Не лишай меня надежды

Силария с легким недоверием вошла в кабинет советника, не скрывая своего волнения. Анкано тоже выглядел взволнованно. - Силария, проходи, - с улыбкой произнёс альтмер, пригласительным жестом указывая на кресло. - Анкано, что вдруг случилось, что ты так открыто стал проявлять любезность? - с изумлением поинтересовалась магэсса. Анкано подошел к женщине и, чуть склонившись, взял её за руку. - После того, что было между нами, мы ведём себя словно чужие, отворачиваясь друг от друга. Так не может больше продолжаться, - голос советника слегка дрогнул. И, ненадолго замолчав, Анкано решился наконец признаться в том, что тревожило его всё эти месяцы: - Силария, я знаю, что всё это время вёл себя, мягко говоря, неподобающе по отношению к тебе. Я демонстрировал свою холодность и безразличие. Меня одолевали сильные чувства, которым я сопротивлялся, как мог. Но безуспешно. Могу я надеяться на то, что когда-нибудь ты простишь меня за это? После столь неожиданных слов, которые Силария даже в мечтах не надеялась услышать от Анкано, который, как внешне казалось, и любить-то неспособен, бретонка не смогла сдержать слёз. - Неужели это ты мне говоришь? - голос женщины задрожал, - Как можно долго таить обиду на того, кто тебе так дорог? - чуть всхлипывая, прошептала женщина. Видя слёзы любимой женщины, Анкано изменился в лице и поднёс руку к её щеке, нежно вытирая слезинки: - Прости меня, я больше не мог держать это в себе. Я очень люблю тебя, Силария! - негромко произнёс альтмер и притянул женщину к себе. Силария растрогалась пуще прежнего, а Анкано понял, что признание в любви - это не так сложно, как казалось. А даже приятно. Он начал успокаивать любимую: - Прошу, не надо слёз, теперь всё будет иначе. Я обещаю! – горячо прошептал альтмер, чувствуя, как на душе стало гораздо легче после того, как он открыл свои чувства. Он даже мысленно усмехнулся над тем, что строил из себя "короля ледяных масок" всё это время. Силария, вытирая слёзы, подняла глаза на эльфа: - И я люблю тебя, Анкано! Даже не смотря на то, что ты стал виной моих частых слёз. - Мне не выдержать хоть ещё один день без тебя, - с неподдельной искренностью сказал Анкано и приник к губам магэссы. После долгого поцелуя им больше не хотелось ничего выяснять. Достаточно было того, что они наконец-то услышали друг от друга признания в любви. И это разрешило многие недомолвки, что терзали обоих всё это время. Тем временем гонец, отправленный Валкурием, вернулся в форт и виновато топтался у порога комнаты легата, пытаясь найти подходящие слова, чтобы признаться в том, что он не выполнил поручение своего командира. - А, вот и ты! Чего мнёшься у порога? Ты передал письмо, как я велел? - Валкурий слегка нахмурился. - Да, командир, передал, - парень ещё больше замялся, нервно теребя ножны своего меча. - Надеюсь, письмо попало в руки госпожи Верилес, как я велел?- легат приподнял бровь, принимая грозный вид. - Эээ, не совсем... - нервно сглотнул гонец, понимая, что пришло время сознаться легату, как было на самом деле. - А ну рассказывай, что не так? - пробасил Валкурий, требовательно взглянув на парня. - Дело в том, что, когда я пришел в коллегию, меня встретил альтмер, который представился советником архимага. Он как-то странно отреагировал на то, что я интересовался госпожой Верилес, и сказал, что она очень занята. Потом он предложил передать это письмо ей, - кое-как пояснил гонец, сбиваясь на каждом слове. Валкурий пришёл в бешенство и стукнул кулаком по столу так, что тот чуть не раскололся на две части: - Обливион тебя побери! И ты, конечно же, отдал письмо ему? - Мне пришлось отдать письмо этому талморцу. Он заверил меня, что передаст его в руки госпоже Силарии в целости и сохранности, - нервно прокартавил юноша. - Постой! Талморцу говоришь? - Валкурия словно осенило в этот момент. Он вдруг вспомнил свой первый визит в коллегию и неприятную встречу с советником архимага в талморской форме. - Это случайно был не высокомерный эльф со светлыми зачёсанными назад волосами? - уточнил Верилес. - Да, командир, это был именно он, - подтвердил юноша. - Опять этот альтмер! - воскликнул Валкурий и продолжил: - Да что он вообще о себе возомнил? В прошлый раз он не пустил меня к собственной жене, а теперь ещё и письмо у тебя выдурил. Не нравится мне всё это! А ты? Да как тебе вообще в голову пришло довериться этому остроухому? - в гневе закричал Валкурий. - Простите, командир. Я сам не знаю, как это вышло. Он же маг и, возможно, чары на меня наложил, - попытался оправдаться парнишка, виновато шмыгая носом. - Уйди прочь с глаз моих, пока я не наложил на тебя свой кулак, - резким жестом легат указал на дверь, и гонец мигом покинул комнату. Прибывая в ярости, Валкурий всё больше начал подозревать, что в коллегии происходит что-то неладное. И это "неладное" каким-то образом связанно с советником архимага. Имперец решил поскорей уладить основные дела и незамедлительно отправиться в Винтерхолд, чтобы лично убедиться всё ли в порядке с его женой. Забыв обо всём на свете, Анкано и Силария наслаждались любовью друг друга. Они стали тайно проводить почти всё свободное время вместе. Силария каждый вечер приходила в покои советника. Влюбленные пили Алинорское вино, подолгу разговаривали на разные темы, и чем больше они узнавали друг друга, тем сильнее их души сливались воедино. Холодными вечерами, когда за окнами бушевала метель, они кутались в шерстяной плед, устраиваясь в обнимку у камина. Прижимая к себе любимую, Анкано рассказывал ей много интересного о своей родине, о прекрасных местах Алинора. И о своих мечтах. Забыв о высокомерии и гордости, Анкано искренне относился к магэссе, чувствуя, что она стала частью его жизни. Рядом с этой женщиной ему не хотелось строить из себя недоступного принца. Только с Силарией Анкано был самим собой, чувствуя, что никогда прежде он не был так счастлив. Каждую ночь советник дарил свою любовь без остатка человеческой женщине и старался всячески отгонять мысли о её муже. Члены коллегии начали замечать перемены в поведении Анкано. Даже архимаг начал чаще хвалить своего советника за то, что тот стал с большим прилежанием относиться к своим обязанностям. Толфдир, наблюдая за Силарией, стал подозревать о причинах её хорошего настроения в последнее время. Бывали моменты, когда во время занятий Анкано, крутившийся неподалёку от Силарии, непроизвольно обменивался с магэссой тёплыми взглядами, которые могли означать лишь одно. Это поведение привлекло внимание старого мага. Но, видимо, потерявшая голову от любви пара, соблюдала недостаточную осторожность, и многие начали подозревать об их связи. Однажды холодным морозным вечером, когда Силария собиралась в покои Анкано, в её комнату постучала Мирабелла и сообщила о том, что пришел легат Валкурий и ожидает её возле входа. Непередаваемая тревога и страх окутали сердце бретонки. Встреча с мужем после долгой разлуки и после всего того, что произошло между ней и Анкано, была для женщины нелёгким шагом, который она должна была сделать.