Bastards

Обычно, большинство главных героинь банальных романов — серые мышки, не умеющие дать отпор. Но это не в нашем случае. Какая она, Ким Минха? Спокойная, тихая отличница, разве нет? Постоянно даёт списывать только из-за страха потери единственных знакомых, боясь, что станет им не интересна? Да, именно так думают её одноклассники. Они не видят в ней подругу, только человека, который приходится очень даже кстати на контрольных. Но действительно ли Минха такая? Определённо, нет. Она любила веселиться и сбегать с дома, как обычная девчонка-подросток, которой что-то запретили. Собственно, что она сделала и в этот раз: в вечер, когда её заставили сидеть с подругами мамы, которые « — Давно тебя не видели, Минха! ». Девушка сидела на диване в гостиной и в сотый раз выслушивала, какой же чудесный сын в тётушки Кан. А как же он прекрасно танцует, знаете? А вот Ким теперь прекрасно этим уведомлена. Только вот она не понимает, зачем ей-то тут присутствовать.

POV Ким Минха

— Ой, а мой Сечжу ещё и вышивает! Да-да, пошёл по стопам мамы, — кто бы сомневался… Вот «люблю» я таких мамочек, которые записывают своих детей на миллион секций, лишь бы ребёнок чем-то занимался. Нет, возможно, это и правильно, но всё же детям нужно дать немного свободы. У меня, например, её не было, поэтому приходилось в детстве сбегать из дома (Ну, в принципе, не только в детстве, но об этом чуть позже), за что я получала и была сильно наказана родителями. — А Минха вот недавно награду за лучшее стихотворение получила, — о да, нашла чем похвастаться. — Мне кажется, что они с вашим сыном были бы отличной парой! — ааа, ну вот, где подвох был. Я что им, кролик, чтобы меня с кем-то сводить? — Как раз об этом думала. Это ж какие дети у них красивые были бы! — кхм, нда… Ну, тут я лучше не буду давать комментарий. Думаю, вам ясна абсурдность сей ситуации. — Так, стоп, какие ещё дети? А вы меня спросить не хотите? — наконец-то смогла проговорить я после того, как громко прочистила горло. — Ну, доченька, ты уже достаточно взрослая, а у тебя даже парня нет. — А он мне и не нужен, — действительно, зачем он мне? Хватило Ли Джуна… — Но… — Никаких «Но»! — о, спасибо тебе братик, появившийся из неоткуда! Ты спас меня. —Во первых: это её жизнь и она будет решать, что с ней делать. Ну, в мерах разумного, конечно же, так как иначе… Я ей сам шею откручу, — он посмотрел на меня взглядом как бы намекая: «Сама понимаешь, я могу, поэтому не твори глупостей». Будто я ребёнок маленький, честное слово. — А во вторых: если у неё и появится парень, то он обязательно должен быть протестирован мной. Я никому не позволю её обидеть, — не всё ты знаешь, братик, но да ладно. Меня взбесило немого другое. Какое ещё «протестирован мной»? Сам ведь только что говорил про то, что это моя жизнь и что-то там бла-бла-бла. — Я часто видел вашего Сечжу, и вот, что вам скажу… Присмотритесь к нему внимательно. Он не тот, кем себя строит перед вами, — надо же, я что, одна сына её не знаю? — Что? Сыльби, да как твой сын посмел?! — посмотрите, ей правду открывают, а она ещё и возмущается, будто в этом виноват кто-то из нас. Мама, похоже, ничего не могла сказать, поэтому тётя Кан просто ушла, громко хлопнув дверью. Остальные подружки тоже поняли, что сейчас не лучшее время для бесед и быстренько ретировались, прикрываясь делами. В комнате остались мы втроём. — И что это сейчас было, Чонин? Зачем устраивать этот цирк? — Почему вы вечно ищете ей жениха? Мне надоело смотреть на её кислую мину во время вашего сватовства. И про того Сечжу я правду сказал. Он не подойдёт Минха. Миленький мальчик? Не смешите меня! Вы бы видели этого «милого мальчика» в клубе, выпивающего бутылку виски с горла, — ого, а Чонин умеет прикидываться хорошим парнем. Так сказал, будто сам так не делал. — Ну, если это действительно правда, то думаю, что всё к лучшему. Прости, доча, просто я очень хочу увидеть когда-то внуков, а с таким темпом, как у тебя, я их не дождусь. — Так ты желаешь, чтобы я прямо сейчас пошла рожать тебе детей? Мне всего семнадцать, и я думаю, что ты слишком торопишь события. — Ну ладно-ладно, молчу… Умеешь же ты переворачивать мои слова в свою пользу, — мама тепло улыбнулась. Я знаю, что она хотела сделать всё как лучше, поэтому не обижаюсь. — Вся в тебя, мам, — съехидничала я, поставив руку на сердце. Мама улыбнулась такому жесту. — И не поспоришь, — добавил Чонин. О да, по нему и правда заметно, что он мой брат. — Так, а тебя вообще никто не спрашивал, — мать шуточно грозно на него посмотрела. — Марш спать! А то завтрак сам себе готовить будешь,  — даже представить смешно. Чонин, который бегает по кухне и хочет что-то приготовить, но у него всё подгорает. Хочу на это посмотреть. — Уже бегу! — крикнул братик, подорвавшись с места, но остановился у двери. — Сделаешь блинчики с кленовым сиропом? — прямо вижу, как мама бежит ему делать эти блинчики, ага. — А фуа-гру тебе не сделать? — ну вот, что я и говорила. — Ну, я попытался. Всем спокойной ночи. — И тебе, сынок. — Да, и тебе, оппа! Слушай… А ты ведь… — Что «ведь»? — как это у него лучше спросить? — Забей. Всё, я тоже спать, — выпалила на одном дыхании и помчалась в свою комнату. Я так и не смогла уснуть: кое-что беспокоило… И это «кое-что» сейчас ломится в мою, закрытую на ключ, дверь, грозясь убить. — Ким Минха! Открой эту чёртову дверь! Я обещаю, что не буду тебя бить… Сильно, — последнее он добавил совсем тихо. — Не открою! Ну как тебе ещё объяснить? Я уже сотый раз повторила, что не специально сломала твои наушники, — а нефиг их на кровати оставлять. Подумаешь, села, а они треснули. Значит, плохие наушники были! — Да какая разница. Ты их сломала! И знала ведь, что это лучшие наушники за всю мою жизнь. Я планировал, чтобы они были со мной до старости. — Шизанутый. — Я всё слышу! — Можно подумать, я старалась, чтобы не услышал… — Так, не переводи тему. Если ты сейчас не откроешь дверь, я открою её… — о нет! — О да, шпилькой! Поэтому я в любом случае доберусь до тебя. Считаю до десяти. Раз… Два… Три… — что же делать, что же делать? Ааа! Так, спокойно, Минха, он же твой брат. Хотя… Кого я обманываю, Чонин размажет меня по стенке и не моргнув! — Четыре… Пять… — чёрт! Окно! Да, точно, окно! Нужно взять с собой вещи, чтобы переодеться (не в пижаме же бежать) и косметику, — ух, а теперь самое сложное — перелезть через окно. Ну, ладно, и не с таким справлялась. Получилось. Теперь главное… Бежать!

POV Чонин

— Девять… Десять! Всё, Минха, держись! О, открылась. Годы тренировок не прошли даром. Ким Минха, ты… Стоп, куда она делась? Еей! Ну ты же не маленький ребёнок, чтобы по шкафам прятаться, — я тихонько подобрался к деревянному шкафу с зеркалом. Сначала постучал, а потом открыл, предвкушая дальнейшее, — блин, и тут нет. Что?! Открытое окно? Опять сбежала из дома! Нужно ей позвонить. Чёрт, не отвечает. Ну ничего, мы завтра побеседуем. Скажи ещё спасибо, что я прикрываю каждый раз тебя перед родителями, а то проблем не отобралась бы. Что поделать, такой вот благородный братик у тебя. Стоп, какого хрена я сам с собой разговариваю?

POV Ким Минха

— Алло, Кисум! Давай прогуляемся, сходим куда-нибудь? — Квон Кисум — моя единственная и любимая подружка. Она не учится со мной в классе, и даже не ходит в мою школу. Мы с ней познакомились, когда нам было по 7 лет, в супермаркете. И я, и она выпрашивали у родителей сладости, а те отговаривались, что есть много шоколадок — вредно. Тогда Кисум схватила несколько коробок каких-то конфет и побежала ждать родителей на кассе. Я последовала её примеру. Наши мамы тогда рассмеялись и всё же купили нам эти конфеты со словами: «Только сами потом будете лечить свои зубы». После этого, все единогласно решили пойти к нам на чай, аргументируя это, как: «Мы как раз тортик купили. Почему бы и не поболтать». Собственно, так мы и подружились. Со временем, мои мама и папа стали ещё чаще видеться с родителями Кисум то у нас дома, то у них, а наша дружба постоянно крепла, и вскоре мы стали лучшими друзьями. Ну вот, как-то так… — Сдурела?! Одиннадцать ночи! Чего ж тебе не спится-то? И что в твоём понимании значит «прогуляться»? — засыпала меня вопросами подруга. Видимо, когда я позвонила, она спала, так как её голос сонный и немного охрипший. Ого, даже не знала, что сейчас так поздно. — Я с Чонином немного повздорила, и, короче, сбежала. — Эх… Ну даёшь. Не боишься, что он тебя запалит? — Нее, мой брат, конечно, сволочь ещё та, но он не сдаст. — Допустим. Но ты не ответила на мой вопрос. Куда ты хочешь прогуляться? — В караоке! — а что? Я же не маленькая девочка, чтоб после девяти в кроватку. — Ох, и что мне с тобой делать? Чеши тогда ко мне, а я пойду собираться. Пришлось вызвать такси, так как не хотелось ночью ехать в маршрутке или метро. Когда села в машину, указала водителю адрес дома подруги и заплатила, я достала телефон и увидела один пропущенный от брата. Блин, он же переживает, наверное. Нужно написать ему смску. «Оппа, со мной всё хорошо, я поехала к Кисум, не волнуйся. Ещё раз прости за наушники». Хух, не факт, конечно, что он простит, но я попыталась. Домой всё же сейчас лучше не соваться. Чонин, скорее всего, ещё в бешенстве. — Еей, чего так долго? Выходи давай, я уже жду тебя у подъезда! — кричу в трубку подруге, которая, похоже, очень «быстро» собиралась. — Да спускаюсь я уже, спускаюсь, — и вот предо мной уже виднеется русая макушка Кисум. — О, ты успела подкраситься. — А то! У меня ведь столько времени на это было, — с сарказмом шикнула я, показывая подруге недовольство от того, что торчала тут полчаса. — Ну прости-прости! А вообще, нужно было сказать, что ты здесь, зашла бы в квартиру и не мерзла, — жалобно протянула Кисум, взяв меня за локоть. — Ой, ну ты же знаешь, что я не переношу твою сестру. Я б и минуты не выдержала её присутствия, — это правда. Старшая сестра Кисум, она же Лихи, та ещё стерва. По крайней мере, по отношению ко мне. Что ж, это взаимно. К слову, моя подруга тоже не переваривает Чонина и называет его «Бабником-плейбоем». По сути, это так и есть, по Чонину все девочки его университета сохнут. Братик вечно подкалывает Кисум, говоря, что у неё до сих пор нет парня, а она обижается и начинает бросаться в него тем, что в руку попадёт. В итоге, они бегают по дому, как ненормальные, и оба кричат. Кисум — от злости, а Чонин из-за того, что обычно в её руках что-то тяжёлое. — Ладно тогда… Ну что, гулять? — Гулять! Начали мы, как и планировали, с караоке. Какие только песни мы ни пели. В основном, это были Big Bang, моя любимая группа. В скорее, нам надоело, да и наше оплаченное время выходило, поэтому мы решили просто прогуляться по улочкам. Да, час ночи — «отличное» время, чтобы гулять, не спорю, но домой идти не хотелось. — О, смотри, какой-то бар. Я проголодалась, может, зайдём перекусить? — спросила Кисум, смотря на светящуюся вывеску. — Даже не знаю… А это разве не опасно? — Не думаю, там ведь много людей. Меня начали терзать неприятные сомнения по поводу этого сомнительного местечка, но я, откинув все лишнее мысли, решила согласиться. — Уговорила. Пошли, а то у меня уже живот урчит.

***

 — А здесь уютно… — заметила Кисум, когда мы вошли в помещение, с чем я не могла не согласиться. Не смотря на то, что это бар, обстановка была какая-то приятная. Стены пастельных тонов, на полу коричневая плитка, люстра без всякой наигранной роскоши. Всё стильно и со вкусом. Но всё же, забыть, что это бар, не даёт барная стойка и пьяные люди. Мы заняли столик возле окна, после чего к нам подошла официантка. — Два чачжанмёна, пожалуйста, апельсиновый сок и две чашечки горячего шоколада. Его попозже, если можно. Пока мы ждали наш заказ, на обустроенную небольшую сцену вышел какой-то парень и сказал, что сейчас выйдет группа под названием «Bastards». Нда, странное название, но, ладно, не мне судить. Я насчитала там четыре парня. Вокалист, бас-гитарист, гитарист и барабанщик. Все они были в масках. Странно… Зачем? Началась медленная музыка и все обратили своё внимание на них. Парень, что стоял впереди всех, начал петь. Как же это красиво! Его голос — это просто… Даже не знаю, как описать. Он… волшебный?

Я чувствую себя новорожденным, ничего не знающим ребенком Закрываю глаза, чтобы убедиться, что это не сон Ты, отчаявшаяся, стояла передо мной и молилась… Когда-нибудь, я хочу остаться рядом с тобой

Все начали хлопать, особенно восхищённо вздыхающая женская аудитория. Чего уж там, даже мы с Кисум, не падкие на парней, рты поодкрывали и хлопали. Кто из низ такие шикарные тексты пишет?

У меня, влюбившегося в тебя, нет пути назад. Мои крылья забрали у меня… О, нет! Но даже если я потерял свою вечную жизнь, Причина моего счастья — Ты — моя вечность, моя вечная любовь…

Когда песня закончилась, у меня даже слезинки в глазах появились. Может, кто-то скажет, что я слишком сентиментальна, но эта песня просто была очень трогательной. А то, как её исполняли… Вскоре, парни скрылись со сцены. Я захотела пойти и познакомиться с ними. Даже не в романтическом плане, а просто узнать, что это были за люди. Не знаю, зачем мне это, но было очень интересно посмотреть, как выглядит тот вокалист. Такое же ли его лицо, как я себе представляла, когда он пел? Сейчас попробую узнать.