В чужой шкуре

      Щенок проснулся от аппетитного запаха. В последние несколько дней он ел немного — очень холодно было выходить из своей норки. Хоть его «дом» заледенел, по крайней мере в нем не было сильного ветра и снега. От глубокого вдоха перехватило дыхание — так вкусно пахло. Он вспомнил мясной стейк, который ему как-то принес Кай, но на холоде он быстро остыл и перестал быть таким ароматным, однако это не помешало оказаться таким вкусным.       Эти воспоминания лишь разогрели аппетит. Малыш попытался встать, но слабость во всем теле вынудила его продолжить лежать. Отбросив мысли о еде он попытался трезво оценить ситуацию.       Где он? Что произошло? Еще утром он дрожал от холода в дырявой коробке, а сейчас лежит на диване, замотанный в чей-то свитер, рядом с обогревателем в светлой и, что не менее важно, теплой комнате. В комнате царил легкий беспорядок: на кофейном столике стояли две немытые чашки, несколько вещей, которые валялись на полу, мебели и не до конца разобранные коробки после переезда.       — Проснулся? — из размышлений его вывел знакомый голос. — Ты много спишь. Счастливчик… — парень поставил кашу с кусочками мяса прямо перед мордочкой щенка. Именно этот запах разносился по квартире.       Щенок впервые увидел парня без стольких слоев одежды: простые брюки, белая майка, пусть и не в обтяжку, но она не могла скрыть подкаченное тело, особенно, сильные руки, длинные тёмные волосы, которые волнами ложились на плечи. Зверек с удивлением рассматривал его лицо. На удивление Кай выглядит хмурым и мрачным без улыбки. Такое ощущение, словно это совершенно разные люди. На такую мысль волчонка натолкнул взгляд парня — суровый и задумчивый. Казалось эти карие глаза видели такое, что не все смогут пережить.       Щенок все же приподнялся и стал жадно есть угощение. Кай улыбнулся. Зверек выглядел очень милым, хоть и сильно исхудал, а шерсть его вовсе закаменела от грязи. Парень уже планировал, как ему искупать щенка. Хоть тот и мал, но сил у него было, на удивление, хоть отбавляй.       — Тебе бы стоило дать имя, — задумчиво сказал парень и погладил щенка по холке. — Как на счет «Кавай-чан»? — малыш подавился и оторвался вдруг от еды взглянув на парня. — Что, так ужасно? — Кай неловко засмеялся. — Прости, прости, но у меня нет навыка выдумывать имена… Э… «Тор»?«Нори»? «Ман Хуа»?… — заметив то, с каким недоумением смотрит на него щенок, парень засмеялся. — Я не знал, что у собак такая ярко выраженная мимика. Тогда, может «Руки»? Не знаю, но почему-то вдруг, мне захотелось назвать тебя так, — на это, щенок лишь вновь вернулся к еде, не обращая на парня внимания. — Значит, это «да»?

***

      Терпеливо подождав, когда его маленький друг закончит трапезу, Кай все же набрался храбрости выкупать беднягу.        Это было жалкое зрелище. Щенок отчаянно вырывался, когда Кай макнул его в набранную ванну. Он был невероятно силен, даже для взрослой собаки, не то что для щенка около восьми месяцев. Уже через минуту, одежда Кая была мокрее зверька. Майка неприятно липла к телу, а влажные волосы спадали на лицо и закрывали обзор.       Малыш Руки, видимо думал, что его собираются утопить и старался помешать этому всеми силами. Такого предательства от Кая он не ожидал. В большой битве против маленького щенка трагически пострадала: шторка, маленький горшочек с цветком, полка и сам Кай. Тем не менее плавать в ванной Руки понравилось, когда он понял, что ему ничего не угрожает. Но теперь у парня появилась новая проблема — вытащить щенка из ванны и не разгромить до конца ванную комнату.       Когда в ванной вновь воцарился порядок, а маленькое бедствие наконец уснуло на кровати мужчины, по-хозяйски распластавшись поперек подушки, Кай вздохнул с облегчением. Работа грумера отняла у него остаток сил.       Недосып в последние дни сильно сказывался на самочувствии. Слабость и тошнота стали привычны и никакие лекарства в аптеке не помогали. Состояние глубокой апатии в последние годы позволила не сильно обращать внимание на самочувствие и одиночество. Обеспокоенные депрессивным состоянием Кая, его друзья долго настаивали, чтобы тот все же переехал в другой дом. Они надеялись, что смена обстановки поможет начать жизнь с чистого листа и, наконец, забыть прошлое.       Родом Кай из небольшого городка Токусима, который расположен на острове Сикоку. Дом, в котором прошло его счастливое детство, был меньше нынешней квартиры и стоял на берегу моря. Летом, он с лучшими друзьями Теру и Сеиичи любил плавать в их тайном месте, о котором знали только они. Как-то Кай с ними забрел в пещеру, долго пробирался во тьме и вышел на дикий, необорудованный под людской отдых маленький пляж. С двух сторон он был огражден горными обрывами, от чего было сложно добраться сюда обычным путем. Днем они весело проводили время вместе, от чего он каждый раз возвращался под вечер с банкой светлячков и новыми ссадинами да синяками, но вместо упреков, его ждал сытный ужин и вкуснейшее мамино окономияки. Родители не ругали его за позднее возвращение домой и благосклонно относились к его маленьким шалостям.       В остальные времена года, если он не лазил с друзьями по горам, он навещал тетю — сестру по маминой линии и ее мужа, своего дядю и частенько оставался у них на ночь, играя со своим младшим двоюродным трехлетним братом Таканори который на шестнадцать лед младше него. Этот капризный ребенок отнимал все внимание Кая, когда тот приходил в гости, и просто не выпускал его из своей комнаты, начиная громко плакать. Иногда казалось, что его плач слышит не только весь дом и соседи, но и весь район — настолько силен был его голос даже в детстве. Кай до сих пор помнит его милую улыбку и довольный вид, когда все же малышу удавалось уговорить его переночевать с ним.       Он помнит морской свежий запах, где расположены любимые киоски с уличной едой, каждый дом своих друзей и родительскую заботу. В Токио было все иначе. Какой-то серый город с невероятно высокими домами, которые закрывали небо. Даже цикады тут пели по другому, не то что дома. Теперь вместо дома — квартира, а вместо вида на родные горы из окна — небоскребы и маленький парк. Он чувствовал себя одиноко, даже со старыми друзьями. После событий двухлетней давности, у него не осталось тех, к кому он мог прийти домой. Не осталось семьи. Юрей ворвались в дом, сломав входную дверь и… Связь с тетей и дядей оборвалась еще раньше, задолго до нападения мутантов. Мама долго пыталась узнать, что случилось, пока полиция не сказала, что ее сестра и муж погибли в автокатастрофе. Что случилось с их сыном узнать так и не удалось. Кай с мамой объездили все детсады города и пригородов, но нигде не было сказано о Матцумото Таканори. Полиция обещала найти его, но это были только слова. Слишком много детей пропало в то время. Кай долго не понимал, куда делся его брат, пока в один день он не понял, что скорее всего виновниками этих событий является «LUCY».       Воспоминания терзали душу, но пути назад не было. Он пообещал себе и матери найти своего брата и найдет его, чего бы это ему не стоило. Брат — единственная его семья.       Смена обстановки, переезд в другой город, уничтожение вещей, с которыми связаны тягостные воспоминания, остались позади. Кай постарался избавиться от всех вещей, которые являлись следствием прошлой жизни, оставив только фотографию его младшего брата. Прошло три месяца, но он никак не мог привыкнуть к новому дому. Благодаря его новой работе он теперь жил в элитном районе Минато, в двухэтажной квартире небоскреба бизнес класса. По здешним меркам, общая площадь квартиры подходила для целой многодетной семьи, или даже двух, но стены все равно давили. Казалось, можно задохнуться, если не поставить окна хотя бы на проветривание.       Кай пнул еще нераскрытую тяжелую коробку и прошел мимо. Не было сил разложить все вещи после переезда и коробки по всем комнатам стояли на полу и мешали проходу.       Ночь подошла незаметно. Впервые за то время, что он живет здесь. Этот маленький комок бедствий помог отвлечься от своих тяжелых воспоминаний и упорного поиска его брата. Кай огляделся. На подушке мирно спал маленький Руки и тихо сопел. Сложно поверить, что меньше часа назад он чуть не разгромил всю ванну. От этих мыслей Кай усмехнулся, сам удивившись этому. В последнее время он вновь стал улыбаться. Искренне улыбаться. Этот пушистый комок, что бы тот не делал, постоянно поднимал ему настроение, как когда-то его брат. А теперь он живет с ним, и Каю не будет одиноко в этой квартире.       Луна светила ослепительно ярко, и снег, покрывавший землю, отражая её лучи, делал ночь ещё светлее. Не хотелось включать свет, чтобы не портить атмосферу покоя. Кай достал из холодильника энергетик и решил вернуться в спальню, обратно к Руки. Рядом с ним было не так одиноко. Он сел на подоконник, взглянув на светлую от фонарей, реклам и горящих окон небоскребов улицу. Снег хлопьями медленно падал на белую землю, а люди, укрываясь от него под зонтами, спешили по своим делам.       В Минато всегда людно и шумно, особенно из-за туристов, которые все больше приезжают в Японию после инцидента, который случился два года назад. Благо окна можно закрыть и избавиться от шума города. Но полную идиллию тишины, такую привычную для него сделать не получилось. Погрузиться в мысли очень мешало громкое сопение Руки. Зверек сладко спал, развалившись всем телом и вытянув лапы. Видимо он отвык от теплого и удобного ночлега, когда жил на улице и сейчас не нарадуется новому дому. Отпивая из баночки сладкого напитка, к нему ненадолго вернулись силы, а желание спать медленно отступало.

***

      Руки вновь снилось, как он в страхе бежал по длинным коридорам лаборатории. Как он боялся быть пойманным и с каким холодом на него смотрел тот мальчик альбинос. Оскал этого мальчика заставил щенка проснуться. Сердце бешено колотилось и он рефлекторно оглядел незнакомое место, где находился. Только потом Руки понял, что он был дома. Кровать на которой он спал не была тронута и Кая в комнате не было. Солнце только поднималось за горизонтом. Наступило утро.       Спрыгнув с кровати, он задел лапой складку одеяла и неудачно шмякнулся лицом о пол, сделал кувырок и сел. Помотав головой, он избавился от легкого головокружения и побежал искать своего друга.       Приятный запах чего-то вкусненького сразу привел его на просторную и светлую кухню. Кай жарил что-то аппетитное в смешном фартуке, больше похожем на девчачий. При этом свете можно было хорошо разглядеть его нездорово-бледный цвет кожи. Парень был полностью погружен в свои мысли и совсем не замечал маленького гостя. Тот совершенно не хотел мириться с такой несправедливостью и с разбега прыгнул на кухонную тумбу, оказавшись рядом с рукой Кая. От такого внезапного появления, парень должен был испугаться, думал Руки, но вместо этого, Кай перевел на щенка пустой взгляд. Осознав, кто перед ним, он расплылся в улыбке.       — Доброе утро, Руки-чан. Ты и вправду удивителен. Так высоко запрыгнуть смог.       Щенок завилял хвостом, широко зевнул и потянулся с грациозностью настоящей кошки. Все любят комплименты, но Руки больше всех.       — Я приготовлю нам поесть, — он вновь вернулся к приготовлению пищи. — Но потом мне придется тебя покинуть, и пойти на работу. В главный токийский штаб приехали новобранцы. Меня попросили проверить их, хотя сейчас я в отпуске… — Кай устало вздохнул и заметил, как щенок с грустью опустил взгляд, как будто понимая каждое его слово. — Прости, прости… Это мой долг, - мужчина погладил щенка по голове в утешение. — Наверное, я сошел с ума, но я рад, что мне есть с кем говорить…       Пока парень разговаривал, Руки заметил под его глазами синяки от недосыпания. Щенок чувствовал его слабость, когда только зашел на кухню.        В список его невероятных способностей входило и такое умение. Физическое состояние передавалось гибридам по запаху. Когда человек здоров, этот запах достаточно сильный и его можно почуять даже за несколько комнат. Запах Кая он заметил только, когда зашел на кухню. Это не могло не беспокоить. Он пропустил мимо ушей многое, сказанное Каем, но то, что он сказал потом, вывело щенка из размышлений.       — Знаешь, я не люблю собак. После того, что произошло, они напоминают мне юрей — он сильно сжал рукоять ножа, его улыбка стала насмешливой, но почему-то грустной. — И ты удивительный не только из-за своих физических качеств, но и потому, что смог расположить к себе. Это удивительно.       Кай не стал убирать после завтрака стол, а просто спешно собрался и ушел, оставив щенка одного. Поскулив немного от одиночества, Руки пошел осматривать свои новые владения.       Квартира была двухэтажной и чистой воды современным искусством. Панорамные окна, белые стены, или же обитые светлым деревом, а на стенах картины современных художников. Мебель вся простых линий, симметричная и угловатая, точно взятая с выставки финских дизайнеров. В доме ощущался простор и свет, в нем словно поселился воздух и ветер.       Особое внимание привлекала хромированная современная кухня. Здесь было все: духовой шкаф, плита с шестью конфорками, холодильник с парой удобных дверей, рабочая зона с мойкой. В завершение всего - прозрачный стеклянный стол на 8 персон, а к нему пластиковые кресла серой расцветки. Мечта любой домохозяйки, которая решила угробить свою жизнь на кухне.       Гостиная находилась по соседству с кухней. В ней стоял маленький столик из прозрачного пластика, ножки которого покрашены в белый цвет, на темно-сером полу лежал белоснежный пушистый ковер, поверх которого стоял кожаный диван. Стену украшал телевизор и множество пустых полок.       Такие хоромы доказывали хороший заработок, и щенку было интересно, где же работает Кай. Аскетичная просторная спальня подходила Каю, но в то же время вещи в ней были из различных материалов: кожа, дерево, стекло, металл. Все было в белой, серой и темно-синей цветовой гамме. Посередине комнаты, не доходя до панорамного окна, стояла большая белая кровать с мягким одеялом и тремя подушками, которую он уже успел опробовать. У изголовья кровати висела картина, на которой были разводы синего, серого и черного. Картина располагалась от пола до потолка.       Если разложить все вещи, прибраться и выкинуть коробки, которые сильно портили вид, Руки точно был бы удовлетворен новым домом.       Из-за сильного снегопада казалось, будто наступил вечер. Зверек побежал к окну, чтобы взглянуть на вид, но по дороге споткнулся об что-то и упал. Преградой на его пути оказалась странная пустая коробка лекарств, выглядывающая из-под кровати. Подозревая что-то неладное, он заглянул под нее. На мгновение щенок застыл с полуоткрытым ртом, слабо вздохнул, не веря своим глазам. Целая куча таких же пустых коробок небрежно валялась под кроватью, словно Кай ограбил аптеку. Щенок взял одну из коробок в зубы и вытащил ее. Он с нетерпением уже ждал, когда придет домой хозяин. Он еще не знал как, но он точно заставит Кая объясниться.       В ожидании день казался невероятно долгим. Лишь поздно ночью Руки проснулся от звука открывающейся двери. Щенок взял в зубы коробку и побежал встречать своего друга, но лишь только взглянув на него, в шоке остановился. Это был не Кай. Не тот улыбчивый паренек, который был так добр к нему. Мужчина еле стоял на ногах и придерживался за стенку, когда разувался. Если утром Руки мог почуять запах его физического состояния, то сейчас он был еле различим. Кай, шатаясь, прошел по коридору и заметив щенка, выдавил из себя улыбку. Его глаза казались еще красней на фоне бледной кожи.       — Я теперь должен привыкать к тому, что ты встречаешь меня, — все так же старался улыбаться Кай; болезнь и слабость сделали его голос глухим, а речь — невнятной. — Прости, но у меня нет сил готовить. Но я купил тебе корм. Мне сказали, что он очень полезен, для щенков вроде тебя, — он потряс фирменный пакет, в котором что-то застучало — что угодно, но только не еда.       Кай старался пойти уверенной походкой на кухню, чтобы не беспокоить щенка, но даже глупый заметит неладное. Парень достал из пакета миску, с трудом насыпал корм, и поставил перед щенком. Руки брезгливо понюхал, и отодвинул миску лапой.       — Прости, прости, — с улыбкой ответил Кай и открыл дверцу холодильника. — Я покормлю тебя утром.       Щенок в ужасе замер, только взглянув на открытый холодильник — вся дверца была заставлена вплотную энергетиками и ничем другим. Парень взял несколько банок и поплелся в гостиную. «Что он делает? Ему надо поспать!».       Упав на мягкий диван, он включил первый попавшийся канал и дрожащей рукой открыл банку, сделав пару больших глотков. Щенок лег парню на колени и тихо проскулил, почувствовав ко всему прочему у Кая еще и жар.       — Пожалуйста, не волнуйся. Со мной все хорошо, — он потрепал щенка по голове, почувствовав мягкую шерстку и вновь залил в себя энергетик. — Просто мне нельзя спать.       Кай не хотел, чтобы из-за него кто-то беспокоился, однако он не мог врать себе — если он не поспит эту ночь, он как минимум упадет без сознания.

***

      Глубокой ночью запас энергетиков Кая закончился, что предвещало непростой поход на кухню за следующей партией. Голова трещала невыносимо. От каждого движения тело ныло и болело с такой силой, что у Кая возникло чувство, будто его продырявили сотни ножей. Парень сжал кулаки так, что ногти вонзились в ладони, собрался с мыслями и устало потер глаза, в надежде хоть немного прогнать сонливость. Его уже тошнило от этого мерзкого вкуса напитка, но это единственное, что помогало ему держаться на ногах.       Щенок так и не заснул. Он все время беспокоился о Кае. Руки спрыгнул с колен парня, когда тот встал, и с тревогой посмотрел ему вслед. Но сделав всего пару шагов, Кай не выдержал и упал без сознания. Боясь поверить своим глазам, щенок соскочил с дивана и кинулся к Каю.