стокгольмский синдром?

Nathan Sykes — Tears in the Rain

Раз за разом я проигрываю. Каждую ночь я просыпаюсь в лихорадке, Потому что мой мир рушится. Я достаточно глуп, чтобы снова упасть. Каждую ночь я просыпаюсь в слезах, Потому что чувствую, что умираю. © The Rasmus — Night after night

Я прождал его три дня.Целых грёбаных три дня от него не было никаких вестей. Я не спал. Я практически ничего не ел. Я только сидел в кресле и ждал, что вот вот щелкнет дверной замок, и Чунмён войдет в квартиру. Но минуты тянулись, и ничего не происходило. Тишина душила меня в своих объятьях, даря свой колкий холод, от которого все моё тело покрывалось мурашками. Стояла глубокая ночь. Луна освещала комнату, но на небе не были ни звезды. Где ты? Внезапно дверь открылась, и я быстро дёрнулся, побежав к двери. Чунмён вошел, холодно посмотрев на меня. — Что случилось? Где ты был? Я так переживал... — я кинулся ему на шею, прижав его к себе. Его руки плавно отодвинули меня от себя, и я удивленно уставился на него. — Чунмён? — Одень куртку. На улице прохладно. — Куртку? Какая куртка? На улице конец июля! И вообще, куда мы идем? Он вздохнул и, сняв с себя его кожаную куртку, накинул мне ее на плечи. — Узнаешь, — отрешенно ответил он, достав из шкафчика черную повязку для глаз. — Чунмён, что происходит? — сердце покрылось коркой боли, и плохое предчувствие посетило мою душу. Чунмён молча завязал мне глаза, выпихивая из двери его квартиры. Я сопротивлялся, но он молчал. Он больно схватил меня за локоть и, не дожидаясь лифта, повел меня по ступенькам вниз. На улице дул тихий ветер, но от него не было холодно. Тогда почему я весь дрожал? Чунмён запихал меня в машину на первое сидение, громко захлопнув дверь. Мы молча ехали по городу, и я боялся произнести и слова. Мне очень не нравилось все это, моё сердце разрывалось на части от непонятного страха, который давил на мои лёгкие. — Чунмён? Что случилось? Он молчал. — Какого чертa ты ничего мне не говоришь? — крикнул я, закусив губу, что бы не дать волю слезам. Без лишних слов, Чунмён остановил машину, покинув ее. Открыв передо мной дверь, он вытащил меня на улицу, сняв повязку с глаз. Я проморгался, стараясь понять, где мы. Когда я это понял, моё сердце упало в пятки, и я начал задыхаться от жуткой боли, которая резко пронзила моё тело, мою душу. — Нет... нет... нет... Чунмён взял меня за плечи, и повернул к себе. — Ты свободен. — Нет, Чунмён, ты не... — Я привез тебя домой. — Дай мне ска... — Все когда-то кончается. — Еще три дня назад все было как в сказке! — Значит у нашей сказки не счастливый конец. — Что случилось, черт возьми?! — В твоей квартире сейчас находятся Чанёль, Крис и Тао. Они обрадуются, что с тобой все хорошо. — Не уходи от ответа, Чунмён. — Для тебя я Сухо. Вор. Бандит. Чужой человек. Я помотал головой, видя блеск слёз в его глазах. Ты не умеешь врать, Чунмён... — Это говоришь не ты. — Это говорю я. — А как же "Я твой мужчина"? — Забудь всё это. — Ты любишь меня. — Я никогда этого не говорил. — Это говорили твои глаза. И сейчас они тебя тоже предают! В них видно, что твоя душа плачет! Чунмён опустил взгляд, сглотнув. Было видно, что он еле держит себя в руках, что бы не заплакать. — Просто иди домой, Бэкхён. — Я не уйду, пока ты мне все не объяснишь! Он посмотрел в мои глаза, пряча дрожащие руки в карманы. Снова сглотнув, он неуверенно приоткрыл губы. — Я не люблю тебя, — громко промолвил он, вонзая острые клинки в моё сердце. Это была ложь. Наглая ложь. Но даже она приносила дикую боль. — Твои глаза говорят совсем другое... — Тао любит тебя. Он сможет сделать тебя самым счастливым. Я помотал головой, кусая свои губы. — Никто не сделает меня счастливым, кроме тебя! — Прощай, Бэкхён. Он резко дёрнулся с места, и побежал к двери машины. Мои ноги подкосились. Я хотел побежать за ним, но у меня не было на это никаких сил. На бешеной скорости Чунмён умчался прочь. Навсегда... По моим щекам ударил поток слёз, руки дрожали, я еле мог стоять на ногах. Меня словно опустошили... Вырвали все внутренности... Отняли душу... Где-то вдалеке раздался гром, и на меня стали капать мелкие капельки дождя. — Бэкхён? Я с трудом повернулся, увидев в дверях подъезда Тао. Шмыгнув носом, я сделал шаг ему навстречу, но тут же упал на землю, так как был просто обессилен. Тао сразу же ринулся ко мне, стараясь снова поднять на ноги. — Бэкхён! Как же я рад, что ты ты жив, что с тобой все в порядке! Он крепко обнял меня, и ему было плевать, что мы сидели под дождем, который усиливался с каждой секундой. Но я был так благодарен этому потоку воды. Я сильно зажмурил глаза, дав волю слезам. Ведь их все равно не видно под дождем.

* * *

— Боже, да ты весь дрожишь! Крис, сделай ему горячий чай! Тао, приготовь ему тёплую постель! Я пойду его в горячую ванну затащу! — кричал Чанёль на всю квартиру, раздавая всем приказы. Это давило на слух. Я устал. Крис и Тао послушались Чанёля, и направились выполнять его указания. Мой же друг потащил меня в ванну, стянув в меня кожаную куртку Чунмёна, и кинув ее на диван в гостиной. В ванной комнате Чанёль принялся раздевать меня, и набирать горячую воду. Я стоял, не двигаясь, уставившись в одну точку на кафельной стене. — Ты не хочешь мне помочь? — поинтересовался Чанёль, но я не отреагировал. Он нахмурил брови, понимая, что со мной что-то не так. — Они там над тобой издевались, да? У тебя палец сломан! Синяки! — Чанёль, давай я это сделаю, — тихо и спокойно предложил вошедший в комнату Тао, и Чанёль со вздохом кивнул. — Хорошо... Опустив голову, и бросив на меня обеспокоенный взгляд, он покинул нас, закрыв за собой дверь. Тао подошел ко мне, и стал снимать остатки одежды, помогая залезть в воду. Она обжигала все моё тело, было больно, но я молчал. Я терпел. Эта физическая боль не могла сравниться с той огромной дырой в моей груди. Тао сел на корточки, посмотрев на меня. Я обездвиженно лежал, наблюдая, как вода лилась из крана. Ее шум уносил меня далеко от этой жуткой реальности. — Бэкхён? — тихо прошептал Тао, дотронувшись до моего плеча. Я медленно повернул голову в его сторону, заглянув в его глаза. Не знаю, что он прочитал в моих, но он сразу же нахмурил брови, и убрал руку от меня. — Я бы хотел помочь, но боюсь, что это невозможно. Я чуть ухмыльнулся, медленно погрузившись в воду с головой. Задержав дыхание, я закрыл глаза. Сколько нужно, что бы человек стал задыхаться под водой? Сколько ему нужно, что бы умереть? Я потерял счет времени. Через несколько мгновений мне стало не хватать воздуха, но я насильно держал себя под водой. Мои руки стали дрожать, в сердце вонзился острый нож. Внезапно сильные руки схватили меня за плечи, и резко потянули наверх. Оказавшись на поверхности, я стал кашлять, ударяя себя в грудь. — Что ты творишь? — крикнул Тао, непонимающе и с некой боязнью смотря на меня. Я продолжал кашлять, выплёвывая горячую воду изо рта. Прости, Тао, но мне нечего тебе сказать. Я больше не тот Бэкхён, которого ты знал. — Что, черт возьми, могло произойти, что бы ты хотел покончить с собой? Тебе плевать на самого себя? Да, плевать. Без него мне на все плевать. Из глаз полились слёзы, но они было прозрачные, как вода. Их не было видно. Их чувствовал только я. — Вылезай, — Тао бережно помог мне выбраться из воды, накинув полотенце на мои плечи. Он стал вытирать меня, а внутри меня все перевернулось. Проклятое чувство дежавю заставляло скулить от беспощадной боли, и я еле держал себя в руках, что бы не разреветься на глазах y Тао. Он укутал меня в халат, открыв дверь в коридор. Отведя меня в комнату, он уложил меня в кровать, а рядом стоящий Крис подал мне кружку с чаем. Я молча взял ее в руки, сделав маленький глоток. Горячо. — Что с ним? — спросил Чанёль своего парня, и Крис нахмурил брови. — Может быть, шок? Скорее всего его пытали, ведь он был заложник. Посмотри на гематомы на его коже. — Вот козлы... Убью гадов... — Успокойся, Чанёль. Они убьют тебя быстрее. Все раны сможет залечить лишь время. — И забота! — Правильно, Чанёль. Но у Бэкхёна есть люди, которым он очень важен. Крис кинул взгляд на Тао, который сел рядом со мной, взяв мою ладонь в свою. Я чуть поёжился, освободив свою руку, и положив ее под одеяло. — Ладно, мы тогда пойдем. Я думаю, у вас есть, о чем поговорить, — сказал Крис, выпроваживая Чанёля за дверь. — Как? Мы уже уходим? — Пошли, пошли... Их голоса замолкли, и через несколько минут за ними захлопнулась дверь. Тао с вздохом посмотрел на меня. Я поставил кружку с недопитым чаем на стол, повернувшись на правый бок, к Тао спиной. Он тихонько погладил меня по волосам, после чего встал с кровати. — Спокойной ночи, Бэкхён... — тихо прошептал он, и немного задержавшись, все же покинул мою комнату, выключив в ней свет. Я не помню, что было последующие дни. Все было как в бреду. В памяти всплывают лишь некоторые моменты. Я каждую ночь просыпался, крича во сне. Тао прибегал и успокаивал. Но это ничего не давало. Я снова просыпался. Я снова кричал. Потому что мой мир рухнул. За один короткий миг.