1.3. Цепная реакция
25 июля 2017 г., 05:09
Тот день, когда Турко решил завести кота, для Карантира оказался, наверное, самым злосчастным за всё время жизни в Форменосе. Хотя, как показало будущее, других обитателей Замка тоже зацепило разного рода последствиями его поступка.
Карантир в очередной раз выставил Турко за дверь своих апартаментов после того, разумеется, как эльф под руководством Карантира привёл комнату в надлежащий вид. Отдохнув от трудов праведных, Карантир собрался заняться полировкой оружия, которое для того и приготовил, но забыл по причине возникших обстоятельств. И теперь, когда Карантиру было просто необходимо занять руки, он, нацелившись на определённое действие, явно не пришёл в восторг оттого, что не обнаружил полировочной ткани там, где её оставил. Хотя точно помнил, что ничего не перекладывал. На всякий случай он порылся по ящикам и даже заглянул за тумбочку, не поленился порыскать по комнате, снова перевернув всё вверх дном. Под конец этого бессмысленного занятия Карантир не столько просматривал помещение, сколько пинал от раздражения каждый попадающийся под ноги предмет. Потому что, по его мнению, забывать и терять что-либо в этом доме могли только двое: Маглор и Турко. При мысли о последнем Карантир ударил кулаком в створку высокого шкафа, пробив в ней дыру кулаком.
— Вот же неугомонное чучело! — Карантир живо догадался, что полировочную ткань свистнул именно Турко. — Убью гада!
Карантир быстро покинул комнату, и уже собирался направиться к Турко, чтоб проверить взаимодействие шлифовального станка с его физиономией, но вдруг передумал. И плюнув на него, он решил спуститься в подземные помещения, туда, где Куруфин помимо кузниц и мастерских, организовал свою оружейную палату, в которой хранилось оружие, разумеется, и снаряжение, изготовленные лично для себя. Карантир за всё это время так и не успел там побывать, зато вечно сующие всюду свой нос близняшки (да и Турко, в том числе), отзывались о ней со щенячьим восторгом.
Пока Карантир шёл по тускло освещённому чадящими факелами длинному коридору, ему никто не встретился, что не могло не радовать, чтобы лишний раз не объяснять чего он он тут забыл. Только отсветы горнов, проникающие сквозь щели дверей и удары молотов, говорили о том, что внутри кипит работа.
Наконец, достигнув заветного закутка, Карантир дёрнул за скобу двери, и та распахнулась, при этом как-то неестественно хрустнув, а на пол что-то упало, звякнув о каменный пол.
Карантир снял со стены факел и протиснулся в узкий проём, ударившись о притолоку. Ругнувшись, он не заметил светильников, прикреплённых по ту сторону друг напротив друга, и те были безвозвратно уничтожены. Один из них Карантир просто снёс плечом и разбил, а к другому он, так же случайно, приложился спиной и тот треснул.
— Что за... — выругался он, разглядывая осколки.
Карантир осмотрелся и, увидев слева от себя небольшой шкаф, напоминавший ему, скорее, комод-переросток, ногой затолкал осколки прямо под него. После чего открыл и заглянул внутрь. В нём хранились доспехи — полная амуниция, — отполированные до блеска, сделанные Куруфином явно под себя. И с какими-то наворотами, по крайней мере, огнеотталкивающим — когда Карантир хотел рассмотреть их поближе и поднёс к ним факел, его пламя как будто отклонилось и едва не погасло. Он быстро убрал факел и, хмыкнув, закрыл шкаф, точнее захлопнул так, что зеркало на одной из створок шкафа треснуло.
— Курво точно больной! — проговорил Карантир глядя на порченое зеркало. — Он чего, тут по ночам переодевается в железную броню и изображает из себя местного героя?!
Карантир поднял факел повыше и ещё раз оглядел маленькое, по его стандартам, помещение, с низким потолком, что вызывало у него ощущение жуткого дискомфорта. Почти все стены были завешаны полками, заставленные отдельными частями доспехов: шлемы, нарукавные латы, стальные перчатки и прочее. И для каждого вида была выделена своя полка с отсеками и специальными подставками — всё содержалось на положенном тому месте, в порядке соответствующем перфекционизму Куруфина. Точнее, так оно и было, пока не пришёл Карантир. Подобно слону в посудной лавке, он, в попытках рассмотреть что-то поближе, задевал крайние к нему предметы локтями, раскидывая их в разные стороны. Попытки собрать и вернуть их обратно не увенчались успехом. Карантир хотел закидать всё на самую верхнюю полку, которая пока пустовала, но его действия приобрели совсем противоположный эффект: всё, что ещё стояло, повалилось на пол, а та самая не занятая полка оказалась проломленной. Поэтому Карантир, не заморачиваясь, просто собрал в кучу и свалил где-то в углу.
— Этот фанатик тут гномью армию собирает, что ли… — ворчал он, пиная в угол шлем к остальным доспехам, которые теперь выглядели как груда металлолома.
После этого его взгляд упал на длинный стол, на котором Куруфин разложил разнокалиберные боевые, метательные топоры, лабрисы, короткие мечи и кинжалы, распределив их на отдельные ряды в порядке уменьшения.
— А это уже поинтересней, — загорелся Карантир.
Он начал рассматривать оружие, и то, что ему казалось ерундой, он просто выкидывал, и оно со звоном падало на пол где-то за его спиной, а что-то и вовсе, при удачном броске вонзалось в камень. Засунув за пояс пару кинжалов, пришедшихся по вкусу, Карантир продолжил осмотр.
У противоположной стены, прислонённые к ней, стояли секиры, копья с коротким древком, протазаны — то, что для Карантира не представляло какого-либо интереса. А над копьями он вообще просто поржал. Вспомнив, зачем вообще сюда пришёл, он в который раз огляделся в поисках какого-нибудь ещё стола или тумбочки, где бы он мог найти всё, что ему нужно. Но никаких подобных объектов в комнате больше не было, кроме пустующего постамента. Но памятуя о привычке Куруфина устраивать тайники, Карантир пригляделся к стене и как раз там, где стояло оружие, он отчётливо различил выпирающие из неё скобы. И потянув за одну из них, Карантир обнаружил, что они обозначали выдвижные ящики, встроенные прямо в стену. Там он и нашёл полировочную ткань, причём, куда лучшего качества, чем была у него, а также флаконы с защитным маслом, точильные бруски, заточки, непонятно зачем понадобившиеся Искусному. Часть предметов Карантир просто повыкидывал, а что-то, что могло пригодиться ему самому, он рассовал по карманам. И не заботясь о том, чтобы задвинуть ящики обратно, оставил всё как есть. Он захлопнул за собой дверь и довольный вернулся к себе.
***
Куруфин нечасто заглядывал в личную оружейную. Только тогда, когда он, воплотив в жизнь очередной гениальный замысел, уносил туда оружие собственного производства, обязательно обладающее какими-нибудь исключительными свойствами. Или доспехи, изготовленные из особого сплава. Как раз месяц назад Курво установил постамент, чтобы вскоре возложить на него очередной шедевр, которому надлежало самое почётное место в его коллекции. Курво достал ключ, напоминавший видом короткий цилиндрический рычаг, и уже хотел вставить его в крестообразную скважину с пассом посередине, повторяющим форму ключа, но вдруг замер в полном недоумении. Замок, разумеется, был с секретом. После определённого количества оборотов по и против часовой стрелки слышался мягкий щелчок, обозначающий, что первая защита снята. В замке открывались створки, и тогда можно было ключ использовать в качестве рычага, двигая его по "кресту" в правильном порядке. И только тогда раздавался более громкий щелчок, дверь открывалась, впуская в ещё одну святая святых Искусного. Будь Карантир в курсе этого, он бы сказал, что Курво больной на голову. Но с тех пор как Куруфину пришлось поселиться под одной крышей с близняшками и Турко, от которых и в другое время, порой, спасу не было, ему теперь приходилось изощряться. Потому что на обычные словесные запреты всем было плевать, а стандартные запоры открывались простой отмычкой с закрытыми глазами. Но если бы он мог себе представить, что один особо одарённый субъект, на лбу которого прямо написано: "башкой двери прошибу", лёгким движением руки вырвет замок с мясом, потому что вообще его не заметил, он бы десять раз подумал, стоит ли делать отдельное оружейное помещение для своих бесценных шедевров. Или просто нужно было сразу расставить мины-ловушки по всему периметру — убить не убил, но отвадил бы точно. И, видимо, настало время для кардинальных мер. И это подтвердилось, стоило Курво перешагнуть порог оружейной комнаты. Ему хватило одного взгляда, чтобы оценить масштабы погрома и понять, ноги какого слона здесь потоптались. Куруфин не стал орать, как оглашенный на весь Форменос, и доламывать разрушенное Карантиром, который в подобной ситуации поступил именно так. Он просто хотел его убить. Молча. И разница в росте и габаритах не станут тому помехой. Курво и сам не отличался тщедушным телосложением, пусть и был пониже. Но пока сдержался. Курво прошёлся по комнате, чтоб лучше оценить нанесённый ущерб. И мысленно матеря Карантира на все лады, он решил для начала его найти, разобраться и заставить всё исправить. А вот каким образом Карантир будет это делать, Искусному было откровенно до фонаря. Чтобы отыскать Карантира, нужно всего лишь ориентироваться по воплям, причём не только его, но и Турко, и идти на них, как на свет маяка. Всё оказалось очень просто, Куруфин, уже поднимаясь наверх, услышал Карантира, орущего на Турко, и где оба находятся, выяснить не составило труда. Правда, к тому моменту, как Куруфин достиг своей цели, вопли стихли, и это позволяло Искусному про себя отметить тот факт, что ему не придётся зря тратить своё бесценное время, отвлекая Карантира от его любимого занятия. Хотя не мешало бы. По дороге Курво столкнулся с Маглором, но тот его даже не заметил, пройдя мимо с видом обиженного божества. На самом деле оба имели много общего между собой: один отрешённый от всего и всех, другой — непрошибаемый никем и ничем, пока основательно не допекут или не заденут за живое. Оба посвятили своё время творчеству, и оба достигли всеобщего признания. Так что Курво, наверное, посочувствовал бы Маглору — судя по всему, его тоже достали эти братья по разуму. Хотя, скорее, по его отсутствию. Но Искусный пребывал в железобетонной уверенности, что его личные претензии не идут ни в какое сравнение с мелкими, ерундовыми проблемами Менестреля. Впрочем, это мнение было бы обоюдным. Куруфин вызвал Карантира на разговор. Делать этого в комнате Турко он был не намерен. Не только потому, что не хотел говорить в присутствии этого балбеса, сколько оттого, что комната Турко напоминала ему полигон боевых действий, подходящий для партизанских манёвров. Неизвестно откуда и неизвестно что может прилететь тебе в физиономию. Апартаменты Карантира вызывали аналогичные ассоциации. Но обстановка в его комнате подходила больше для лобовой атаки. Стулом по голове, например. А уж если не вдаваться в подробности, то для Курво там был просто свалка. А такой аккуратист как Куруфин просто не мог себе позволить находиться в подобных условиях. Тем более у него были совсем другие планы. Карантир, поупорствовав для порядка, и не без вмешательства Турко, вышел к Куруфину. — Ну и чего тебе надо? — в своей излюбленной манере поинтересовался Карантир. Он скрестил руки на груди и смотрел на Куруфина сверху вниз. Курво молча буравил взглядом Карантира, стиснув пальцы на рукояти увесистого молота, вполне открыто демонстрируя своё единственное желание: хорошенько прописать этим молотом Карантиру в лоб. Но каким-то неимоверным усилием сдерживал свой порыв. — В моей оружейной ты был? — Куруфин задал свой вопрос не оттого, что у него были сомнения на этот счёт. Просто хотел услышать ответ от Карнатира. — Ну, был и чего? — пожал плечами тот, совершенно не понимая, чего Куруфин от него хочет. — Нельзя, что ли? — Можно, — тихо проговорил Курво, а затем, резко повысив голос, крикнул Карантиру в лицо: — Можно было сначала спросить! В этот момент Турко, услышав ор, и совсем не Карантира, бросился к двери и открыл неприметную постороннему глазу замаскированную горизонтальную щель и стал наблюдать за происходящим. — Мне нужна была ветошь для полировки, — так и не понимая причины, по которой Куруфин так завёлся. — Вот я пошёл и взял! — А у меня спросить — ума не хватило?! — Ну да, конечно! — Каратир упёр руки в бока. — Чтоб ты потом мне все уши пробубнил, что тебя из-за всякой ерунды отрывают от работы?! Да иди ты! — Сейчас сам у меня пойдёшь! — Курво двинул кулаком Карантиру в живот, не сильно, хоть и ощутимо, но тот не сдвинулся с места. — Ты чего распсиховался, мелкий?! Курво выхвытил из-за пояса молот и ткнул рукоятью в грудь Карантиру, отчего тот пошатнулся. — А ты сам не понимаешь?! — замахнулся молотом. — С катушек съехал?! — Карантир перехватил рукоять. — Нормально можешь объяснить, чем ты опять недоволен?! Куруфин вырвал молот, заткнул его за пояс и выдохнул. — Ладно, — с трудом проговорил он, — хрен с тобой. Пойдём по порядку… Ты на кой замок вырвал?! — Чего?! — недоумённо переспросил Карантир. — Какой ещё замок?! Я ничего такого не делал! — Не прикидывайся! — зашипел Курво. — Я не спрашиваю тебя как… как ты вырвал замок с мясом! Я спрашиваю, на кой хрен ты это сделал?! — Да какой замок?! — распсиховался Карантир. — Не было никакого замка! Я дёрнул дверь, она и открылась! Чего тебе ещё надо, собака?! Куруфин пробормотал что-то на дворфском, возведя глаза к потолку. Карантир недоумённо наблюдал за ним. — Ты Ауле, что ли молишься? — Ты совсем ненормальный… — Курво снова стиснул молот. — Только попробуй! — пригрозил Карантир. — Какой замок, спрашиваешь? — проговорил Курво, пропустив угрозу мимо ушей. — Вот этот замок! С этим словами Искусный выудил из кармана небольшой покорёженный кусок металла, на который Карантир глянул лишь мельком, не проявив должного интереса. — Тебя ничего не смутило, когда ты дверь… открывал? — Ну, треснуло что-то… — равнодушно пожал плечами Карантир. — Да не помню я уже! — О чём я вообще спрашиваю… сломать и не заметить — это как раз про тебя… — Ну, — пренебрежительно хмыкнул Карантир, — если это всё, то я пошёл! Карантир уже хотел оттолкнуть Курво и пойти своей дорогой, но тот его придержал. — Не так быстро, — сказал он, сжав его руку выше локтя. — Я ещё не закончил. — А уже достал меня! — рявкнул Карантир. — Чего тебе ещё надо?! — Да я тебя вообще убить готов за разгромленную тобой оружейную! — накинулся на него Курво. — Я тут вообще не при чём! — вскинулся Карантир. — Я что, виноват, что у тебя там всё на соплях держится?! И вообще можно было помещение пошире найти, а у тебя не развернёшься! — А я, по-твоему, должен был подбирать помещение под твою необъятную тушу?! — Кто виноват, что ты всё в гномах измеряешь! — попытался сострить Карантир. — Это вообще не смешно! — сказал Курво, стараясь не показать, что подобные шутки его всегда задевали, и Карантир всякий раз при разговоре с Искусным не забывал помянуть гномов, зная как тот от этого бесится. — И если ты думаешь, что на этом всё, ты глубоко заблуждаешься! — Да отвали ты от меня уже! — Карантир предпринял новую попытку слинять. — Никуда ты не пойдёшь! — вцепился в него Курво. — Пока не приведёшь в порядок всё, что сломал, ты из этой оружейной вообще не выйдешь! — Чего?! — вскинулся Морьо. — А рожа не треснет?! — О себе беспокойся! — посоветовал Куруфин. — И верни всё, что спёр! — Ну ты и жлоб! — Небезосновательно, — заявил Курво, вздёрнув подбородок. — Так, и чего встал? — Он начал подталкивать Карантира локтем в бок. — Да никуда я не пойду! — пытался отбрехаться Карантир, отступая к стене. — Это ты можешь подмастерьев своих насиловать по углам, а со мной такой номер не пройдёт! Курво только прицокнул языком, стараясь не реагировать на плоское чувство юмора Карантира. — Ты, конечно, можешь, как обычно, ни хера не делать, — уже спокойным, но жёстким тоном проговорил Искусный. — Только в будущем забудь дорогу в мои мастерские и ко мне лично. Когда тебе опять чего-то от меня понадобится, я сделаю вид, что вообще тебя не знаю. Уяснил? Карантир поджал губы и сжал кулаки опущенных рук, преодолевая желание двинуть Куруфину, с трудом, но понимая, что это ему вообще не выгодно, как и условия выдвинутые Искусным. — Ладно, угомонись только, — выговорил Карантир, наконец, с таким видом, словно ему пришлось наступить себе на горло. Куруфин удовлетворённо кивнул и, развернувшись, не глядя на Карантира, не сомневаясь, что-то пойдёт за ним, ушёл вперёд. Карантир же, секунду постояв, скрепя сердце, нехотя направился вслед за Курво. Между тем Турко, всё это время наблюдавший ними, наконец, оторвался от двери. — М-да-а, — протянул он, мечтательно закатив глаза. — Всё-таки есть справедливость на свете! Правда, Шурупчик?! Шурупчик, спавший на облюбованном им подоконнике, разумеется, ничего не ответил. И тот не особо огорчаясь по этому поводу, подхватил кота, зашипевшего оттого, что его так бесцеремонно потревожили, выбежал из комнаты, и окольными путями поспешил в обеденный зал. Куруфин и Карантир не сразу отправились в подземелья, а сначала спустились тоже обеденный в зал, куда стали так же подтягиваться к ужину все остальные. В том числе и Турко. Но не успел никто сесть за стол, как Куруфин остановился, подал знак и сказал: "Выносите". И словно из ниоткуда появилась команда гномов, и те стали выносить из зала подносы с едой. Все, кто был провожали эту процессию ошарашенными взглядами. — Это чего твориться-то?! — Карантир очнулся первым. — Курво, ты совсем совесть потерял? — вопросил Май. Маглор только хлопал ресницами — ему на сегодняшний день и так хватило потрясений. Эрэниэ тоже стояла, приоткрыв рот от удивления, не находя, что сказать. Близнецы пытались стащить хоть что-то с проплывающих мимо подносов, но получили по рукам от Куруфина. И те просто бросали на него обиженные взгляды. — Куруфин с ума сошёл, что ли? — поинтересовался Турко. — Нет, — ответил тот. — Это вы все обозрели, думая, что я на вас пашу тут. — Мне кажется, — с нажимом произнёс Май, — ты ошибаешься. — Это уже не важно. Нам еда нужнее, вы всё равно целыми днями ничего не делаете, а нам некогда ерундой заниматься. И больше не говоря ни слова, Курво развернулся и пошёл вслед за гномами, при этом, не забыв пнуть вперёд Карантира. — Я в шоке, — наконец выговорила Эрэниэ, глядя на опустевший стол. Оставшейся без ужина компании делать было нечего, кроме как отправиться на кухню, надеясь перехватить что-нибудь там. — Турко! — обратилась к нему Эрениэ. — Ты куда с котом собрался? — На кухню… — ответил он. — Шурпчик тоже хочет… — Пусть он хочет где-нибудь в другом месте! — посоветовала она. — Нечего ему на кухне делать. — Ну почему? — искренне удивился Турко. — А ты хочешь, чтоб мы еду его шерстью приправляли? — негодовала Эрэниэ. — Правда, Турко, — спокойно и как всегда поучительно заговорил Май, — коту не место на кухне, да и эльфы тебя с ним не пустят. Опять скандал будет, как в прошлый раз, когда ты, заявившись с котом, посадил его на стол… где на тот момент ели! — Нолдор просто неадекватные! — запротестовал Турко. — Так переполошились и разорались, прям как Карантир… Можно подумать, Шурупчик им в тарелки навалил! — Просто они хотели сказать, что животному не место на столе, — пояснил Май. — Что бы он там ни делал… — Ну, ладно, он будет сидеть у меня на коленках… — Это не вариант, — покачала головой Эрэниэ. — В общем, или ты уносишь своего кота, от которого и так слишком много проблем или остаёшься без ужина. Всё, идёмте есть, а то Куруфин, чего доброго, ещё и кухню оккупирует… Турко, глядя полными слёз глазами, на уходящих эльфов, с несчастным видом прижал к себе кота. — Не волнуйся, Шурупчик! Не слушай никого. Я всё равно тебя люблю!
