Ink way

— Это она, — в ужасе прошептал Генри.       Я перевела взгляд с эскизов на него. — Что? — он даже вздрогнул от моего тона.       Так, с меня хватит. Сначала я терплю, что он всё свободное время посвящает своим любимчикам Бенди и Борису, потом он нас бросает, чтобы вернуться через тридцать лет. И то, не ради нас. А теперь он выложил всё этому ужасному созданию.       Если Бенди его не убьёт сейчас, то это сделаю я. Собственными руками. Он нас уничтожил руками этой Сакуры или как там её, ещё и смеет здесь спокойно находиться. — Ты… ты… да как ты…? — больше я ничего не смогла произнести.

***

      Да, Генри всегда был доверчивым, но такого я от него действительно не ожидал. Это же надо вот так попасть. Нет, я ещё мог бы понять, если бы здесь мультяшные герои толпами ходили. Но из мультяшек только нас трое. Всё!       Если бы здесь кто ещё находился, он сейчас был бы с нами. Или я хотя предупредил о нём Генри. Но, к сожалению, здесь была, кроме нас, только опасная Оскура.       Первой моей мыслью было выставить отсюда Генри прямо навстречу этой Оскуре, а ещё лучше убить. Только я сразу взял себя в руки. Плохого ведь пока что ничего не случилось. А значит, ещё есть шанс что-то исправить.       И я незаметно толкнул сидящую рядом Алису, которая едва сдерживалась, чтобы самой его не прикончить.

***

      Я был удивлён. Генри действительно глупо поступил. Но он ведь из лучших побуждений. Он хотел помочь этой Темнушке-Оскуре. Наверное, на его месте я поступил бы также. Я тоже не знал до этого момента, как выглядит Оскура. К счастью, пока что с ней не встречался. И вообще. Всё. Что сделано — то сделано. Надо успокоиться, перестать злиться. Это я подумал, глядя на Алису, которую изо всех сил удерживал Бенди. — Отпусти меня! — кричала она, отмахиваясь. — Дай мне просто до этого типа добраться! Дальше я уже с ним сама разберусь.       Но Бенди, как и я, к счастью, не злился на Генри, поэтому попытки Ангела вырваться не увенчались успехом. — Да успокойся! — крикнул демон. — Надоела уже. Генри не хотел ничего плохого. — Хотел, — убеждённо ответила Алиса, из-за чего объект обсуждения затравленно посмотрел на неё. — Он на нас Оскуру натравит, чтобы она с нами разобралась. Конечно, мы-то ему не нужны. А самому руки пачкать не хочется! — интересно, такая мысль Генри в голову приходила? Вряд ли.

***

      Натравит? Это слово здесь как-то не слишком подходит. А вот на Алису следовало бы кого-нибудь натравить, чтобы она снова села за стол и перестала вопить. — Слушай, перестань, — не выдержал я. — Раздражаешь.       Проблема состояла в том, что я, к несчастью, расположился как раз между Генри и Алисой. И тянулась к нему она как раз через меня, а все нелестные эпитеты орала мне прямо в ухо. — Не лезь, — огрызнулась Ангел.       Ну, не ей мне приказывать. — Я не понимаю, в чём проблема. Оскура в любом случае до нас бы добралась. Рано или поздно. Она могла бы просто нас выследить. — Если ещё до этого не выследила, — продолжил мою мысль Бенди и Алиса всё-таки вернулась на место. — Может, она уже давно знает, где мы обосновались. — Скорее всего! — поддержал Борис. — Так что виноватых здесь нет.       Генри выдохнул. Похоже, не слишком ему нравилось быть обвинённым. А я бы с ним местами поменялся. На такую, как Алиса, внимания можно не обращать, а вот иметь человеческую внешность… — И что теперь делать? — немного успокоившись, спросила Алиса. — Нужно куда-то прятаться? Искать новое место? — Зачем?! — возмутился Бенди. — Мы что, покажем ей, что мы боимся её? Мы останемся здесь!       Алиса буркнула что-то неразборчивое и демонстративно отвернулась. Так даже лучше. Надеюсь, она обиделась и перестала с нами разговаривать. — Но, это ведь не менее опасно, мой Лорд, — заметил я. — Она просто может ждать нас у двери или где-нибудь неподалёку. — Тогда из двух опасностей надо выбирать более выгодную. Мы остаёмся. — И чем же она выгодная? — не выдержала Алиса, разворачиваясь.       Жаль, мало времени прошло. Подольше не могла обижаться? — Нам не придётся перетаскивать тяжеленные банки с чернилами и снова забивать щели, — улыбнулся Бенди.       После этого предложения напряженная атмосфера начала понемногу исчезать. — А всё из-за Генри, — упрямилась Алиса.       Мне это надоело. Какое счастье, что я не её пророк. Такое только в страшном сне приснится. — А давайте Алису отсюда выставим и проверим, следит Оскура за нами или нет. — Я сейчас тебя выставлю! — но я уже отвернулся, довольный собой, и встретился взглядом с Генри, который благодарно улыбнулся мне. — Ну, сейчас она нам нужна, — помотал головой Бенди. —  Но твою идею мы когда-нибудь обязательно осуществим.       Возражать что-то ещё, Ангел уже не стала. Наверное, считала спор с нами пустой тратой времени. Я был с ней абсолютно согласен. Есть дела важнее, чем пререкаться. Но она просто выводит меня из себя. И остальных, судя по их виду, тоже. — Но даже если мы не будем показывать Оскуре, что мы боимся её, она не станет из-за этого менее опасной. Мы же не можем просто сидеть здесь, — заметил Борис. — К тому же, у нас есть ещё одна небольшая проблемка, — он многозначительно посмотрел на Генри. — Он-то здесь долго не продержится. — Не больше недели, — уточнил Генри. — Тогда нам нужно выбраться отсюда за неделю, — Бенди воодушевлённо вскочил с дивана. — Только вот… Оскура вряд ли выпустит нас. И его одного тоже.       Мы переглянулись, затем снова уставились на демона, явно знающего что-то, чего не знаем мы. Лорд нам рассказывать и не собирался. Вместо этого он начал разглядывать потолок. Казалось, он не замечает наших заинтересованных взглядов. — Что? Ты о чём? — вскочила с места Алиса, встав прямо мне на ногу. — Так, с меня хватит. Я больше не могу с ней рядом находиться. — Можем поменяться местами, — отозвался сидящий напротив Борис.       Я облегчённо выдохнул. Уж кто и может немного угомонить этого Ангела, так только Борис. — В общем, то, что нам сейчас нужно — защитить Генри. — выдал вдруг молчащий во время нашего перемещения вокруг стола Бенди. — Вот этого… — начала было Алиса, но я сердито зашипел на неё: — Заткнись. Извините, а зачем? — А она тоже создателю мстит. Раз здесь нет Джоуи, то приходится разбираться с Генри. — Но если бы эта Оскура хотела разобраться с ним первым, она могла бы напасть тогда, когда он её встретил. Почему она этого не сделала? — задал вполне логичный вопрос Борис. — Во-первых не с ним первым, а с ним одним из первых. Во-вторых, ну, Оскура такая. Может, она нас напугать хочет. Это вполне в её репертуаре, — пожал плечами демон. — Она с нами играет. Ей нужен я и Генри. Со мной она за эти тридцать лет разобраться не смогла. А вот Генри грозит бОльшая опасность. — Узнать бы, кто это письмо написал! Ну ясно же, что это не Джоуи, — внезапно разозлился Борис.       Он вроде всегда такой спокойный был. И раз уж его это вывело из себя… Страшно подумать, что он сделает, когда доберётся, до этого «писателя». Как-то мне не по себе сделалось. Да и пауза неприятно затянулась. — В общем, Борис и Алиса, проверьте выходы. Если есть возможность, что Генри сможет через них выбраться, то не скрывайте, пожалуйста, — попросил демон, нарушая молчание. — А ты, Сэмми, останься здесь. Что-то мне не хочется, чтобы Генри один отсиживался, пока ему грозит опасность. — Конечно, мой Лорд. — Алиса фыркнула. Борис пихнул её локтем. — А у меня тоже кое-какие дела, — и Бенди спрыгнул со стула, давая понять, что разговор окончен.       Он, Алиса и Борис покинули комнату.       Генри увлечённо разглядывал какую-то старую газету тридцатилетней давности. По крайней мере, делал вид. Судя по тому, что он иногда настороженно взглядывал на меня, да ещё и украдкой подальше отодвинулся, моя компания его не очень устраивала. — Спасибо, кстати, — оторвался он от чтения, заметив, как я с интересом смотрю за его попытками укрыться за газетными листами. А что уж я такого сделал, что от меня так прятаться надо? Обидно даже. — Если бы не ты… — Да не за что, овечка, — усмехнулся я в ответ. Тот удивлённо посмотрел на меня. — Я же знаю Алису. Она пока не отвлечётся, так и может надоедать. Тем более, считай это, как… хм… ну, предположим, искупление вины за попытку принести тебя в жертву. Хотя, я даже не знаю, что хуже: жертвоприношение или спор с Алисой.

***

— Нет, ну это надо! «Защитить Генри, защитить Генри». А нас самих защищать не надо?! Как же! Конечно, нет! У нас же вернулся создатель!       Я терпеливо выслушивал всё это. А что ещё оставалось делать? Хотя, возмущённые монологи Алисы даже успокаивали. Это было гораздо лучше, чем если бы пришлось идти в гнетущей тишине. — А ты чего молчишь, будто тебя это не касается? — вдруг прервалась Ангел. — Да нет, почему же, касается, — я пожал плечами. — Просто я не вижу смысла в причитаниях и панике.       И это была чистая правда. Лучше сберечь силы на более насущные дела. Конечно, подруга всегда была такой, но сегодня… Даже мне начало надоедать. — Вы вообще так равнодушно отнеслись, — продолжала Алиса. — Слушай, ты сегодня успела надоесть сразу троим, — не выдержал я. — Если не хочешь, чтобы это число увеличилось, то перестань так драматизировать. — Драматизировать?! Драматизировать! — Ангел чуть не задохнулась от возмущения, но к счастью, мы достигли первой двери.       Правда, она была затоплена. И я подозревал, что не простыми чернилами. На моё счастье, я смог утянуть недопитый кем-то стакан с чернилами и зачем-то нёс его. Наверное, машинально захватил. Но это даже к лучшему. Я выплеснул немного на это «болото». Мои чернила сразу запенились, зашипели, как говорит Генри, «как в кислоте», и быстренько испарились. Стоящая сзади Алиса даже прервала свою речь и с немым ужасом взирала на то, что было перед дверью. — А ведь если бы мы сюда шагнули, это случилось бы и с нами, — вслух произнёс я то, что хотел только подумать. — А может Генри того… ну, так переберётся? — отрывая взгляд от «болота», сказала Алиса. — А мы? — Ну, ладно, ещё шансы есть.       Вот это она правильно напомнила. В мастерской было пять входов. Центральный, задний, в студии звукозаписи и два запасных. С задним неудачно. Ну что ж, нельзя терять надежду.       Но нас ждало глубокое разочарование. Оскура успела добраться до запасного и в студии звукозаписи. Ещё один запасной был завален.       Пришлось искать лестницу и подниматься на первый этаж. Прямо перед основным входом пол провалился. Я осторожно заглянул вниз. Да уж, ну и высота… Мне удалось перепрыгнуть через этот провал. Только бы дверь открылась! Пожалуйста!       Я толкнул её. Не открывается. Может, дождь был, и доски разбухли? Но я уже понимал, что это не так. — Ты чего там копаешься? — подала голос Алиса, оставшаяся по ту сторону дыры. — Не открывается! — отозвался я. — Как?! — она тоже перепрыгнула через провал и оказалась рядом со мной. — И правда…       Я попытался вышибить дверь. Ничего не получилось. Такое чувство, будто она заперта снаружи. — Что теперь? — растерянно спросила Ангел, когда я, пнув дверь ещё раз, схватился за ногу. — Чего-чего, — невесело усмехнулся я. — Вернёмся и расскажем, что ничего не получилось. Бедный Генри. — Да уж, — вздохнула Алиса, чем выдала своё настоящее отношение к второму создателю. Эта она на словах на него постоянно тянет, а на самом деле тоже волнуется. — Боюсь, придётся ему здесь остаться. Зато этому самопровозглашённому пророку не так скучно будет. У него появится друг по несчастью. Представляешь, вместе будут чертить пентаграммы и призывать Бенди. — Только Генри этому не обрадуется. Да и Бенди тоже, — вздохнул я. — Чёрт, узнать бы, кто написал это письмо… Я бы ему… Я бы… Стоп! — кажется, я начинаю понимать. — Подожди-ка. Думаю, я знаю, кто позвал Генри сюда. — Кто? — поинтересовалась Ангел. — Пойдём. Вернёмся, дождёмся Бенди, и я скажу. Думаю, кое-кто особенно будет «рад» это услышать.

***

      Вернувшись, я увидел, что Борис с Алисой уже здесь. Они, сидя на диване, о чём-то шептались, иногда тихо хихикая. Ну, хоть кому-то весело. Хотя Генри и Сэмми тоже с достаточно оптимистичным видом что-то обсуждали. Я, лично, их настроения не разделял, но тоже постарался изобразить дружелюбное лицо. Не хочу рассказывать о том, чем занимаюсь. Им это знать необязательно. Лучше бы мне просто сейчас посидеть и подумать о том, где она может быть. Где-то же Оскура её нашла. Значит, и я могу. Увидев меня, Сэмми оторвался от разговора и хотел что-то сказать мне, но Генри, подмигнув мне, о чём-то спросил «моего» пророка. Спасибо ему. Всегда понимал, когда мне нужно выговориться, а когда нет. Правда, раньше темы были более ерундовые. Удивляюсь, что я так переживал из-за чего-то, вроде особо серьёзной ссоры с Алисой или моего текста для нового мультика.       Усевшись на краешек дивана, подальше от Бориса с Алисой, которые даже, похоже, меня не заметили, я стал думать, где же я ещё не был. Кажется, я всю мастерскую уже обошёл. Где же Она?! — О, Бенди, хорошо, что ты пришёл! — воскликнула Алиса. — Я тут уже пару минут, — заметил я.       Так, покой с ними может только сниться. — А что вам от меня надо? — поинтересовался я, думая, что дело в какой-нибудь ерунде. Ну, всё здесь, Оскура не заявлялась, что ещё нужно? — Да тут Борис расследование собрался проводить. Кто написал Генри письмо. Он уверяет, что это не Джоуи. Почему-то. — Не собрался, а уже, — поправил волк. — Я, кажется, догадываюсь.       Тут к нам уже повернулись и Генри с Сэмми. Ну, вот лично у меня идей, кроме Джоуи, не было. Интересно, что думает Борис на этот счёт. — Ну, всё очень просто, — начал волк. — Я сам не знаю, но Алиса говорит, что Джоуи здесь не было всё это время. — Не было, — подтвердил я. — Если бы он был здесь, его бы уже не было в принципе. — Ну что за мысли такие? — возмутилась Алиса. — Нельзя же так жестоко! — Ну, я это так. Так, Борис, и что дальше? — Ему вряд ли понадобилось бы что-то показывать Генри. Причём, он не сказал, что. Может… просто не придумал, а? Зная нашего Джоуи, он сказал бы.       Мне эта мысль не приходила в голову. Но… это значит, что Борис откровенно намекает, что это был кто-то отсюда. Оскура? — И это была не Оскура, — словно ответил на мой молчаливый вопрос Борис. — Тогда кто? — спросил Сэмми, и мне как-то не понравилось, как дрогнул его голос. — Ну, это не мог быть я, — усмехнулся Борис. — И не я! — воскликнула Алиса. — И не ты, — подтвердил волк. — И не Бенди. Он не стал бы подвергать тебя, Генри, такой опасности. А это кто-то, кому понадобился Генри, кому было плевать на его сохранность. Кому-то, кому требовалась, скажем так… овечка для жертвоприношений. Верно, Сэмми?       Повисла тишина. Я переводил взгляд с Бориса на Сэмми, потом на Генри, потом опять на Бориса. — Нет… — прошептал я. — Ты? Но… почему? — Знаешь ли, Бенди, провести тридцать лет здесь в виде этой чернильной твари, не слишком хорошая судьба. Чего я только не делал, чтобы ты обратил на меня внимание и освободил! — при этих словах он, казалось, забыл, что поклонялся мне, и сорвался на крик. — Я уже не знал, что делать! И решил, что если принесу тебе кого-нибудь в жертву, ты, наконец, заметишь меня и освободишь.       Я молчал. А чего возражать, если он прав? — Ну, ладно, — наконец, произнёс я, смотря куда угодно, только не на Сэмми. — А почему Генри-то? — «Создатель предал нас», — процитировал пророк. — Согласись, отдай я тебе твоего создателя, ты точно обратил бы на меня внимание. — Вот идиот, — прошептала Алиса. — Другого создателя надо было. — Ты превратил меня в это чудовище, — прорычал Сэмми, смотря прямо на меня. — Я всё для тебя делаю. Ты не представляешь, что мне пришлось сделать, чтобы отправить это письмо. Ради тебя. И ты ещё чем-то недоволен?       Остальные отошли на всякий случай. Вот предатели. Оставили меня один на один с ним. — Бенди, заметь, тебя от смерти спас, — подал голос Борис. — Что бы ты предпочёл, быть существом из чернил или умереть от голода? — Да я даже не знаю, — прошипел пророк, медленно подходя ко мне. — Я не понимаю, чего тебе надо? Я на всё для тебя готов!       «Не для него, а для себя», — прошептала Алиса, но мы оба услышали. — Что мне сделать, чтобы ты освободил меня? — он присел, чтобы быть примерно одного роста со мной (Надеюсь, для этого. Он ведь не на колени передо мной садится, да? Мне от одной одной такой мысли как-то не по себе), и закричал: — Скажи, что мне сделать!       Этого я уже вытерпеть не мог. Я почувствовал, как по щекам катятся чернильные слёзы. Резко шагнув назад и чуть не упав, споткнувшись, я, севшим голосом, проговорил: — Я не знаю, прости. Я правда не знаю.       И бросился прочь из комнаты.