Bastards

Мой интерес до добра меня не доведёт. Почему? Да потому что как объяснить, зачем я сейчас иду в какую-то комнатку, в которую только что вошли эти музыканты? Идиотка. Вот что я им скажу? «Эмм… Здравствуйте. Вы мне, это… понравились»? Как только я уже разворачивалась, чтобы уйти, ведь это, как мне показалось, глупая затея, ручка двери повернулась и она открылась. Через секунду возле меня стоял парень в круглых, имиджевых очках и сером фартуке. Красивый. Он один из них? Возможно, бас-гитарист? У него, вроде, были такие же волосы, да и рост похож. — Вам что-нибудь подсказать? ㅡ и голос приятный, тихий. — А я тут… Я… Искала уборную и… Потерялась. — Ааа… Так уборная совсем в другой стороне. Здесь находятся комнатки для персонала. Пойдёмте, я Вам покажу, куда идти, — нда… Я уж думала, не поверит и примет за какую-то воровку. Хотя, кто знает, о чём он там думает. Мало ли, что может скрываться за его белоснежной, отработанной улыбкой.  — Да, спасибо.

***

Когда мы вышли в зал, я поймала непонимающий взгляд подруги. Ох, знала бы она, как мне стыдно сейчас перед этим парнем. Как же его расспросить о группе, что здесь выступала? — Ну вот. Пройдёте там немного прямо, а потом повернёте на лево. Не буду же я с Вами туда идти, — и как у него получается так мило подмигивать? Если я сделаю это, люди подумают, что со мной не всё в порядке. — Подождите! — как-то слишком громко прикрикнула я. — Что-то ещё? — Я хотела у вас кое-что узнать… — уже совсем шепотом промямлила. — Чжэ Хён! За твоим столиком люди уже минут десять ждут, когда у них примут заказ! Куда ты смотрел? — устрашающе произнесла за его спиной женщина средних лет в строгом чёрном костюме и красной выразительной помаде. — Я уже иду, — быстро выпалил парень своей, видимо, начальнице. — Прошу прощения, мне нужно бежать. Если что-то срочное, спросите, пожалуйста, позже, — и ушёл. А я ведь только решилась узнать у него. — Ну, рассказывай… — уставилась на меня Кисум своими большущими, не совсем азиатскими глазами, когда я только села за столик. — Что тебе рассказать? — я прекрасно понимала, о чём она будет спрашивать, но всё же решила закосить под дурочку. Ну, мало ли, может, проканает. Хотя, зная Кисум и её умение доставать, что-то сомневаюсь. — Ну, например… Что это был за симпатичный парень, с которым ты куда-то ушла? А, да, точно, вспомнила, что ещё хотела спросить. Какого чёрта ты нас не познакомила?! — Да успокойся. Я же ушла в туалет, только случайно пошла не в ту сторону, вот он и показал мне правильное направление. — Ну ладно, поверю на слово. А я уж было подумала, что это какой-то твой знакомый. — Да кто у меня есть, кроме родителей, Чонина и тебя? — грустно улыбнувшись, произнесла я. Действительно, а кто у меня есть? Разве что ещё мой Микки — любимая плюшевая игрушка. — Эй, чего раскисла? Разве тебе ещё кто-то нужен? Да пошли их всех! — Ваш горячий шоколад, — неосознано перебила наш разговор официантка Ха И, как я успела прочитать у неё на бейджике. Она поставила перед каждой из нас по чашке горячего и вкусно пахнущего напитка. Я даже не заметила, что пока ходила на поиски приключений на свою ж… пятую точку, наш чаджанмён и апельсиновый сок уже давно принесли. Прошлая наша тема разговора замялась, и мы уже болтали о чем-то другом. Я даже не запомнила о чём, ибо всё время думала о тех музыкантах. Влюбилась? Нет, слишком громко сказано. Да и в кого из них? Ха, смешно. Возможно, это маленькая симпатия, не знаю. Вероятность того, что мы когда-то встретимся, равна где-то пяти процентам, если я, конечно, ещё раз не приду в этот бар. Посмотрев на часы, я увидела, что уже четыре утра. Ну нифига ж себе! Я долго думала, пойти домой или переночевать у Кисум. Остановилась всё-таки на первом.

***

Каждый раз, когда я вот так вот лезу по этому чертовому дереву, думаю, что никогда больше не буду сбегать из дома. Но, видимо, не суждено. Уцепиться за подоконник не так уж легко, как может показаться, но мне всё же удалось. Я подтянулась, как тут увидела какую-то тёмную фигуру в моей комнате, а потом эти устрашающие карие глаза, которые смотрели на меня сверху-вниз. Его тонкие руки потянулись к моим и затащили меня в комнату. А потом он взял этими руками меня за шею. — Дурында! Какого чёрта ты куда-то ушла без моего разрешения? — Да я у Кисум же была. Тебе что, не приходило моё сообщение? Просто решила пораньше встать и пойти домой, ведь завтра в школу, а школьной формы я с собой не взяла, забыла, — эту псевдо-историю я придумала ещё в баре. — Да кому ты тут лапшу на уши вешаешь? Я тебя знаю не один или два года, и даже не десять, а чёртовых семнадцать лет! Поэтому прекрасно понимаю, что вы с Кисум пошли куда-то шляться. Я знаю такие отмазки, сам проходил их, когда у мамы отпрашивался. — Вот видишь, ты тоже так делал. Тогда почему мне нельзя? — Потому что ты — девочка. И, к тому же, моя сестра. Я не позволю, чтобы какие-то мудаки к тебе приставали. — Ой, какие мы заботливые стали. Чего же раньше эта забота не проявлялась? — Что, Минха? Прости, конечно, что ты этого не замечала, но я всегда заботился о тебе. — Ага, это когда? Когда у меня была ангина, а ты поплёлся в клуб к своей очередной подружке? — Я… — он опустил взгляд, пробормотав что-то невнятное. — Или, может, тогда, когда родители уехали по делам и оставили меня на попечение тебе, а ты отвёз меня к тёте? — Прости. Я… Я не знал, — у него такой грустный вид. Я понимаю, что мне пора остановиться, но не могу, столько всего во мне накопилось. — Что ты не знал, Чонин? Что я очень скучала, когда ты вечно пропадал с друзьями? Что я, маленькая семилетняя девочка, плакала ночью в подушку, так как думала, что братик её не любит? — Прости… — Чонин так прошептал это «прости», что я думала плюнуть на всё и обнять его покрепче, но гадская гордость не позволяла. — Я не хочу сейчас с тобой продолжать разговаривать на эту тему. Поэтому, будь добр, оставь меня одну. — Хорошо, я уйду. Родителям, если хочешь, тоже не скажу. Спокойной ночи, или уже утра… — в ответ я промычала и села на кровать, прикидываясь, что рассматриваю люстру. А он ушёл, как и обещал.

***

На утро меня почему-то жутко болела голова. Может, из-за того, что я почти не спала после той ссоры с братом. Мне было жутко стыдно перед ним. Я пожалела о тех словах ещё тогда, когда за ним закрылась дверь. Но, опять-таки, моя гордость не позволила мне побежать за ним. Думаю, нужно это как-то решить. Сегодня же. Я никогда не замечала этого рисунка совы у нас на жалюзях в кухне. Нет, реально интересно, откуда он там взялся. О, а что это за оладьи? «Приятного аппетита, Минха» — так гласит записка на розовом стикере, приклеенная к тарелке. Хмм… Странно. Блюдо ещё тёплое, даже горячее. Значит приготовлено относительно недавно. Родители, насколько я знаю, сегодня ночью должны были уехать в командировку на неделю, они ведь ещё предупреждали, что завтрак придётся готовить самим. Значит, это… Чонин? Ну вот, и зачем он это сделал. Меня ведь совесть ещё больше мучить будет. Я все-таки должна помириться с братом. Сделаю это после того, как вернусь со школы. Многим может показаться, что такой отличнице, как я, нравится посещать школу, зубрить параграфы и читать энциклопедии, хотя это далеко не так. Но всё же, приходится выслушивать весь тот нудный текст, что исходит из уст преподавателя. Как вот сейчас, на уроке биологии. Осталось меньше минуты до конца урока. Да-да, мне настолько скучно, что я это заметила. 10… 9… 8… 7… 6… 5… 4… 3… 2… 1… Иии… Ладно, ошиблась с расчётом немного. Попробую ещё раз. 10… 9… 8… 7… 6… Звонок! Вот так всегда, никогда ещё не попала точь-в-точь. Вот и закончился шестой, предпоследний урок. Можно немного отдохнуть, пока будет длиться перемена. — Дети, хочу вам сообщить, что у нас на следующем уроке контрольная работа, поэтому настоятельно указываю всем, чтобы до этого времени всё повторили, а некоторые… — она посмотрела на наших двоечников. — Выучили. Опять контрольная. Впрочем, всё равно. Я никогда не боялась их, ибо знала, что, как всегда, сдам на высший балл. — Минха-я… — начинается. — Ты ведь поможешь мне с контрольной? — А? Да, конечно помогу, — моя слабость в том, что я знаю, как они пользуются мной, но всё равно не могу отказать. Может, это потому, что я боюсь. Боюсь, что останусь здесь одна. Без друзей. Хотя… А можно ли назвать этих одноклассников друзьями? И можно ли сказать, что сейчас, в этой школе я не одиночка? — Вот и славненько. С тебя конспект, с меня мороженое. Договорились? —ненавижу мороженое. — Договорились. Осталось десять минут до конца перемены. Может, позвонить Кисум? Да, точно, а то со скуки помереть можно. — Привет, чем занимаешься? — Спросила я, как только услышала знакомое «алло». — Привет, тем же, чем и ты, наверное. Сижу за партой, подперев голову рукой. — Хах, откуда ты узнала? — Я тебя знаю очень давно, Минха. Как и всё твои привычки, которые, обычно, переходят и мне. И, как- — Чего замолчала? Еей! Что случилось? Кисуум! — Ты не поверишь, кого я только что увидела… — Ну и кого? — Ли Джун, он… — сердце пропустило удар и больно кольнуло. —Перевёлся в нашу школу. Сейчас учительница представляет его классу. — уже шёпотом добавила она. —И… Чёрт! Он, кажется, приближается ко мне. — Вот дерьмо! Не смей говорить ему, где я учусь! Хотя, сомневаюсь, что он этим как-то заинтересуется… — блиин, я что, крикнула это на весь класс? Судя по тому, что на меня удивлённо уставились все, включая преподавателя истории, то да. Конечно, не каждый день увидишь, как ботаничка матернулась, но мне сейчас всё равно. — Хорошо, но я не буду отключаться, чтобы ты тоже слышала. «— Привет, Кисум. Как поживаешь?» Его голос совсем не изменился. А чего ты ожидала, Минха? За год люди не особо меняются. «— Нормально. Чего тебе?» «— Почему так грубо? Ты разве не рада видеть старого знакомого?» «— Ой, не надо тут спектакль разводить. Прошу тебя, не разговаривай со мной, так как я себя сейчас не могу контролировать и хочу выцарапать тебе твои сраные глаза» «— Когда милашка Кисум успела превратиться в шипящую змею по отношению ко мне?»  «— Ровно с того момента, как „Джун-оппа“ „растоптал“ мою подругу»  «— Это только наше с ней дело» «— Всё, что касается Минха, касается и меня, поэтому пошёл нафиг!»  «— Ну, если ты так хочешь этого…»  «— Жуть как хочу»  «— Хорошо»  — Ей, Минха, с тобой всё там нормально? Я уже вышла в коридор и могу нормально разговаривать</i>. — Да, всё… хорошо, — сказала я, вытирая слёзы. Всё равно, что думают сейчас одноклассники. Всё равно, как я беспомощно сейчас выгляжу. Мне казалось, что он уже в прошлом, что я его забыла и отпустила, но как только услышала такой знакомый и когда-то любимый тембр голоса, поняла, что это не так. — Не ври. Ты плачешь, я слышу. Да забудь этого мудака. Нафиг он сдался тебе? Всё, с сегодняшнего дня я ищу тебе нормального парня. — Ты думаешь, я выбираю, кого мне помнить, а кого забывать? Тебе кажется, что это так легко, забыть кого-то дорогого тебе? — Ладно, прости, я погорячилась. Давай сходим сегодня в тот бар? По-моему, не только мне там понравилось. Закажем какое-то кофе, развеемся. Может, там опять будут те парни, музыканты, — при упоминании о них и о том, что они опять могут там выступать, мне немного полегчало и настроение в предвкушении тоже чуть улучшилось. — Я согласна.