Джейсон
2 октября 2017 г., 17:26
Морская вода лишь немного облегчила Перси боль, но исцелить и она не смогла. И так как мокнуть у берега совсем не улыбалось ни Джейсону, ни Уиллу, ни самому Перси, мальчики оттащили раненого товарища в укромное место. Поблизости был парк, и они устроились под большим деревом.
Уилл поддерживал Перси всю дорогу, иногда забирал его боль, чтобы ему было легче идти. Когда они с Джейсоном уложили его, Солас оставил их, а сам отправился искать хоть что-нибудь, что может помочь Перси.
— Ты чертов трус! — заявил Джейсон, как только они остались вдвоем.
— И ты туда же, — с тяжким вздохом отозвался Перси.
Его мелко трясло, лицо было покрыто испариной, он весь побледнел и держался за свой перевязанный бок. Джейсон укрыл его одеждой, которую они купили в молле.
— Если ты не заметил, Перси, ты умираешь!
— Думаешь, душевный разговор меня спасет? — съязвил юноша, тяжело дыша.
Джейсону очень сильно хотелось треснуть Перси, и не будь он в таком состоянии, он обязательно бы это сделал.
— Помнишь, когда меня ранили? — спросил он, присаживаясь рядом с другом.
— Это когда ты спас мою задницу на дне океана? — уточнил Перси.
Джейсон кивнул. Он тогда нашел свою золотую середину, наконец понял, чему хочет посвятить свою жизнь, и рана зажила сама собой. Вряд ли Купидон после того, что вытворил с ним Перси, оставил ему хоть малейший шанс на выздоровление, но попытаться стоило, ведь так? Но Перси ничего говорить не собирался.
Между парнями повисла тишина, нарушая глубоким тяжелым дыханием раненого.
— Честно? Я не думаю, что правда поможет тебе сейчас, — признался Грейс после долгого молчания. — Но ты хотя бы облегчишь свою душу.
— Я тут умираю, а ты хочешь, чтобы я тут плакаться тебе начал?
— Вот именно, что ты умираешь! — воскликнул Джейсон. — И из-за чего? Из-за того, что ты струсил признаться Купидону!
— Даже если время повернуть вспять, я бы поступил так же, — пробурчал Перси.
— Ты просто невозможный упрямый идиот!
— Да чего сокрушаться-то? — разозлился Перси, пытаясь принять сидячее положение, но боль в боку дала о себе знать, и он застонал. — Уже ничего не исправить все равно.
Джейсон только из чувства жалости к Перси еле сдержал себя, чтобы не наорать на него за совершенно безумную выходку в кафе. Как он мог после предупреждения двух Богов и его совета поступить так опрометчиво и поддаться своим эмоциям?
А еще больше его злило, что Перси за столько времени еще ни разу не выказал желания спастись. Он даже не запаниковал, не испугался, когда Уилл сказал, что яд его отравляет. Лишь раздраженно закатил глаза и устало выдохнул, словно такое происходит с ним сплошь и рядом. Он либо смирился со своей смертью, либо не осознавал, что происходит. И второе было более вероятней.
— У тебя есть кто-нибудь на примете, кто специализируется на ядах? — спросил Джейсон.
— У вас нет времени на это, — сказал Перси. — Вход в Подземное Царство в Лас-Вегасе, кстати. Ну а Геру ты сам найдешь.
— Мы не бросим тебя, — покачал головой Джейсон.
— Вы должны.
Перси своими большими зелеными глазами смотрел на друга как щенок, который погрыз всю мебель и теперь просит за это прощения. Вот только Перси не прощения просил. Он просил оставить его умирать.
— Я не собираюсь тебя бросать, — повторил Джейсон. — Ты бы так никогда не поступил.
— Хорошо, что ты — не я, и можешь поступить верно, — заметил Перси. Рана, видимо, заболела еще сильнее, потому что он болезненно поморщился и закрыл глаза. Но он взял себя в руки и снова посмотрел на Джейсона. — Ты ведь сам знаешь правильное решение. И ты единственный сможешь понять мое. Вам нужно найти оставшихся двух ор и вернуть Фемиду. Тогда она остановит безумства Богов и вернет Нико.
— С чего Фемиде возвращать Нико?
— С того, что Зевс наказал его из-за собственного самодурства, — зло прорычал Перси. — Прости, Джейсон, — тот пожал плечами, совсем не обижаясь на слова друга. В конце концов, он со своим отцом общался только раз и почти сразу успел его разозлить. — Фемида обратит на это внимание и заставит его отменить свое решение.
— Ага. Ты сам-то веришь своим словам?
— Мне сейчас в принципе сложно во что-то верить.
Джейсон зарылся руками в волосы, стараясь не застонать от безысходности. Он ведь знал, как опасен Купидон. Должен был сделать хоть что-то, но в самый ответственный момент он подвел друга. Привязанный, наблюдал за тем, как Бог пытался разговорить Перси и как тот, окончательно разозлившись, мучил Купидона. Как-то Джексон поделился своими впечатлениями об Ахлис в Тартаре и сказал, что Аннабет тогда испугалась. И боялась она именно его, а не за него. Тогда Джейсон смутно мог себе представить эту картину, теперь же она была прямо перед его глазами.
Перси скорее походил на дьявола, чем на себя самого. Его лицо исказилось гримасой страшной ненависти, зеленые глаза, казалось, горели пламенем. Вокруг него собирался водяной ураган, капли складывались в длинные мощные струи, которые как змеи ползли к Купидону и душили его.
Джейсон потряс головой. Это определенно не та вещь, которую ему хотелось бы вспоминать.
— Перси, почему ты не сказал Купидону правду? — спросил он.
— Ты опять? — устало спросил юноша.
— Я просто представить не могу, что это должно быть, чтобы ты предпочел совершить такое вместо спокойного разговора.
От ответа Перси спас Уилл. Он прибежал с пакетом, запыхавшийся, но времени терять не стал. Он опустился рядом с раненым, осторожно снял повязку и осмотрел рану. Она ни черта не заживала, но хоть кровоточить почти перестала.
— Уилл, ты что-то нашел? — с надеждой спросил Джейсон.
— Противоядие? Нет, — ответил лекарь, доставая всякие травки и препараты из пакета. — Но это хоть немного облегчит боль и сбавит жар. Выпей.
Он протянул Перси пару таблеток, кусочек амброзии и бутылку воды. Тот сомнительно посмотрел на маленькие белые кругляшки, но все же взял их и выпил без лишних вопросов.
— Почему ты это делаешь? — спросил Перси, наблюдая, как лекарь, нахмурившись, склонился над раной и что-то делал с ней, отчего Джексону становилось легче.
Уилл на секунду замер и посмотрел на Перси, вопросительно выгнув бровь.
— Потому что хочу облегчить твои страдания, — ответил он так, словно объяснял ребенку элементарные вещи.
Перси помолчал с минуту, обдумывая, стоит ли ему говорить это или нет. Ему ведь все равно нечего терять, да и Джейсон прав. Ему нужно облегчить душу. Уилл знал, что Нико прогнал его из-за Перси, но он не знал, почему ди Анджело на это пошел.
Солас сосредоточенно возился с его раной, чем-то ее смачивал, аккуратно вытирал, а потом мазал каким-то белым кремом.
— Ты спрашивал, было ли что-то между мной и Нико на острове, — начал Перси.
Уилл на секунду напрягся и замер, но потом продолжил чем-то обрабатывать рану. Он достал иголку с ниткой и предупредил:
— Сейчас будет немного неприятно, но мне надо зашить рану.
Джейсон выразительно кашлянул, кинув на Джексона вопросительный взгляд, но тот его проигнорировал.
— Два поцелуя.
Уилл замер, но головы не поднял. Он сел, продолжая пялиться в пол, и терпеливо ждал, пока Перси продолжит.
— В первый раз поцеловал он. Но это только потому, что он хотел быстрей избавиться от меня. Думал, что меня это оттолкнет.
Уилл не шевелился, а Джейсон закрыл рукою глаза и тихо выругался. Хотел бы он прямо сейчас заткнуть Перси и сказать, что совсем не вовремя ему приспичило правду матку резать, но пару минут назад он сам пытался вывести его на честный разговор. Что ж, он получил, что хотел.
— Во второй раз поцеловал его я.
Джейсон встал и принялся расхаживать из стороны в сторону, нервно взлохмачивая свои волосы. Уилл продолжал молчать. Перси не видел его лица из-за длинных прядей, его злость выдавали только крепко сжатые кулаки.
— Ты не стоишь Нико, — сказал он ледяным голосом. — У него хотя бы хватило смелости признаться в своих чувствах, ты же предпочел насилие правде.
Каждое слово Уилла било больнее, чем стрелы Купидона в стократ. А все потому, что они были правдой. Перси отвернулся, не в силах смотреть на сына Аполлона. Солас помолчал с минуту, а потом продолжил, так же не поднимая взгляда.
— Знаешь, он плохо разбирается в человеческих эмоциях, и ему важно говорить о своих чувствах, иначе он начинает додумывать, а это никогда ничем хорошим не заканчивается. А ты трус, Перси. Ты бы не смог с ним быть.
Джейсон внимательно смотрел на Перси. Тот сморщился, то ли от боли, то ли от стыда, но и слова не сказал в ответ Уиллу. И это было странно. Он не ответил, когда получил две оплеухи от него, отказался принять амброзию, чтобы перестало болеть лицо, и сейчас молчал, будто набрал в рот воды. Он словно хотел себя за что-то наказать.
Уилл тряхнул головой, расправил плечи и прочистил горло. Он снова принялся зашивать рану.
Джейсон остановился и смерил лекаря удивленным взглядом, даже Джексон, онемев, посмотрел на Соласа.
В их первую встречу Уилл отвесил пару хороших пощечин только за подозрения, сейчас же Перси сам признался в двух поцелуях, но вместо того, чтобы надавать ему, сын Аполлона пытался ему помочь.
— Что ты делаешь? — спросил Перси, искренне не понимая, почему он все еще не получил от Уилла.
— Пытаюсь облегчить твои страдания. Яд уже добрался до твоих ушей, что с первого раза плохо слышно? — холодно отозвался Солас, все еще не поднимая взгляда на раненого.
— Зачем?
Уилл замахнулся, и Перси даже зажмурился, ожидая удара, но его не последовало. Рядом послышался глухой стук, и когда Джексон открыл глаза, то увидел кулак лекаря у своего лица.
— Я тебя ненавижу, — процедил Уилл. Он впервые за несколько минут посмотрел на Перси, и взгляд его холодных голубых глаз пугал до мурашек. — Но я сильный человек. А сильные люди совершают сильные поступки. И правильные. А сейчас правильно попробовать сделать хоть что-то, чтобы ты тут не загибался зигзагом от агонии. Так что закрой свой рот и доживай последние дни.
Джейсон даже пожалел Перси, настолько тот выглядел разбитым и даже немного униженным. Он отвернулся, насколько мог, учитывая, что Уилл все еще возился с его раной, и закрыл глаза.
Утром Перси стало еще хуже. Рана начала гноиться, а сознание стало спутанным. Он не понимал, где находится, не мог связать и двух слов, но ему стало немного легче, когда Уилл сменил повязку и снова смазал какой-то мазью. Джейсон почти силой впихнул ему немного амброзии, и взгляд Перси немного прояснился.
— Перси ведь живет в Нью-Йорке? — спросил Уилл.
Джейсон лишь молча кивнул. Он держал Перси, пока Соласу пришлось распороть шов, чтобы очистить рану от гноя, а потом снова зашить. Раненый полубог в его руках тихо постанывал, иногда срываясь на всхлипы. И каждый был словно удар ножа по сердцу Джейсона.
— У него с мамой хорошие отношения? — продолжил расспрашивать Уилл.
Он все еще злился, но взгляд его голубых глаз стал мягче и грустней. Уиллу тоже было тяжело, не важно, как сильно он ненавидел Перси, смотреть, как умирает твой товарищ — всегда страшная пытка. В разы легче умирать самому.
— Да, — ответил Джейсон, не понимая, к чему ведет Солас.
— Думаю, его стоит отвезти к ней. Все равно недалеко отсюда. Пару часов езды.
— Думаешь, его матери стоит видеть его в таком виде?
— Думаю, ей стоит с ним проститься.
Путешествие с вентусами впервые было таким медленным: Перси был не в состоянии держаться, а потому приходилось быть слишком осторожными. Джейсон все еще сомневался в правильности принятого решения, но деваться им было некуда. Не оставлять же его умирать в парке, а потом сообщить обо всем постфактум.
А может, он это сделал, потому что испугался. Не важно, через что они прошли, не важно, скольких монстров они там победили, в глубине души в каждом из них все еще жил подросток, нуждающийся в защите, внимании и любви. И сейчас, когда его друг умирал на его руках, подросток в Джейсоне брал вверх. Ему было страшно, он нуждался в помощи и поддержке. И держать себя в руках становилось труднее с каждым стоном Перси, повисшим на его плечах тяжелейшим грузом.
Уилл испытывал похожие чувства. Он был мрачнее тучи, старался не смотреть на Перси, но его ненависть сошла на нет, уступив место жалости.
Вентусы остановились в том же парке, где пару дней назад сидели Перси и Джейсон. До квартиры его матери было недалеко, но Джексон уже не мог идти сам и не понимал, где он находится.
— Тише, старик, — сказал Грейс, помогая другу спуститься. Уилл рядом помог ему устоять на ногах. — Придется отсюда идти пешком. Хорошо, что недалеко.
— Никуда вы не пойдете.
Уилл и Джейсон обернулись. Перед ними стояли трое воинов в римских доспехах. Горделиво вздернув подбородки, они наставили на них копья, и один из них, сделав шаг вперед, сказал:
— Нам велено арестовать Перси Джексона и привести в Новый Рим для суда.
Джейсон оценил ситуацию. Перси за себя постоять не мог, Уилл или он должны были быть рядом, чтобы его защитить. Но воинов было всего трое, с ними Джейсон справиться. Вот только у него совсем не было желания вступать в схватку с бывшими товарищами.
— Уилл? Уилл Солас?
Джейсон вытащил меч, но поворачиваться спиной к римлянам не стал. Лекарь взял на себя весь вес тела Перси и повернулся с ним к другим трем воинам. К грекам.
— У нас нет времени с вами драться, — сказал Джейсон, жалея, что рядом нет Пайпер с ее волшебным голосом. Меньше всего им нужна была очередная стычка и больше всего — поддержка. — Вы сами видите, что Перси умирает. Мы собираемся отвести его домой. Все кончено. Передайте это в лагеря и заключайте мир.
— Ни за что, — прорычал римлянин. — Перси Джексон должен…
— Перси Джексона к вечеру не станет! — прервал их Джейсон жестче. — Дайте ему умереть спокойно.
— Меньше всего он заслужил спокойной смерти, — сказал один из греков. — Уилл, ты нас предал.
— Проваливайте.
Джейсон сжал кулаки. Неужели они не понимали, что все кончено? Неужели злость и ненависть настолько затуманили им разум, что в них не проснулось ничего человеческого, когда они увидели Перси в таком жалком состоянии?
И если придется с ними бороться, чтобы защитить умирающего друга и дать ему умереть в кругу близких, что ж. Он это сделает.
— Джейсон, отдай нам предателя по-хорошему, — предупредил его один из римлян.
Джейсон его не знал, это был один из новых центурионов, назначенных Рейной после войны, и он не успел познакомиться с новыми доверенными лицами претора. И Грейс, честно говоря, был этому рад: знакомое лицо бить труднее.
Джейсон вскинул руку, призвав ветер, и сильной волной всех шестерых воинов откинуло на пару метров. Он схватил свой меч и кинулся на своих, яростно атакуя и рубя. В порыве своей злости он не замечал, кто на него нападает и что он сам делает: он просто бил и защищался, действуя на автомате.
— Джейсон! — заорал Уилл.
Грейс убедился, что римляне пока не представляют для него никакой опасности, и повернулся к Уиллу. Тот отставил бессознательного Перси на земле и отбивался от двух греков. А третий пытался поднять Джексона.
— Не смей трогать моего друга! — закричал Джейсон и бросился на грека.
Тот бросил Перси и начал отступать назад, пытаясь увернуться от ударов Джейсона. Этот был крепким противником, а может, ярость просто ослепила сына Юпитера, и он потерял хватку, но сполна компенсировал это своей силой. Грек увернулся от очередного удара, сделал ложный выпад и ударил Джейсона в правый бок шестом. Тот в ответ плашмя ударил мечом по его ногам, заехал кулаком в живот и, когда его противник согнулся пополам, добил его эфесом меча по спине.
Бок Джейсона если и болел после удара, то он это не чувствовал. Он навис над своим поверженным противником с мечом в руках, злой, как сам дьявол.
Этот подлый грек хотел схватить Перси, накинулся на беззащитного изнеможенного полубога и без тени сомнения убил бы его за предательство, которого он не совершал. Неужели Перси умрет, так и не очистив свое имя от позора? Неужели его будут продолжать ненавидеть за то, чего он не делал, забыв обо всех подвигах и лишениях, через которые ему пришлось пройти ради этих же лагерей?
Джейсона переполняла бессильная ярость. У него дрожали руки, и он сжал свой меч до боли в пальцах. Ему не хотелось видеть ни римлян, ни греков. Они и так получили, что хотели — Перси умирал.
— Держитесь от нас подальше, — зарычал Джейсон. — Если я еще раз увижу хоть кого-нибудь поблизости, я убью. Понял?
Воин, смотря на сына Юпитера снизу вверх, сглотнул, лихорадочно пытаясь отползти подальше.
— Я спрашиваю: понял?!
— Джейсон!
Уилл схватил Грейса за плечо, заставляя его обратить на себя внимание. Весь взъерошенный, он один поднял Перси и с беспокойством смотрел на сына Юпитера. Джейсону понадобилось пару секунд, чтобы прийти в себя.
— У нас мало времени, — тихо сказал он, стараясь говорить спокойно. — Они не смогут нормально двигаться еще пару часов. У нас есть фора. Пошли.
Перед тем, как постучать в дверь квартиры, Джейсон и Уилл скормили Перси еще немного амброзии, чтобы он ненадолго смог прийти в себя. Тот еле прожевал, но взгляд его зеленых глаз немного прояснился.
— Где мы? — спросил он, оглядываясь вокруг.
— Мы у квартиры твоей мамы, — ответил Джейсон.
Перси задышал чаще. Он попробовал избавиться от поддержки мальчишек, но у него это не получилось. Боль в боку дала о себе знать, и он со стоном повис на них.
— Она не должна меня видеть в таком состоянии, — пропыхтел он.
— Перси, мы не можем оставить тебя умирать на улице, — Джейсон изо всех сил старался скрыть дрожь в своем голосе. Он пытался говорить спокойно, уверенно, чтобы убедить друга. — И ты должен с ней попрощаться.
— Он не в состоянии здраво рассуждать, а тащить обратно, если не согласится, я не собираюсь. Звони в дверь, — сказал Уилл не столько раздраженно, сколько отчаянно пытаясь скрыть за злостью нарастающую панику.
Джейсон лишь кивнул в знак согласия.
Перси выглядел ужасно. Он за последние сутки осунулся и побледнел. Длинные пряди волос падали на лицо, глаза покраснели, синяки еще были фиолетовыми, а губа снова кровоточила. Грязная футболка на Перси висела и в некоторых местах была уже порванная. Бинты на пояснице покраснели из-за вновь открывшейся раны на боку.
Он понимал, почему Перси не хотел, чтобы мама видела его таким, но он просто не знал, что еще можно сделать.
Уилл нажал на кнопку, раздался короткий звонок, и через пару секунд послышались шаги.
— Салли, я открою, — раздался мужской голос, и перед тремя мальчишками открылась дверь.
Высокий, статный, он был похож на доброго простого мужика, который любит посидеть у моря и половить рыбку. Он был одет в ярко раскрашенную рубашку и темные джинсы. Его темные лохматые волосы торчали во все стороны, зеленые глаза с недоумением осмотрели полубогов, но потом его выражение лица приняло обеспокоенный вид.
— Перси? — мужчина не верящим взглядом уставился на Джексона, повисшего на своих товарищах.
Перси, услышав знакомый голос, поднял голову и посмотрел на того, кто открыл им дверь.
— Папа? — спросил он, уставившись на мужчину.
— Посейдон? — удивился Джейсон.
— Джейсон? Перси? Уилл? Закончили перекличку? Давайте скорее заносите его домой!
