american tour

Наш самолёт приземлился ранним утром в Колорадо. Безумно хотелось спать. Между всеми членами команды ощущалось напряжение. Все будто набрали воздуха в легкие и ждали, чтобы с облегчением его выдохнуть. Ведь завтра нас ждал последний концерт. На выходе из аэропорта на улицу подул свежий прохладный ветер. Солнце только взошло и ещё не успело нагреть землю. Это немного отрезвляло мое сонное состояние, но все же единственное, чего мне хотелось — это скорее закинуть чемодан в автобус и добраться на отеля. Может, у меня получилось бы заснуть. Все это время я пыталась поймать Билли взглядом. Между нами так ничего и не случилось после вчерашнего вечера. По окончании концерта он как и обычно уехал с площадки, но, скорее всего, это было и к лучшему. Я боялась остаться рядом с ним и не найти слов. Он написал и сыграл мне песню, а мне нечего было сказать. Да, он делал это постоянно, писал и играл, и вряд ли ему нужно было мое одобрение, но я чувствовала себя обязанной отблагодарить его. Но ничего внутри не было. Во мне образовалась пустота, и она была там уже давно. Все эти последние дни, которые мы находились вместе, должны были стать особенными, или что-то для нас решить. Но эти дни были… никакими. Их попросту не было. И вот сейчас — Билли стоял неподалёку со своим чемоданом, что-то разглядывал по сторонам. Аарон и я ждали звонка от водителя. Мы даже не смотрели друг на друга. Все были заняты своими делами. И как только я подумала об этом, Билли подлетел ко мне, оставив чемодан стоять на месте. — Мне нужен телефон, — сказал он, протягивая свою руку. Я замешкалась, потому что не ожидала такого, но через секунду отдала ему мобильный. Он принялся что-то там искать, и опять оглядываться вокруг. — Я хочу уехать в другой отель, — Билли вернул мне телефон обратно, — Ты поедешь со мной? Он снова озадачил меня, я совершенно не понимала что Билли Джо имеет в виду. Куда ехать? Зачем? Почему? Я сказала: — Хорошо, да. Конечно. Черт возьми, что? Какой в этом был смысл? Билли будто прочитал мои мысли: — Хочу побыть… типа отдельно ото всех, — сказал он. Я кивнула. Неважно. Главное, мы будем вместе. О, Боже. Билли жестом показал мне идти за ним, я двинулась, и отчего-то это было так неловко. Он подошёл к Аарону и сказал: — Мы возьмём машину и поедем в другой отель. Откуда-то появился Майк, который все услышал: — Без хуйни, Билли. Аарон свёл брови в вопросительном жесте. — Никакой хуйни, — ответил Билли Джо, — Просто вы все заебали, — в шутку сказал он и рассмеялся. Все как-то напряжно похихикали. — Тут есть прокат машин. Дойдём туда. Видимо, он обращался ко мне. Под пристальными взглядами Аарона и Майка, мы с Билли направились за машиной. Точнее, он направился. Я просто шла следом. Плелась за ним, волочила свой чемодан и смотрела в спину. Господи, что происходит? Меня посетило чувство, будто Билли собирался поехать один, а я просто оказалась рядом, когда он думал об этом. Хотелось бы мне, чтобы смысл был именно в том, что мы едем вдвоём. Билли долго что-то оформлял в прокате, и только минут через тридцать мы смогли оказаться рядом с машиной. Он закинул наши вещи в багажник и сел за руль. Я села рядом с ним, и мы поехали куда-то. Периодически навигатор нарушал тишину в салоне, озвучивая реплики типа начало пути построено, двигайтесь прямо или через двести метров поверните направо или впереди камера дорожного слежения на шестьдесят или что угодно ещё. Ветер, задувавший в окна, ровный машинный голос и Билли, задумчиво смотревший на дорогу — вот чем была эта поездка для меня. Ну, а потом мы приехали в отель, загнали машину на парковку и пошли оформляться уже там. Билли забрал мои документы и все сделал, я сидела и ждала, пока он закончит. Это было так нервно и непонятно. Я никак не догоняла смысла. Как оказалось, номер у нас был ну очень дорогой. Очень-очень дорогой. Даже слишком. Я ведь была в номерах Билли, и они все были шикарными, но этот был просто роскошным. Я в голове не могла уложить то, что он может себе такое позволить. Хотя это и было очевидно, почему-то Билли не воспринимался как человек, которому такое нужно и который так живет. Он специально подумала я. Он взял такой номер для меня, и я не знала, как к этому относиться. Кажется, никому из нас это не было нужно, но, тем не менее, мы были здесь. Наши побитые и ставшие грязными за все время переездов чемоданы выглядели так убого на фоне всего этого интерьера. И я чувствовала себя неуютно, но Билли чувствовал другое. Как только мы зашли и расположились, он шагнул ко мне и встал так близко, что я ощущала как тяжело поднимается его грудная клетка. Он был так рядом, господи, как же мне хотелось, чтобы он был так рядом всегда. Билли провёл руками по моим плечам, коснулся пальцами шеи. Он смотрел на меня таким взглядом. Я утопала в его тусклых прикрытых глазах. Я стояла и не двигалась, ожидая, что он будет делать дальше. Билли наклонился и тихонько поцеловал меня. Аккуратно, нежно, так, будто бы боялся, что я буду против. Я стала отвечать, чтобы убедить его в обратном. Мы целовались, он держал меня за затылок, а потом прервался и медленно опустился на колени. Как бы странно это не было, но мои внутренности прострелило диким желанием. Билли приподнял мою майку и стал целовать живот. Его губы ощущались мягкими и прохладными на моей коже, а руки, которые лежали на ягодицах, очень горячими. Я закусила губу от такого контраста, закрыла глаза и запустила руку ему в волосы. Я почувствовала, как он принялся расстёгивать мою ширинку. О, господи. Тут же штаны вместе с трусами оказались на коленях, а его язык на моем клиторе. Я вздрогнула от разбегающихся по телу мурашек. Позже мы оказались на кровати, медленно раздевали и целовали друг друга. Билли был таким прекрасным. Зацеловывал мои плечи, ключицы, соски, все тело. В общем, делал то же, что и всегда, но сейчас это ощущалось по-особенному. Словно это был последний шанс почувствовать нашу любовь, наслаждение и близость. Почувствовать его. Билли развернул меня к себе спиной и сначала взял сзади, а потом переложил на спину и продолжал сверху. Мы смотрели друг другу в глаза, я прикасалась ладонями к его вспотевшей спине и слушала шумное дыхание. Такое же было и у меня самой. Он стал целовать меня в шею, в ухо, в висок, а потом накрыл мои губы своими. Его член скользил во мне туда и обратно. Мы трахались и целовались на шелковых простынях огромного дорогого номера. Билли был настолько нежен, насколько не был никогда. Мне было так приятно и так хорошо, все, что он делал сейчас, он делал для моего удовольствия. Это был наш самый прекрасный и самый нежный секс из всех. Я почувствовала, что кончаю прямо так, под ним и в самом разгаре процесса. Меня просто выбросило в космос на несколько секунд, так прекрасно это было. Я сжимала пальцы на ногах от удовольствия и стонала. А когда очнулась, Билли опирался руками по бокам от моей головы и переводил дыхание. Когда он вышел из меня, я увидела — он тоже кончил. Вот так, неужели, у нас получилось, и мы сделали это вместе. Билли лёг на меня и обнял. Я обняла его в ответ. — Я люблю тебя, — прошептал он куда-то в мои волосы. — Я тоже тебя люблю, — ответила я. И больше ничего мы друг другу не сказали. Позже только забрались под одеяло, Билли перекинул через меня руку, обнимая, и она оказалась прямо перед моим лицом. Я смотрела на его предплечья, на все эти имена и картинки, гладила пальцами изрисованную кожу. Я подумала о том, что когда любишь, тебе так все равно на все остальное, кроме этой самой любви. Вот и сейчас мне было абсолютно без разницы. На его жену и детей. Теперь я об этом знала, но все равно переспала с ним, не испытывая никаких уколов совести. Я поразилась происходящему, я не понимала, как вчерашняя чушь обернулась сегодняшним здравым смыслом. Постельное белье в этом номере пахло также роскошно, каким было и все остальное. Я втягивала запах биллиного тела вперемешку с этим приятным свежим ароматом. Это сводило с ума. А ещё было очень мягко. Приятные тактильные ощущения, прекрасный запах, спокойствие и расслабление после оргазма — на секунду можно было подумать, что все хорошо. Вскоре Билли заснул, и через некоторое время это сделала и я. Блаженный безмятежный сон, единственное место, в котором можно было укрыться от реальности. Но он был прерван, когда Билли принялся вылезать из кровати и куда-то собираться. По ощущениям, проспали мы недолго. Я открыла глаза и с горечью наблюдала за ним. Куда он опять от меня уходит… — Я пройдусь немного, — сказал он, — Заберу ключ, если захочешь есть, заказывай что угодно, — и после этого вылетел из номера. Я даже не успела придумать что можно ответить, чтобы задержать его. Но, наверное, ничего, у меня в любом случае бы не получилось. За Билли закрылась дверь, оставляя меня в тишине помещения одну. На глаза навернулись слезы, я зажмурилась и резко встала с кровати. Есть мне не хотелось, а вот немного выпить и хотя бы на секунду забыться и ни о чем не думать — да. Так что у меня появилась идея заказать себе именно алкоголь, что я и сделала, позвонив по гостиничному номеру и выбрав из винной карты одну, нет, две бутылки самого дорого вина. Конечно, это заставило нервы немного зазвенеть, но, в конце концов, платить за него будет Билли, и он может. Раз уж мы все равно поселились в люксе. Совсем скоро в дверь постучали и появился парень, который вкатил в номер столик с бутылками, бокалами и закусками. Он открыл мне одну, отложив пробку на отдельную тарелочку. Меня передернуло, и я попросила не открывать вторую и оставить штопор. Он вышел, и теперь никто не мог помешать мне нажраться. Если это слово было применимо к употреблению такого дорогущего алкоголя. Я выпила бокал, потом ещё один и ещё, удивляясь тому, как же легко это вино шло. Ну прямо как сок какой-то. Опьянение накрывало постепенно, я чувствовала легкое головокружение и спутанность сознания. Едва ли это помогало. Я бахнула ещё, подбираясь к середине бутылки. Я знала, что с двух могу уйти в полный ноль, так что лучше бы Билли вернуться до того, как я это сделаю. Хотелось набухаться и вырубиться, не думать о Билли Джо и не смотреть на него. Просто отключиться, потерять сознание до следующего дня, а там начать все заново. Я полусидела на кровати и надеялась, что просто опять засну. Видимо, так и случилось, потому что в определенный момент я открыла глаза и не поняла, где и в каком времени нахожусь. Мне было очень погано, и я вспомнила, что пила. В комнате стояла темнота, но меня слепил свет, исходящий со второй половины кровати. Приглядевшись, я поняла, что это Билли лежит рядом со включённым ноутбуком. Ужас, сколько сейчас было времени? И почему я не проснулась тогда, когда он пришёл? Я сглотнула горький привкус во рту и приподнялась, чтобы перелечь к Билли Джо поближе. Я уткнулась лбом ему в бок, и снова прикрыла веки, чувствуя легкие движения, когда он водил пальцем по тачпаду. Интересно, что он делал? Неважно, на самом деле. Важно то, что он был сейчас рядом со мной, вернулся, никуда не пропал. У нас оставалось так мало времени. Хотелось попить воды, но я лежала и не двигалась, боясь чего-то непонятного. Билли все что-то делал, я слышала щелчки кнопки и сквозь закрытые веки ощущала редкое мигание света. На душе висел огромный тяжёлый камень. Хотелось скинуть его со своей шеи, но не было сил. Я только открыла глаза и спросила: — Билли, в каком городе ты живешь? — В Окленде, — сказал он, не отвлекаясь от своего дела. Я покивала и закусила губу. Вот так вот. Хорошо. Я не знала, что ещё сказать или спросить, и Билли не торопился со мной разговаривать. Хотелось начать трясти его и орать какого хера ты наделал. Кого хера теперь ты делаешь вид, что ничего не произошло. Вероятно, для Билли Джо действительно ничего и не происходило. Одна маленькая часть его великой жизни просто уходила в прошлое, но для него это ничего не значило. Впереди у Билли было ещё миллион таких частей. Это я испытала тут втрое больше эмоций, чем за всю свою жизнь, это я хотела остаться в единственном моменте навсегда. А, по правде говоря, я просто в очередной раз его не понимала. Я встала, почувствовав, как кровь от головы резко устремилась в пятки и в глазах на несколько секунд потемнело. Потом это быстро прошло, так что я включила свет и передо мной оказался столик с бутылкой вина на нем. Меня немного затошнило от этого вида, но это не имело никакого значения. Бутылка была закрыта, так что я протянула её и штопор Билли, своим выражением лица намекая на очевидное. Он отвлёкся, без проблем все сделал и спустя минуту я уже разливала вино по бокалам. Господи, отвратительно было на это смотреть. Билли забрал свой фужер и мы стали пить. Хотелось выблевать обратно все, что лилось сейчас в мой желудок. Я опять чувствовала опьянение, но из-за него слезы становилось держать в себе ещё труднее. Билли пил и что-то читал на ноуте, он не видел, так что я позволила нескольким каплям скатиться по щекам. В это же время Билли Джо, не отрываясь от экрана компьютера, заговорил: — Только послушай это, — сказал он, — «Это началось с альбома American Idiot, когда загадочным образом помолодевший лидер состава Билли Джо Армстронг, видимо почувствовал, что где-то егo поджидает собственный портрет в стилистике Дориана Грея и начал на всякий случай выдавать все, на что он способен. Например, Билли Джо признался в бисексуальности, превратился в важную фигуру среди поддерживающих Обаму и принялся записывать диски в довольно отчаянном формате «предсмертный магнум опус». Он остановился и скривился. — Очень умно, блять, магнум опус херов, — прокомментировал он, — «Одним шагом в сторону эдакой «квадрофонической» конструкции стала рок-опера American Idiot, вторым — еще более стилистически размазанная и временами попросту невозможная пластинка 21st Century Breakdown. Тут никто особенно не удивился: стремление Армстронга доказать, что однообразный поп-панк-формат может позволить ему сочинить десятки узнаваемых с первых аккордов треков, было в принципе общеизвестно» Билли одним глотком допил все, что было у него в бокале и со звоном поставил его на прикроватную тумбочку. Я тоже выпила и смотрела на его разгневанное лицо, закусив нижнюю губу. — «Треки с альбома являются настоящими образцами карамельного панк-популизма, так что и их исполнителя — зануду, бисексуала и политически правильного отца семейства — хочется представить несколько более глубокой натурой, чем Билли Джо есть на самом деле.» На некоторое время комната погрузилась в тишину. Я чувствовала, что ещё секунда и просто истошно заору от всего происходящего в данный момент. — Джесси Гаррет, — поставил он точку в своем монологе. — Надеюсь ты просрёшься с кровью, Джесси Гаррет, — выплюнул Билли и захлопнул крышку ноутбука. Я потянулась к вину и плеснула его в бокал, надеясь, что это всё-таки поможет успокоиться. Смесь наших эмоций в одной комнате предполагала в дальнейшем огромный ядерный взрыв. Мне очень не хотелось этого. Глаза Билли бешено бегали по помещению, он часто и отрывисто дышал, а потом остановился взглядом на мне и как будто бы замер. Я смотрела на него из-под ресниц, чувствуя, как руки ходят ходуном, когда стала наливать себе ещё алкоголя. — Что с тобой? — испуганно спросил он, чем напугал и меня. Я на автомате проверила, не идёт ли у меня кровь из носа, нет, её не было, и переспросила: — Что? — Тебя трясёт, — Билли сбросил с себя ноутбук и встал, чтобы подойти ко мне, — Тебе плохо? — он положил одну руку мне на плечо, а другую на щеку. — Мне плохо, — подтвердила я и всхлипнула, утыкаясь лицом ему в грудь. Ну все, все, Мелисса, хватит изводить себя, у тебя будет ещё куча времени на это пыталась я себя успокоить. Но Билли так нежно и аккуратно прижимал меня к себе, что от этого становилось в миллион раз больнее, чем раньше. — Не оставляй меня, прошу тебя, — взмолилась я, сжимая в кулаке его футболку. — Я не оставляю тебя, я здесь, с тобой, — тихо ответил он, наклонившись ко мне. Билли дышал в мой висок, а я плакала в его грудь и растирала сопли по кофте. — Ты ведь понимаешь о чем я, — отстранилась я, не поднимая на него глаз. Билли вздохнул. — Малышка… я ни в коем случае никогда тебя не оставлю, — ответил он. Я посмотрела на Билли, и он стал целовать меня. Но это невозможно прозвучало в голове, пока наши губы соприкасались. Лучше бы мне в данный момент поверить в это. Расслабиться и просто остаток времени ни о чем не думать. Невозможно отозвалось снова. Ну как же оно так взяло всё и сломалось в один момент? Билли запустил руку мне под майку, принялся гладить, водить пальцами по коже. Конечно подумала я. Мы можем ещё раз потрахаться. А потом ещё раз, и ещё, пока не закончатся гандоны в пачке. Или можем и без них, ведь так будет даже лучше. Билли целовал, а я не отвечала, и отвернулась от него через какое-то время. Все неслось к чертям собачьим, а он ничего не собирался останавливать, только разгонял ещё быстрее. Я попыталась отстраниться, но Билли не пустил меня из своих рук, так что я осталась в нескольких сантиметрах от него и пила. Кажется, алкоголика теперь здесь было два. Меня тошнило, мне было неприятно и плохо, но я с завидным упорством продолжала вливать в себя это. Когда я сделала последний глоток, Билли забрал у меня из руки бокал и отставил. Он сказал: — Пойдём спать, — и подтолкнул к кровати, параллельно выключая свет. Я послушалась и отошла, чтобы лечь на неё, и Билли лёг рядом, все также прижимая меня к себе. В бутылке было ещё вино, во мраке я видела очертания и думала, что завтра заберу её с собой на площадку. Буду допивать перед концертом, во время него будет пиво, а потом последняя вечеринка, на которой я и умру, догнавшись водкой. Замечательный я придумала план. Пол ночи я без движения провела в биллиных объятиях, смотря в темноту. К утру получилось заснуть, но проснулась я все равно раньше будильника. Это было хорошо, потому что появилась возможность тихо собраться и без разговоров смыться, не разбудив Билли. Так и вышло, я быстро ушла, захватив с собой всё необходимое, заглянула на завтрак, а там вызвала такси и добралась до клуба. Как выяснилось, я была первая, так что пришлось немного подождать, пока не приехали и все остальные. Сегодня вся команда и даже Аарон явились рано. А ещё все были в таком приподнятом настроении. Тур заканчивался, сегодня, можно сказать, был праздник. Осталось совсем чуть-чуть до финишной прямой. Я будто бы читала мысли каждого и каждый думал мы сделали это, у нас получилось. Действительно, получилось. Я была так рада, что все это время в гримерке лежала моя бутылка, потому что, кажется, время пришло. Общая приподнятая атмосфера загоняла в судорожное отчаяние. К середине дня голова начала раскалываться, я была пьяная, грустная и сонная. Из-за всего этого сознание было затуманено, что не позволяло мне пуститься в горькие слезы. Получалось даже смеяться над шутками, которые периодически выдавал Аарон. На самом деле, что бы не происходило, я не могла веселиться. А вот Билли мог. Когда появился он и вся остальная группа, зал просто порвало. Все принялись носиться и прыгать, о чём-то громко разговаривать и хохотать. Стоял шум, со всех сторон я слышала воодушевленные беседы. Тут же снова полился алкоголь, и всем стало ещё веселее. Умения делать вид, что все отлично, когда все просто отвратительно, у меня никогда не было. Я взяла себе пиво, села в комнату для персонала и просидела там до начала концерта. Ну, а когда загремели первые аккорды, застучали барабаны и Билли запел, я вышла в основное помещение, встала за сценой, смотрела, слушала и ловила каждый момент. Вряд ли когда-нибудь ещё мне посчастливится находится так близко к нему на сцене. Вряд ли когда-нибудь ещё я посмотрю на его концерты изнутри. Я видела все биллины движения и слышала все песни уже тысячу раз. Нет, на самом деле, намного меньше, но казалось что именно тысячу. Я простояла так около двух часов, пока ребята играли, и под конец слышала звон в ушах и чувствовала сильную усталость. От опьянения голова шла кругом, и когда кто-то окликнул меня, я сначала ничего не поняла. — Мелисса! — Аарон потянул меня за плечо, — Пошли в гримерку. Я кивнула и двинулась за ним, при этом понятия не имея зачем ему это нужно. Когда мы зашли, там была куча народу. Сара, Бриттани, Эли, ещё несколько техников и звуковиков. Все копошились и что-то делали. — Аарон, доставай шампанское скорее! — сказала Бритт, не отрываясь от стола, на котором что-то делала. Я пригляделась и увидела, что она распаковывала огромный торт. — Да, уже, — тот сразу же полез в мини-бар под столом и вытащил оттуда пять бутылок шампанского одну за другой. Ко мне подлетела Сара, засовывая в руку хлопушку. Я покачнулась и взяла её. — Нужно взорвать, когда они зайдут, — сказала она мне. Я кивнула и подумала, что главное об этом не забыть. Сара раздавала всем хлопушки, Аарон и пара ребят взяли бутылки в полной готовности открыть их в любой момент. На столе под зеркалами я увидела множество бокалов. Комната была в полной боевой готовности. Концерт закончился. Пришло время отмечать. Дверь открылась, Аарон взболтал шампанское и резко выдернул пробку, послышались радостные крики, со всех сторон посыпались конфети. Я тоже хлопнула и меня, как и всех остальных, оглушило. Струя из бутылки брызнула прямо в лицо заходящему Майку, а остальное пролилось Билли на кеды, потому что он шёл следом. Все начали смеяться и выкрикивать торжественные возгласы. Всем всучили в руки бокалы и мы стали ждать, пока они заполнятся. Когда шампанское было разлито, Аарон громко сказал: — Тост! Билли? — Да, — ответил тот, — Конечно, — и поднял свой бокал. Билли Джо вздохнул, собрался с мыслями и начал: — Что ж… мы не умерли! — он прервался, потому что Тре начал радостно кричать. — Ещё один тур, который мы пережили. С каждым годом это делать все труднее. Я обратила внимание на Майка, который покачал головой, безмолвно соглашаясь. — Вы ведь все знаете, что по большей части мы здесь веселились и ничего не делали, и только создавали кучу проблем, — с углов комнаты послышались легкие смешки, — Так что, Мелисса, Аарон, — Билли кивнул мне, а потом и ему, — Огромное спасибо вам и вашим командам за то, что вы делали для нас. Мы вам очень благодарны. Несколько человек оглянулись на меня и на Аарона. — В этот раз правда все было так гладко, как это возможно. Даже удивительно, — Билли поболтал шампанское, — Это круто. Мы здорово повеселились, набрались сил и вдохновения, и теперь готовы писать альбом. Все опять радостно закричали, Бритт рядом со мной захлопала в ладоши. — Засядем в студию, начнём новую эпоху. — Съездим в Диснейленд! — встрял Тре. — Покатаемся на сёрфе, — добавил Майк. — Ну да, — Билли мягко улыбнулся, — В общем, будем делать все то, что и всегда. — Накуримся и напьёмся! — не унимался Тре. Майк шикнул на него. Билли Джо продолжил: — Думаю, все с каждым новым туром чувствуют, как в них что-то резко меняется, это же не только мне знакомо, верно? — с надеждой задал он вопрос. Все задумчиво покивали. Я подумала, что для меня этот тур изменил всю жизнь. — Ну вот, особенно четко это ощущается в самом конце, — Билли бросил на меня отрывистый взгляд, — Тур закончился, это навсегда, но, думаю, знаете, никак иначе и быть не может, что впереди лучшее. Лучшее для всех. Так что давайте выпьем за это лучшее, за наши изменения и за ту маленькую жизнь, что каждый прожил здесь, — он закусил губу и добавил, — Ну и за новый альбом Green Day, конечно же! Послышался всеобщий смех, Билли также смеялся, а я попыталась улыбнуться, но не смогла. Бокалы полетели в воздух, все стали чокаться друг с другом, в первую очередь именно с Билли Джо, так что я даже не пыталась пробраться к нему. Мы выпили все шампанское прямо не выходя из гримерки. Это случилось так быстро, оказалось, что пять бутылок — это очень мало. Когда-то в это же время в ход пошел торт, и как только он оказался в руках у Тре, то стал летать по всей комнате. Досталось всем, липкий крем оказался у меня и Сары в волосах, Бритт вовремя выбежала. Билли попало прямо в лицо, а Аарону пришлось пережить торжественное запихивание торта в трусы. Было весело. Я смотрела на все это без энтузиазма, понимая, что больше никогда не окажусь на их вечеринках, эта — последняя. Вскоре нам с Аароном пришлось отойти, чтобы проконтролировать выход людей на улицу. Чуть позже вся группа спустилась к чёрному ходу, чтобы напоследок пообщаться с фанатами. Когда они вернулись, клуб уже опустел и готов был к открытию последней страницы этой истории. Сегодня мы отмечаем, а завтра уже будем дома. Загремели знакомые панковские мотивы, все начали напиваться, а когда вошли в нужную кондицию, принялись танцевать. Я сидела за барной стойкой с абсолютной пустотой в голове и смотрела в одну точку, уже не в силах больше пить. Все двоилось и кружилось перед глазами. Я скрестила руки на столешнице и положила сверху голову. Опять хотелось спать, но уснуть прямо здесь было невозможно из-за шума, а поехать в отель из-за полнейшей усталости. Так что я лежала тут и ловила вертолеты, надеясь, что кто-нибудь подойдёт ко мне и спросит, все ли в порядке. Может, предложит помощь. Никому, конечно, это было не нужно, но в один прекрасный момент кто-то всё-таки взял меня за плечо и немного встряхнул. Я уже чётко понимала, кто это был. Я как будто бы всегда его чувствовала. — Пойдём танцевать, — пьяно сказал мне Билли, когда я подняла на него голову. Понятия не имея, как буду сейчас это делать, я кивнула ему и встала, чтобы потом оказаться на танцполе. Мне сразу же стало просто ужасно плохо — затошнило и подкосились ноги. В попытках игнорировать это, я всё-таки попыталась что-то станцевать, но почти сразу поняла, что это ужасная идея. Билли дрыгался рядом со мной, так что я сложила руки ему на плечи, положила голову на грудь и повисла. Боже, меня сейчас вырвет прямо здесь. — Билли… — заговорила я ему на ухо, — Мне очень плохо… пожалуйста, давай уедем в отель. Он тут же напрягся, застыл на несколько секунд, а затем развернул меня и за руку вывел на улицу. Там я вдохнула в легкие побольше воздуха и поняла, что от этого мне ни чуточку не лучше. Казалось, ещё немного и я отключусь. Я опустилась на землю и села на неё, прижимая пальцы к вискам, надеясь, что от этого головокружение станет меньше. Но это не работало, разумеется. Билли куда-то сходил, а потом сел рядом со мной и принялся гладить по спине. Я сосредоточилась на этих ощущениях, немного отвлекаясь от своего предобморочного состояния. А ещё Билли безостановочно что-то говорил, но я не слышала. Казалось, прошла вечность перед тем, как приехало наше такси. Мы сели в машину, и как бы я не боролась и не хотела обратного, там меня всё-таки окончательно вырубило. Дальше была только абсолютная тьма.