Глаза не слепы, слеп Мир

Никогда не думайте, что ваши проблемы важнее всего. В Мире существуют проблемы и с рангом повыше. Я никогда не думал, что моя слепота самая большая проблема. Я знал, что у людей может быть все гораздо хуже, чем у меня, но Анин рассказ, состоящий в какой-то степени из слухов, поверг меня в шок. Знаете, что я почувствовал после ее повествования? Отвращение. Отвращение к самому себе, из-за того, что на мгновение позволил промелькнуть мысли о том, что он болен и может быть агрессивен. Я стал противен сам себе.        Идиот. Как я мог позволить себе так думать?! Он прекрасен, как человек. Мне все равно шизофреник он или нет. Мне он кажется таким ярким, когда его заливистый смех раздается на всю округу. Таким чистым, даже несмотря на то, что он осквернен чужим телом.        Но.        Я испытываю жуткий страх. Мне кажется, что при встрече с ним я ляпну какую-нибудь ненужную глупость, и она разрушит все то, что есть сейчас. А как он будет себя чувствовать? Он, вероятно, уловит эту осторожность с моей стороны и вовсе потеряет ко мне интерес. Я этого не хочу. Мне кажется, что я потеряю все сокровища, которые успел приобрести за столь короткий срок.        На какую-то долю секунды, страх перебило чувство обиды. Обида проснулась из-за того, что я услышал это не от него, а от совершенно незнакомого ему человека. Да, это было бы глупо, если бы при первой встрече он сказал: «Привет, я — Стас и я — шизофреник». Как в обществе анонимных алкоголиков, только в нашем случае шизофреников. Бред-то какой. Я уже говорил, что идиот? Да, кажется, говорил, и это вновь подтверждается.        Мир так жесток. Мальчику всего шестнадцать, а он уже так потрепан жизнью.        Прошла неделя. Каждый день я выходил во двор в надежде, что неподалеку услышу знакомые шаги. Но их все не было. Казалось, что одно присутствие Ани рядом со мной в тот момент спугнуло его и нарушило обычный ход нашего с ним общения. Я так не хотел его потерять и не справился с задачей приобрести еще одного друга. Или нечто большее, чем просто друга?        «Да ты влюбился, друг мой.»        Пронеслось у меня в голове предположение Ани. Я влюбился?        Еще недавно мне это казалось чем-то далеким и непостижимым. Я не имею и малейшего понятия, что такой влюбленность. И как, скажите мне, я могу это утверждать? Или этого никто и никогда не утверждает?        Что мне делать? Я все продолжаю выходить во двор и ждать его, как верный Хатико, а он все равно не появляется. Может что-то случилось? Или он, действительно, посчитал, что от истории из его жизни в наших отношениях что-то изменится? Черт. Но это же не так.        Как человек может что-то утверждать или как-то накручивать себя, если не знает всей правды? Почему люди так импульсивны в соображениях такого рода? Кто же запрограммировал человеческий разум так, что решение проблемы приходит быстрее, чем ее осмысление?        Вопросы до сих пор не имеющее точных ответов.        Но мне все равно хочется узнать ответ на вопрос — сколько мне его ждать или когда он появится?        От наплыва моих рассуждение меня отвлек добрый лай Бруно. Так он подает голос только на трех людей из моего окружения: бабушка, которая сейчас в больнице, Аня, у которой подготовка к выпускному в самом разгаре и Стас, от которого вестей не было целую неделю. Итак, делаем незатейливый вывод, это — Стас.        После того как Бруно закончил лаять и моему слуху осталось только его ласковое поскуливание, когда его чешут за ушком, я наконец расслышал знакомые шаги.        — Привет. — Раздалось мое приветствие в тишине двора. — Привет. — ответил мне Стас. — Давно тебя не было. — Да, вот как-то так получилось. — Нам было как-то скучно без тебя. — Да, я заметил. — не переставая чесать за ухом у Бруно, как я определил по звуку, ответил мой собеседник обиженно. — Ты о чем? — А ты? — он сел рядом со мной на лавочку. — Ты обиделся? — С чего ты взял? — после этих слов мое сердце неприятно сжалось, и я понял, что продолжать разговор в этом направление, по меньшей мере, бессмысленно.        Мы сидели молча около пятнадцати минут, правда, я подумал, что гораздо больше. — Бруно скучал по тебе. Каждый раз, когда мы выходили на улицу, он поворачивал голову на любой шорох. — как в общем-то и я, но сейчас не об этом. — А ты? — Я? — А ты по мне скучал? — мне кажется или меня застали врасплох, потому что я совершенно не знаю что ответить. — Ну, да, я тоже… — Что тоже? — он что, играется со мной? — А ты? — Что я? — теперь играем по моим правилам? — Ты по мне скучал? — Да, я скучал. — Вот черт. Я не ожидал такого скорого ответа. И чего я тогда на месте мнусь? — И я тоже скучал. — Я рад. — он ответил так тепло, что я могу поклясться на его лице была улыбка. Моей руки коснулось что-то прохладное, я на рефлексе отпрянул, но ее схватили и сжали. Я вздрогнул и покраснел. Это первая и ловкая инициатива с его стороны. Я сжал его холодные пальцы в ответ.        Это очень приятно, что наше общение продолжается, но в нем есть какая-то недосказанность.        Он все сильнее сжимал мои пальцы, казалось, что они скоро хрустнут. Но он немного ослабил хватку и даже вздрогнул, на что я произвольно повернул голову в его сторону. Моих губ коснулись его. Такие мягкие и теплые в отличие от его пальцев. На секунду показалось, что эти действия производят два совершенно разных человека. Я потерялся во времени, так приятно ощущать тепло другого человека. В этом поцелуе не было ничего вроде страсти или желания. Обычное прикосновение губ, дарящее неимоверное блаженство. Это скорее всего детский поцелуй, даже стыдно немного.        Стас осторожно оторвался от меня и отпустил руку. Я не мог ничего сделать, когда он встал и направился в противоположную от меня сторону.        Не нужно было ни одного слова, чтобы понять, что сейчас произошло и объяснять почему.        Мои чувства взаимны и от этого на душе становится легко.