс даже загордился тем, что у него такой муж, пока не вспомнил, что он был ненастоящим. Но это было просто одно селфи. Хотя Гарри был абсолютно уверен, что это и правда Луи (ведь он попросил его сфотографироваться вместе с распечатанной версией объявления), фотошоп в наше время был просто волшебным, так что кудрявый не должен был так слепо этому верить. Луи мог использовать фотошоп или же попросить своего друга сфотографироваться вместо него. Еще Стайлс рассматривал вариант, где Луи был полицейским, который думал, что Гарри занимался эксплуатацией детей-актеров или даже платил тем, кто был мил с ним на публике. Но он старался даже не рассматривать этот вариант. Гарри был уверен, что не делал ничего противозаконного, и это все Найл со своими сумасшедшими и пугающими догадками. Конечно, ирландец — юрист в сфере развлечений, но он также был известен тем, что постоянно ставил Гарри в неловкое положение. И это было предложением Найла — выложить объявление на Craigslist, поэтому это не могло быть настолько незаконным. Странным — да, незаконным — вряд ли. Луи предложил встретиться в пабе неподалеку, и, несмотря на то, что Гарри знает обо всей истории про объявление, и в этом нет ничего романтичного, для него это было словно свидание. Свидание, на котором только Гарри будет рассказывать о себе, а Луи — показывать фото Эрнеста, но также в течение которого Стайлс решит, стоит ли эта семейная идиллия с Луи и его младшим братом двух тысяч фунтов.

***

Хоть Стайлс и убеждал себя в том, что это лишь деловая сделка и он не должен даже надеяться на Луи, которого, может, даже не Луи зовут, и который, возможно, не выглядит так же, как на фотографии, и вообще может не прийти, Гарри занервничал в два раза сильнее, когда переступил порог паба. Они договорились встретиться в 17:30, сразу после работы, что не сыграло на руку Гарри. Каролина снова подкатывала к нему, спрашивая о личной жизни, явно разочарованная тем, что все было стабильно и без драмы, к тому же он сделал акцент на том, что счастлив со своим партнером. Он вздохнул, погруженный в проблемы, которые ему нужно скорее решить, когда кто-то плюхнулся на сиденье напротив него. Гарри подпрыгнул от неожиданности и опрокинул свой напиток прямо на незнакомца. — Упс, — выдохнул Стайлс, залившись краской, как только осознал, кто был этим незнакомцем. Луи лишь улыбнулся, казалось, вообще не заботясь о пятне на черной рубашке, которая идеально облегала его тело и еще больше выделяла грудь, пропитавшись пивом. Гарри просто охренел. — Привет. Приятно знать, что мой муж — это несчастный случай. Задаюсь вопросом, почему мы не встретились в цирке, хотя с твоими рефлексами тебе туда нельзя. Гарри простонал, когда увидел эту великолепную ухмылку и сияющие чистые голубые глаза, которые удивленно смотрели на него. Да, он точно просто охренел. Видимо, Луи сжалился над ним, его действия стали мягче, он поднял бокал Гарри и подозвал официантку. — Можно два бокала пива? И что-нибудь, чтобы вытереть это? Мне очень жаль, он немного неуклюжий, — попросил Луи, указывая на Гарри, и это выглядело так естественно и интимно, что Стайлс не смог успокоить свое сердце. Он хотел запечатлеть эту нежную улыбку и хранить у себя вечность. Гарри также осознал, что это, наверное, ненормально — думать так о человеке, с которым даже не встречаешься, и, возможно, ему нужно было сказать что-то большее, чем просто «упс». Прочистив горло, он поблагодарил официантку и принес извинения, но она выглядела слишком очарованной Луи, чтобы вообще беспокоиться о беспорядке. — Мне правда жаль, я не… Хотя, если учесть то, что мы уже давно «замужем», ты уже свыкся с моими недостатками, и мне не нужно лгать. Так что ты абсолютно прав, я чертовски неуклюжий, — протянул кудрявый и невинно улыбнулся, обнажая свои чудесные ямочки. Мужчина просиял в ответ и собрался заговорить, как его прервала официантка, вернувшаяся с двумя новыми пинтами. — Спасибо, милая, — искренне сказал он и потянулся за бокалами, ставя один для Гарри, а другой — для себя. Это было одной из хороших заметок в дневнике Гарри. Ты можешь многое рассказать о человеке, исходя только из того, как он обращается с обслуживающим персоналом. Однажды он встречался с парнем, который свистнул официанту, чтобы привлечь его внимание. Гарри пришлось оставить большие чаевые, чтобы извиниться, и тут же уйти. Они недолго пялились друг на друга, просто рассматривая внешность, и Гарри прилагал огромные усилия, чтобы подавить румянец и застенчивую улыбку, которые грозились появиться на его лице. Все было чудесно, казалось, он выглядел привлекательным для Луи — он заплатит ему больше, если, конечно, тот согласится — Гарри держал себя в руках, напоминая себе, что это лишь сделка. Он всеми силами старался сохранить нейтральное выражение лица, прежде чем взять сумку и вытащить из нее лист бумаги. — Итак, эм. Спасибо, что делаешь это и что ответил на объявление, и все такое. У него было мало шансов. Так что да, я просто счастлив. Я эм… Я распечатал список вещей, которые ты должен знать, и еще контактные данные. Я не знаю, мой друг Найл настоял, думаю, я рассказывал тебе о нем по телефону. Оу, ты, кстати, его хороший друг, благодаря тебе он получил ра- — Работу в моей юридической компании. Я помню из нашего разговора, любовь моя, — с ухмылкой продолжил Луи, протягивая руку за документами, которые парили в воздухе, пока Гарри говорил. — Я понимаю, тут вроде как нужно очень много понять, — снова начал Гарри, когда Луи перевернул очередную страницу, осознавая, что тут и правда было лжи на пять страниц. — Поэтому я рад, что ты просто просматриваешь это. Луи поднял свой взгляд, встретившись со взглядом парня, но тот был совершенно пустым. Гарри понял, что шатен о чем-то задумался, и ему безумно хотелось узнать о чем. Затем Луи улыбнулся, он выглядел очень любящим с морщинками вокруг глаз и вздернутым носиком. Гарри хотел бы знать все выражения лица Луи, особенно когда тот счастлив и улыбается. — Гарри, ты не должен ничего стесняться. Я думаю, это самое интересное и удивительное предложение в моей карьере. Хотя, признаюсь, сейчас моя планка немного упала, раньше я выступал только в Вест Энде (п.п. западная часть центра Лондона, к западу от стены Сити, в которой сосредоточена театральная и концертная жизнь). А теперь давай посмотрим, соответствует ли главный герой твоим ожиданиям, пока я пытаюсь запомнить годовщину нашей свадьбы и то, почему я согласился на морковный пирог на приеме, — сказал он, протягивая кудрявому телефон с целым альбомом фотографий Луи и двух очаровательных малышей. Сколько? Два? Гарри резко выдохнул, а его сердце начало биться быстрее от вида Луи, играющего со своими братьями и сестрами. Он всегда представлял, что у Джеймса только две сестры, но у Луи их на самом деле куда больше: пять сестер и младший брат. Две пары близнецов. На секунду в голове у Гарри пронеслась предательская мысль о том, что это заложено генетически и у Луи тоже могут быть близнецы, но он тут же заставил её исчезнуть. — Он полностью схож с фотографией у меня на рабочем столе, это отлично, правда. Думаешь, он не будет сильно испуган, когда я назову его «маленьким Пикассо»? — Гарри нахмурился, чувствуя себя виноватым за то, что вовлекает во весь этот фарс настоящего ребенка. Луи лишь выпустил смешок и покачал головой так, будто только что вспомнил что-то забавное. Кудрявый предположил, что это воспоминание — на самом деле, тот факт, что Гарри решил назвать «их» ребенка Маленьким Пикассо, а не как-нибудь более популярно, например, маленькая фасолинка. — Чувак, Эрни будет любить тебя, пока будет получать за это конфетки Haribo. Еще он любит внимание, так что все в порядке. Я серьезно с ним поговорю и скажу, что Пикассо — это супер секретное кодовое имя Пикачу, и, скорее всего, через пару дней он будет просить называть его именно так. Это звучало успокаивающе, но затем Луи нахмурился. Внутри Гарри разрослась паника, как только мужчина собрался заговорить снова. Что, если он передумал? — Думаю, должен предупредить, что Эрни называет меня Ачу, и, кажется, это не исправить. Гарри тут же расправил плечи и выдохнул. В этом не было ничего плохого. Если честно, это было невероятно мило. — У нас все получится. Дети часто используют странные фразы. Скажем, что он стал тебя так называть после того, как ты простудился на прошлой неделе и сильно чихал. Гарри видел, как лицо Луи засияло, а затем шатен разразился в красивом заражающем смехе, и теперь Стайлс был зависим от этого звука. — Вот и понятно, как ты впутался во все это. Но в любом случае, Гарри, все отлично. Меня все устраивает. Контракт хороший. Только мне нужно узнать немного больше о тебе. И, оу. Кажется, Гарри — не единственный, кто хотел бы, чтобы это было свиданием, а не странным предложением работы. — У меня есть целых пять страниц, чтобы узнать, кто я, я имею представление о нашем сыне, но ничего не смогу сказать о тебе. Как порядочный муж, я должен знать хотя бы базовые вещи: твоя семья, твои взлеты и падения, любимое пиво и цвет. Давай начнем с твоего дня рождения и полного имени. Ну, или Гарри все же единственный. Звучит логично, конечно, Луи должен хоть что-то о нем знать. Каждый муж должен знать подобную информацию. Ничего особенного. Гарри пытался не расстраиваться. Когда его прервал чей-то высокий писк, Стайлс был на середине своего рассказа о том, почему он ушел с предыдущей работы журналиста. Кто-то встал рядом с их столиком. — О мой Бог, ты, должно быть, муж Гарри, Джеймс. Не могу поверить, он никогда раньше не показывал нам фотографии. Ты прекрасен! Меня зовут Джеси, уверена, ты уже слышал обо мне, — проговорила девушка и протянула мужчине руку, пока Гарри хотел просто провалиться под землю. Контракт с издевкой смотрел на них обоих, лежа напротив пустой пинты Луи, будто наблюдая за абсурдностью ситуации. Кудрявый никогда, ни разу не встречал коллег в этом пабе, но, конечно же, встретил сейчас, когда пытался создать свою фейковую семью. Может, это был момент истины. Выглядят ли они правдоподобно? Справится ли с этим Луи? Хочет ли он вообще участвовать в этом? Это был его последний шанс сбежать и отрицать, что он Джеймс. Это бы доставило Гарри кучу проблем, но, вообще-то, он сам создал эти проблемы. И он справится с ними. Если понадобится. Ты все еще можешь разыграть пищевое отравление, — пронеслось у него в мыслях. — Рад с тобой познакомиться, Джеси Нэльсон, я прав? Делаешь статьи о музыке? И обожаешь йоркширский чай? Девушка, с которой у нас одинаковые вкусы, — поддразнил Луи и подмигнул кудрявому, пожимая руку его коллеги. Джеси вскрикнула, толкая локтем Гарри, который был полностью ошарашен. — Ох, он мне нравится, Хазз! Она улыбалась ему, и Стайлс понял, что от него все еще ждали реакции. Он фыркнул на слова Джес и сосредоточился на ответе. — Вообще-то, я начинаю ревновать, — он посмотрел на Луи, который, оказывается, был хорош в импровизации. Томлинсон протянул руку и накрыл ей ладонь кудрявого, поглаживая костяшки. Он устроил целое представление, уделяя особое внимание безымянному пальцу, на котором красовалось кольцо мира, которое Гарри носил с восемнадцати лет. Но Джеси не знала этого. Гарри будто чувствовал, как она таяла, пока Луи внимательно на него смотрел. — Не стоит, любовь моя, ты же знаешь, что ты — единственный для меня уже столько лет. И, да, возможно, эти слова заставили самого Стайлса растаять. — Оу, как очаровательно, — проворковала Джес, прежде чем собраться. — Оставлю вас наедине, Гарри. Ты много работаешь, так что наслаждайтесь свободным временем без малого. Луи засмеялся и благодарно кивнул. — Было приятно с тобой познакомиться, и ты абсолютно права. Гарри неустанно твердит мне прекратить брать мои файлы на свидания, — он взял в руки листы и запихал в свою сумку. Гарри понял, что настала его очередь что-то предпринять, так что он поднял руку Луи и нежно поцеловал ее. — Малыш, ты же знаешь, я просто волнуюсь, что временами ты слишком много работаешь, — сказал он, пожав плечами, и не смог не улыбнуться, встречаясь с блестящими глазами Луи. Может быть, он впечатлил Луи своей актерской игрой. Может быть, если он впечатлил его достаточно сильно, тот захочет провести время с Гарри даже после их представления завтра. Может быть, он подкупит Эрнеста, и тот соскучится по кудрявому. У него еще осталась целая пачка Haribo в кухонном шкафу. — Боже мой, ты знаешь, завтра все просто сойдут с ума, когда ты приведешь с собой Джеймса и вашего малыша. Напомни, как его зовут? — сказала Джеси, задерживаясь у стола, взволнованно смотря на Луи и Гарри. — Эрни. Эрнест — полное имя, — ответил кудрявый, не сводя глаз с Луи. Все, что было в голове — это бесконечный поток мыслей о голубыхголубыхголубых глазах напротив. — Наш маленький Пикассо, хм? — пробормотал Луи, звуча при этом нежно и игриво, как будто он вот-вот начнет безудержно смеяться из-за прозвища, на что Гарри лишь широко улыбнулся, показывая свои ямочки. — Точно! Не могу дождаться, чтобы увидеть его. Я видела его рисунки и очень впечатлена. Джеймс, еще раз, рада встрече. До завтра! И наконец Джеси утащил один из ее друзей, с которыми они играли в бильярд на другом конце паба. Гарри проводил ее взглядом и заметил краем глаза, что Луи сделал то же самое, прежде чем с облегчением отпустить руку, когда девушка, наконец, отвернулась. Стайлс посмотрел на Луи и увидел, что тот смотрел на него в ответ с любопытством во взгляде, что Гарри было сложно прочитать. — Так значит, мы и правда делаем это, хм? — Я имею в виду. Технически, мы можем устроить большой скандал, а завтра я скажу, что мы развелись. Я не считаю это хорошим вариантом, но ты понимаешь. Это твой выбор, — быстро проговорил Гарри. Он просто кое-что понял. Он врал так долго, и что решит очередная ложь? Возможно, он даже вызовет жалость, если преподнесет все как следует. Луи обвел его вызывающим взглядом, а затем полез в рюкзак за контрактом. Схватившись за ручку, он пролистал страницы, пока не нашел нужный и не нацарапал что-то на пунктирной линии, а затем протянул лист Гарри. — Вот. Мой выбор. А теперь вернемся к делу. Расскажи мне больше о том, почему ты решил, что путешествия — это не твое? Ты скучал по дому? Только поэтому я уволился из театра, который колесил по миру. Гарри не мог не посмотреть на место, к которому Луи неосознанно потянулся, потирая татуировку компаса на руке. Он мог слабо разглядеть слово «дом» вместо севера, и Гарри был просто обречен на то, чтобы всю ночь думать об этой татуировке, которая так идеально подходила к кораблю на его левой руке. Но никто не должен был об этом знать. Это была всего лишь еще одна маленькая невинная ложь. Только на этот раз никто не слышал ее, кроме него самого.