В чужой шкуре

      Вот уже несколько часов парень был без сознания. То он лежал тихо и лишь его тяжелое дыхание нарушало покой гостиной, то бредил, мотая головой, словно ему снился кошмар. Руки бегал вокруг него, жалобно скуля. Он чувствовал свою жалкую беспомощность и ему ничего другого не оставалось, кроме как лизать руку и лицо друга или просить помощи — но кто поймет скулеж какой-то беспородной дворняги? Осознав это, его парализовало от беспомощности и неумолимо накатывающей паники. Каю становилось все хуже. Иногда он переходил на крик, сильно сжимая кулаки.       Внезапно, Руки услышал как кто-то ключом открывает дверь. В прихожей включился свет и вскоре в гостиную вошла девушка. Яркая люстра ослепила щенка, но когда его глаза привыкли к свету, он заметил, как девушка подошла и с интересом наблюдала за ними.       — Завел себе друга? — с улыбкой сказала себе под нос та. — Однако он не помогает, верно? Потерпи, я сейчас…       Девушка села на корточки и открыв свою сумку, достала шприц, наполнила жидкостью из капсулы и стоило ей продезинфицировать плечо Кая, как Руки вступился на защиту мужчины. Он зло зарычал, всем своим видом показывая свое недовольство.       — Ты хочешь и дальше наблюдать как страдает твой хозяин? — девушка удивилась, но не была обеспокоена происходящим; ее лицо сохраняло холодное спокойствие, в то время как Кай мучился в кошмарах. — У тебя нет другого выбора, как только довериться мне… — девушка осторожно вколола в плечо прозрачную жидкость, не обращая внимания на то, что щенок все еще рычал. Когда Кай успокоился и перестал разговаривать во сне, Руки тоже затих и стал внимательно, хоть и без доверия, наблюдать за дальнейшими действиями девушки.       Незнакомка явно не хотела причинять Каю зло. Более того, она уложила парня на кровать с небывалой легкостью для девушки. На вид она не была такой сильной. Девушка укрыла его одеялом и всю ночь протирала ему лоб влажным полотенцем.       Руки корил себя за то, что был недостаточно внимателен к человеку, единственному из всех, кто заботился о нем, разделяя с ним еду и теплый дом. Если бы он только знал этим утром, что произойдет после того, как вернется его хозяин, он бы точно остановил его, и не важно, чего бы это ему стоило. Но теперь по его вине Кай не приходит в себя и Руки ничего не остается, как только лежать у него на груди и в очередной раз наблюдать, как девушка меняет повязку парню. Скоро рассвет, но она все так же бодра. Хоть она и помогает Каю, было в ней что-то такое, что щенку не нравилось.       Девушка была азиатской внешности, но на японку она не смахивала, скорее на китаянку. Покрашенные в огненно-рыжий цвет волосы до плеч смотрелись очень глупо и неестественно, оттеняя кожу. Спортивная, почти мужская одежда совсем не подходила для ее смазливого личика. Никакого вкуса. С этими мыслями Руки фыркнул, хоть и заметил для себя, что даже это не является причиной его неприязни к ней. Быть может это из-за ее пристального взгляда, прикованного к щенку? Руки заметил, что она пялится на него все это время. У нее даже хватило наглости попытаться его погладить, но после, как щенку показалось, внушительного рычания, девушка поняла намек, что делать этого не стоит. Но даже после этого она не сводила с него своих узких, как полоски, глаз.       Кай проспал добрую половину наступивших суток и проснулся только лишь под вечер. За это время незнакомка уже прибралась и по-хозяйски разобрала остаток вещей по своим местам, выкинув на улицу коробки.       — Только ты могла так поступить, — вместо приветствия сказал Кай девушке.       Рыжеволосая зашла в спальню, как только Кай проснулся, словно почувствовав это. Девушка села на край кровати и не отрываясь наблюдала, как Кай радостно улыбался встречи со счастливым щенком и без устали гладил и играл с ним, словно они не виделись долгие месяцы.       — Я не должна была делать этого, — не отрывая глаз от щенка, спокойно произнесла она.        Только Руки искренне радовался выздоровлению Кая и его игривый лай нарушал тишину.       — Раскладывать мои вещи? — засмеялся Кай и немного скривил лицо, когда в разгаре игры щенок укусил его за палец.       — Ты знаешь о чем я. Не дай я тебе это лекарство, рано или поздно ломка бы прошла и не было бы этой зависимости. Я уже давно должна просто не привозить эти коробки с лекарством. Ты без них даже не пытаешься заснуть. То, в каком количестве ты их принимаешь… рано или поздно, они погубят тебя.       Руки остановился. Желание играть сразу пропало, как только он услышал эти слова от рыжей. Он не знал чего-то важного. Его внезапную реакцию заметила девушка. Словно окончательно что-то поняв, она незаметно ухмыльнулась и не перестала делиться своими мыслями с Каем.       — Пусть лучше меня погубят они, чем недосып,— он по-детски улыбнулся, пытаясь тем самым успокоить девушку, но собеседница лишь бросила на него жесткий холодный взгляд.       — Знаешь, меня раздражает твоя улыбка, за которой ты прячешь свое истинное лицо. Это мерзко, — рыжая закинула ногу на ногу и отвела взгляд, всем своим видом показывая правдивость своих слов.       — А что, если все действительно хорошо? — не переставая непринуждённо улыбаться, спросил тот.       — Не ври себе. То, в каком состоянии я тебя нашла — это не плохо, а ужасно. И то, что ты все равно улыбаешься в такие моменты, меня до конца выводит из себя,— она порывисто встала и подошла к окну, пытаясь смирить свой гнев. Заснеженные улицы придавали покой.       — Янмей-чан, ты преувеличиваешь. У меня нет зависимости. Просто благодаря им я не вижу снов.       — Это сильное снотворное, которое не найдешь в аптеках. Тебя это не смущает?       — Разве у меня есть выбор?       — Да, есть, — словно ожидая такой вопрос от Кая, ответила та и повернулась к мужчине. — Я. Разве ты забыл, как мы справлялись без лекарств? — задумав что-то, Янмей подошла к кровати и взяла щенка на руки. Совсем не предавая значения тому, как сильно он возмущался рычал и тявкал, она выставила его в коридор, закрыв перед мокрым носом дверь в спальню. — Это не только полезно, но и приятно… — перешла на манящий шепот девушка и стала тонкими пальчиками растеривать у себя кофту.       Бегунок на молнии скользнул вниз и девушка легким движением откинула элемент одежды, оставшись в футболке. Направляясь к Каю, она поочередно избавлялась от всей одежды и ее самоуверенность только росла; она довольно наблюдала за его реакцией — Кай напрягся, моментально поняв, какой платы за его спасение хочет девушка. Он старался оставить беспристрастный вид, но его тело после долгих воздержаний с трудом поддавалось на уговоры, когда обнаженная девушка повисла у него на шее. «Черт», — подумал он. Его тело отреагировало на ее наготу, и он согнул ноги в коленях под одеялом, чтобы скрыть это.       — Твое тело еще помнит меня, — с легкой ухмылкой на лице сказала девушка, наблюдая за реакцией Кая.       — Янмей, я… — прохрипел тихо Кай.       — Не ври себе, а просто расслабься… — прервала его девушка, приближаясь к его губам.        Ласковый, нежный поцелуй. Кай все еще был против этого. Он не ответил на поцелуй, но и не оттолкнул ее. Янмей не отстранилась, только придвинулась еще ближе. Маленькие нежные ладошки легли на подкаченную грудь. Всем своим существом он чувствовал ее тело, нежное, податливое и настойчивое. На парня нахлынуло возбуждение, почти граничащее с болью, когда ее рука скользнула ниже.       — Твое тело помнит меня, — еле прервав поцелуй, повторила девушка.       — Черт… — прошипел Кай и повалив ее на кровать.       Не давая ее рукам лишней свободы он сильнее сжал ее запястья и впился в губы грубым поцелуем. Голод, неутоленный и примитивный, терзал обоих. Но наряду с голодом он ощущал настоятельную потребность подарить ей наслаждение, овладеть, доставить радость. Так, чтобы она извивалась под ним, страстно моля о том, что ему не терпелось ей дать.

***

      Скучать долго Руки не пришлось. Вскоре весь дом огласили стоны девушки. Она так кричала, словно в спальне режут свинью или, возможно, кабана. Как же он хотел избавиться от своего исключительного слуха. Ее мерзкий голос просто не мог не вызывать рвотный рефлекс. То, как она выставила его за дверь и забрала у него его Кая просто неслыханная дерзость. Дерзость и наглость.       К нему в голову пришла не менее мерзкая идея, как раз под стать ее писклявого голоска. Он взглянул на ее обувь и если бы он только мог улыбаться, его оскал был бы пострашнее оскала того альбиноса.

***

       С новым рассветом в Токио забурлила жизнь. Магазины были еще закрыты, но люди уже спешили на работу, укрываясь от холода в теплых вещах. Дворники расчищали дороги после выпавшего снега прошлой ночью. Лишь от одних воспоминаний, как было холодно и мокро на улице, малыш Руки покрылся мурашками и машинально свернулся клубком.       Щенок лежал на пушистом, мягком ковре рядом с окном и с любопытством наблюдал за утренней жизнью города. Как приятно больше не беспокоиться за себя. Не бояться за свое пропитание и не волноваться за теплоту своего маленького картонного дома. Не прошло и недели, как он уже чувствовал себя полноправным хозяином в квартире.        От рыжеволосой тоже были свои плюсы. Она спасла его хозяина и прибралась в доме, так что больше ничего не мозолило глаза. Но он так же прекрасно понимал, что на этом ее миссия в его доме закончена и ей пора уходить, не важно куда, главное подальше.       Кай чувствовал себя более чем отлично. Он сладко зевнул, поднял руки за голову и, скорчив гримасу, блаженно потянулся в кровати. Наконец-то он смог вдоволь выспаться. Янмей уже оделась наполовину и сидя на краю кровати надевала колготки. Кай внезапно вспомнил, как вчера она очень грубо выставила его щенка из комнаты. "Наверняка Руки обиделся, но сытный и вкусный завтрак явно загладит вину," — думал он.       В голову уже лезли разные блюда, которые он хотел приготовить. Из-за двухдневной голодовки картины выглядели особенно красочно и даже ароматно, но перед этим стоило бы проводить девушку и позаботиться о том, чтобы она комфортно добралась домой.       — Проснулся? — удивилась Янмей, уже одевая брюки. — Твой отпуск когда-нибудь закончится? Сколько можно винить себя? Уже много людей сказали, что это не твоя вина. Твои люди ждут тебя. Перестань прятаться! — Кай отвел взгляд. Улыбка с его лица вдруг пропала и девушка поняла, что больше не стоит говорить на эту тему. — Сумка с этой дрянью под кроватью. Если не будешь злоупотреблять, то должно хватить на пару месяцев. Может больше. Потом я жду тебя в лагере. На этот раз у меня получилось стащить много. Тебя заменяет полный кретин, поэтому не задерживайся, - Янмей открыла дверь в коридор и обомлела. Ее миленькое личико исказилось в гримасе и она прикрыла пальцами нос.       — Спасибо тебе, — улыбнулся парень и встал, чтобы проводить девушку. — Что такое? — удивился тот, заметив её странную реакцию.       — О, ничего, — солгав, она направилась к выходу.       Только лишь перешагнув порог спальни, Кай понял в чем проблема. В воздухе стоял отвратный запах, отбивающий желание глотать слюну.       — Похоже кто-то не выгуливал щенка, - хихикнула девушка.       Янмей села на колени, чтобы обуться. Маленькая тонкая струйка полилась из ботинка, когда она только взяла его в руки и всем сразу стало понятно, что является источником этого запаха. Кай, заметив это, жутко покраснел от стыда, сразу догадавшись, чьих это лап дело. Извинившись перед девушкой, он предложил свои кроссовки. Они были намного больше ее маленькой ножки, но другого выбора у Янмей просто не было. Кай так же возместил денежный ущерб, хоть та была категорически против и, как только за девушкой закрылась дверь, Кай ворвался в гостиную, где предположительно был Руки.       Лекцию о морали и хорошем поведении Кай читал в завышенных тонах. Однако Руки не понимал, за что так на него кричат. У него была проблема, даже целых две — непосредственно естественная нужда и, что еще хуже, рыжая писклявая мозоль. Он всего одним действием смог избавиться от одной проблемы и отомстил другой.       С гордо поднятой головой щенок встал и прошествовал подальше от крикуна в направлении дивана. Все же он был доволен собой.