Странствие в неизвестности

      Солнечные лучи медленно проникали в глубь дома, освещая каждый темный уголок комнаты. Лучики тепла коснулись лица спящего, он поморщился и приоткрыл глаза, зевнул, вновь закрыл глаза и попытался уснуть. Но его желанию не суждено было сбыться, так как с кухни донесся крик:       — Ты опять развалился на кровати и не собираешься выходить из дому?       — Черт, — пробормотал он сам себе под нос и, превозмогая сонливость, сел на кровати.       Еще раз зевнул и потянулся вперед с хрустом во всех суставах. Затем человек вскочил с постели и принялся искать свою одежду, разбросанную по всей комнате.       На кухне стоял запах жареной картошки с луком. В воздухе витала утренняя свежесть, которая просачивалась сквозь открытое окно и очень помогала взбодриться.       Девушка стояла возле печки и возилась со сковородкой. Ее рыжие локоны падали на лицо, которое залилось румянцем от жара огня. Когда с картошкой было покончено, она взяла ухват и подцепила им сковороду. Рыжеволосая отошла от печи и увидела стоящего в проходе человека, облаченного в кожаную броню.       — Снова на дело?       — Вкусно пахнет. Никак не налюбуюсь тобой, когда ты готовишь, — сказал он и присел на стул, положил руки на столешницу и посмотрел в пустую тарелку. Вздохнув, он ответил:       — Да, снова на дело.       — Неужели хотя бы на один день ты не можешь остаться дома, рядом со мной? Разве я так много прошу, Норт?       — Однажды я пообещал тебе, помнишь? Мы выберемся из этой дыры под названием Рифстен, осталось накопить совсем немного. Обещаю — еще пару контрактов, и я отойду от дел, мы купим дом возле столицы, например, ферму, будем выращивать овощи, купим скот и заведем детей. Со временем все наладится. Ты же этого хочешь, Джейни?       Девушка молча выложила картошку со сковородки ему в тарелку и поставила ее на стол. Она присела рядом с Нортом и взяла его руку.       — Конечно, я этого хочу, но тебя так часто нет дома, что я и не знаю, что думать… Ты так и не говоришь мне, чем вы занимаетесь на работе.       Норт сжал руку Джейни крепче, протянул свободную к ее щеке и погладил, а после прильнул к ее губам.       — Я люблю тебя и всегда буду любить. Моя работа не столь опасна, как ты можешь счесть. Прошу, поверь мне.       — Делай то, что посчитаешь нужным. Я знаю, что ты делаешь это ради меня, и ценю это, правда, — сказала она, поднялась со стула и спросила:       — Тебе порезать к картошке помидор?       Норт взял ложку со стола и начал было уже есть, но улыбнулся и ответил:        — Конечно, ты же знаешь.

***

      Дом, из которого вышел Норт, располагался в центральном районе Рифстена, но внешне он был точно таким же, как и все остальные. Индивидуальности не было ни у кого в округе, но и никто не жаловался.       — Эй, наемник!       Норт остановился и выругался себе под нос — он совсем забыл, что сегодня день платы.       — Послушай, Рив, я…       — Нет, нет, нет. Ты занял у меня приличную сумму, чтобы перебраться в этот район города вместе со своей женушкой, и не отдаешь долг в назначенный срок, — сказал Рив, и из-за его спины вышли трое громил. — Ты говорил…       — «Черт, с ними я точно не справлюсь, но и если я приду весь в синяках в наемнический дом, меня не пустят на контракт и засмеют в придачу. Думай, Норт!»       — Эй! Ты меня вообще слушаешь?! — крикнул заимодавец и ударил Норта в живот.       — Уф, — захрипел наемник и согнулся, схватившись руками за живот. Тяжелая рука Рива опустилась ему на плечо.       — Вот так вот будет с тобой каждый день, а потом я подсоединю своих ребят, ну, а после… Говорят, у тебя красивая жена, думаю, будет весьма неприятно для тебя, если мои ребята с ней позабавятся. Да, так ты сможешь выплатить часть долга! Расплатись своей женой-шлюхой, тогда, так и быть, прощу тебе половину, — сказал Рив и изобразил уродливое подобие улыбки.       — «Ублюдок, я готов убить тебя прямо сейчас! Его лицо так близко, а кулак так и чешется проломить ему череп! Нет, нужно сдерживать эмоции, решать все мирным путём, черт!»       Наемник прокряхтел и попытался подняться, но Рив помешал этому процессу. Он ударом ноги повалил беднягу, поставил ее на грудь Норта, оперся на колено рукой и посмотрел в глаза лежащему.       — Я заплачу сегодня же вечером, обещаю, — прокряхтел он.       — Эх, будь по-твоему! На первый раз я тебя прощаю, но не смей меня разочаровывать в будущем! — сказал заимодавец и пнул его под дых. — Это тебе лично от моих ребят, они хотели сегодня как следует потрахаться. Что ж, придется идти в бордель — ты их разочаровал, впрочем, как и меня. У меня еще много дел. Встретимся сегодня вечером на моем складе. И не опаздывай.       Норт лишь согласно крякнул и закашлял, ворочаясь, как червяк, посреди улицы. Люди обходили эту сцену стороной — в Рифстене такое было обыденным делом. Если не хочешь получить то же, сделай вид, что ничего не было.       Рив с телохранителями шагали по улице и злобно хохотали, вскоре они повернули и скрылись за поворотом.       — «Мне уже нравится этот день! Ничто так не бодрит с утра, как удар под дых».       Норт поднялся и отряхнул доспехи от пыли и грязи. Перевел дух, вдохнул поглубже и зашагал по улице как ни в чем не бывало.

***

      Если центральная часть Рифстена была еще приемлемым и весьма неплохим местом, то такого же нельзя было сказать о его нижней части вместе с портом. Дома здесь были в ужасном состоянии, некоторые были или сожженными, или попросту сгнившими от времени и влажного воздуха. Люди валялись посреди улицы или просили милостыню, протягивая свои трясущиеся руки. Норт не обращал на них внимания, как и всегда, когда проходил здесь.       — «Неужели нельзя было обосноваться ближе к центру, а не в этой чертовой клоаке?»       Дом наемников было легко найти, ведь это единственное трехэтажное здание во всем нижнем районе города, поэтому его всегда видно, когда попадаешь сюда. Причем все бедняки старались держаться от этого дома подальше.       Норт подошел к двери здания и взглянул на него.       — «Интересно, как такой дом еще не рухнул, когда вокруг все гниет и разрушается? Для меня это загадка.»       Он постучал в дверь три раза, но ему не открыли. Норт продолжал стучать и тогда услышал:       — Да иду я, иду! Кого же принесло в такую рань?       Дверь открылась, и перед Нортом предстал человек в таких же доспехах, как и у него. Оба смотрели друг на друга, и тогда Норт нарушил молчание.       — Может, уже пустишь меня?       — А кто ты, собственно, такой? — спросил человек и икнул.       — Ты, должно быть, шутишь, Фрэнк.       — И имя мое знаешь? Да ты провидец, что ли? — вновь спросил он и икнул.       Норт заметил за ним кучу раскиданных пустых бутылок, и все встало на свои места.       — «Этот день мне нравится еще больше. Мой напарник напился, и я чувствую, что это только начало. Мне несказанно везет! Вот же дерьмо.»       Наемник оттолкнул Фрэнка и вошел внутрь. Тот лишь икнул в ответ и упал на стул, взглянул на Норта и отрубился.       — Просто замечательно.       Войдя, он закрыл за собой дверь и оставил Фрэнка возле пустых бутылок. Пройдя по коридору, Норт обнаружил, что пришел первым, так как в доме не было ни души. Обычно на первом этаже наемники сидели за столами и обедали, кто травил байки, а кто совершенствовался в искусстве картежных игр.       Наемник осмотрелся и, не заметив никого, решил обследовать второй этаж. С этой мыслью он двинулся на лестницу. Едва Норт ступил на нее, дерево начало скрипеть, и чем дальше он продвигался, тем больше треску издавало дерево.       — «Эти ступеньки когда-нибудь меня доконают».       На втором этаже была та же ситуация. В центре стоял круглый стол, на нем лежали контракты и карты. Недалеко от стола стояли несколько стеллажей с разным оружием, от мечей до копий, булав и даже луков. В наемническом доме было много мастаков помахать как мечом, так и секирой, поэтому здесь находилось оружие на любой вкус. Норт же предпочитал свой старый и заточенный меч.       — «И куда же все подевались? Надеюсь, хоть Коул на месте».       С этой мыслью наемник прошел по комнате, вскользь бросил взгляд на контракты и подошел к последней лестнице, которая вела в комнату Коула, главаря наемнического дома.       Ступеньки вновь предательски заскрипели, когда же лестница кончилась, перед взором наемника предстала интересная картина.       Дверь на третий этаж была открыта, а в средней по размерам комнате, прямо за столом с трофеями Коула, развалился некто, положив ноги на стол и ковыряясь трофейным ножом у себя в ногтях. Норт стоял в дверях и несколько мгновений наблюдал эту картину.       Человек заметил наемника в дверях и ухмыльнулся, продолжив заниматься своим делом.       — Так ты, значит, новичок.       — Я…       — Нет, я все понимаю, сложный контракт и… Хотя погоди, ты, наверное, пришел за наградой с прошлого задания? Я прав?       Норт стоял и не знал, что сказать и лишь кивнул.       — Ах, да! Я не представился, как неучтиво с моей стороны! Я заместитель Коула, Кригсбер, а ты, должно, быть Норт? Я снова прав, не так ли? — спросил заместитель и ухмыльнулся.       — «Как же я ненавижу эти долбанные фальшивые улыбки».       — Да, вы снова правы, но я не знал, что у главаря есть заместитель.       — Теперь есть, ведь он занятой человек.       — Занятой? — спросил Норт, продолжая стоять в дверях. Потом он понял, что ему не предложат сесть, прошел в комнату и сел напротив Кригсбера.       — Да, понимаешь, ему поступил заказ, лично ему, тогда он спохватился, забрал всех наемников, которые были в доме, и уехал в столицу…       — «Дело и вправду серьезное, раз он так беспокоится, да еще и в столице».       — Ну, а что насчет выплат… Я не смогу тебе их выдать.       — Но мне нужны эти деньги, причем сегодня же!       — Эй, поубавь пыл, новичок! Этим занимается лично Коул, вот пусть он тебе и платит, — ответил заместитель, убрал ноги со стола и уставился прямо на Норта. — У меня еще много дел, не мог бы ты оставить меня одного? И закрой за собой дверь, — сказал он и принялся рассматривать свои ногти.       Норт молча поднялся со стула, посмотрел на Кригсбера и сказал:       — Черт, мне нужны эти деньги!       — Пойми, что всеми финансами занимается лично Коул, вот у него и спросишь. Я что, неясно выразился в первый раз, новичок?       Норт сжал кулак и оскалился.       — Я в полном дерьме, Кригсбер, и мне плевать, кто и за что отвечает, мне нужны мои деньги за заказ, — процедил он сквозь зубы.       — Ладно, ладно, сейчас мы все решим, не нужно так смотреть на меня и кричать, новичок. Лучше присядь, и мы…       — Не называй меня новичком, меня это бесит, — ответил наемник и присел.       — Но ты ведь недавно в наемниках, и тебя все так кличут. Из-за чего ты так злишься, а? Ладно, если тебе нужны деньги, то выполни заказ лично для меня, не совсем официально, и тогда я заплачу тебе даже больше, чем Коул! Ну, что скажешь? — спросил Кригсбер и улыбнулся.       — «Скажу, что выбью все твои поганые зубы и заберу золото себе, вшивый ты ублюдок».       — Я в деле. Что за работа?       — Рад слышать! Для начала тебе нужно пойти в одно место, так что слушай внимательно…

***

      — «Как я мог опуститься до такого, согласиться на такую позорную работу? Я действительно в безвыходном положении, вот же…»       Норт остановился и посмотрел себе под ноги, его обувь была вся в грязи, а стоял он в луже и чувствовал, как ботинки начинают намокать.       — Да твою же мать, что за район?!       Он двинулся дальше, теперь уже смотря, куда идет, тщательно вглядываясь в неприветливые фасады домов.       — «Где-то здесь должен быть нужный дом, но они все на одно лицо».       Улица была пуста и спросить было не у кого, тогда Норт решил положиться на то, чего у него сегодня не было — удачу. Он подошел к ближайшему дому и постучал в дверь.       Ответа не последовало. Наемник постучал еще раз. Снова ничего. Развернулся и было уже начал идти, как почувствовал, что дверь открылась.       — Чего тебе нужно?       Норт обернулся и увидел перед собой старика, который, опираясь на трость, пытался устоять на ногах, при этом его колени тряслись, словно от страха.       — Извините, что потревожил, не могли бы вы…       — Чего? Говори громче, я уж больно глухой стал!       — Я говорю, не могли бы вы мне помочь найти дом Ирариен? Она должна жить по этой улице, — прокричал Норт.       — Ирэниан? Не-е-ет, прости, парень, я не знаю никого здесь по имени Ариен, — ответил хозяин дома и закрыл двери прямо перед носом Норта.       — Просто чудесно, — пробормотал тот себе под нос и снова зашагал по улице.       Этот квартал напоминал бесконечное множество тех других, где приходилось бывать Норту. Куча однотипных домов, выстроенных в ряд. Никакого порядка, бесконечные проулки и грязь — в нижних районах города ее было не счесть.       Пройдя очередной дом, наемник приостановился и решил снова постучать в дверь. Подошел к ближайшей, которая выглядела чище и стукнул несколько раз. В этот раз дверь сразу же открылась.       — Здравствуйте! А вы, должно быть, мой проводник! Или я ошибаюсь?       Норт изобразил что-то наподобие улыбки, он даже не хотел и вообразить, насколько нелепо он выглядит, и ответил:       — А вы, должно быть, Ирариен?       — Да! Ну пойдемте же быстрее, мне не терпится увидеть город!       — Увидеть город? Подождите, я…       — Ну да! Кригсберг вам разве не говорил? Я путешествую по Империи и осматриваю каждый город по намеченному маршруту. Мне так надоело сидеть в замках и улыбаться всяким принцам и остальному люду! — воскликнула женщина и выбежала из дома. Норт поспешил за ней.       — «Непыльная работенка, значит, черт».       — Эй, подождите! Госпожа Ирариен! — кричал Норт, догоняя девушку.       На его просьбу она лишь рассмеялась и побежала быстрее. Норт выругался и последовал за ней, бурча себе под нос.       — Все интереснее и интереснее.

***

      Ирариен не была похожа на обыкновенную девушку. Светлые и ухоженные волосы, которые были небрежно прикрыты капюшоном. Платье, хоть и дешёвое, но было видно, что его сшили под заказ. Она явно путешествовала инкогнито и свое настоящее имя не раскрывала, хоть и болтала без умолку. Норту это было не важно, была лишь одна цель — сопровождать ее и защищать от различных угроз.       — «И почему Кригсбер доверил эту работу мне? Неужто из-за того, что в наемническом доме никого не осталось? Или же тут личный мотив?..»       — Ах, да! А еще я бывала в…       — «Интересно, она когда-нибудь замолчит?»       — Ой, а это что? Рыба! Так много рыбы! Надо же! — закричала Ирариен и побежала к лавкам с морепродуктами.       — И за что мне все это?..       Ирариен стояла и смотрела на разные сорта рыб. Продавец расхваливал себя и свою лавку, говорил, что лично он ловит рыбу и за ее качество отвечает головой, что лучших цен нет нигде и прочую ерунду, призванную заманить иностранцев или жителей далеких континентов. Впрочем, на девушку, видимо, это подействовало, и она прикупила две корзины с рыбой, которые, конечно, благополучно тащил Норт.       Дальше по рынку они двигались молча, а если Ирариен и говорила, то наемник лишь кивал и мычал в ответ, создавая иллюзию продуктивной беседы.       Норт посмотрел на небо. Солнце готово было скрыться и скоро должен был наступить закат, а это значит время платы долгов, поэтому нужно было заканчивать этот цирк и немедленно.       — Госпожа Ирариен, уже темнеет, не могли бы вы сообщить Кригсберу о выполнении контракта и…       — Ах! Как быстро летит время, особенно в компании приятного молодого человека!       — Э-э-эм…       — Извините, что я так много говорю, просто я уже давно не общалась с людьми. Из города в город я путешествую, чтобы увидеть Империю, или я уже об этом рассказывала? А, впрочем, неважно. Мне правда неловко вас просить, но не могли бы вы сопроводить меня еще в одно место?       — Вообще-то я…       — Чудесно! Идемте же скорей, — сказала Ирариен, схватила Норта за руку и поволокла за собой в сторону проулков подальше от рынка. Руки Норта тряслись вместе с корзинами, он обернулся и заметил, как несколько рыб упало в грязь. На халяву тут же налетели нищие — основной костяк жителей этой местности.       — Госпожа, в ночное время здесь небезопасно и было бы более целесообразно…       Словно не слушая замечания Норта, Ирариен продолжала говорить.       — Как же все-таки самобытен Рифстен! Нижнее кварталы плавно перетекают в более благоприятные верхние и наоборот, а порт, рынок, все настолько просто, что даже не верится! Нужно почаще выбираться из дворца!       — Э-э-э-м, да.       — Знаете, что меня больше всего привлекает в путешествиях? Своего рода приключения! Я слышала, у вас есть подпольные бои, может, заглянем? — словно утверждая и одновременно спрашивая, она проскочила в подвал и начала спускаться вглубь тьмы, на конце которой стоял человек с факелом.       — «Черт! Она меня скоро доведет! И откуда она столько знает?» — подумал Норт и вздохнул, опустил корзины и начал спускаться по ступенькам вслед за Ирариен.       — Послушайте, это не место для дамы, мне лучше сопроводить вас домой.       Девушка словно не слыша его, продолжала спускаться, и Норт заметил, как она уже беседует с человеком, который охранял вход в какое-то помещение.       — Ты явно не из здешних, называй пароль или проваливай! — ругался на женщину грязный неотесанный человек, факел освещал его уродливое лицо и гнилую улыбку. — А, впрочем, можно расплатиться прямо здесь, если ты и вправду хочешь попасть туда, — сказал он и улыбнулся еще шире.       — Нет, не хочет, — ответил Норт, схватил девушку за руку и уволок ее вверх по лестнице. На этот раз Ирариен ему подчинилась.       — Я не понимаю, почему здесь так грубо относятся к путникам, которые хотят посмотреть нелегальные бои? Что за вздор!       Наемник вздохнул и ответил:       — Послушайте, не все будут вам подчиняться за ваше золото. Здесь не столица, это Рифстен, запомните это и слушайте меня, если хотите жить.       Девушка стояла и удивленно смотрела на него, словно Норт выбил ее из зоны комфорта и насмехается над ней.       — Я всего лишь…       — Вы всего лишь избалованная девочка, которая думает, что ей все дозволено! — воскликнул Норт, сжимая руку девушки сильнее, но тут же отпустил ее.       Обратный путь до дома Ирариен они провели в глубоком молчании, а корзины с рыбой так и остались стоять возле лестницы, которая вела в глубины преступного мира этого города.

***

      Когда Норт вновь вошел в наёмнический дом, то Фрэнка и след простыл, также исчезли и пустые бутылки. Но ему было все равно, перед наемником стояла одна лишь цель — заполучить деньги.       Он быстро преодолел все ступеньки, поднялся на третий этаж и вошел в комнату, в которой по-прежнему находился заместитель Коула, на этот раз он перебирал бумаги. Когда Норт вошел, Кринсберг лишь глянул на наемника и сказал:       — Ага, а вот и ты! Я уже было думал, тебя постигла неудача в столь сложном деле.       — Были некие трудности, но ей все понравилось.       — Я уж думал, ты и не справишься. Но не думаю, что ей понравилось, когда ты на нее накричал, хоть и вполне заслуженно.       — Что? Я не…       Крингсбер поднял голову и отложил бумаги, сложил пальцы домиком и смотрел на Норта, который стоял в дверях ошарашенный. На этот раз он жестом пригласил наемника присесть.       — Ты и вправду думал, что я доверю тебе сопровождать дочь самого герцога? Которая, к тому же, путешествует инкогнито. Нет, ты был не один.       — Тогда почему поручили мне это дело?       — Чтобы убедится в твоей… как бы это сказать, — ответил заместитель и задумался. — Ах да, убедиться в твоей пригодности.       — Пригодности к чему?       — Знаешь, не все сразу. Думаю, на этот раз я прощу тебе пару оплошностей, а в целом, ты справился неплохо. А вот и плата, — сказал он и кинул наемнику кошель с монетами. Норт поймал мешочек с золотыми и встал со стула.       — Уже уходишь?       — Да, мне нужно закончить одно дело.       — Что, даже не пересчитаешь?       — Некогда, я вам верю.       — Эх-х, доверие — тонкая штука, которая может сослужить как хорошую, так и плохую службу. Не стоит полагаться на доверие, особенно в финансовом плане, ведь все так и норовят поиметь тебя, Норт.       — Это вы правильно подметили, все хотят меня поиметь, — ответил наемник, уходя из комнаты.       Спускаясь по лестнице, он взглянул на стеллажи с оружием. Все ли пройдет гладко на складе Рива? И почему он захотел встретиться именно на складе?       — «Что же ты задумал ублюдок?»       Норт протянул руку за мечом и вытащил отполированный клинок ручной работы, посмотрел на него и спрятал в ножны. С оружием он чувствовал себя увереннее.       Когда наемник покинул дом, на улице была почти кромешная тьма, а склад Рива находился на другом конце города. Норт собрался с мыслями. Ему ничего не оставалось делать, кроме как бежать.       

***

      По улицам ходили стражники и зажигали факелы, чтобы создать хоть какое-нибудь освещение и получить немного тепла. Норт сбавлял ход перед стражниками и старался не попадаться им на глаза. Мало ли что они могли подумать, когда увидели бы вооруженного мужчину в кожаных доспехах? Лучше быть осторожным.       Улица, на которой стоял склад, не освещалась, поэтому пришлось идти наугад и надеяться, что Рив задержится и Норт попадет на место встречи первым. Но, как известно, день у наемника не задался с самого утра и все никак не заканчивался.       Как только Норт постучал в дверь склада, то услышал, как кто-то снимает засовы и открывает дверь. Мускулы напряглись, и он сжал рукоять меча, но вскоре осознал, что выглядит враждебно, и убрал руку.       Перед наемником стоял огромный человек, если его можно было назвать человеком — он был раза в два больше Норта. Такому и не нужен был меч, чтобы убивать соперников, достаточно было бы крепких сильных рук.       — Я к Риву, заплатить долг.       Мужчина выглянул на улицу и осмотрелся, затем кивнул Норту и пропустил его на склад, в котором его уже ждал Рив и какой-то человек в черной мантии.       — Ага, а вот и он! — завопил заимодавец, подходя к Норту.       Наемник напряг мышцы живота и сжал кулак — помнил, что прошлая встреча закончилась не в его пользу. Но, к счастью или к сожалению, Рив просто положил руку на плечо Норта, как будто бы они были закадычными друзьями.       — Как я уже и говорил, он меня не подведёт. Ты же принес плату?       — Деньги у меня, — ответил наемник и, достав кошелек с деньгами, протянул их Риву.       — Хорошо. Вот вам справедливая плата, — сказал ростовщик и кинул кошель человеку в мантии.       Тот не стал церемониться, раскрыл кошель и взглянул на содержимое, после кивнул и удалился со склада.       — Ух, пронесло! Тебе удалось произвести впечатление на моего нанимателя, а это, уж поверь, не так легко. Перейдем к делу. Ты принёс деньги?       — Прости?       — Ты что, глухой или тупой? Ты принес деньги моему нанимателю, а не лично мне.       — Какого черта? Мы так не договаривались!       — Как видишь, у меня денег больше нет, а то, что здесь произошло, тебя не касается, — проговорил заимодавец. — Но если ты снова на мели, твой дом мне придется отобрать, и вам скоро переезжать в трущобы.       — Ты гнусная тварь! Я выполнил часть сделки! — закричал Норт и потянулся к мечу, заметив движение теней за спиной Рива.       — Да ты кем себя возомнил, ублюдок из трущоб? Раскричался на моем складе и еще обзываешь меня? Ты знал, у кого занимаешь деньги, вшивый наемник! Парни, проучите его. Только не сильно! Он еще не выплатил долг.       Двое громил вынырнули из-за спины ростовщика и двинулись на Норта. Он легким движением руки вынул меч из ножен и встал в стойку.       — Кретины! Кто не обыскал его при входе?       Телохранители были без оружия и стояли почти на расстоянии вытянутой руки от наемника. Норт увернулся от их натиска и прыгнул в сторону, совершенно позабыв о третьем амбале.       Кулак со всей силы врезался в челюсть должника, он, пошатнувшись, упал, закружилась голова. Наемник краем глаза заметил движение с обеих сторон. Зрение помутнело, он видел лишь силуэты. Когда один из них приблизился, мужчина махнул мечом и услышал крик.       — Сука! Эта трущобная падаль отрезала мне ухо!       — Так чего вы кружите вокруг него? Мне что, придется делать все самому? А ну расступитесь! Я сделаю это сам!       Телохранители Рива отошли от Норта, который был уже на ногах и пытался уследить за всеми, замерев с мечом наизготовке.       Рив вышел из темноты, в которой скрывался с клинком, украшенным гравировкой и слегка отражающим свет от факелов внутри склада.       — Что ты скажешь на это, тварь?! — орал Рив, нанося удары Норту.       — Скажу, что давно хотел тебя зарезать, — процедил сквозь зубы наемник, отражая удары противника.       — Тогда ты будешь не первым, чье желание не осуществится!       После этих слов внутри склада послышался упругий звук спущенной тетивы, и наёмник почувствовал острую боль в боку. Он пропустил удар, и меч Рива соскользнул с его клинка и вошел мужчине прямо в живот. Рив выпустил меч, и Норт грохнулся на спину.       — Вот черт! Какой идиот пустил стрелу?       Телохранитель с отрезанным ухом вышел на свет с луком в руках и начал стыдливо оправдываться:       — Я думал помочь вам, я хотел…       — Кретин! Я бы и сам справился! Ты сомневаешься в моих способностях орудовать клинком?! Теперь он бесполезен, а нам нужно уходить. Бросим его в канаву неподалеку! Где родился, там и помрет. Вы знаете, что делать, хоть с этой работой справьтесь, идиоты. А мне нужно скрыться.       Тело наемника обмякло, и он почти не сопротивлялся, когда его взяли и подняли. А лишь издал стон, хватаясь за рану.       На улице была кромешная тьма, такая, что даже факелы не могли осветить хоть клочок земли. Из склада вышли трое. Громила нес факел, а телохранители тащили Норта. Вскоре они подошли к канаве и начали раскачивать тело.       — На счет «три» выбрасываем его. Готовы?       — Угу, — пробормотал изувеченный телохранитель. — Лишь бы избавиться от него.       — Раз…       — Два… — на счет «два» ладони раненого амбала соскользнули с ног наемника, и тот свалился на землю.       — Твою мать! Ты что, не умеешь считать? Давай сам его поднимай!       — Подождите, я слышу шаги! Кто-то идет сюда. Бросьте его здесь, утром от тела все равно ничего не останется, — сказал телохранитель с факелом.       — Ублюдки, — прокряхтел Норт, откашливаясь от заполнившей рот соленой крови.       Люди Рива не обратили внимание на кряхтения и стоны Норта, бросили его на землю, развернулись и пошли восвояси.       На улице Рифстена возле сточных канав валялось тело наемника, к которому подошла темная фигура и осторожно наклонилась.       — Видимо, тебе опять нужна помощь.       — Какого… — пробормотал Норт и потерял сознание.