Странствие в неизвестности

      В пещере ощущалась подземная прохлада, даже несмотря на то, что в укрытии горел костер. Ветки тихо потрескивали в огне и не могли разбудить человека, который лежал рядом на прогретой земле.       Возле костра возникла низенькая фигура и кинула еще сухих веток в огонь. Пламя вспыхнуло ярче и осветило лицо неизвестного.       Эльф небольшого роста, совсем еще ребенок, но уже с пепельным, седым цветом волос. Он присел у костра, снял мешок с плеча и вынул оттуда рыбу, пойманную в речке неподалеку. Даже в столь отдалённом и проклятом месте еще водилась свежая рыба.        Вскоре ребенок взял прутик, лежавший рядом с ним, заточил его ножом и глубоко насадил на прут рыбу, выставил его над костром и стал ждать.       Он кинул беглый взгляд на человека, который лежал без сознания. Вся его одежда была мокрой и изорванной в клочья. У эльфа не было запасной, поэтому он высушил то, что уцелело, в надежде, что она пригодится человеку, когда тому станет лучше, и он очнется.       Однако не состояние пришельца являлось главной причиной волнений эльфа, но меч. Ребенок знал, что это за клинок, поэтому и не прикасался к нему, хотя он не мог подчиниться его воле.       Прошел уже ровно день, как эльф вытащил человека с берегов озера Ферростин. Несмотря на свой маленький рост, он с лёгкостью дотащил бедолагу и его клинок до безопасной пещеры, в которой иногда коротал вечера, не опасаясь за свою жизнь.       Клинок же запеленал тряпками, которые всегда таскал с собой, и, придя в пещеру, размотал меч и вложил его рукоять в руку человека, зная, что так пришелец восстановится быстрее.       Эльф перевел взгляд на рыбу — она была почти готова — повернул палочку и уставился в гипнотическое пламя костра, но отвлекся внезапно раздавшимся стоном.       — Ах-х-х, я…       Ребенок встал, аккуратно снял горячую рыбу с прутика и протянул человеку.       — Поешь, восстанови силы естественным путем.       — Что? Где я? Эльф? Ох… — спросил пришелец и попытался подняться, но жалобно застонал от боли. — Все тело болит, словно меня пронзила насквозь тысяча мечей!       — Неужели Норт из Рифстена забыл, что произошло вчера?       — Откуда ты… — хотел уже было спросить бедолага, но всмотрелся в собеседника получше и неуверенно произнес: — Ты выглядишь как ребёнок, а говоришь, как взрослый. Неужели ты…       — Ну, я бы назвал себя хранителем леса Одорундримом.       — Ребёнок-эльф, хранитель леса, значит. Я думал, вы покинули эти места, да и в Империи духов не встретишь.       — Мои братья очень скрытные и не показываются почем зря. Но я спас тебя не для того, чтобы болтать с тобой попусту.       — Ну, а для чего же? — спросил человек и, превозмогая боль, поднялся и встал на ноги.       — Смотрю, тебе уже лучше. Все-таки от твоего меча есть и польза.       — Моя ноша тебя не касается, — огрызнулся Норт, бросив обеспокоенный взгляд на свой клинок. — Так что…       — Ошибаешься, человек, еще как касается, и не только меня, а вообще всего живого в этом мире.       — Только не надо этих речей о предназначении и тому подобного! Я ушел в эти земли не для того, чтобы выслушивать осуждения таких, как ты.       — Даже не скажешь спасибо за то, что я спас тебя?       — Я благодарен тебе за это, но, не пойми меня неправильно, я полагаю, что за мое спасение стоит отплатить?       — Не совсем.       — Так чего же ты хочешь?       — Немного, человек. Съешь эту рыбу и выслушай то, что я сейчас тебе скажу.       Норт молча взял прожаренную рыбу из рук эльфа и голодно вонзил в нее зубы. Еще раз бросил взгляд на хранителя и присел возле костра, пережевывая рыбу.       — Отлично, теперь слушай. Этот меч — не один такой на этом свете… Нет, даже не так, он не один с такими свойствами, есть и другие артефакты, причем более древние, чем я или даже чем этот мир. Они разбросаны по всем континентам и, собрав их в одном месте, можно обрести поистине великую, древнюю силу. Насколько мне известно, несколько смельчаков пытались собрать все артефакты, но ни одному не удалось это сделать. И вот через несколько сотен лет, на континенте появляется человек и начинает рубить орков направо и налево вот этим мечом, который является наиболее важным и мощным из всех этих артефактов.       Но, к сожалению, это не все. Духи из северных континентов и Империи поведали мне о том, что некий эльф стал слишком упорно искать магические вещи и даже преуспел, найдя одну из них, но как оказалось, еще один артефакт у тебя. Так я спрошу тебя, откуда ты взял этот меч и как ты собираешься его использовать в будущем?       После того, как хранитель закончил свой рассказ, в пещере повисло неловкое молчание, лишь костер, потрескивая, нарушал ее.       Норт прокашлялся и, кинув рыбьи кости в пламя, проговорил:       — Но, если ты знаешь мое имя, значит, и должен знать о моем прошлом?       — Я всего лишь дух и не умею читать мысли. Так ты поведаешь мне свою историю? Я сочту это достойной платой за спасение.       — Рассказ будет не из приятных, и мне всегда больно вспоминать об этом, но хорошо. Я расскажу тебе. Я ни с кем не говорил об этом, а в своем народе я теперь изгой.       — Кто я такой, чтобы осуждать тебя? Мир не делится на черное и белое. Просто расскажи мне все, что сочтешь нужным.       Мечник кивнул и, прочистив горло кашлем, начал свой рассказ:       — Тогда я был простым наемником и брался за любое дело. Все началось с того, как одним солнечным утром я решил еще поспать, и из кухни меня, как всегда, позвала жена. Этот день я до сих пор храню в своей памяти…

***

      По ночным улицам Рифстена двигались две фигуры, а точнее, еле ползли. Человек в черном плаще тащил наемника, который, весь окровавленный, был готов потерять сознание в любой момент.       Человек кряхтел и силком тащил наемника, а тот кое-как, с трудом, переставлял ноги. На пути не было ни души, словно бы весь город превратился в пустынные земли, и лишь вой собак оторвал от нелегких мыслей неизвестного в черном, и тот завернул за угол, при этом ругаясь себе под нос.       — Вроде бы этот поворот… Ну и тяжелый же ты! — проговорил человек и потянул наемника вдоль стоящих вереницей торговых лавок.       Незнакомец поднимал глаза всякий раз, когда подходил к очередной лавке, но, не найдя нужной, грязно ругался и тащил беднягу дальше. Человек заметил свечение факелов впереди и вместе с раненым спрятался возле одной из лавок.       — Неужели стража решила выполнять свои обязанности?! Как это все не вовремя… Где же эта чёртова лавка?!       — Где… где я?       Незнакомец быстро перевел взгляд на наемника и снял капюшон:       — Норт, ты очнулся! Эй, Норт! — прошептал он, но, не дождавшись ответа, выглянул из-за угла лавки — стража скрылась. Человек поднял Норта, который снова провалился в бессознательное, но не смог его удержать и, испачкавшись в крови, начал тащить его по земле.       Он тащил наемника, читая названия вывесок, и бубнил себе под нос:       — Не то! Не то!       Впереди уже виднелся конец торгового ряда и поворот на другую улицу. Неожиданно прямо перед носом спутников распахнулась дверь одной из лавок. На пороге стоял человек в очках и мясницком фартуке, который тоже был весь в крови.       — Вот же ирония, Кригсбер.       — Грэм! Некогда объяснять, помоги мне.       Грэм подбежал к наемнику и взял его за ноги, Кригсбер схватил Норта за руки и таким образом они затащили раненого в лавку.       Маленькая на вид лавка имела довольно обширный зал. Горело несколько оплавленных огарков, можно было увидеть разные сорта мяса и приспособлений хозяина лавки для кровавой работы.       Как только друзья вошли в зал, сразу бросили Норта на грязный стол, который стоял по центру помещения.       — Пожалуй, ты должен объясниться, почему заваливаешься ко мне посреди ночи с человеком, который вот-вот умрет — я уже вижу, как из него уходит жизнь.       — Я прощу тебе долг, только не задавай лишних вопросов. Это важно!       — Чтобы этот бедолага был должен тебе по гроб жизни? Ну что же… Раз ты обещал, что мой долг будет погашен, я требую письменное подтверждение твоих слов.       — Ублюдок, он же сейчас умрет! — прокричал Кригсбер, указывая на Норта.       — Когда ты стал таким добрым, что решил помогать всяким бродягам с улицы, которых пырнули ножом?       — Он не бродяга, и рана у него серьезней, чем от удара ножом. Чего же ты медлишь?       — Ладно, дай мне приготовиться.       Мясник вытащил серебряный медальон из-под измазанного кровью фартука, поправил очки и прикоснулся серебряной вещицей к животу Норта. В помещении резко потеплело, и могло показаться, будто свечи начали плавиться от жары, вся комната заполнилась неизвестным резким запахом. Из ладоней Грэма появлялось слабое белое свечение, он шептал себе что-то под нос, все громче и громче. С каждой секундой свечение усиливалось и уже освещало всю лавку, а лекарь уже выкрикивал слова заклятия. Вся лавка ходила ходуном. Внезапно стены осветила яркая вспышка, которая потушила все свечи. Наступила звенящая тишина. Все это произошло так неожиданно, что Кригсбер не успел ничего осознать, однако казалось, что лечение тянулось целый час или больше.       Грэм отошел от тела Норта и присел на стул.       — Жить будет. Только не забывай, в следующий раз, если он последует, я возьму с тебя хорошую плату. Теперь я отработал свой долг.       — Надеюсь, это того стоило.

***

      Утро наступило довольно быстро, веки Норта открылись, и первое, что он увидел, было взволнованное лицо Кригсбера.       — Значит, ты проснулся.       — Что… кхм… Что вчера было? Последнее, что я помню, так это… И где я вообще, и почему ты здесь?       — Тише, Норт, я спас тебя от смерти. Понимаю, у тебя много вопросов, но это сейчас не столь важно.       — Спас меня? — спросил наемник, и его взгляд переместился ниже — вся его одежда была в крови, а на животе его лежала кожаная броня.       — Вот же дерьмо! Я что, был мертв?       — Нет, но на грани смерти. Послушай, раз ты очнулся, тогда мы должны спешить. Я уже и так многое наобещал своему знакомому, чтобы мы остались здесь до утра. Нужно поторапливаться.       — Вот черт! Меня же жена ждет, я же обещал ей, что работа не навредит мне. Мне нужно срочно домой, — проговорил Норт и ловко вскочил на ноги.       — Ладно, но я надеюсь на продолжение этого разговора. Мне нужно тебе о многом рассказать. Приходи сегодня вечером в центральный район, недалеко от…       — Хорошо, хорошо, я найду тебя, а сейчас извини, я должен бежать, — сказал наемник, собираясь. Выходя из каморки, он кинул взгляд на человека, который с размаху рубил мясо, и молча вылетел из лавки. Следом за ним вышел в зал Кригсбер.       — А твой друг не очень приветлив.       — Да, наемник не из болтливых. Спасибо за помощь, Грэм, но мне тоже нужно бежать, — сказал он и протянул руку. Мясник обернулся и показал свои заляпанные кровью руки. Кригсбер смущенно убрал ладонь и вышел из лавки.       — Просто замечательный день.       

***

      По улицам Рифстена шел человек, от которого любой прохожий шарахался и обходил стороной. Вся его одежда была в засохшей крови, но бежал он, как будто его и не ранили.       Норт и не заметил, как забежал в свой район. Первым делом он остановился, чтобы отдышаться, и после ускоренным энергичным шагом начал подходить к своему дому.       Как только наемник оказался у порога своего дома, то интуитивно потянулся за мечом, но в ножнах было пусто. — «Вот же черт», — подумал Норт, открывая дверь, которая была не заперта.       — Джейни? Ты тут?       Наемник ступал осторожно. Пройдя прихожую, он заглянул на кухню и увидел Джейни. Она сидела на стуле, но грудью лежала на столе и, казалось, не дышала.       Норт подбежал к жене и дотронулся до ее изящной шеи. Ничего. В спешке потянулся за запястьем, как услышал:       — Милый, это ты?       — Ох, Джейни! Я уж было подумал… ох, — сказал он, нежно обнимая ее.       — Я ждала тебя всю ночь, даже дверь не закрыла, но, видимо, уснула. Так ты не скажешь, где ты был всю ночь и… Это что, кровь? Ты ранен?! — воскликнула жена, указывая на порез.       — Нет, кровь не моя, — солгал наемник.       — Но тебя же явно ранили! Позволь, я осмотрю тебя… ах, во что же ты ввязался? Ты же обещал мне, что работа спокойная… ну ты же обещал мне… — промолвила женщина и горько заплакала.       — Я подвел тебя, знаю, но я в порядке, правда. Извини, что заставил волноваться. Я просто попал в неприятную заварушку и…       — Неприятную? — спросила Джейни, вытирая слезы. — Утром приходили какие-то люди… я подумала ты вернулся, но вошел какой-то человек и сказал, что у тебя был долг, и теперь он на мне. Долг за наш дом! Сказал, что если сегодня вечером я не приду на его склад с деньгами, то тоже отправлюсь к мужу. Я себе места не находила! Я так разволновалась, что выпила лекарства, чтобы успокоиться, и уснула… Как ты все произошедшее объяснишь?       — Я со всем разберусь, не переживай, я все…       — Улажу? Ты постоянно так говоришь. Зачем ты врешь, Норт? Почему не рассказываешь мне все? Почему ты не хочешь доверять мне?       — Дорогая, прости меня за все — я делал это только ради тебя. Но больше я не хочу тебя обманывать.       — Так поговори со мной, расскажи мне, что тебя гложет.       — Джейни, больше всего на свете я хочу быть с тобой и не дам тебя в обиду, но сегодня, я клянусь тебе, мне нужно уладить вопрос по поводу долга, и я вернусь до захода Солнца.       — Хорошо, надеюсь, впредь ты не будешь лгать ради меня же. Так ты делаешь мне только больнее.       — Я понимаю. Но сейчас я бы сменил свои лохмотья на что-то менее окровавленное и приметное.       — Ладно. Думаю, ты голодный. Я что-нибудь приготовлю.       Норт подошел к жене, обвил руками ее тонкую талию и поцеловал в губы. — Ты понимаешь меня с полуслова. Я редко тебе это говорю, но я люблю тебя, правда.       — Ох, Норт…       Очень скоро наемник сбросил свою заскорузлую броню и оделся в чистую повседневную одежду. С кухни доносились ароматы знакомой вкусной еды. Норт улыбнулся и пошел на кухню лишь с одной мыслью: «Я сделаю все ради нашей мечты».       

***

      Наемник покидал свой дом нехотя, но твердо знал, что должен решить проблему тем или иным способом. Сейчас же его ожидала встреча, причем, как он понял, недалеко от его дома, поэтому в случае незваных гостей, он мог примчаться обратно домой.       На улицах было, на удивление, оживленно. Люди выходили из своих домиков-коробок и разбредались по всему городу. На секунду могло показаться, что жизнь налажена и вошла в спокойное русло, как обычно. Норт лишь на миг задумался о будущем, о том, что его ждет и какой выбор он должен принять.       Наемник резко остановился на перекрестке и чуть было не врезался в компанию людей, которая потоком двигалась прямо на него. — «Вот черт, где же, он сказал, будет меня ждать? Нужно было дослушать его».       Наемник ходил кругами по центральному району Рифстена. Проходив так целый час, он постучался уже в каждую дверь, где его либо посылали, либо не открывали вовсе. Вскоре Норт решил передохнуть, присев на лавочку около чьего-то дома. Чтобы собраться с мыслями, он начал смотреть на закат Солнца. — «Сколько я проходил так, неужели весь день или…»       От раздумий его оторвал внезапно раздавшийся сверху голос:       — Можно присесть?       — Что? Кригсбер, откуда ты…       — Тише, не смотри на меня, смотри прямо перед собой, — прошептал пришедший, присаживаясь на лавку. — Я следил за тобой. У тебя был хвост. А, не бойся, эти растяпы даже осознать ничего не успели! Думаю, пара трупов в канаве — это обыденное дело в этом городке.       — Но кто следил за мной?       — Думаю, ты догадываешься.       — Люди Рива. Они же могут прийти ко мне домой! У меня там жена, я должен вернуться и…       — Тише, успокойся, я помогу тебе с этой проблемой. Я спас тебя, потому что ты нужен мне, как и я тебе, поэтому… Окажем друг другу услугу, м-м?       — Выбора у меня нет, так что… Какого рода эта твоя услуга?       — Хорошо, тогда слушай меня внимательно. Мой хозяин интересуется древними вещами, которые старее, чем сам этот мир, поэтому ему уж очень нужен один магический артефакт. Думаю, завтра в город приедет глава наемников, чтобы обдумать одно предложение, от которого он вряд ли откажется. Вот тут в игру вступишь ты — запишись в эту экспедицию, забери этот артефакт и доставь его мне. После того как я его получу, мой хозяин будет очень доволен, и я заплачу в три раза больше, чем твой наниматель. Ну, как тебе предложение?       — Но почему я?       — Мне нужен был наемник, но когда я пришел в наемнический дом, то обнаружил мирно спящего алкаша. Тут появился ты, и я понял, что смогу положиться на тебя целиком и полностью — для этого и нужны были проверки с той дамой.       — Так, значит, ты не заместитель и просто рылся в документах у Коула, и золото, которое ты мне дал, вот же дерьмо!       — Потише, чего ты кричишь! Да, мне иногда приходится идти на некоторые уловки, пойми меня. Думаю, сейчас нужно заняться твоей проблемой, не так ли? А твой ответ по поводу моего предложения мне нужен сейчас, мой хозяин не любит ждать.       — Подожди, у меня каша в голове. Столько всего произошло за последнее время. Говоришь, заплатишь больше? Тогда почему сам не выполнишь задание?       — Понимаешь, я всего лишь пешка в этой игре, я просто передаю тебе информацию. У меня есть и другие заботы.       — Если и так, то что это за артефакт и где мне его искать?       — Коул все тебе расскажет. Главное — добудь его любой ценой, это важно. Так что? Твой ответ — да или нет?       Норт, прикинув все варианты, прокашлялся и ответил:       — Я благодарен за то, что ты спас меня на складе и даже сейчас помогаешь. Но у меня есть сомнения, поэтому я требую расписку и мой ответ — да, мне и вправду нужны деньги.       — Вот и славно! Рад, что твой ответ оказался таким, как я ожидал. Затем откланиваюсь, чтобы подготовиться к решению твоей проблемы. Встретимся возле того самого склада, я захвачу все необходимое, — сказал Кригсбер и, встав с лавки, пошел по улице беспечным прогулочным шагом.       — Не может быть все так легко, но выбора у меня и правда нет, — проговорил наемник себе под нос, смотря на Солнце, которое скрывалось за домами, показывая свои последние лучи и передавая этот день во владение ночи.       

***

      Говорят, что ночь — это лучший друг воров, но также это лучший спутник убийц, по крайней мере, так считал Кригсбер.       Он стоял у склада и изучал обстановку, услышав шорох позади, он обернулся, всмотрелся в темноту и прошептал:       — Наемник, сюда.       — Откуда ты узнал, что это я, и что это за доспехи? — спросил Норт, подкрадываясь.       — Я тебе такие же достал, позволяют скрываться в ночи и сливаться с тенью. Очень незаменимая вещь, особенно если хочешь прокрасться куда-нибудь. Ах да! Еще возьми и это, — сказал Кригсбер и протянул стеклянный флакон с какой-то жидкостью.       — Так вот, какую работу ты выполняешь для своего таинственного заказчика.       — Чем меньше знаешь об мне, тем лучше же для тебя.       — Но что это за жидкость?       — Позволяет видеть в темноте.       — Шутишь?       — Выпей и проверь. Ну же, смелей.       Норт открыл флакон и понюхал содержимое. Недолго думая, он выпил все до дна.       — И когда подейс… Ого! Я вижу все как днем, а свет стал еще ярче. Но как?       — Надевай доспехи, я насчитал троих снаружи, скоро выступаем.       Норт всмотрелся в доспех. Он был темнее чем ночь, и только благодаря зелью он смог рассмотреть его — на вид казалась обычная кожа, но как только он был полностью облачен в эту броню, то заметил, что она совсем не сковывает движения, двигаться в ней было легко и свободно. Наемник надел капюшон, натянул маску на лицо и повернулся к Кригсберу.       — Отлично сидит! Смотрю, ты без оружия?       — Вот черт, я совсем забыл про это!       — Я побеспокоился и об этом. Возьми кинжалы, с луком лучше я управлюсь.       Норт поднял кинжалы и положил их в ножны, которые он закрепил на поясе.       — Я готов.       — Отлично, тогда по моей команде бери того, который покажется слева, — проговорил Кригсбер и начал накладывать на тетиву стрелу с странным наконечником.       Вскоре из-за угла склада появились двое и встали у входа склада. После короткого диалога один из них зашел в склад, оставив напарника на улице.       Тишину нарушил свист стрелы, который попал в факел, который был в паре метров от человека, и огонь погас.       — Что за чертовщина? — выругался он и вытащил клинок.       Норт подбежал к человеку и вонзил кинжал ему в горло, другой же рукой прикрыл ему рот и оттащил его за темный угол.        — «Даже шагов не слышно, эти доспехи явно зачарованы, не иначе».       Кригсбер сменил позицию и подбежал ко входу в склад, заглянул в дверной проем и оценил обстановку. Тут к нему подошел Норт.       — Мы пришли раньше. На складе в тени наверху стоят два лучника, а в самом помещении двое охранников, я погашу свет и сниму тех, что наверху, ты возьми остальных.       Норт кивнул:       — Я готов, давай.       Кригсбер приготовил стрелу и наложил ее на тетиву, но услышал шаги и диалог с улицы.       — Говорю же, она придет. Вот увидите, болваны! Вот что-что, а запугать я умею.       — Это же тот ублюдок! Я прямо сейчас готов убить его!       — Не стоит торопиться, Норт. Поубавь свой пыл. Действуем быстро. Ты готов?       — Готов, — ответил наемник и приготовил клинки.       Двое теней ушли от входа склада и стали возле прямо противоположных домов, ожидая свою цель. Вскоре на открытое пространство вышел Рив в компании двух громил. Но внезапный звук тетивы заставил остановиться эту компанию.       — Вы это слышали? Эй, я с кем разговариваю, идиоты! — прокричал он, оборачиваясь. — Какого черта?!       Двое телохранителей валялись на земле и не издавали не звука, стрелы торчали у них из голов. Рив заметил, что стоит в их крови и хотел было закричать и отпрыгнуть, но почувствовал, как что-то острое уперлось в его спину и вдобавок чужая рука закрыла ему рот.       — Давно не виделись, Рив, — прошептал Норт ему на ухо. — Не против прогуляться?       Заимодавец замычал и пытался вырваться, но удар по голове рукоятью кинжала прекратил все попытки сбежать.       — Отнесем его к сточной канаве, поможешь? Здесь недалеко, уж мне-то не знать.       — Как знаешь, — сказал Кригсбер и взял Рива за ноги.       — Но что делать с теми на складе?       — Они разбегутся, почуяв неладное. Домой к тебе они вряд ли придут, уж в этом я уверен.       — Ладно, мы пришли. И он, кажется, очухался.       Первое, что увидел Рив — два человека, которые смотрели на него сверху. Он сразу же попытался схватится за спрятанный кинжал, но обнаружил его отсутствие, а также что связан по рукам и ногам.       — Не это ли ищешь? — спросил Норт держа кинжал Рива прямо у него перед носом.       — Кто вы такие? Ох, моя голова!       Норт снял капюшон и маску, наклонился к Риву и сказал:       — Что, уже не узнаешь меня?       — Но как ты… Подожди, это из-за долга? Я прощу тебе его и деньги верну, у меня много денег, я…       — Заткнись, ублюдок, думать нужно было раньше, — прошипел Норт и столкнул его в сточную канаву лицом вперед.       Падая, Рив ударился головой об камень, тоненькая струйка крови вскоре образовала лужу и вскоре он начал кричать при этом захлебываясь в нечистотах и в своей крови, пытаясь высвободится от веревки. Вскоре крик человека прекратился, как только он перестал брыкаться. Норт наблюдал, как из Рива уходила жизнь.       — Он мертв, пойдем отсюда.       — На этом наши пути расходятся. Вещи оставь себе, пригодятся.       — Спасибо, ты меня очень сильно выручил.       — Надеюсь, и ты меня выручишь, а пока прощай, еще свидимся.       — Я не подведу, будь уверен.

***

      — Не хотелось бы тебя прерывать, но уже глубокая ночь. Ты проговорил почти весь день. Ты так был увлечен своим рассказом, что я и не смел прерывать тебя.       — И правда, уже и костер погас.       — Вот, возьми, — сказал хранитель, протягивая бурдюк с водой. — За костер не беспокойся, я возведу новый, а пока… Хм…       — Что такое?       — Ничего, но, кажется, у нас гости. Я почувствовал, как в лес вошли несколько существ, и, кажется, это орки.       — Значит, они нашли меня. Я не хочу подвергать тебя опасности, поэтому сражусь с ними сам.       — И не подвергнешь, я же нематериален, и обыкновенным клинком мне вреда не причинишь, — с ухмылкой ответил эльф.       — Ну, это все равно личное. А мне и вправду уже лучше! Спасибо тебе за то, что выслушал меня, хоть я и не рассказал тебе все.       — Не стоит. Я чувствую, что где-то в глубине души ты хороший человек, и не стану судить тебя за поступки в прошлом. Я надеюсь, что после мы вернемся к этому разговору. Ну, а теперь в путь. Я не позволю, чтобы какие-то орки ходили по моему лесу.       — У меня плохое предчувствие, — сказал Норт, поднимаясь и направляясь вглубь пещеры за своим клинком, который впервые за долгое время бездействия ответил лишь слабым красноватым свечением на прикосновение к эфесу.