american tour

Концерт прошёл, и надо было собираться в дорогу. Не успела я прочувствовать дух выходных, не успела сделать вдох, а уже надо было двигаться дальше. Мне не хотелось уезжать из Сан-Франциско, оставлять все, что случилось здесь позади. Но таков был смысл этой жизни — отпустить, уехать и не оглядываться. Это казалось таким сложным, когда в свете луны я волочила свои ноги от отеля до автобуса. Мы уезжали сразу после концерта, перевести дух было некогда, и внутри меня пылью оседало чувство, будто я что-то забыла и оставляю это здесь навсегда. Следующая остановка была Лос-Анджелес. Я поняла, что простудилась. Мои ночные похождения не прошли бесследно, и Сан-Франциско решил оставить в память о себе насморк и заложенные уши. Кто бы подумал, что возможно простудиться в Калифорнии? У меня получилось. В автобусе Эли завалилась спать, а я села за стол и закуталась в плед, стараясь шмыгать носом как можно тише. За окном мелькали пейзажи, покрытые ночным мраком и тусклым светом фонарей, и это создавало атмосферу для раздумий. Интересно, что сейчас делает Билли? Глупый вопрос, наверняка, как и все, спит. Он все-таки отыграл только что двухчасовой концерт, а не лежал как я все это время на диване в комнате для персонала. Последний раз я видела его перед началом концерта, а в конце мы ожидаемо разминулись. Я чувствовала себя хорошо и плохо одновременно, физическое накладывалось на душевное, и все перемешивалось, складываясь в непонятное тягучее ощущение в груди. Мне хотелось находиться с Билли Джо в одном автобусе, просто ощутить его рядом, поговорить с ним, обнять и поцеловать. Я чувствовала себя так глупо, все мои мысли были заняты только этим. Может ты уже наконец подумаешь о работе пронеслось в моей голове. Но какая тут может быть работа, когда я влюблена как пятнадцатилетняя девочка, и даже не могу понять почему? Что он сделал, чтобы так влюбить меня в себя? Ничего, он ничего не делал, я все сделала сама, и это было просто невероятно глупо. Мой разум окончательно затмил факт его ответной симпатии и инициативы, и я старательно откидывала мысли о природе его поступков. И хотя я все прекрасно понимала, я просто не позволяла себе думать об этом. Я положила свой телефон на стол, там же скомкала одеяло и устроила свою голову поверх рук, надеясь проспать до утра. Неудобная поза самый лучший вариант заснуть для меня. И, ожидаемо, — с началом рассвета я сразу же проснулась от солнечных лучей. Солнце поднималось как раз со стороны окна у которого я сидела, и из-за горизонта я видела начинающийся рассвет. В этот момент мой телефон сообщил о пришедшем сообщении. На экране высветилось: «Билли Джо Как тебе рассвет?» Спросонья мне было тяжело что-то понять. Осознание пришло секундой позже. Значит, только посмотрел будильник? В общем-то, в моем телефоне не было ничего интересного и провокационного, но мне было неприятно думать о том, что он мог увидеть здесь что-то личное. Не долго думая, я написала: «Красивый» «На крыше был лучше» Я улыбнулась и взбодрилась, все было так замечательно, Билли сохранил в мой телефон свой номер, и теперь пишет мне. Сейчас он так же как и я смотрел в окно и вспоминал. Спустя минуту мне пришло сообщение: «Да, там было лучше» И все. Я надеялась на что-нибудь завязывающее беседу, а он молчал. Это делало ситуацию сложнее, но я собралась и взяла ситуацию в свои руки: «Только будильник, Билли?» Я заблокировала телефон, и стала ждать ответа, но его не последовало ни через минуту, ни через десять, ни через час. Меня это расстроило, я подумала, зачем он написал, если не собирался начинать разговор? Это было нечестно, зачем надо так дразнить меня? Тем временем, за окном поехали знакомые пейзажи — мы въезжали в Лос-Анджелес. На меня сразу накатила тоска — хоть я и не любила этот город, прошлая поездка сюда выдалась отличной. Теперь все будет по-другому, я с другими людьми, в другой ситуации. Я планировала весь день провести в номере — может, только выйти в магазин — и посмотреть фильм, пообщаться с друзьями, подумать о происходящем. Если честно, мне очень хотелось с кем-нибудь поделиться. Я хотела рассказать обо всем Марку. Он бы убил меня, он же мой босс, но и друг мой тоже, поэтому ему пришлось бы выслушать меня и поддержать. Или наорать, что вероятнее, но неважно, ведь держать все это в себе больше не оставалось сил. В отеле мы с Билли также не пересеклись — Green Day приехали раньше нас и к этому времени уже заселились. Ну и хорошо подумала я. У меня есть прекрасная возможность разгрузить голову и не навлекать стресс на свой организм из-за эмоциональных перепадов. Звучала эта перспектива замечательно и немного компенсировала грусть нашей разлуки. В номере я сходила в душ, обмоталась полотенцем и плюхнулась в нем на кровать. Я уткнулась в телефон и спустя какое-то время услышала стук в дверь. Мое настроение испортилось моментально — сейчас очень хотелось остаться в одиночестве, а не общаться с Эли. Но раз уж она пришла, ничего не оставалось, как впустить её. Я крикнула: — Войди, — и вернулась к просмотру твиттера. — Ой-ёй, — я услышала голос Билли, и когда подняла глаза, он уже резко разворачивался ко мне спиной. — Блин! — закричала я, подрываясь и вытаскивая из-под себя одеяло, чтобы забраться под него. — Я думала, ты Эли! Билли засмеялся, а я подумала, как же стрёмно получается. Ощущение, будто все самые стрёмные ситуации решили взять и произойти с нами. Хорошо, что я не додумалась лечь вообще без полотенца… — Прости, прости, — Билли все ещё стоял ко мне спиной и держался за голову. Я была в лёгком ступоре от ситуации. — Что ты тут делаешь? — я натянула одеяло до шеи, — Можешь разворачиваться. Билли повернулся и смущённо улыбнулся, по крайней мере, мне показалось, что это было именно смущение. — Хотел позвать прогуляться, — он присел на стоящий напротив кровати туалетный стол. Голос в моей голове заверещал да, да, да, пошли прогуляемся хоть на край света, и я ответила: — Ммм, не люблю Лос-Анджелес. Билли покивал головой. Мое внимание привлекли его синяки под глазами. — Я тоже, но тебе понравится, обещаю. Мы смотрели друг другу в глаза, и мое сердце билось, билось, билось. — Мог просто написать, — я потянулась, — Ладно, выйди, мне нужно одеться. Билли улыбнулся и, сказав, что будет ждать меня снаружи, вышел из номера. Мда, не долго я ломалась. Что я там думала о разгрузке головы? Не в этой жизни, по всей видимости. Мое настроение переменилось сверхбыстро — я уже не хотела оставаться в одиночестве, я как можно быстрее хотела выбежать к человеку, ждущему меня за дверью. Я соскочила с кровати и столкнулась с почти неразрешимой дилеммой — что мне надеть? У нас ведь свидание? Теперь-то точно оно, никаких вариантов. Платье было самым подходящим выбором для такой прогулки, но я не хотела выглядеть так, будто сильно заморочилась над своим внешним видом. А что если я перестараюсь и буду выглядеть непривлекательно? А, к черту подумала я и надела джинсы с блузкой. Надушившись любимым парфюмом я вышла к нему и сразу угодила в объятия. Боже, мы обнимаемся посередине коридора в отеле, а если сейчас кто-нибудь появится? Почему я об этом беспокоюсь? Я держала его за плечи и вдыхала запах его одежды и тела. Руки Билли лежали у меня на спине. — Куда пойдём, — я отстранилась от него не отпуская, и заглянула ему в глаза. Они были такими уставшими. — Доедем на такси, и там увидишь. Я усмехнулась. Интрига подняла волнение в душе, и оно сменилось радостным предвкушением, когда мы садились в машину и Билли Джо сказал водителю: — На Венис-Бич, пожалуйста. Он захлопнул дверь, и я прильнула к нему и поцеловала. Его тело под моими руками было таким тёплым и ощутимым, это было настоящим наслаждением — чувствовать его под собой. Я оттянула его нижнюю губу своими зубами, и отпустила, заглядывая в лицо. Глаза Билли были полуприкрыты, но я смогла рассмотреть в них множество красных капилляров. Он смотрел на меня с немой просьбой, которая плескалась в глубине его зрачков, и вот-вот норовила вылиться наружу. Он выглядел как несчастный романтический герой, неожиданно оказавшийся в реальной жизни и столкнувшийся с жестокой действительностью. Все это так сильно пленило, и мне хотелось подарить ему всю нежность, на которую я только была способна. Я положила одну руку ему на грудь, а второй провела по щеке, и спросила: — Ты сегодня не спал? — Чёртова Майка Дёрнта дристало в автобусе всю ночь, — Билли положил свою руку сверху моей на его груди. Я поморгала. Пелена романтики в моих глазах разбилась в дребезги одной его фразой. Мне стало смешно, и я подумала, что не стоит романтизировать его настолько сильно. — Понятно, — я переплела наши пальцы и сложила голову ему на плечо, наслаждаясь нашей близостью. До Венис-Бич мы ехали полтора часа. Лос-Анджелес был просто огромен, добраться из одного его конца в другой не получилось бы и за несколько часов. Все это съедало огромное количество времени, но добавляло немного романтики в нашу поездку. Мы ещё какое-то время целовались, а к концу пути я почти заснула у Билли на груди, но тогда мы уже почти подъехали и в скором времени выбрались наружу. Как только я вышла, меня окутал самый особенный запах во всем мире — запах марихуаны. Мы, без преувеличения, приехали в самое лучшее место Лос-Анджелеса. Место, где беспрепятственно можно купить траву. Я уже была здесь, и атмосфера этого места всегда вызывала у меня чувство счастья в груди и улыбку на лице. Этот раз не стал исключением. Билли посадил меня на лавку и велел ждать, а сам отошёл и затерялся в толпе людей. Я подумала, как удивительно гармонично он вписывался в общую картину, одинаково хорошо сливаясь и со старыми хиппи и с модным тусовщиками. Отовсюду до меня доносилась разная музыка, сзади шумел океан и все вокруг было окутано грязным, маслянистым и удушливым запахом марихуаны. Солнце светило прямо над головой, начиналось пекло, но даже это не мешало мне кайфовать от обстановки и предвкушения хорошей накурки. Тут было много людей, и все они выглядели по-разному и по-особенному. По крайней мере, в такой атмосфере именно так и казалось. Я наслаждалась наблюдением за ними всеми, видела как на другой стороне улицы проходит танцевальный баттл, а сбоку от меня огромная компания растаманов стучит в барабаны. Дух вечного веселья окутывал меня и поднимал настроение. Билли вернулся, я подскочила к нему и взяла под руку. Я сказала: — Давай сначала немного прогуляемся, — я повела его в сторону танцующих. — Если тебе так хочется. Его податливость заставила меня улыбнуться, и мы пошли в самую гущу наблюдателей. Я просунулась в первый ряд, Билли остался стоять чуть поодаль, взял меня за талию и высунул голову из-за плеча. Чёрные ребята по очереди танцевали хип-хоп, и это было настолько мастерски исполнено, что падала челюсть. Я обожала наблюдать за чем-то столь профессиональным. Через какое-то время они закончили, и Билли Джо потянул меня назад, выводя обратно на аллею. Мы не спеша пошли по ней. — Очень классно, правда? — я заглянула ему в лицо. — Да, они крутые, — Билли улыбнулся и тоже посмотрел на меня. Его рука была в кармане, а я держала его под локоть, это было жарко и влажно, но все равно очень приятно. — А ты спала сегодня? — он продолжал всматриваться в мое лицо, и мы шли куда-то вперёд. — О, да, я сегодня поспала, — я улыбнулась ему, — Не помню сколько, но это точно было. Билли засмеялся и свободной рукой взял меня за предплечье. — Не врешь? — Нет, ты что? — я удивилась, — Зачем мне тебе об этом врать? — Я обычно всем вру, — Билли потянул меня в сторону лужайки с высокими пальмами. — Твой вид никому не соврёт, — мы сошли на траву, — Тут наверное гуляют с собаками, — я приостановилась и оглянулась под ноги. — Тогда я хочу лечь сюда ещё сильнее. Я засмеялась, но все-таки остановила его и сказала: — Давай только под тень, — я указала на силуэт пальмовых листьев на траве. Мы уселись и Билли неожиданно продолжил: — Обычно мне все верят, — он достал из заднего кармана пачку сигарет, — Лучше уж так, чем выслушивать нравоучения. Я подумала ну как можно этому поверить? То есть, по нему же видно, что с ним что-то не в порядке… Я молчала и наблюдала как Билли открывает пачку и достаёт оттуда два косяка, один из которых протягивает мне. — Что будем делать, если нас поймают? — я засунула косяк в рот, и его запах бросился мне в нос. Билли закурил, а потом зажег сигарету и мне. — Не поймают, — он затянулся, и я сделала тоже самое. — Каждый почему-то думает, что твои проблемы незначительны и легко решаются, — сказала я посмотрев на Билли и сделала ещё одну затяжку. Моя голова начинала кружиться. Он закивал, и ироничным голосом начал: — У меня бессонница, говорю им я — Билли выпустил дым изо рта, — А они отвечают: просто начни ложиться вовремя, восстанови режим! Мне стало непозволительно смешно от этой фразы. Меня накрывало, и я откинулась на траву. Но Билли засмеялся, так что и я дала волю своему смеху. Солнце слепило глаза, я положила свободную руку на голову, а другую задержала над землёй, чтобы не дай бог не помять косяк. — Это как, — я глянула на Билли, — У меня заложен нос — просто дыши глубже! Он опять начал смеяться, и я впустила в свои лёгкие очередную порцию блаженного дыма. Мое тело расслаблялось, руки и ноги стали очень легкими, ими было тяжело управлять. Я почувствовала, как из носа снова потекло и сморкнулась. Билли подхватил: — У меня алкоголизм — просто меньше пей! Мы засмеялись одновременно, я почувствовала, что Билли лёг рядом со мной. — Я хочу умереть, — я затянулась, — Просто оглянись вокруг, жизнь прекрасна! — У меня депрессия — просто больше веселись! — Билли проговаривал все сквозь смех, и меня накрыло окончательно. Все внутри щекотало, на глазах выступили слезы, я смеялась, смеялась и не могла остановиться. Я подумала, как же смешно мы сейчас гуляли по аллее, это было самое смешное событие в моей жизни. Несколько раз я пыталась сказать фразу, которая уже крутилась в голове, но постоянно срывалась на смех. Я сморкнулась, с визгом вдохнула в себя воздух и сказала: — У меня булимия — просто чаще ешь! Кажется, Билли уже не слушал меня и сам катался по траве лицом, задыхаясь от смеха. Он смеялся намного тише чем я, и это было смешно. Я начала смеяться над его смехом, мне казалось, что мы попали в порочный круг этого дурмана и не сможем никогда из него выбраться. Билли заскулил, и резко поднял на меня голову: — Я парализован, — он еле сдерживал смех, — Просто больше двигайся… Мы опять заржали, мое дыхание участилось, из горла вырывались стоны, и я подумала, что звучу так, будто меня кто-то трахает. Нет, нет, нет, только не очередная смешная мысль — я перекатилась на бок, зажала рот рукой, но ничего не помогало, я все так же смеялась. У меня начали болеть скулы и живот, в голове пронеслось я больше не могу. Я скинула истлевшую сигарету, и после этого ко мне пришла еще одна мысль, и мне захотелось перейти черту. Я развернулась к Билли и сказала: — У меня фантомные боли в ампутированной руке, — я выдержала паузу, — Просто разминай кисть! Билли передо мной зачем-то пытался подняться из лежачего положения в сидячее, но после моих слов снова завалился на землю. Он всё смеялся, а я чувствовала, что мне становится легче. Я пыталась отдышаться, опять шмыгнула носом и вытерла слезы из уголков глаз. Билли все-таки сел на колени, он улыбался, но я чувствовала, что смех постепенно отпускал и его тоже. — Я очень одинок, — он наклонился ко мне, — Просто займись сексом с кем-нибудь, — и припал к моим губам. Мне было так приятно, но в то же время очень лениво целовать его. Мои руки просто не управлялись, я хотела положить их на него хоть куда-нибудь, но не могла прицелиться и попасть в нужное место. Я разметалась по траве и медленно шевелила губами, и Билли делал то же самое. Наш поцелуй явно не складывался, и мы как-то единовременно всё закончили. Билли лёг обратно и уткнулся мне носом в плечо, а я взяла его за руку. Звуки, доносившиеся ото всех мест искажались, стали очень тихие, а шум океана вышел на передний план. Я смотрела в небо, и мне казалось, что я смотрю в спокойное море. Звук волн доносился до моих ушей. Умиротворение, пустая голова, океан, и рука Билли Джо — вот все, что я чувствовала, и в этот момент я была самым счастливым человеком в мире. Солнце помешало моей эйфории, начало колоть глаза, и я подумала так, хватит. Я стала подниматься, и почувствовала, что Билли не хочет отпускать меня и держит за руку. Я перевернулась на живот, и ему не хватило сил удержать меня, так что я встала на ладони и колени, и, пытаясь удержать равновесие, медленно двинулась. Сзади я услышала: — Эй? Я опустила голову и посмотрела на него. — Она уползает… — сказала я и передвинулась дальше. — Кто? — Билли последовал за мной. Ну как кто? Это же очевидно! Я крикнула: — Тень! Сопли из моего носа опять потекли, я стёрла их рукой и легла обратно на траву. Билли навис надо мной и запустил руку мне в волосы. Он перебирал их, доставляя мне удовольствие, а потом ещё и сказал: — У тебя красивые волосы. Я прикрыла глаза и ответила ему: — Спасибо, — я улыбнулась, — Обычные. — Они длинные и мягкие, — я ощущала как он проводит рукой по длине моих волос. Это было приятно. Его слова. Возможно, даже приятнее, чем ласки. Мои волосы в самом деле ничем не выделялись — просто русые волосы средней длинны, и именно поэтому его слова были такими важными. Я почувствовала как рука Билли переместилась мне на скулу, и он нежно провёл по ней до линии подбородка. Я подумала о его нежности и оставленных засосах на шее и ранах на губах. — Ты красивая, — он очертил контур моих губ, и я подумала возможно, так и есть. У меня была вздернутая верхняя губа, острые скулы и длинные ресницы. Конечно, как и все девушки я бы хотела переделать себе нос, но в принципе, хоть он и был большой, в глаза сильно не бросался. Была одна деталь, которая портила все вышеперечисленное, и я сказала: — У меня кривые зубы. — А у меня искусственные, — Билли засмеялся и убрал свою руку. Мне хотелось вернуть её обратно. Я повернула голову и наблюдала за тем, как он ложится на спину рядом со мной и смотрит на небо. Прямо как я несколько минут назад. Мне захотелось кое-что сделать, и я приподнялась на локте, перекинула через него ногу и легла сверху. Стало так хорошо, очень тепло. Жарко. Билли обнял меня, и своей грудью я ощущала его тяжелое дыхание. Он положил одну руку мне на зад, а другой стал водить по спине. Сердце застучало быстрее, на его плече пальцем я начала выводить рисунки. Все было так приятно, я чувствовала накалявшееся напряжение между нами. В первую очередь я чувствовала это напряжение от него. Меня это подначивало, и я поцеловала его в шею. Это не было засосом, я только на секунду припала к его коже. Мне хотелось подразнить его, мой укуренный мозг счёл эту идею просто отличной. Билли стал гладить меня по ягодицам и черт этим поцелуем я сделала хуже только себе. Его рука была такой влажной сквозь ткань джинсов, и, кажется, в моих штанах тоже становилось влажно. Я не могла уследить за временем и понять, сколько же мы так пролежали. Я наслаждалась его прикосновениями и его запахом. Под дурманом эти ощущения странным образом усиливались. Мне очень не хотелось разрывать с ним контакт, но было невыносимо жарко, и я скатилась с Билли на траву. Нега постепенно отступала, легкость в теле пропадала, мозг возвращался на место. Билли сказал, что хочет есть, так что мы решили зайти куда-нибудь, и когда я встала, то заметила, что на моих коленях красовались размазанные зеленые следы от травы. Мой приличный внешний вид был спущен в помойку, но кажется, Билли этого не заметил, а следовательно мне было на это все равно. Позже Билли предложил покурить ещё, и я конечно же не могла ему отказать. Мы запрятались в узком переулке между домами, и Билли чиркал зажигалкой и поджигал сигарету. Я смотрела на его растрепанные волосы, мятую футболку, косяк зажатый между зубами и его вид так сильно меня заводил. Чем больше затяжек я делала, тем развязнее становилась, и в какой-то момент оказалась вжатой в Билли всем своим телом. Я держала его за шею и затылок, и запустила язык ему в рот, тут же натолкнувшись на его язык в ответ. Мы начали, без прикрас, самым грязнейшим образом лизаться. Я поражалась насколько чувственны мы были друг к другу, сколько эмоций вкладывалось в каждое наше прикосновение. Сколько чувств он вызывал во мне, являясь, по сути, почти незнакомым человеком. Я ощутила, как его язык расслабился, и Билли с чмокающим звуком оторвался от меня. Он припал к моей шее, влажно целуя меня за ухом, и заставляя меня дышать чаще и дрожать. Почему мы сейчас были именно здесь? Почему негде было уединиться? Я готова была дать ему прямо сейчас. Я уверена, Билли задавался такими же вопросами, когда спускался губами к моей ключице и расстегивал пуговицу под грудью на рубашке. Он запустил руку в открывшееся пространство и положил её сверху моего лифчика. Казалось, он мог раздеть меня прямо здесь. Я была настолько сильно укурена, что меня это совсем не волновало, а наоборот подначивало позволить ему сделать все, что он захочет. Я держалась за него, упивалась его поцелуями — они вызывали мурашки по всему телу и дрожь в ногах. Ничего не существовало для меня в этот момент кроме губ Билли Джо и тепла его рук. Он снова припал к моим губам и сказал прямо в них: — Поехали в отель, — и отрывисто поцеловал меня. Я закивала, но не отстранялась от него, я просто не могла, мне страшно было думать о часовой поездке в такси. Билли взял все под свой контроль, и силком потащил меня к дороге. Наступал вечер, и включённые автомобильные фары били мне по глазам. К тому же выяснилось, что я вообще не могла нормально управлять собой, и двигалась ужасно медленно. Я чувствовала себя заторможенной, беспомощной, но мне это нравилось, и я удивлялась, откуда в Билли сейчас было столько сил. В машине он продолжал целовать меня, и вместе со всеми его поцелуями, я чётко ощущала, как быстро меня отпускало. Все происходящее начинало терять магию наркотического дурмана, и постепенно в моей душе появлялось склизкое чувство. Билли навалился на меня и обнял, а я думала о том, что просто не смогу сейчас приехать и раздвинуть перед ним ноги. Что я наделала? Почему некоторое время назад я думала совершенно иначе? Я чувствовала его руки на талии, и поняла, что позволила ему потрогать даже мою грудь. Мое сердце застучало от страха, волнение скручивалось тугим узлом в желудке. Я разрешила ему облапать себя всю, и как теперь объяснить, что на самом деле я этого не хотела? Меня начинало тошнить. — Билли, — я легонько отпихнула его, — Мне плохо. Он отстранился и своими красными глазами обеспокоено взглянул на меня. — Что такое? — он взял меня за руку. От волнения все мысли из моей головы вылетели за секунду до ответа, и я выдала гениальнейшую фразу: — Все нормально. Я чувствовала его ступор и замешательство, Билли посмотрел перед собой и начал усиленно моргать. Его тоже отпускало, и, возможно, я надеялась, его разум тоже стал взывать к адекватности. Когда мы приехали на улице уже стемнело. Сегодня я не следила за временем совсем, и даже отдалённо не представляла, сколько же мы отсутствовали. Меня пошатывало, мне действительно было плохо, и я не понимала с чем была связана моя тошнота: я перекурила, переволновалась или меня укачало в машине. Мы входили в отель, Билли придерживал меня за талию и направлял в нужные стороны. Он шёл со мной до самого номера, а я ни о чем не могла думать кроме ужасного чувства в желудке. Мы вошли, и я сказала: — Меня сейчас вырвет, — это действительно было так, в животе и горле начинался болезненный спазм. Я быстро открыла дверь туалета и упала лицом в толчок, готовясь к тому что меня вот-вот вывернет. Я слышала, как Билли вошёл за мной и опустился на корточки рядом — только не это, уйди, пожалуйста, просто уходи. Он запустил руки в мои волосы и приподнял их — и в это время меня прорвало. Я ненавижу блевать, хоть делаю это, на самом деле, довольно часто. Однажды я прочитала где-то фразу, что блевать — это больнее, чем рожать, и хоть по сути я не знала правды, это полностью описывало степень моего отчаяния в такие моменты. Кажется, Билли гладил меня по спине, но это не имело значения. У меня случился ещё один позыв, от которого на глаза бросились слезы, и я думала, что сейчас действительно заплачу от всего этого ужаса. Я держалась за ободок унитаза и хотела провалиться сквозь землю, или хотя бы просто выгнать Билли из ванной комнаты. Я отдышалась, собралась и сказала: — Выйди, пожалуйста. Он последний раз провёл по моей спине рукой и без слов исчез за дверью. Мне стало намного легче. Теперь можно было расслабиться и облевать хоть всю комнату. Я сидела около туалета и держалась за голову. Когда-нибудь я буду знать меру, чтобы в последствии избегать таких вот случаев? В меру пить, в меру курить? Я ведь легко могла предположить исход события. Мой желудок успокоился, и я встала, умылась и прополоскала рот. Я выходила из ванной и уже чувствовала, что просто так не отделалась, тошнота опять поднималась к горлу. Я открыла дверь, стряхивая с рук воду, и надеялась быстро добраться до кровати, но наткнулась на Билли, сидящего на полу у входа в туалет. Вода с моих рук прилетела ему лицо, и он оторвался лицезрения своих пальцев и поднял на меня голову. Кровать как вариант сразу отпала, и я отступила обратно в ванную. Я уселась на крышку унитаза и подумала только не это. Только не после всего случившегося, я не смогу. Зачем он остался, я думала, он ушёл. Мне опять стало страшно. С дискомфортом в животе начинала стремительно переплетаться паника. Я встала, умылась холодной водой и посмотрела на себя в зеркало. Все хорошо, паниковать нет причин, может, он остался чтобы просто проверить мое состояние? Нет, это было очень сомнительно. Я медленно дышала и пыталась успокоить себя. Что за чертовщина, когда я успела стать такой доступной? Когда случилось так, что все мои действия привели к нынешней ситуации, когда Билли сидит в моем номере, и ждёт когда я выйду к нему из ванной? О, боже. Отвратительно. Через какое-то время я решила, что хватит сидеть здесь и ныть о сложившейся ситуации. Мне всего-лишь надо было выйти и сказать ему, чтобы он уходил. Я боялась его реакции. Весь день я делала все, чтобы в итоге это привело нас в чей-то номер, а в итоге возьму и отошью его. Все это было так глупо с моей стороны, я не понимала в какой момент отключался мой мозг и выключались инстинкты. На всякий случай я вымыла волосы и почистила зубы, набралась смелости и решительно вывалилась из ванны. На полу Билли уже не было, и будто бы часть огромного камня упала с моей шеи. В номере было темно, и я подумала, что он, должно быть, устал ждать меня и ушёл, но когда я прошла в комнату и включила свет, то увидела его на кровати. Билли лежал на дальней её стороне спиной ко мне, и одна рука находилась у него под щекой, а вторая лежала где-то рядом с грудью на покрывале. Я встала как вкопанная, и спустя несколько секунд до меня долетел звук его сопения. Мне стало так смешно, какой же глупой дурой я себя почувствовала. Я вспомнила слова Майка в баре, когда он рассказывал, что Билли засыпает в чужих кроватях и не желает уходить в свою. Как же мне стало радостно и спокойно. Я точно знала — я не стану будить его и отправлять отсюда. Я тихо переоделась, выключила свет и, не разбирая кровать, легла на ближнюю ко мне половину. Мои глаза постепенно привыкали к темноте, и спустя время я смогла разглядеть его спину. Его волосы выделялись на белой подушке, на белой подушке моего номера, и мне стало просто жизненно необходимо придвинуться к нему ближе. Я переползла почти вплотную, и могла ощутить своим телом его тепло, дотронуться до его спины, чувствуя сквозь ткань майки косточки позвоночника. На моем лице расплылась улыбка, в душе поселилось умиротворение, и в какой-то момент я стала терять нить реальности, и не заметила, как заснула.