Сьюзен. Возвращение Королевы

Глава 55

И врагу своему не желай Жить в эпоху такую – Потрясений и крутых перемен! Ария, «На Распутье».

Огромное темное пятно разрасталось, в нем постоянно вспыхивали и гасли огненные точки факелов, но войско не замедляло своего движения. Да, прав был Эомер – орков было не меньше десяти тысяч… Мысли, тут же, заметались в панике, Но Сьюзен отогнала их подальше. Она ясно понимала, что эту ночь они не переживут, но поддаваться панике? Нет, это лишено смысла. Стоя за оборонительными укреплениями, она прекрасно различала черное пятно, близость которого убивала все надежды. Но теперь ей было все равно. Теперь она с Арагорном. Если умирать – так вместе…. «Чтобы об этом слагали легенды!» - Так сегодня сказал Теоден. Но кто будет их слагать, если все храбрые воины лягут костьми, а женщины и дети будут преданы огню и мечу? В командование ей дали целый полк роханских лучников, половину которых составляли новобранцы, раньше до этого не державшие лука…. Остальных, более-менее сносных, взял Эомер, и увел их выше, чтобы освободить место для эльфов, которые успели прибыть к ним на помощь до начала битвы. Они были из Лотлориэна, и привел их Халдир, и девушка была рада видеть знакомые лица. Но не сейчас и не теперь. Впереди их ждала даже не битва, не война – а бойня и резня. Сьюзен понимала это отчетливо, хотя не была сведуща в воинских науках. Но помнила, как нарнийцы брали штурмом крепость Мираза, помнила войны Питера, и знала то, что Средиземье не сказка. Но она была готова остаться здесь – в конце всего, и разделить смерть с любимым. Глаза, по привычке, нашли Арагорна. Странник взял на себя командование общими силами крепости, особенно ее западные стены. Всего триста человек они сумели вместить в себя. И около пятиста эльфов, что были расположены за стеной, в качестве лучников дальнего поражения. Еще две тысячи воинов Эомера и двести крестьян. Не густо ныне защитников… И вот, разномастное, темное пятно, полыхающее факелами и отбрасывающее страшные, уродливые тени, остановилось. Святые небеса, сколько их…. Сердце забилось, как учащенное, и Сьюзен, с трудом, подавила в себе панику. Орки, тем временем, или, как говорил Гимли, Урук-Хаи, стали выбивать в барабаны устрашающий ритм и верещать в свои глотки, разнося по месту будущей бойни страшные звуки надвигающейся войны. Они были уверены в своей скорой победе…. Сьюзен взглянула на Арагорна – тот не сводил взгляда с их вожака – огромного и косматого, с отпечатком белой длани Сарумана на рогатом шлеме. - Лучники! Приготовиться! – Странник вытащил меч. Эльфы и люди зарядили луки, у многих пальцы дрожали от тревоги и страха. - Стрелы на тетиву! – Сьюзен мысленно собралась, отдавая приказ своим войскам, сама выполняя давным-давно заученные движения. Лучники повторили, и вскоре, вся стена ощетинилась разномастными луками и наконечниками сверкающих стрел. Раздался гром, пошел дождь, нагоняя и без того пугающую атмосферу для битвы. Люди дрожали от страха, льющейся воды и холода. Сьюзен вымокла до нитки, но, ни за что бы, не отпустила стрелу в полет без приказа. Орки кричали и рычали, стуча в барабаны и ударяя копьями о землю, как и своими кулаками о грудь. Твари бесновались в ожидании человеческой крови. Девушка не понаслышке знала, что орки любят лакомиться человеческим мясом… И вот, их главарь отдал приказ, и чудовища ринулись на штурм крепости. Итак, началось! И пусть боги будут милостивы к падшим…. - Приготовились стрелять! – Громкий голос Арагорна разлетелся по всей крепости. Арагорн, Странник, Дунадан, Последняя Надежда давно угасшего рода, лишенного короны… И просто человек, которого она полюбила всем сердцем… Сьюзен чуть не задохнулась от охватившей ее нежности, вспоминая их поцелуй. Их первый и последний поцелуй…. - Выпустить стрелы! - Стреляй! – Повторила девушка приказ Странника, первая выпуская свою алую стрелу в полет. Секунду спустя, воздух за ее спиной засвистел от стрел, и они, смертельным дождем, посыпались на орков, покрывая их тела ядовитыми иглами. Те закричали от ярости и боли, валились на землю, но все равно продолжали бежать до стен крепости, которая видела уже не один штурм. Раздался еще один приказ, и сверху, с Центральной Стены, посыпался град стрел. Это Эомер и его воины обрушили лавину. Позади воздух засвистел снова – это в бой вступили эльфы, спрятанные за стенами. В воздухе ощутимо запахло кровью. Пока что орочьей… - Стрелять по готовности! – Сьюзен не забыла свою роль командира, опустошая свой колчан. Целилась она так, чтобы стрелы ее попадали в цель, и жертвы больше не вставали. Пока что получалось неплохо. У орков были слабо защищены шея и подмышки, но последние, при движении и льющейся воды, попасть было затруднительно. Но Орки не сдавалась, и лезли напролом, как бараны на новые ворота. Горы их тел росли с каждой секундой, но тех, словно не становилось меньше… Да, Саруман хорошо подготовился… И вот, в рядах бегущих появились лестницы, а их стали прикрывать арбалетчики. Болты долетали до стен, стали доноситься крики умирающих. Сьюзен успела увернуться, как рядом с ней застонал один из воинов – седой старик, фермер. Болт застрял у него в шее, и человек захлебывался кровью… Полилась кровь со стороны защитников. Странно, в Нарнии смерть не выглядела такой безобразной… Сьюзен отвернулась от потухающих глаз умирающего. Смерть соберет сегодня небывалый урожай, но сдаваться девушка пока не собиралась…. - Лестницы! – Голос Арагорна прикрыл шум войны. Сьюзен осторожно глянула вниз – орки притащили свои орудия, затрещали блоки, вращая железо. Твари полезли на штурм. Щелчок – и лестницы взмыли вверх. Вот только на конце каждой сидело по огромному устрашающему громиле с ятаганом. Сьюзен уложила двоих из них, защищая себя и Странника, еще на подходе. Где-то, в двадцати шагах правее радовался Гимли – наконец-то орки дошли и до него. А топор, выкованный в Эреборе, пощады не знает, как и знаменитая гномья свирепость… - Мечи! – Крикнул Арагорн. Повторять его приказ не было смысла – воины, видя летящих на них тварей, сами схватились за рукояти. Страх уступил место решимости. Сьюзен же мечей не носила. Как и стилетов. С ней был только кинжал Люси и ее лук да стрелы. Но в Нарнии она была признана самым виртуозным лучником, вспомнить хотя бы ту бойню в крепости Мираза и битву при Беруне…. И потому ее талант здесь, на стенах Хельмовой Пати, очень пригодится. Она сняла еще одного орка с лестницы, прежде чем, на стене появились первые гости. Девушка легко увернулась от ятагана первого чудовища, воткнув ему стрелу в сердце сбоку. Другого ткнула под колено сапогом, пронзая голову наконечником. А третьего она прикончила, не задумываясь, вонзая стрелу прямо под мясистый подбородок. Платье, кольчуга и руки уже были замараны кровью. Не ее. И Сьюзен вертелась, как заведенная, подобная маленькому красному волчку, выпущенным богами смерти. Вокруг нее стонали воины, хрипели орки, лилась кровь и лязгала сталь о доспехи погибших. Сознание стало чистым и рефлекторным. Никакой пощады. Любое движение возле – стрелу в сердце. Воздух вокруг нее наполнился кровью и криками умирающих. Краем глаза она старалась следить за Арагорном, который бился неподалеку…. Он был так красив в своем диком гневе, в своей ярости… Каждое движение – отточенное и быстрое, смертоносное, а каждый вдох – подобен песне…. Дождь лил, как из ведра. Воины скользили в лужах, падали друг на друга, кричали и ругались, а тварей, словно, не становилось меньше. Вместо убитого одного – тут же вырастали двое, и они теснили обороняющихся к обратной стороне стены, сбрасывая их и размзножая черепа взмахами своих ятаганов. На стене стало тесно, и труднее дышать, воздух был пропитан потом, водой и кровью. - Леголас! – О, святые небеса, Сьюзен чуть не снесла голову Гимли, но тот, хвала богам, этого не заметил, обращаясь к своему остроухому напарнику, - у меня уже два! - У меня семнадцатый! – Ответил эму эльф, азартно подмигивая и отправляя еще одного орка в небытие, - восемнадцатый! Как дети, честное слово…. Но Сьюзен вклинилась в их игру – пусть знают, что и девушки тоже могут задать жару на поле брани! - Эй, мальчишки! – Задорно крикнула она, проскользнув за одним из орков за спиной и вогнав ему смертельное острие между лопаток, - у меня тридцатый! - ЧТО-О? – Хором возмутились оба. - Тридцать первый! – Взмахом крепкого лука, она раскроила башку еще одному. Нырнула под ногами очередного и выстрелила ему в спину, - тридцать второй! - Чтобы какая-то дунаданка обошла меня, сына Глоина? – Пробасил Гимли весело, - не бывать этому! И они вместе с эльфом бросились на врага с удвоенной силой. На что Сьюзен только хмыкнула, и, подбежав к одной из лестниц, с усилием, оттолкнула ее и отправила в пропасть. Та, с грохотом, упала вниз, придавив пару десятков тварей. Но от этого их не стало меньше – в воздух взвились новые лестницы, полные алчущих чудовищ… Внезапно, накатила усталость, и ночь стала казаться очень длинной и беспросветной. Как же давно она не воевала… Нужно взять себя в руки, нужно взять себя в руки…. Сьюзен до боли в пальцах сжала свой лук. Ей нужно сосредоточиться, поймать настрой, иначе – нелепая и быстрая смерть… Вдох, выдох… Открыть глаза. И она уже готова к бою. Девушка выпрямилась и послала стрелу в полет еще одной твари. Та пронзила орку лоб и вылетела с другой стороны, вонзившись еще одному под мышку. Тот взревел и бросился на нее. Но к нему сзади подскочил Арагорн и снес башку одним мощным ударом меча. - Сью! – Он подбежал к ней и схватил за плечо, - как ты? А в глазах столько боли и нежности…. - Все нормально, - она вернула ему усталую, но ласковую улыбку, обхватывая его за руку. Они снова встретились взглядами. Всего на пару секунд, но этого было достаточно, чтобы понять друг друга, отвернуться и снова ринуться в бой. И запах войны снова окутал Сьюзен со всех сторон….

***

Время тянулось то удивительно медленно, то стремительно быстро. Согласно подсчету Сьюзен, с начала битвы прошло около двух часов, но она могла и ошибиться. Ведь брань – дело тяжкое…. За это время она израсходовала три полных колчана стрел, почти не сдвигаясь со своего места. Лучники под ее командованием поредели – осталась лишь она и еще десяток тех, кто приноровился стрелять из непривычного оружия. Эльфов на стене тоже осталось немного – основной удар приняли на себя легион Халдира и ее, Сьюзен. Тот был жив и почти невредим, лишь на алебастровой коже алела неглубокая царапина. Арагорн, Леголас и Гимли тоже были живы, и теперь они все держались вместе – это позволяло им прикрывать друг друга со спины, вертясь ураганом посреди тесноты орочьих тел, который все пребывали и пребывали… Мясорубка посреди Западной Стены разразилась по полной. Враг лез изо всех щелей, пытаясь скрыть внимание обороняющихся от того, что творилось у ворот – там твари неслись на таран, чтобы пробить в них брешь. Но воины Эомера и Теодена держались стойко. Основное месиво творилось на стенах. Пальцы Сьюзен уже стали липкими от крови. Она была пока что не ранена – лишь ушибла локоть при падении, когда поскользнулась в луже, но была цела. Правда, ушибленная рука шипела болью, когда она натягивала тетиву. Внезапно, ее отвлек крик Арагорна, который указывал куда-то вниз, где царили мрак и суматоха. - Убей его, Леголас! Убей! Сьюзен пригляделась, куда указывал Странник – в самом низу орки приготовили им страшный сюрприз, использовав водосток как слабое место в крепости. Пороховые ядра были уже установлены, им нужен был лишь огонь… И к ним, вовсю, бежал огроменный орк, держа в руках ярко пылающий факел…. Этот Саруман очень умен…. Леголас прицелился и выстрелил. Стрела пронзила грудную клетку врага, но тот не остановился. - Убей его! – Кричал Арагорн, тоже понимая, чем это все им грозит, - убей его, Леголас! Еще одна стрела попала в цель. Но орк не остановил свое движение. - Целься ему в ноги! – крикнула Сьюзен. Но было поздно. Чудовище прыгнуло прямо в водосток, принося себя в жертву огня и стали. Раздался оглушительный взрыв. И четверть Западной стены взлетела вверх. Воины посыпались с нее, как кегли для боулинга, все на миг застыло, затем покрылось тишиной. Лишь сыпался бетон, щебень и камень, образуя огромную дыру, посреди которой хлестала освобожденная грязная, полная нечистот, вода. Взрывом, Сьюзен отнесло правее от дыры, и поэтому она не упала. Но кто-то оттолкнул ее, и она заскользила вниз, царапая локти до крови. В голове звенело, глаза покраснели от дыма, а в ушах стоял такой звон, что Сьюзен показалось, что она оглохла. Шок охватил ее, и она потеряла ориентировку, крича от страха и боли. И точно бы свалилась вниз, если бы ее не схватил за руку Леголас, в глазах которого она прочитала тот же шок, что царил сейчас в ее голове. - Я держу! – Крикнул он, - карабкайся! Сначала, она не поняла, что именно он кричал ей, а потом стала помогать себе руками и ногами, чтобы не упасть. Внизу орки ринулись в образовавшийся проход. А чуть правее их, чудовища продолжали таранить ворота. Еще чуть-чуть и крепость падет, им не выстоять в этой битве… - Арагорн! – Сьюзен оглянулась на крик и увидела, как Гимли, разбежавшись, прыгнул вниз. Что… В смысле…. Арагорн?... Мысли Сьюзен в панике заметались, и она посмотрела низ, ожидая увидеть худшее. Нет. Все было в порядке. Ее любимый был жив. Немного оглушен, но жив. Арагорн встал на ноги и приготовился отразить нападение. Позади него собирались эльфы и люди, готовые защитить любой ценой почти падшую крепость….* - В атаку! – Странник пришел в себя и, вытащив меч, ринулся на врага первым. Сьюзен залюбовалась его движениями, пока Леголас и еще двое эльфов вытаскивали ее из проема. Битва внизу была эпичной и беспощадной. Арагорн рубил головы направо и налево, Гимли подрубал конечности орков своим топором, да и остальные защитники крепости не ударили в грязь лицом. - Нам нужно помочь ему! - Крикнула Сьюзен Леголасу, когда ее вытащили к нему. Эльф кивнул и спрятал стилет в ножны за спиной. Затем прыгнул на один из орочьих щитов, чтобы проехаться по нему в них по небольшой лестнице с внутренней стороны лестницы, попутно стреляя из лука. Действовал он красиво, уверенно и эффективно. На миг, Сьюзен восхитилась его ловкостью и статью. Но ее вернул с небес на землю рык над ухом. И, если бы не отменная реакция, она бы присоединилась к падшим воинам. Орк упал, пронзенный в легкое ее стрелой, а девушка ринулась за новым колчаном, что был прислонен к выступу в стене – поскольку ее был почти пуст. Последние стрелы…. Она выпрямилась, чтобы оценить обстановку. Орки прорвали Западную стену. Бои наверху затухали, тогда, как внизу разгорались с жаркой силой. Поняв, что осталась на стене одна, Сьюзен ринулась в крепость, чтобы присоединиться к защищающимся на Центральной Стене. Ее усталую, окровавленную, с расширенными от шока зрачками, встретил Эомер. Он поддержал ее и протянул фляжку воды: - Как там? – Спросил он. Хотя вопрос можно было не задавать, все и так было понятно. Девушка жадно припала к горлышку, прежде чем ответить. - Они прорвали Западную Стену, - отчеканила она, сказалась лаконичная выправка еще со времен Нарнии, - ее защитники пали. Арагорн, эльфы и несколько десятков воинов все еще сдерживают их натиск внизу, но долго им не продержаться…. Лицо Эомера нахмурилось. - Это скверно, сама судьба отвернулась от нас! – Тут он посмотрел на ее лицо, и девушка прочитала в его глазах страх и какую-то неуместную заботу, - может, ты пройдешь к женщинам и детям? Там много раненых, Эовин нужна помощь, а твой бальзам, как я слышал, может помочь нам…. Точно! И как она раньше об этом не подумала! Сьюзен кивнула. Эомер вздохнул и легонько хлопнул ее по плечу: - Иди. Девушка побежала в пещеры, где укрывались все слабые, кто не мог держать оружия. Вот только оставаться там она не собиралась. Ее место рядом с Арагорном, и нигде более… В пещерах было темно и холодно. И крики раненых были повсюду. Среди женщин, что перевязывали раны, Сьюзен отыскала Эовин. Краса Ристании делала перевязку раненому в ногу. Ее волосы были собраны в пучок, глаза полны сосредоточенности, а руки немного дрожали. - Эовин! – Сьюзен тронула ту за плечо. Та обернулась: - Сьюзен! Хвала Богам, ты жива! – И остановилась, видя кровь на ее лице и одежде – о, нет! Ты ранена? - Нет, - девушка отстегнула от ремня бальзам Люси, - вот, возьми, это поможет! Глаза Эовин загорелись, когда она узнала бутылочку. Надежда и благодарность засветилась в них. - Перелей половину в кувшин. – Велела ей Сьюзен, - и запомни – по одной капле! Она вылечит любые раны, даже смертельные! - О, Сьюзен! – Краса Ристании прижала бутыль к груди, - спасибо! – Ее глаза блестели от слез и радости. На что Сьюзен ей только улыбнулась. Улыбка получилась вялой и усталой, но искренней. Пока Эовин занималась тем, что аккуратно переливала содержимое в небольшой, пузатый кувшин, девушка огляделась вокруг, наблюдая везде испуганные детские глаза, выглядывающие из-под материнских юбок. Сколько же зла нужно держать в сердце, чтобы обречь детей на смерть? - Вот, - Эовин протянула ей бальзам, наполовину опустошенный, - ты не останешься? На что Сьюзен только качнула головой: - Мое место там, рядом с теми, кого я люблю, - ответила она, улыбнулась ристанийской красавице и пошла прочь. Эовин печально смотрела ей в след, но сейчас Сьюзен было не до этого. Ее ждали другие дела…. Она прислонилась к стене, вспомнив об израненных руках и ушибленном локте. Достала подарок сестры и грустно покачала головой – война забирает слишком много… Сьюзен сделала маленький глоток, и снова ринулась вверх, чтобы вновь присоединиться к защитникам крепости.

***

Орки пробили ворота. Подбежав ближе, Сьюзен увидела, что дерево и железо были пробиты, а Теоден с сыном и племянником в ряду первых отражали нападение лезущих в проем чудовищ. Внезапно, ярл вскрикнул – копье пронзило ему руку. - Отец! – Крикнул Теодред и вытащил того из тесной толпы, которая стремительно редела. Девушка тут же подскочила к ярлу и протянула ему целебный отвар. Теоден принял его с благодарностью, сделав глоток: - Губительница, ты, как всегда, вовремя! Но только нам долго не продержаться… Ворота затрещали с новой силой – позади них свирепствовало безумное море, алчущее до человеческой крови. - Сью! – к ней подбежал Арагорн, хвала Богам! – целый и невредимый. Только усталый, злой, но решительно воинственный. Правый его рукав был распорот, на лице грязь, на руках – кровь. Но все же любимый и родной…. - Арагорн! – Она обняла его. Объятия получились крепкие, но мимолетные – мужчина быстро разорвал их, спеша к тем, кто защищал ворота. - Держите ворота! – Приказал Теоден. - Сколько их держать? - Столько, сколько сможете! Арагорн, на пару мгновений, застыл, затем, решительно взяв Гимли за шкирку, исчез в одном из боковых коридоров. - Куда это он? – Удивилась Сьюзен, посылая стрелы в разрастающуюся щель. Орки верещали от боли, но дотянуться до нее не могли – им мешали ворота и воины, что сражались с ними не на жизнь, а на смерть. - Здесь есть тайный проход, - ответил ей, непонятно откуда выросший, Эомер, - он ведет прямо к воротам с другой стороны…. Я думал, что ты в пещерах! – Он посмотрел на нее сурово, но оценивающе. Как же она устала от излишней опеки со стороны малознакомых ей людей…. - Я отдала Эовин свой бальзам, - ответила ему Сьюзен, метко попадая одной твари прямо в нос, - но мое место здесь, рядом с теми, кто сражается. - Значит, и северным девам не чужд дух отваги! – Воин уважительно склонил голову. На что Сьюзен только усмехнулась, отправляя еще одно чудовище в небытие. Внезапно, за внешней стороной ворот стало что-то происходить – вопли орков увеличились, раздался лязг оружия. А все злобные рожи исчезли из проема. - Ставьте балки! Двигайте упоры! – Тут же приказал Теоден. Воины послушались его. Арагорн и Гимли, сражающиеся на мосту, дали им передышку, которая позволила защищающимся укрепить ворота. Сердце Сьюзен заколотилось, как бешеное, когда она поняла, что именно задумал Арагорн… И девушка молилась всем богам Амана, известным и неизвестным ей, чтобы ее любимый остался жив… Внезапно, стены затряслись, до уха людей и эльфов донесся лязг железных цепей. - Еще одни лестницы! – Взвыл Эомер и, собрав нескольких людей, ринулся наверх. Сьюзен побежала за ним. И успела как раз вовремя, чтобы увидеть разворачивающуюся мясорубку на Центральной Стене – орки придумали, как преодолеть высоту форпоста, использовав арбалетные болты с прикрепленными на них тросами, которые натягивали лестницы. «Умные, гады!», - зло подумала Сьюзен, и, прицелившись, выстрелила. Стрела попала в железное кольцо, которое было закреплено на болте. Оно лопнуло, трос тоже, и огромная лестница упала вниз, так и не достигнув цели. - Молодец! – похвалил ее Леголас, повторяя ее подвиг. И они вместе ринулись в бой, неся с собой только смерть и боль тем, кто посмел поднять на них руку. Внизу Арагорн и Гимли расчищали пространство для маневра, давая людям возможность укрепить прорванные рубежи. - Нужно их вытащить оттуда! – Крикнул эльф, видя, как один здоровенный орк накинулся на человека и гнома, душа их со спины. Сьюзен кивнула и сняла тварь одним метким выстрелом в глаз. А Леголас умудрился отодрать от лестницы трос и бросил его вниз. Арагорн и Гимли тут же ухватились за него, и их медленно стали поднимать вверх эльф и еще несколько воинов. Пока Сьюзен прикрывала их, поливая врагов градом стрел. - Отводите всех назад! Раздался приказ Теодена. Теодред вторил ему, прикрывая отца со спины, тот опять был ранен: - Назад! Все назад! Они прорываются! Отступаем! Быстрее, все в укрытие! Всем в замок! Оборона прервана! Скорее! Арагорн и Сьюзен переглянулись, и оба, тут же, заторопились в Замок. Леголас подхватил Гимли, Эомер прикрыл их сзади. Свой шлем он уже потерял, латы были залиты кровью, но храбрый воин не переставал отдавать приказы и сражаться. Воины, эльфы – все, кто уцелели в мясорубках, - бросились в замок, чтобы успеть достигнуть безопасной черты. Дорога была скользкой от крови и тел, многие спотыкались и падали, паника охватила всех. Но большая часть сумела-таки укрыться в Замке, когда в спину им ударили орки, прорвавшие Западную Стену. До рассвета было еще далеко.

***

Остатки армии были собраны в Общих Чертогах. Всего пятьдесят два воина и двенадцать эльфов. Халдир погиб, многие ранены. Надежда погасла в их сердцах, но они продолжали сражаться. Арагорн, Эомер и Леголас занимались укреплением ворот. В ход пошли алебарды и столы, ибо никто и не думал, что бойня докатится до этих мест. Сьюзен стояла подле ярла и методично чистила наконечники стрел. Механические, заученные движения освобождали разум от паники, успокаивая его. Так мало. Их осталось так мало…. Впору было плакать, забиться в истерике, но внутри, словно кто-то заморозил все чувства. - Крепость захвачена, - печально подвел итог ярл, лицо его было бледным и залито потом, - все кончено…. - Ты говорил, что эту крепость не взять, пока ее защищают твои воины! – Арагорн был в бешенстве, и его можно было понять, - они и сейчас защищают ее! Умирают, но защищают ее! До ушей воинов донесся плач детей, которые слышали удары тарана о ворота Чертогов. - Из пещеры есть выход? – Спросила Сьюзен, оглядывая бледные лица командиров. - Есть один ход, - ответил ему Эомер, - он ведет в горы, но им не спастись, - орки слишком близко… - Велите женщинам и детям уходить в горы! И завалите вход! Арагорн не унимался, глаза его горели безумием, волосы слиплись от пота и крови. Внезапно Сьюзен отчетливо поняла, как выглядит лицо войны – именно так, безумно, дико, полное безнадежной ярости и лихорадки бойни. - Столько смертей… - откликнулся Теоден, - что могут сделать люди против такой свирепой злобы? Надежда угасла в его глазах, и сейчас он больше походил на того сгорбленного старца, что встретил их на троне Медусельда. Ворота затряслись снова. Алебарды, со звоном упали, на каменный пол под отменную эльфийскую ругань Леголаса, который их же и расставлял. - Крушить их, - Арагорн прямо посмотрел на Теодена, и на его лице сияла одухотворенная решимость, - Сделать вылазку! Теоден внимательно посмотрел на него, и Сьюзен была готова поклясться, что сейчас ярл видел в нем не Странника, а Торонгила Звездного Орла, с которым в годы юности бился рука об руку. - К смерти и славе! – Откликнулся он. - За Рохан! За твой народ! – Они встретились друг с другом и положили руки на плечи. Сейчас все взгляды были прикованы к ним, вдохновленные тем, что сейчас слышали и видели. - Солнце восходит, - тихонько заявил Гимли, - отменное начало, чтобы погибнуть с новой зарей! - Так и сделаем! – Теоден согласно кивнул, - Да! Да… Звоните в Рог Хельма Молоторукого!** Пусть он огласит Падь! В последний раз! - Да здравствует Теоден! – Закричали его воины, отступая прочь от ворот, которые уже трещали по швам. - Седлайте коней! – Распорядился Эомер, повинуясь взгляду ярла, - скорее! Коней привели из конюшен, что были неподалеку, и орки до них еще не успели добраться. - Пусть в этот час, - Теоден обратился ко всем своим воинам, - мы обнажим клинки вместе! Сьюзен лихо взобралась на предложенного ей коня. На смерть, так на смерть! Ибо нет гибели слаще, чем в бою! - Сью! – Арагорн тронул поводья, подходя к ней, - ты со мной? В его глазах сияло лучистое солнце. - Да, - ответила ему девушка, стараясь вложить в этот ответ всю силу своих чувств, что она испытывала к этому человеку, - до конца! Воины собирались за их спинами, звенели клинки, лилась песнь. Сьюзен впервые видела людей, которые шли на смерть с песней на устах. Их настрой передался и ей, и девушка влила свой звонкий голос в их нестройный, но сильный хор:

Тум. Тум. Ту-ту-тум. Тум. Тум. Ту-ту-тум. Тум. Тум. Ту-ту-тум. Ту-ту-ту-тум! Войско идет. Солнце плывет. Время-река Замерла! Алый рассвет. Ночи уж нет. Рог боевой На покой! Смерть так близка. Она так легка. Уходим опять Умирать! В бой! Пусть уходят полки! В бой! Перед смертью легки! Мы! Одолеем врага Навсегда! Смерть! Соберет урожай! Смерть! Мы отправимся в рай! Мы! Одолеем врага Навсегда! Златые поля. Рожь наливна. Солнце вперед Нас зовет! Конь боевой. Рвемся мы в бой. Шеломы блестят. Огромная рать! Копья, мечи. Здесь силачи. Вражья орда Полегла! В бой! Пусть уходят полки! В бой! Перед смертью легки! Мы! Одолеем врага Навсегда! Смерть! Соберет урожай! Смерть! Мы отправимся в рай! Мы! Одолеем врага Навсегда!***

Песня эта заводила, отбивала разум напрочь, оставляя после себя привкус вражьей крови на губах. И тут раздался звук Рога – громкого и звучного, отозвавшегося в горах эхом сотней голосов. Это Гимли вскарабкался на верхушки крепости и дунул в Рог Хельма Молоторукого. Ворота треснули после нескольких ударов, открывая рожи тварей, которые думали, что добыча дрожит от страха. Но не тут-то было! - Вперед, Эорлинги! – Крикнул Теоден и пришпорил коня. А за ним двинулись остатки воинства – последних защитников крепости, сметая все на своем пути, врезаясь во вражий стан подобно смертельному острию заговоренного клинка. Орки заверещали, ибо не ожидали такого отпора, и душа Сьюзен радовалась, отправляя тварей в небытие. Она пускала стрелы одну за другой, ни разу не промахнувшись, держа коня рядом с жеребцом Арагорна. Впереди рвали орков направо и налево Теоден с сыном и племянником, позади – Леголас и прочие воины. Свет восходящего солнца ослепил их, когда они вырвались наружу. Но никто не остановился, все только пришпорили коней, несясь за своим государем, ударами мечей и копий прокладывая путь. Они спустились вниз по Восточной Лестнице и ринулись к воротам. Кони топтали чудовищ, а мечи довершали дело. Позади оставались лишь исковерканные трупы, а выжившие смыкались позади, но не решаясь напасть сзади. Воздух, совершенно иной, чем в крепости, окружил Сьюзен. Сейчас она была легче перышка и острее стали. Сейчас она отдалась зову битвы, стремясь продать свою жизнь подороже. Рядом вел своего коня ее любимый, позади – друзья, и ей казалось, что это честь – погибнуть рядом с ними…. Они вырвались за выломанные створки ворот. Орки верещали под копытами коней, и их осталось еще целое море под стенами крепости…. Внезапно, ее конь запнулся, горько заржал и упал. Девушка едва успела убрать ноги со стремян и перекатиться в сторону, иначе бы животное непременно ее бы задавило. Встав на ноги, Сьюзен поняла, что грудь коня прошили две орочьи стрелы. Но додумать дальше она ничего не успела – темная орда, сверкая своими злыми рожами, ринулась на нее. И девушка встретила их грудью, как и положено настоящей героине. И королеве погибающего народа…. Видел бы ее сейчас Питер – не узнал бы ни за что…. Орки наседали на нее, Арагорн был далеко впереди, окруженный беснующимся морем, и девушка поняла, как сильно успела устать за эту долгую бессонную ночь… И вот настал момент, когда стрелы в ее колчане закончились. Надо же, их хватило до рассвета…. Остались только те три, что дала ей ведьма. Что ж, видимо, пришел и их черед… Помирать, так помирать…. Сьюзен потянулась за одной из них. Но внезапно, горы на востоке осветились яркой белоснежной вспышкой, ослепив всех на поле брани. А затем, когда свечение угасло, перед взорами двух армий явился белый всадник. В руках он держал посох, а позади него что-то ревело и грохотало. - Вижу, Теоден бьется один, - громко и ясно сказал Гэндальф. А потом произошло нечто невероятное. Рядом с ним появился молодой рыцарь в сверкающих доспехах верхом на белоснежном жеребце посреди лба которого рос витиеватый серебряный рог. - Не один! – Звонко и твердо ответил он, вытаскивая меч из ножен и поднимая его высоко вверх, - Нарнийцы! Вперед! За Королеву Сьюзен! И первым бросился в бой. А за ним – ярким, алым пятном, поднимая тучи пыли, неслись кентавры, фавны, минотавры и другие сказочные твари, которых никто и никогда не видел в Средиземье. Орки ощетинились копьями, но их ослепил очередной вспышкой Гэндальф, несущийся рука об руку с молодым предводителем сказочного, эфимерного воинства. Король Питер Великолепный, Владыка Каэр-Параваля и Император Одиноких Островов прибыл в Рохан, чтобы спасти свою сестру… * Не знаю почему, но именно с этой строки, битва за Хельмову Пать стала у меня ассоциироваться с битвой за Брестскую Крепость 22 июня 1941 года…. ** Хельм Молоторукий, последний правитель третьей династии, был девятым по счету ярлом Рохана. Известен тем, что был силен и отважен, предпочитая в бою огромный каменный молот. Обороняясь в Хельмовой Пади (кстати, потом крепость была названа в его честь), он сгинул в горах, пытаясь трубить на помощь. Сыновей у него не было, и потому после на трон в Медусельде уселся его племянник Фор, с которого началась Вторая Династия, и Теоден – ее восьмой представитель. Говорят, что призрак Хельма Молоторукого до сих пор можно встретить в горах, и слышать звук его Рога, ибо падший ярл до сих пор надеется, что помощь придет, даже не осознавая факта своей смерти… *** - Песня авторская.