Отряд "Припять"

Тем же временем в «Ста рентгенах» — У меня есть один неплохой искатель артефактов, он утром будет здесь. И еще пара неплохих... многопрофильных, так сказать, работников, — сказал Бармен, встав из-за стола и пройдясь по комнате, чтобы размять затекшие ноги. — И кто они? Надеюсь, не Гарик и Жорик? — спросил Борода, с легкой усмешкой. — Эти ребята только охраняют хорошо… — сказал Бармен. Из глубины бара раздалось ставшее легендарным «Тебе сюда нельзя», после чего мужчин пробила настоящая истерика, алкоголь лишь прибавил расслабленности к их состоянию. Смех был истерический, долгий и очень искренний. — Уууух… Хах, нельзя так смеяться, можно и ребра сломать или пузо надорвать, – сквозь смех сказал Холод, смахивая пот со лба, — Так кто твои ребята-то? — Два бывших вояки. Не просто вояки — спецура. Много о себе не рассказывают, но оба имеют за плечами службу в спецназе ВДВ, да и кажется где-то еще. Говорят, мол, с трудом уволились. Поистине разноплановые ребята — но основной профиль, все же война. Они у меня вместо шерифов — за порядком следят, бандитов валят, в том числе и демонстративно, — сказал Бармен, шуточно проводя большим пальцем по горлу. — С кукушкой у них проблем нет? Может они психи патологические, ловящие кайф от убийств? — с подозрением спросил Гаваец. — Бармен таких не держал бы, наверное, — осторожно заметил Сыч. — Верно ты заметил, ребята высший сорт и приятные в общении, — сказал Сидорович, — До Большого Прорыва на Север в двенадцатом году, Ставр и Сармат работали иногда и на меня. Тот редкий случай, когда даже я, ни разу ни к чему не придрался. — Может быть, ты просто их боялся, дарагой? — начиная смеяться, заметил Ашот, потягивая пиво. — Да нет, чтоб тебя! Чего мне бояться? — невозмутимо ответил Сидорович. — Хорошо, вызывай своих ребят, лишними не будут, — сказал Борода, получая одобрительные взгляды остальных. POV Ставр Ночь была не очень темной. Практически полная летняя луна неплохо так освещала силуэты всякого хлама, деревья и местность в целом, да и глаза к темноте давно привыкли. Было решено не включать фонари, дабы не привлекать к себе внимания. Сармат шел чуть позади, прикрывая мою спину, а я прощупывал дорогу не самым надежным, но действенным способом — при помощи обычного ЛЦУ. Аномалии в большинстве своем искажают воздух вокруг себя, и луч на этих искажениях ясно показывает, где притаился сюрприз Зоны. «Гравитационки» и химические (из-за тумана) — самые заметные, вот с «Электрой» или «Жаркой» дело немного сложнее, если они сильно заряжены, то все видно, ибо над первой стоит туман из притянутой статикой пыли, а туман легко засекается лазером, а над другой стоит марево, которое так же засвечивается, как и гравитационки. — Вась, я тут подумал, может, деньги с ходки потратим на новый детектор? Ну, тот, что аномалии засекает? Представь, как бы мы сейчас шли быстро, — бросил Сармат, держа на прицеле маршрут. — Хорошая идея Сань, только вот что мы тогда кушать будем? У нас и так провизии сейчас с гулькин нос, — сказал я, хлопнув ладонью по пустой «сухарке»*. — Ну, Бармена попросим, думаю уж нас-то он точно накормит, да и в долг продуктов может даст, хотя какой в долг — мы же заказ на тех фанатиков выполнили? — спросил он меня, осматриваясь по сторонам. — Ну да, точно. Сдадим ему нашивки, и на зарплату еды и боеприпасов наберем, — потирая руки, заметил я. — Если бы не тот Выброс — мы были бы уже давно на базе отдыхали, кто ж знал, что так все сложится, — сказал Сармат, пнув камешек под ногами. — Да я промухал, нам еще повезло, что дожди были, и мы без воды не остались, — сказал я, продолжая идти. — Значит, что после Бара предлагаешь сразу на Янтарь рвануть? — раздалось позади. — Да, и в темпе, вчера в сети писали, что на днях снова Выброс шарахнет, — немного напряженным голосом сказал я. — Ну что, идем ночью или все же заночуем, как планировали? — спросил Сармат, после чего сдержанно зевнул в кулак. — Ладно, переночуем. Лучше с утра до Бара дойдем, а то ночью больше шансов загреметь в аномалию, или же в объятия кровососов, — сказал я, всматриваясь вдаль. Впереди виднелись какие-то потрепанные постройки — кажется амбар и пара саманных хаток, а чуть поодаль от них виднелся небольшой причал и пара деревянных лодок. Одна из лодок была еще была на плаву или за что-то зацепилась. Я здесь когда-то уже был. Тут иногда ночуют, можно было и нам зайти. Аномалий вроде бы не было, и я позволил себе убрать «Пернач» обратно в кобуру и снять с плеча АК-103. Ну а Сармат все так же не выпускал из рук своего «Вепря». В таких поселениях обычно зверье селится или сталкеры, на что мы надеялись. Но все было тихо, слишком тихо. Однако смутное ощущение подставы меня не покидало. Это заставляло лишь крепче вцепиться в оружие и тут, я увидел мелькнувший блик в одном из окон... Здесь точно кто-то есть. Не опуская автомат, я двинулся к входу в дом. — Эй там, оружие опустите! Хотите на ночь остаться? — раздалось из форточки. — Да! — Крикнул Сармат, — Кажись, нам повезло, это вольные сталкеры. — Да хрен его знает… Хотя бы не стреляют, и то хорошо. — сказал я, вешая автомат на плечо.

***

Странные ребята — посты не выставили, в доме сидели как мыши — прячутся, что ли от кого? Впрочем, это их дело, нам главное возможность поспать до утра и возможно выторговать немного еды или хотя бы баллончик газа для горелки, чтобы остатки макарон сварить. В хате было достаточно убрано, видно, что ее заранее готовили к ночевке, убрали весь мусор, кажется, даже смели слой отпавшей от стен и потолка побелки, подложили кирпич под гнилую ножку стола. Сделали скамью из досок и того же кирпича, в печи поставили горелку, в которой что-то варилось. — Кто такие будете? — спросил высокий блондин с устрашающего вида «Боуи»** на бедре. — Да как и вы — сталкеры… Просто сталкеры. — Ну, оно и видно, — сказал он, осматривая нас с ног до головы. Неприятный тип. Подозрительный и пялится, как будто рентгеном просвечивает. — А вы чего посты не выставили? Вас вон аж шесть человек, хотя бы двух часовых поставили бы, ведь хрен знает, кто ночью может прийти, — сказал Сармат, усаживаясь на скамью у окна и пристраивая дробовик между ног. — Еще не успели. Да вы располагайтесь. Скидывайте снарягу в том углу, оружие тоже. Тут безопасно, — сказал второй — видимо старший, с арафаткой на шее короткой стрижкой и шрамом от виска к темени. — Да не вопрос, мужики, — сказал я и кивнул Сармату. Не принято у сталкеров с оружием расставаться, никогда еще не говорили мне сложить оружие, максимум разрядить и повесить на плечо. Одно из правил негласного сталкерского кодекса. — Странные ребята, — шепнул Сармат. — Не начинай разборки раньше времени, еще понаблюдаем, — ответил я ему, укладывая на рюкзак «Мурку». Все были одеты в обычные сталкерские комбезы «Заря», обвешаны подсумками и неплохим оружием, явно не первый день в Зоне. Двое из них кажется, были за главных. Парень со шрамом на голове и блондин с «Боуи». Остальные были ничем не примечательные сталкеры, разве что парень с татуировкой в виде волчьей пасти на правой щеке, но правда, потом он и парень с густой рыжей бородой вышли, спустя пару минут и встали у двери. Двое же в балаклавах остались в доме и тоже встали у двери, но уже внутри. Мы сели по разные углы хаты. Из оружия при каждом остались пистолеты в кобурах, да ножи. Ситуация конкретно напрягала. Но может я просто развожу паранойю? Хотя… Не слишком уж они похожи они на простых сталкеров. Кодекс не знают, словно новички какие-то, но снаряга у них весьма и весьма солидная. Чего стоит тот же L-85 у блондина, который он повесил на гвоздь. Или новомодный «Five-Seven» у парня со шрамом. — Так вы откуда идете, мужики? — вдруг спросил он, смотря на Сармата, заметив, как он рассматривал его. — Из Рыжего леса, дела были, — сказал я, смотря на то, как вдруг остальные осторожно начали собираться в центре хаты. Ко мне подошел блондин с «Боуи», и улыбнулся неполным комплектом зубов. — Нравится? — сказал шрамированный Сармату, доставая из кобуры пистолет, — Видел когда-нибудь такие аппараты? — Скажем так, не только неоднократно видел, но и неоднократно стрелял, — сказал он ему в ответ. Я краем глаза заметил, что убирая в кобуру пистолет, он не убрал его на предохранитель. А руку держал не в кармане, а над ним, как можно ближе к пистолету. Это кажется, заметил и Сармат. Блондин с «Боуи» же сложил руки за спину, где у него как раз под рукой была рукоять ножа, а на противоположном бедре и вовсе — обрез вертикалки в кобуре из кайдекса и кордуры. — А мы, кстати тоже из Рыжего леса идем. Мы ведь с вами кажется, виделись… — Начал вдруг блондин, потянув руку к рукояти ножа. — Прежде чем мы начнем, может кто-нибудь хочет выйти? — сказал я, пародируя одного из героев западных кинофильмов, не спуская глаз с парня с «Боуи» и широко улыбаясь. — Что начнете? — пытаясь закосить под дурачка, начал шрамированный. Я сделал вид что отвлекся, и блондин незамедлительно бросился в атаку, но получил с полуоборота локтем в скулу, следом воспользовавшись его растерянностью, я схватил его за руку с ножом, и вывернув ее, выхватил нож, после чего не теряя инерции всадил ему его клинок в бок, прямо под ребра. Сармат же от всей души ударил шрамированного берцем в коленный сустав и судя по хрусту, выбил его, после чего отобрал его пистолет и без всяких разговоров вышиб его мозги. Подняв и довернув ствол, он открыл огонь в растерянного третьего бойца, который даже не успел направить на него свой «Глок». Я же толкнул бездыханное тело на четвертого нападающего, чего он явно не ожидал. Тело сбило его с ног и я бросившись вперед, всадил ему носком берца прямо по адамову яблоку. Раздался хруст и хрип. Дверь открылась, влетел еще один наемник и тут же упал на пол, получив пару пуль в грудь от Сармата из пистолета их же командира. Я же швырнул лежавшее на столе яблоко в дверной проем. Расчет был прост — в скудном свете, небольшой круглый объект будет воспринят как граната. И это сработало — кажется шестой наемник отпрыгнул в сторону, а я за этот момент успел вытащить из кобуры блондина обрез. — Шухер! Все к бою! — раздалось с улицы, кажется, их было больше, чем шесть человек. Подскочив к дверному проему, я пальнул на крик из обреза и кажется, попал — раздался очень болезненный вопль, и следом кашель. Не убил, но точно покалечил. — Лови, — крикнул Сармат, кидая мне мою «Мурку», — Я подавляю, ты выходишь! Сармат вышиб окно глушителем своего АПБ и выпустив пару коротких очередей в сторону шагов. В этот момент я выскочил из дома, и сделал пару выстрелов наобум в том же направлении, перекатившись и постепенно отступая к чугунной ванне с кучей мусора и земли внутри. Сармат же выскочил из хаты и не стал далеко бежать, а перекатился и плюхнулся сразу за высоким порогом, откуда и начал стрелять в предполагаемом нами направлении из «Вепря» — Прикрой я перезаряжу! — крикнул я, вытаскивая из своего на поясного патронташа патроны с крупной картечью. Ответа не последовало, зато последовало несколько точных выстрелов по движению за забором, а следом шум падения бездыханного тела. После чего по нам затрещали две автоматные очереди. Значит еще двое осталось, наверное. Прятались они за остатками бульдозера, у которого когда-то срезало кабину находившейся там аномалией. Жестом я показал Сармату «жди». План был прост — дождаться пока хотя бы один израсходует магазин и подавив их огнем из дробовиков, подобраться в упор, где, собственно, и превратим их в фарш. — План 2! — крикнул я Сармату, как только стихли выстрелы. Друг сработал незамедлительно, начиная стрелять по противнику, он вместе со мной легкими перебежками ломанулся вперед. Стена огня из картечи не давала противнику подняться из-за укрытия, благодаря чему мы подошли практически в упор, и я смог, рванув вперед и выглянув из-за обломка кирпичной стены что была рядом с их укрытием, одним выстрелом попасть по одному из них, от чего он взвыл и выкатился из-за укрытия, вцепившись в область груди и истошно крича. Второй же противник невольно отвлекся на раненого и тут же этим воспользовался Сармат, в пару движений перескочив остатки кабины бульдозера, он оказался рядом с нападавшим и не мешкая, зарядил ему окованным берцем в лицо, отчего парень явно впал в прострацию. Сразу же откинув его UMP-45 в сторону, мой напарник спрятался за захваченным нами укрытием, принялся осматриваться по сторонам и не видя угрозы кроме вопящего раненого, вырубил его ударом приклада. Я же, перескочив ограду, рванул в амбар — единственное место, где могли еще быть враги, но никого не было, кроме двух рюкзаков, принадлежавших нашим нападавшим, и обустроенной снайперской позиции, с которой за нами видимо, наблюдали, ибо попасть не могли из-за скопления гравтационок, которые выступили для нас в роли зонта. Они знали о них и поэтому, решили не выдавать себя. А когда мы выбрались из дома, им уже было не до снайперского огня. — Чисто! — крикнул я. — У меня тоже! Три «трехсотых»***, третий у порога валяется, тяжелый, — крикнул Сармат, тыча стволом, в сторону лежащего в луже крови противника. Кажется, у него была повреждена шея, — Без шансов кажись. Двинув от амбара к полуразрушенным хатам, и обойдя «Карусель» я подошел к раненому в упор. Дробь легла кучно, раздробив ему ключицу, остатки костей и кожи выпирали из раны. Парой дробинок, угодив в шею, в область сонной артерии, остальная же часть легла в бронежилет. — Не жилец… Ничего личного парень, — сказал я, вытащив из кобуры «Бердыш» я выстрелил ему в голову, — Два «трехсотых»… И… семь «двухсотых». — Что с этими делать будем? — спросил Сармат, тыча в оставшихся двух стволом «Вепря» — Допросим, а там посмотрим на их поведение. Пока вяжем и допрашиваем их на предмет информации и тому подобного… А ведь проблему с продуктами мы кажется, решили, а? — спросил я, посмеиваясь, вытаскивая из кармана разгрузки толстые пластиковые стяжки. — Кажется да. Да и с патронами тоже. — Сказал Сармат, таща за стропу разгрузки парня с разбитым лицом. POV Сармат. — Вася, давай так. Я допрашиваю этого гоблина, — и киваю на валяющего на земле пленника с разбитым носом, — а ты с тем балбесом поработай. — киваю на второго пленного, который уже был связан. — Договорились. — Вот и ладушки. А ну-ка пойдем дорогой, потолкуем по душам о нашем, о мирском, — и подхватив за шкирку пленного, тащу его в хату, пока Ставр волочит по земле своего пленного в амбар. Надеюсь, хоть в этот раз, он не слишком будет свирепствовать в отношении пленных. Дотащив до порога уже пришедшего в себя пленника, поднимаю его на ноги, и от всей души пинаю под зад коленом, придавая ему необходимое ускорение. От такого форсажа бедолага аж залетел внутрь, не рассчитав с траекторией, и ударившись плечом об железную створку печки. Зайдя внутрь, тут же снимаю с него разгрузку и быстро обыскиваю на предмет наличия оружия скрытого ношения. Ничего такого у пленника не находится, и снова подняв его за шиворот, усаживаю его на уцелевший табурет. После чего быстро выношу трупы убитых, и вернувшись, усаживаюсь напротив него, незаметно включив камеру на шлеме. Тот поднимает полный ненависти взгляд, и разбитыми губами, произносит: — Вам кранты, сталкерское отребье. За смерть Боцмана с вас живьем снимут шкуры, а головы займут место в коллекции врагов Душмана, — и сплюнул на пол. — Ну зачем же так сразу сходу хамить и выражаться, и тем более стращать нас Душманом каким-то? Мы ведь все культурные и образованные люди, не так ли? — медленно встаю с табурета, подойдя к пленному, отвешиваю неожиданно сильную затрещину ему по шее. Тот летит на землю, после чего я хватаю его за ворот комбеза и водворяю на стул. Вернувшись на свое место, устраиваюсь поудобнее и снова начинаю говорить. — Кажется у нас немного не срослось с знакомством, так что давай по новой. Мои друзья зовут меня Сармат. А тебя как звать-величать, человек прохожий, обшитый кожей? — Кинолог, — понуро опустив голову, говорит пленный. — Вот и отлично Кинолог. Знакомство прошло успешно. Ты у нас чьих будешь, Кинолог? — Синдикат, — ответил пленный, сплюнув сгустком крови. — Значит ты у нас рыцарь братства без знамен и «Контракт превыше всего»? Ну что ж, понятно. А теперь ответь буквально на пару вопросов, голубь ты наш сизокрылый. Сразу говорю — я противник разного рода пыток, и всегда предпочитаю говорить с человеком максимально корректно и взаимовыгодно. — тут же в глазах наемника загорается огонек надежды и понимание того, что его сейчас не будут допрашивать с применением кусачек, паяльника или же автомобильного аккумулятора, — Поэтому тебе я даю на выбор два варианта. Вариант «А» и вариант «Б». — А какие условия у этих вариантов? Мне будет гарантирована жизнь? — Спрашивает немного обнадежившийся наемник. — Все очень просто. Вариант «А» включает в себя следующее: ты без всяких заминок и дурацкого кривляния в стиле «Джеймс Бонд на Лубянке» отвечаешь на все вопросы, и мы тебя отпускаем, и даже оказываем тебе медпомощь. — А вариант «Б»? — настороженно уточняет Кинолог. — Вариант «Б» представляет собой очень скверный процесс: ты упорствуешь, кривляешься и молчишь, однако я все равно узнаю все что мне надо. Правда допрашивать буду не я, учитывая всякие конвенции и права человека — а мой напарник, который имеет ну очень большой зуб на вашу наемничью братию. А допрашивать он будет со всей, что называется страстью. — Тут же, прям как в доказательство моих слов, из амбара раздался выстрел и истошный вопль. Лицо Кинолога тут же исказила гримаса ужаса, и я подумал, что он сейчас обделается — однако он оказался покрепче, и лишь просто сглотнул, глянув на меня с неприкрытым страхом. — Выбираю вариант «А». — Вот и молодец! За это я и обожаю умных людей. Они вместо того, чтобы молчать и упорствовать, сразу же оценивают свои шансы и выбирают наиболее оптимальный выход. А теперь слушай сюда внимательно, — пленный тут же закивал как китайский болванчик. — Вопрос первый: Какого хрена вы забыли в этой местности? — Мы тут стояли на привале, пытаясь перехватить вас на обратном пути. Благодаря вашему хабару, нас бы обратно приняли в состав отрядов, которые сейчас работают по очень крупному заказу, полученному Душманом с Большой Земли. А то Лоцмана после ссоры с Душманом вконец задолбало работать по фрилансу, как каким-то салабонам. — Отлично. Второй вопрос. Откуда вы знали, что у нас будет хабар, и что мы пойдем этой дорогой? — Вас сдал один из сталкерюг в Рыжем Лесу. Напившись, он растрезвонил Боцману, что вы мол идете за каким-то особо ценным хабаром, за который Бармен вам отслюнявит двести тысяч. Сталкера потом конечно же вальнул Боуи. Ну, тот блондин, которого ты еще на улицу оттащил, буквально пару минут назад. — Кинолог кивнул на дверь. — Понятно. А теперь давай поподробнее про крупный заказ, полученный с Большой Земли. Что за заказ, кто над ним работает, какие задачи поставлены, кто заказчик? — Всего я не знаю, слышал лишь отрывки разговоров. На базе в Мертвом Городе слышал разговоры парней из отряда Тотенкомпфа. Мол какая-то компания дала крупный заказ на поиски какой-то херни внутри Зоны, а вот чего именно, не говорили. Боцман тоже что-то про корпорацию рассказывал. — А нахрена тогда вы должны были Душману нести какой-то неведомый хабар? — Потому что Лоцман крупно поцапался с Душманом, и они чуть глотки друг другу не поперегрызали. Но до перестрелки дело не дошло, однако в итоге Боцман был на фрилансе. А тот хабар, который бы с вас сняли и передали ему, мог бы позволить окончательно замять терки и вернуться нам в состав групп, которые работали бы по тому заказу. — Тогда вот еще один вопрос. Нахрена ты нас стращал Душманом, если тот в терках с Лоцманом был? — Так это… Надо ж было хоть немного репутацию поддержать. Кто же знал, что с вами можно договориться и выжить? — пожав плечами бросил пленный. — Понятно... Ну что же — спасибо за предоставленную информацию, Кинолог... — начал я как тут меня прервал Ставр, показавшийся в окне и не на шутку испугавший пленного. — Ты уже все? — спросил я. — Почти, а твой уже раскололся? — Спросил Ставр указывая пистолетом на пленника. — Потихоньку начал, — сказал я, смотря на враз поникшего при виде моего напарника, наемника. — Ну тогда не буду мешать, я тут кое-кого с собой возьму, хорошо? — Спросил он, и не дождавшись ответа потащил тело одного из убитых. Как и обещал, я дал пленному таблетку обезболивающего, обработал разбитый нос и заклеил рассеченную бровь пластырем. — Думаю этого хватит с тебя. Вопросы у нас к тебе еще есть, так что пока посиди тут, — сказал я наемнику, на что тот лишь кивнул. — Сармат, пойдем пожрем? — снова раздалось из форточки. — А пойдем, — оживившись согласился я. POV Ставр. Закончив привязывать пленного к скамье, я потянулся, размял затёкшую спину и шею, прохрустел пальцы. Он все еще был в отключке, ну ничего. Взяв его же флягу, что я недавно отстегнул от его же снаряжения я плесканул ему в лицо воды. — Гутэн морген, май литл фрэнд, —специально, со смешным акцентом сказал я. — Ты что дебил? —просипел связанный. — Как все-таки неприятно общаться с людьми без чувства юмора, — вздохнул я и хорошенько зарядил ему в скулу, — Может быть это научит тебя хорошим манерам. — Да пошел ты ублюдок, наши парни тебя мутантам скормят, —сказал он, превозмогая боль в сломанном ребре. — Я невкусный. А вот ты другое дело. Впрочем, уже не важно. Ты мне лучше скажи, кто вы такие-то? — сказал я ему, тыча пальцем в грудь. — Синдикат. Говорит о чем-нибудь, а, сталкер? — пытаясь испугать начал он. — Ты не в том положении, чтобы пугать. Тем более раз ты говоришь, что вы мерки, то тем более… — сказал я, присаживаясь на табурет перед ним. — С чего это мне тебя боятся? — сказал он. — Ну хотя бы с того, что сейчас ты сидишь раненый и связанный передо мной… — Сказал я громко зевая. — Ты пойми, дубина, хоть я вас и лютой злобой ненавижу… Но я действительно могу тебя отпустить, тебя и твоего напарника. Мне просто нужны ответы. Ответы на вопросы, порожденные данной, не совсем приятной ситуацией, — нарочито по-доброму начал я, сложив руки на груди. — Ты знаешь — а мне плевать, как ты относишься к нам, плевать на то, что ты хочешь что-то узнать и вообще на тебя. — Очень и очень жаль, — сказал я, спокойно вставая с табуретки и отодвигая ее в сторону. Взяв небольшой размах для ноги, я зарядил ему берцем прямо по передней части икры левой ноги, от чего он взвыл, а на брюках от «Горки» выступила кровь. Мерк, взвыл что было мочи, после чего закашлялся и стал, шипеть от боли. — Не бойся, не сломал, пока что… — сказал я, снова присаживаясь на табурет, — Обычный хороший удар по «хромачу»****. В следующий раз организую перелом, а может что и похуже. — Сучара! — сквозь шипение выдал он, за что сразу же получил еще один хороший удар по роже. — Я думал, я научил тебя хорошим манерам. Как видишь мне тоже глубоко на тебя плевать, поэтому повторяю — последний, сука, раз! Последний! Даю тебе выбор — отвечаешь на вопросы и катишься, пусть и побитый, но живой, на все четыре стороны — или я тебя тут же замочу, далеко не самым быстрым и безболезненным способом. — Ты думаешь, ударив меня по ноге ты меня сло… — начал было он, но не успел. Выдернув из кобуры «Бердыш», я без раздумий пальнул ему прямо под наколенник в ту же ногу. В этот раз он уже вопил, скулил, кашлял и хрипел из-за сломанного до этого ребра. — А так? — сказал я, демонстративно приставив ладонь к уху, как бы говоря: «Не слышу ответа», — Так я тебя убедил, что не собираюсь с тобой нянчиться? Отвечай пидарасина, что вы тут забыли?! Кто вас нанял? Сколько вас было? Говори или в следующий раз ногу сломаю, чтоб пули зря не тратить! Кажется, наемник понял, что язвить далеко не в его положении. Сейчас он лишь пытался сдержать свой крик и жадно глотал воздух. Выстрелил я аккуратно, но туда, где больно, если подлатают, даже хромать не будет, но засыпать рану гемостатическим порошком и наложить повязку все же пришлось. — Позывной, живо! Что забыли здесь!? — Мой позывной Опоссум! Наши командиры — Лоцман и Боуи приказали занять брошенный сталкерский лагерь! Мы заняли, а тут вы. Это все. — Недоговариваешь... Я дам тебе пару минут подумать, но не одному, а с твоим другом… Сейчас его приведу, — сказал я, выходя из амбара. Подойдя к мазанке, где Сармат допрашивал другого наймита я показался в форточке, и смотря на допрашиваемого демонстративно показал ему как провожу большим пальцем по шее. Выглядела его реакция достаточно забавно — выпученные глаза, отдышка и выступивший на лбу пот. — Ты уже все? — спросил Сармат. — Почти, а твой что, уже раскололся? — спросил я, тыча пистолетом в связанного. — Потихоньку начал. — Ну тогда не буду мешать, я тут кое-кого с собой возьму… — сказал я, взваливая на плечо недавно добитого наемника. Наемник все также сидел привязанный к скамье и смотрел куда-то в пол. Так что он даже не сразу заметил, как я с трупом его товарища зашел в амбар. — А вот и мы, тебе с ним будет не так одиноко пока я пойду, посплю, — сказал я, глядя на испуганное лицо наемника, — Ты куришь? — Да… — хрипя, ответил он. — А я вот нет, так что хорошо, что ты куришь. Сиги в разгрузке? — Спросил я, усаживая мертвое тело на табурет. — В верхнем кармане под рацию, — ответил наймит. — Ты, я так полагаю, все еще говорить не шибко хочешь, не так ли? — уточнил у него я, доставая пачку «Мальборо» из его разгрузки. — Смотря что… я просто подчиненный и ничего не знаю, Боцман сказал сюда идти, мы и пришли, тут вы, что тебе еще знать надо? Я больше ничего не знаю, — постоянно делая паузы и тяжело дыша начал он. — Ой, не договариваешь… Ну ничего, подумаете с другом, посовещаетесь… — сказал я пододвигая табурет с мертвым мерком к пленному. Я приставил к его лбу пачку сигарет по горизонтали, и на этом же расстоянии приставил голову мертвого мерка. Немного скотча — и вот, они постоянно смотрят друг другу в глаза. — Ты чего творишь?! — крикнул раненый, глядя прямо в безжизненные глаза некогда мертвого коллеги. — Оставляю тебя с твоим другом, на ночь. Может расскажет тебе чего интересного, например — как хорошо там, на том свете… Ибо если не заговоришь, будешь таким же, как и он. — Убери его! — крикнул он. — Даже и не подумаю, — сказал я, и вышел из амбара, направляясь в сторону мазанки. — Сармат, пойдем, пожрем, — окрикнул я друга по пути. — Пошли, кое-что он мне уже рассказал, обсудим, — сказал Сармат, выходя из мазанки. Мы уселись на скамейку перед домом, кинув рядом рюкзаки и положив в зоне доступа автоматы. Еды сейчас было в достатке, причем самой разнообразной. Наемники все же настоящие профи и среди них много «легкоходов» — тех, кто старается как можно сильнее минимизировать не полезный вес. Я и сам отчасти такой. Предпочтение в их пищевых запасах отдается сублиматам, сухофруктам, орехам и батончикам, набором для варки супов и каш. Частенько встречаются и готовые сухпайки, на сей раз были американские «MRE». — Меню номер 16 «Pork Rib»... — многозначительно выдал Сармат, — это свиные ребрышки? — Да. У меня колбаса с кленовым сиропом. Свиная колбаса. Это мы удачно прихабарились, — довольным голосом, вскрывая пакет, сказал я. — Я все скажу! Все! Только убери его от меня! — раздалось из амбара. — Дай пожрать и отвяжу! — крикнул я ему. — Ты че там сделал что он так орет? — вскрывая паек, спросил Сармат. — Обычную трупотерапию. То, что доктор прописал… — Ты заебал, честно. Тебе не хватило того обосравшегося придурка в Африке, которого нам потом еще на себе тащить пришлось? — Давай не за столом, а? — Ты где видишь здесь стол, а? — посмеиваясь, спросил Сармат, — Как разогреются, пошли в дом, там стол и скамья вроде приличные. Паренек, думаю, не будет мешать нам есть. Тяжелый гулкий удар разошелся дрожью по земле. Оставшиеся в небе облака стали набухать и превращаться в тучи, вдали засверкали молнии, и небо озарилось ярчайшим красным светом, постепенно переливающимся в голубые и зеленые, а затем, с новой волной дрожи возвращался в красные тона. — Блять! Опять Выброс?! Только же недавно был! — крикнул я, подскакивая со скамьи, и начиная бежать в сторону амбара. — Ты куда? В мазанке спрячемся! — крикнул Сармат вдогонку. — Заложи окна любым мусором, я за вторым придурком, в деревянном амбаре он гарантированный труп, — крикнул я, вскакивая на порог амбара. Раненый, чуть дрожа, сидел на том же месте, с силой зажмурив глаза. Быстро же сломался его дерзкий характер... Он похоже решил, что его тут бросят умирать в муках под Выбросом в обнимку с мертвяком. — Если ты и после этого будешь молчать, я тебя сука под Выброс выкину. Не рыпайся и шагай за мной! — крикнул ему я, от чего он вышел из апатии, и очень даже оживился. — Я все скажу. Все! — кричал он в такт завываниям ветра и страшному гулу с Севера. Выдернув нож из ножен, я полоснул по веревкам и скотчу, освободив пленного, оставив на нем только пластиковые стяжки на руках. — Бегом! — крикнул Сармат выглядывая из мазанки, он видел, как на Севере бушевал красный ураган из чистой аномальной энергии, сметающий все живое, да и не только, — Ты его допросить там решил?! Волна будет тут через минуты две, а то и меньше!! — Да идем! Идем! — крикнул я, рывком за воротник, поднимая пленника и приставляя пистолет к его виску. — Странный, очень странный Выброс! — кричал мне Сармат, — Даже ведь не предвещало ничего. Хотя… Блять, я же КПК не включил! Ты тоже, да? Сто пудов же предупреждали. — Мне гораздо интереснее — почему гула перед началом не было?! И погода как-то уж очень быстро испортилась. Обычно она за час, где-то портиться начинает, — сказал я, уже подходя к нашему укрытию. — Дерьмо, одним словом, — сказал Сармат захлопывая за нами дверь. Я швырнул наемника в угол к его напарнику и следом начал помогать товарищу, закладывать крупные щели в покосившемся дверном проеме кирпичом и вещами убитых. Были случаи, когда целые отряды гибли из-за огромной щели в глухом и казалось бы, надежном кирпичном здании. Как мне когда-то рассказал Круглов на Янтаре: при Выбросе идет две разнонаправленные волны — волна аномальной энергии, и самая разрушительная и перпендикулярная ей волна пси-излучения. В общем, по сути, от пси-излучения надо спасаться под крышей, а от горизонтально идущей аномальной энергии за стеной как минимум из толстых бревен, металла или кирпича. Даже кусок толстого листового металла способен экранировать аномальную энергию, хоть не полностью. Поэтому в любом долгосрочном убежище окна стараются заделывать капитально, металлом, деревом и прочим подручным хламом. У нас такой роскоши не было, было всего лишь немного кирпича. Пришлось пережидать Выброс, улегшись на полу под полуприкрытыми окнами, за что я и поплатился. Когда первая волна Выброса проскочила через дом, идущая следом за ней дрожь свалила с подоконника кирпич прямо мне на спину. Если бы не броник, рассечение мягких тканей и перелом ребра точно бы были. — Ненавижу Зону в такие моменты! — крикнул я напарнику, стараясь перекричать гул бушующей аномальной стихии. — А ведь есть же психи, кто от Выброса тащится? — спросил он меня, посмеиваясь и стараясь не смотреть в мою сторону, ибо я лежал у самого окна, и от вспышек от волны аномальной энергии можно было поймать зайчиков не хуже, чем от электросварки. — Пока мы так удобно лежим… Может продолжим наш допрос? — Сказал я пленникам, тыкая ногой раненого. — Лоцман, наш босс вместе со своим замом Боуи, хотели вас вальнуть, слышали от одного пьянчуги в баре что вы вроде как двое нашли «Душу» и несколько «Кошачьих слез». Хабар дорогой, редкий. Он им бы пригодился в подарок, — покашливая, начал раненый в промежутках между громовыми раскатами. Выброс уже начал стихать. — Подарок кому? — Спросил я, на что получил ответ уже хором. — Душману. — Кто такой этот ваш Душман? — спросил Сармат. — Можете не говорить. Слышал я про этого кренделя, он вроде как один из командиров у наемников, — сказал я. — А из-за чего ссора была? —Душман и Лоцман оплату заказ не поделили. Все просто, — вдруг оживился пленный, которого допрашивал Сармат. — О как. Я так понял вам на вольных хлебах плохо жилось, что вы в гоп-стоп подались? — Спросил я, Сармат же отполз в угол и, сложив руки под голову слушал, убеждаясь в том, что «язык» его не обманул. — А ты кстати не заметил, что их командира Лоцман звали, прям как нашего проводника со «Скадовска», — сказал Сармат, на что лишь получил кивок от меня в знак согласия. Затишье снова прервалось, снова сильно тряхнуло, шла вторая волна, ну что ж, почти кончилось. Я снова повернулся на живот и накрыл по привычке голову руками. — Да еб вашу душу, только ведь удобно лег! — пробурчал Сармат, и тоже перевернулся на живот, отвернув ясны очи от полуприкрытого окна. Грохотало сильно, долго, дольше чем обычно, в какой-то момент казалось, что нас засунули в стиралку и включили «отжим». Молнии били за окном, освещая всё ярким белым светом, а стихая же, снова отдавали власть красному мареву Выброса. Самое последнее, что мне хотелось бы в этой жизни это смотреть в окно именно сейчас и тем более быть там, снаружи. Выброс закончился так же резко, как и начинался, земля, конечно, еще дрожала, а небо сияло багровыми лучами со стороны ЧАЭС — Продолжаем наши китайские церемонии. Зачем вы так яро хотели под крыло к Душману? — Большая работа, и следовательно большие деньги. У него заказ от какой-то крупной заграничной конторы, не знаю на что, но парни постоянно в движении и при работе. Сейчас вот Лиманск недавно захватили, базу там организовали. Хорошее говорят место, не хуже Мертвого города. Ищут они там что-то. — И что же ищут? — Откуда мне знать, я не в его группе? Клянусь, это все. Вы просто были источником наживы — заказа на вас не было, босса, я вам сдал. Отпусти нас, ты ведь обещал сталкер. — Что думаешь, Сармат? — спросил я напарника, глядя на забившихся в угол пленных. — А что тут думать — они точно не брешут. Мне Кинолог, — тыкая в допрашиваемого им наемника, сказал Сармат, — абсолютно тоже самое сказал. Ну что, снотворное им и за долгожданный ужин? — А давай, — сказал я, вытаскивая из рюкзака большую аптечку, которую собирал сам, — Тут у меня вроде был «Мелоксан», должен срубить их сразу и надолго. Я был прав, вколов им по паре кубиков снотворного внутривенно, они за считанные минуты отправились в царство Морфея. Мы же с Сарматом не могли позволить себе, такой роскоши и нам пришлось выбраться на свежий воздух, дабы согнать появившуюся сонливость. — Давай хоть пожрем наконец-то, а то блин побросали все в рюкзаки, — сказал я вытаскивая впопыхах заброшенный в рюкзак пакет. — Давай, сутки не жрать — это, знаешь ли, то еще «удовольствие», — сказал Сармат и взяв наши порции запихнул их в один разогревать естественно чуть его не порвав, за то во благо экономии. Залив немного воды в БРП**** мы, отложив разогреваемую пищу, начали обсуждать информацию, которой с нами поделились пленные. — Ну, мы выяснили, что они наемники. Заказа у них на нас не было, просто ребятки решили поиграть в гоп-стоп — сказал Сармат. — Почему тебе всегда достаются «соловьи»? Впрочем, мой тоже раскололся, пусть и после перспективы проведения ночи с трупом, — сказал я с легкой завистью к везению друга. — Фортуна. Ну и высокая коммуникабельность. Помнишь, что про это наш мозгоправ в учебке говорил? — потянувшись к пакету с нагревателем, сказал Сармат, — Подай-ка перчатки, горячая зараза. Я потянулся за перчатками, но знакомый басистый голос из рации заставил нацепить гарнитуру и включить звук. — Ставр, Сармат, на связи Бармен. Парни, вы там живы? — спросил Бармен в рацию. — Вроде как да. Ужинаем вот. Первый раз за двое суток, между прочим! — сказал Сармат, тоже достав рацию. — Приятного… Мужики, вы примерно когда доберетесь до Бара? У нас тут конкретное ЧП, а еще плюс для вас работа важная наклевывается, коллективная. — Планировали утром. Но если надо — то будем часам к четырем-пяти утра, — сказал я, подтягивая к себе горячий пакет с основным блюдом. — Поспешите, у нас тут нападение на конвой. Вроде как фанатики. — Сказал Бармен немного охрипшим голосом. — Хорошо, сейчас только решим, что с пленными делать, — сказал Сармат, потирая обожженные пальцы. — Какие еще пленные? — удивился Бармен. — Наймиты, кто же. Хотели поживиться нашим хабаром, и устроить гоп-стоп. Давай на месте расскажем, мы сами еще не все до конца переварили. Поедим и кофе выпьем, да и к тебе двинем, а то совсем сил нет, — сказал я вставая со скамьи и двигаясь в мазанку. Следом брел Сармат. — Добро. Но вы все же поспешите по возможности. А то как-никак, после того как вояки из «Долга» перенесли основную базу в Чернобыль, а здесь оставили перевалочный пункт — наша безопасность стала не такой ощутимой как раньше. Если это поехавшие из «Монолита» — то дела наши окрашиваются чем-то коричневым. — Поняли, поспешим. Конец связи. — Сказал Сармат, кидая на стол пакет с едой. — Жуем быстрее и уходим, — констатировал я. — А с этими что делать? — Вскрывая пакет сказал Сармат, кивая на мирно храпевших в углу наемников. — Нож одного из них рядом положим — дотянутся и перережут веревки, чай не дураки. А их снарягу скинем вон в том углу, чтобы они не с пустыми руками уходили. Остальное затрофеим, а что не унесем, припрячем в сарае. Дальше, уже их дело. За нами они точно не пойдут, не резон им таким потрепанным на нас охоту открывать. — Твоя правда. Доедаем и пошли. — Хмыкнул Сармат и накинулся на ужин. Подперев дверь парой кирпичей, мы выдвинулись к Бару, благо идти было всего ничего, впереди виднелись вышки армейских складов. Это значило что нам останется лишь обогнуть блокпост наемников и деревеньку с кровососами, благо там есть хорошо сохранившаяся дорога, да и со «Свободой» мы не ссорились. Кофе в которое мы добавили по ложке родиолы розовой заставило организм проснуться и ненадолго забыть о недосыпе и изнурительно долгой дороге пройденной за весь день. В свое время будучи курсантом военного училища, я частенько использовал настойку радиолы перед тренировками для поднятия мышечного тонуса или экзаменами чтобы попросту не уснуть после бессонной ночи, проведенной за учебниками. Как шутил наш с Сарматом товарищ — легальный допинг для мозга и тела. После выброса нужно быть внимательным, пусть вас не расслабляет стоящая после него тишина, хоть мутанты и попрятались на ближайшие пару часов в свои норы, угрозу представляют все те же аномалии, сменившие свое местоположение. Пару дней назад из-за выброса мы попали с Сарматом в «Коровий язык», он же «Конец квартала» — специфичное расположение аномалий в виде английской буквы «U», по факту это был просто тупик длинной в пару км. Аномалии просто сместились и привычный маршрут стал закрытым. Мы проблуждали там еще сутки потратив почти весь провиант и воду. А когда дошли до бара «Туннель» что в Рыжем лесу, смогли лишь набрать там дождевой воды да купить по порции шулюма с местных кабанчиков. По глупости много денег не взяли с собой, а артефакты продать там мы не могил - договор на них был с Барменом. — Есть идеи как «Монолит» мог напасть на конвой, что идет аж с Кордона? — спросил я Сармата, обкидывая болтами и гильзами очередной подозрительный участок. — Хуй его знает, если честно, может это мародеры? — предположил напарник, жуя позади меня протеиновый батончик. — Мародеры головы не отрезают, на такую херню способны только фанатики религиозные, кроме «Монолита», я лично таких же отморозков в Зоне не знаю. Были конечно тут какие-то еще сектанты помимо «Монолита», да сплыли. — Случаем не свидетели Иеговы? — Не, нам свидетели не нужны, — сказал я в ответ, вспомнив старый анекдот. — Вот сейчас было смешно, — посмеиваясь сказал напарник. — Все, дорогу я нащупал, пошли. Тут вроде всего лишь две «Хлопушки», включим пси-защиту и пройдем, они вроде слабые, если у нас еще в глазах не двоится, — сказал я, тыча пальцем в две небольшие пси-аномалии, — Там дальше вроде чисто, через минут тридцать-сорок уже будем в Баре. — Как работу сделаем, может выпьем? — спросил Сармат. — Да, а если работка будет чем-то пиздецовым, то нажремся, — сказал я, напарнику намекая на пару трофейных бутылок дорогого бренди.