стокгольмский синдром?

The Pussycat Dolls — Buttons Я сонно протер глаза, стоя на кухне в одних семейных трусах Чунмёна, приготавливая для нас кофе. У меня болело все тело, так как прошлой ночью мы решили продолжить изучение Камасутры. Я, конечно, не раз занимался сексом, но что бы подряд сделать это сначала в ванне, потом на полу в гостиной, потом сзади на пианино, потом у стены, и наконец несколько раз на кровати — такого у меня еще никогда не было. Я потер ягодицы, поморщив нос от боли. И все же я понимаю, что мне этого мало... Я мазохист? Чуть улыбнувшись, я стал разливать сваренный кофе по кружкам в тот момент, когда Чунмён зашел на кухню, сонно зевнув. Поправив свои семейные трусы, он обнял меня со спины, положив голову на моё плечо. — С добрым утром, — прошептал я, поцеловав его нос. Он улыбнулся с закрытыми глазами, чуть укусив моё плечо. — Тебе не жалко моё бедное тело? — Я что, один вчера этого хотел? — Нет. Не один. — Тогда не возмущайся, пароходик мой. — Тебе легко говорить, у тебя все тело не ломит! — Я точно на тебе не женюсь, истеричка. — Это мы еще посмотрим. — Какие мы грозные. — Чунмён, заткнись. — Сам заткнись. Я чуть улыбнулся, и специально замолчал. — Обиделся? — Еще чего. Чунмён нежно поцеловал моё плечо, спустив руки к низу моего живота. Еще одна близость с ним, и я умру от сердечного приступа.

POV Сухо

Я плавно водил руками по животу Бэкхёна, языком вылизывая дорожки на его лопатках. Он облизал свои губки, томно закатив глаза. Мой мальчик был весь в моей власти, в моих руках. Он казался мне таким хрупким, таким маленьким, таким нежным. Моё сердце не слушалось меня, оно билось лишь ради него. Моя рука залезла в его трусы, и плотно ухватила его горячую и возбуждённую плоть. С губ Бэкхёна слетел тихий стон, но даже он лишил меня кислорода в лёгких. Никаких слов не хватит, что бы передать все мои чувства к нему, все эмоции, которые он вызывает у меня. Это слишком глубоко. Слишком лично. Слишком серьёзно. Я стал водить рукой вдоль ствола его члена, вызывая у него мурашки на коже и дрожь в теле. Он тихо стонал, полностью отдав себя в мои руки. Мой, только мой мальчик. Я никогда не отдам тебя Тао. Я больше никому тебя не отдам. Движения руки ускорились, его стоны стали громче. Нахмурив брови, он без конца и края облизывал свои губы, положив ладонь на мою свободную руку, которая гладилa низ его живота. Спиной он плотно прижимался к моей груди, и по нему было видно, что он получал неземное удовольствие. Я улыбнулся, скрестив наши пальцы на руках. — Чунмён... — тихо прошептал Бэкхён. Как же обожал, когда он произносил моё имя... Когда смотрел на меня то невинным, то жадным взглядом. Когда прикасался ко мне, когда целовал меня, когда говорил, что любит... Я закусил губу, наслаждаясь его стонами, которые заполнили всю квартиру. По его виску медленно скатывалась капелька пота, и он откинул голову назад, жадно хватая воздух губами. Я надавил большим пальцем на головку, и мой мальчик, с протяжным и громким стоном забился в оргазме, изливаясь мне в руку. Бэкхён схватил меня за затылок и нагнул к себе, впиваясь в мои губы. Я медленно развернул его к себе, что бы было удобнее его целовать и обнимать. Чёрт, если бы это мгновение могло продлиться вечно... Как же я давно этого хотел. Бэкхён сильно прижался ко мне, заставив меня упереться о стол, который стоял сзади меня. От нехватки воздуха, мы неохотно разорвали поцелуй, посмотрев друг другу в глаза. — Я практически во всем убедился. Он изогнул бровь, чуть улыбнувшись. — В каком смысле? — Ну, я знаю, что ты правда умопомрачительно целуешься, что твои прикосновения и стоны сводят с ума. Осталось проверить только одно. Я закусил губу, и моё тело бросило в жар, лишь при одной мысли об этом. — Что именно? — в его глазах зажегся огонь, который показал мне, что он понял, о чем я. — Как там Тао писал? Что твои губы делали ниже его пояса? — прищурив глаза, промолвил я, но Бэкхён лишь хитро улыбнулся, наигранно пожав плечами, как будто он не знает. — А как же самореклама, что ты делаешь охренительные минеты? — Ты хочешь, что бы я сделал тебе минет? Он так непринужденно произнес это, будто я попросил его сделать мне бутерброд. Я медленно оттянул его нижнюю губу, тихо прошептав. - Хочу. Он вздрогнул, хотя и попытался скрыть это. Глупенький... Я же всё вижу. Всегда вижу. Бэкхён еще раз поцеловал меня в губы, перейдя к шее. Его руки гладили мои бока, а его губы спускались все ниже и ниже, усыпая мой торс поцелуями и мелкими укусами. Мне стало еще жарче, я просто перестал чувствовать своё тело. Это наваждение, это безумная страсть. Это больше, чем просто страсть. Бэкхён встал на колени, спустив мои трусы вниз. Внизу живота стало приятно покалывать, и я облизал свои губы, сгорая от нетерпения. Его тонкие пальцы обхватили мой член, а его горячий язык медленно прошелся по головке. Меня чуть дёрнуло вперед, по телу прошла волна безумного блаженства, от которого хотелось кричать. Бэкхён стал медленно облизывать весь ствол, сильно надавливая языком. Я вцепился руками в край стола, громко простонав во весь голос. Дальше мой мозг просто отключился, перестав воспринимать реальность. Я ощущал лишь прикосновения его губ, языка и пальцев к моему телу. Он то облизывл, то посасывал, то что-то делал руками... Я даже не знаю, что, но эти ощущения, которые он мне дарил, навсегда впечатались в моё подсознание, как клеймо. Я еще никогда не испытывал такого райского блаженства от минета, как сейчас. Я не мог сдерживать стоны, которые оглушали меня... Приоткрыв глаза, я посмотрел вниз и встретился с ним взглядами... Он откровенно смотрел на меня, абсолютно не стесняясь, продолжая дарить мне неземной кайф... То, что он прожигал меня своим взглядом, сводило меня с ума еще больше, и я, не выдержав давления, ощутил прилив волны бурного оргазма... Все моё тело истекало потом, и я очень тяжело дышал... Бэкхён облизал свои губы, как ни в чем не бывало снова поднявшись на ноги. — Ну как? — с искрой в глазах спросил он, прекрасно зная, что это было охренительно. Я притянул его к себе, прислонившись своим лбом к его. — Я когда нибудь тебя просто съем... Бэкхён чуть рассмеялся, обхватив мою шею руками. — Я настолько вкусный? — Слишком сладкий. Как молочный шоколад. А я обожаю молочный шоколад... Он закусил губу, чувственно поцеловав меня. Отстранившись, он повернулся к плите, грустно посмотрев на кофе. — Он уже остыл. — Давай я сделаю новый. — А тебе не надо сегодня никуда идти? — Нет, я останусь дома, нужно заняться переводами денег. Он удивленно изогнул бровь, посмотрев на меня. — Деньги, которые вы крадете? — спросил он, и я кивнул, и принялся варить новый кофе. — А куда ты их переводишь? Я кинул на него короткий взгляд, неуверенно сглотнув. Он доверился мне. Он искренен со мной. Я тоже должен... — В детские дома. — Так вы не берете деньги для себя? — Мы используем только малую часть, все остальное я перевожу детям. — Но это же не безопасно, ведь так? Тебя могу вычислить. — Я каждый раз использую новый ноутбук. Сехун, мой хакер, оснащает их программами специально для перевода. После я отдаю ноутбук ему, и он разбирает его по частям. Все это происходит довольно быстро, поэтому засечь невозможно. — Я почему-то так и думал, что ты отдаешь эти деньги детям. — Кстати про ограбления. Как ты вычислил нашу систему? — Я просто следил за вами. Первые два ограбленные банка находились на востоке Сеула, в пяти километрах друг от друга. Третье ограбление было на западе. Этот банк находился в пятнадцати километрах от второго банка. Четвёртое и пятое ограбления были на севере, снова пять километров. Шестое на юге, снова пятнадцать километров. Седьмое и восьмое на западе, девятое на востоке. Снова те же расстояния. Десятое на юге, где и должно было произойти одиннадцатое ограбление, а двенадцатое, тоже не состоявшееся, на севере. А потом только центральный банк. Но ограблений на юге и севере не случилось. Полиция предполагала примерно, как может выглядеть ваша система, но они не учли расстояния между банками. Вы совершали ограбления каждый день, но никогда полным составом. Все время были разные люди, ведь и банки были не такие крупные. А вот на Центральный вы пошли уже более в большом количестве. Почему те два ограбления не состоялись? Я был приятно удивлен. Система не была такой сложной, но она работала. — Потому что один из моих людей по неосторожности переспал с главным директором обоих банков. Не хотелось засветиться, ведь она бы его смогла узнать, будь то по фигуре или голосу. В общем не хотелось рисковать из-за него. Бэкхён еле сдавил смешок. — Всё ясно. Внезапно зазвенел мой телефон, и я осмотрелся вокруг. Он лежал на полу, возле пианино. — Да, Сэ? — Я нашел Шрама. — Ты уверен? — Ну... Я не уверен в том, кто кого нашел, но... В общем, это не телефонный разговор. Ты должен приехать. — Я понял, — положив трубку, я быстро побежал в спальню, что бы одеться. — Ты куда? Ты же сказал, что останешься сегодня, — разочаровано промолвил Бэкхён. — Это срочно. Я буду вечером. Может ночью. Может утром. — Что-то случилось? — обеспокоено спросил Бэкхён, побежав за мной. Я быстро оделся, и нежно поцеловал его. — Жди. С этими словами я покинул квартиру.