От Лондона до США.

Ветер холодил лицо и ладони – единственное, что было открыто воздуху. Черная военная амуниция практична, ничего не скажешь, но ко всему прочему она еще и приятно согревает в такие прохладные ночи. На этот раз тело действительно ощущало всю прохладу французской ночи, неприятно дернувшись от порыва ветра Луи думал о том, что никогда не научится любить холод. Он закрепил «кошку» на широкой каменной ограде крыши и потом выстрелил вниз, к земле. Раздался свист, и веревка заструилась в темноту, врезаясь в поверхность. Луи потянул за корд, еще раз оглянулся через плечо – мало ли, может, еще кто восстанет из мертвых и откроет пальбу, и потом шагнул в пустоту. Почему он во Франции вновь среди трупов, спросите вы? Просто Луи никогда не хотел подвергать своих близких хоть какой-то опасности. Он знал, что парни обязательно свяжутся с Гарри, попытаются вернуть его или остановить. Именно поэтому он должен опередить их, чтобы Стайлс если бы и сорвался, то только на нем. Луи был уверен в том, что справится с данным заданием лучше команды. Хоть и чувствует он себя сейчас, будто не спал все эти 9 лет. Ему больно в груди, периодически с кашлем он выплевывает собственные легкие с примесью крови, с каждым часом все больнее дышать. Но Луи был бы не Луи, если бы не смог справиться со всем этим дерьмом. Тем более не сыворотка делала его лучшим из лучших. Годы тренировок и способность перетерпеть любую боль-вот его верные спутники на каждом задании. Луи направлялся в отель в центре города. Чтобы оставаться незамеченным для фанатов и остальных, кто знал его в лицо, он попросил их общую стилистку, в лице бывшего агента британской разведки в частности, помудрить над его внешностью. Чтобы его не узнали ни свои, ни чужие. И он уже очень дохрена раз пожалел, что попросил именно это. Длинные кудри растрепались, кажется, кончики накладных волос и вовсе вымокли в чужой крови, делая давление на голову еще более тяжелым. Луи рысью юркнул в угнанную у аэропорта машину, тут же расправляясь с теплой амуницией. Он надрывно выдохнул, с лицом а-ля "В последний путь", открывая массивную сумку. Его ждал мягкий бежевый свитер, неприлично узкие темные джинсы и сапожки на каблуке. О, ну если еще не забыть про накладную грудь, в прочем Лу давно уже закрепила ее на груди несчастного агента. " С твоей то талией грудь смотрится просто нереально" - верещала она, вьюном закрутившись вокруг своего детища с большим фотоаппаратом. Никогда еще у нее не получалось сделать из парня настолько правдоподобную девушку. Вот именно из-за ненормальной фантазии стилистки он и вынужден был носить длинные и ужасно раздражающие волосы, накладную грудь под которой все чесалось и женские сапожки. Он никогда раньше так не мечтал о способности провалится сквозь землю. Нацепив на себя все эти шмотки, а так же легкую куртку поверх, Луи вжал сапог в педаль газа и направился к намеченной цели. Вероятно, парни уже где-то рядом. Он обязан был опередить их. Адрес привел его к действительно шикарному зданию пятизвездочного отеля. Это чудо архитектуры прямо веяло солидностью и недоступностью. Ладно, за три года Луи привык к роскоши отелей, в которые они заселялись во время туров, но это было чем-то новеньким. Камеры, швейцар около входа и пару охранников по бокам. Чистейшая изоляция от простого народа. Слишком самонадеянно: типа, вломись, если сможешь. Возможно, Гарри прячет в рукаве нечто более искусное, чтобы защитить свое личное пространство. Ну, или уверен, что невозможно крут. У Гарри всегда были проблемы с "слегка" завышенной самооценкой. Луи как раз собирался это исправить. Приведя себя в порядок, он одним движением засунул сумку со снаряжением в специальный красный чемодан, который должен был скрыть все то, что взял с собой Луи. А именно : нереальное количество взрывчатки и всевозможного оружия, немного лазерных самоводных и маленький огнемет. Да, Томлинсон немного соскучился по своему оружию за все эти годы мирной жизни. И ему не терпелось поскорее поиграть со всем этим. - Мисс, - швейцар широко улыбнулся, открывая дверь перед Луи, - Вам помочь с багажом? - Нет, спасибо, - звонким голосом ответил британец, одной рукой поправляя шарф, чтобы не было видно швейцар не заметил кадык. Он был уверен, что в его конспирацию безоговорочно поверили, охранник справа даже подмигнул ему, что вызвало у шатена огромное желание проверить на этом ублюдке свой огнемет. Расплатившись за самый дорогой номер одной из кредиток Хауса, он незамедлительно поплелся на последний этаж, где по соседству и располагался пропавший Стайлс. Ох, Луи прямо таки предвкушал, как потратит последние силы на размазывание кудрявого по стенке. Умирать, так вместе. Предпочтя лестницу лифту, он все же доплелся до верхнего этажа. Свет красиво падал с высоких потолков прямо на его замаскированное лицо. Луи медленно, в задумчивости преодолевал пролеты, стук его шагов по отполированным деревянным ступеням раздавался размеренно и четко, хоть он и одел каблуки впервые. Достигнув цели, Луи мельком осмотрел дверь и постучался, оценив внушительный замок. Сначала была тишина, а потом послышался лязг отпираемого замка, и дверь открылась. Из двери вылез какой-то бородатый мужик, который намеревался послать прислугу куда подальше, но увидев смазливую и довольно привлекательную девушку, тут же передумал. - Могу я тебе чем-то помочь, красавица? - с широкой ухмылкой спросил он, с неприкрытым интересом рассматривая аппетитные бедра девушки, скользя взглядом по миниатюрным очертаниям и останавливаясь на светло-серых глазах. Определенно, она очаровательна. - Эмм, - Луи опустил взгляд в пол, закусывая нижнюю губу, - Я к... - А потом он улыбнулся мило и открыто, надеясь, что его намек поймут правильно. - Я к нему. Бородатый парень тут же перестал улыбаться, закатывая глаза и ели подавляя в себе отчаянный вздох. Он молча пропустил девушку внутрь, проходя за ней следом в огромную гостиную. - Эдвард в душе, - буркнул он, одновременно наливая виски в свой стакан. - Будешь? - он поднял бутылку в руке, Луи тут же помотал головой. Еще спирта ему в глотке не хватало до полного счастья. Или до полной остановки сердца. - Как хочешь, - не скрывая своего сального взгляда, он подошел почти вплотную к шатену. - Ты уверена, что ты к нему? - Уверена, - проворковал Томлинсон, борясь с желанием свернуть бородатому шею, - Не мог бы ты оставить нас наедине? - Ты разве не хочешь развлечься втроем? - он наклонился к уху Луи, прям таки нарываясь на быструю смерть от рук последнего. Его спас лишь едва слышный шорох влажных ног по ковру. Сердце Луи будто пропустило пару десятков ударов. Он боялся обернуться, боялся встретиться с глазами того, кто чуть не убил его. Точнее, который убил его. Убивает. Или убьет, он запутался. - Я уверен, что не хочу этого, - хриплый голос раздался в помещении, прозвучавший в голове шатена, как похоронный марш. Луи хотелось выблевать остатки легких, чтобы просто спокойно умереть на месте, а не чувствовать всего этого. Его тело буквально колотило от подступившего волнения. - Марк, оставишь нас? И бородатый тут же ушел, громко хлопнув дверью напоследок. Не надо иметь утерянные способности, чтобы почувствовать незабываемый запах гнева. - Привет, - Гарри оторвался от стены и встал на пороге перед гостиной. Девушка все никак не поворачивалась к нему, мелко дрожа. Стайлс шумно втянул носом воздух, тут же давясь им. Запах был такой знакомый, что это просто вывело Стайлса из привычного состояния. Парень замялся на секунду, еще раз оглядев неожиданно широкую спину девушки, точнее еле оторвав взгляд от приятных округлостей задницы хозяина, наконец сорвался с места, чтобы заглянуть ей в лицо. - Привет, - прозвучал не менее хриплый ответ, будто она не разговаривала с самого утра. Ее голос, он был чем-то родным для Гарри, хоть он и видел ее впервые. Его буквально тянуло в омуты серебристых глаз, хотя они и не поддерживали общего состояния ностальгии. Луи как раз проверил номер на предмет потенциальной угрозы. На одной из стен, под потолком он обнаружил камеру наблюдения, но в остальном комната казалась чистой. Он обернулся как раз в тот момент, когда Гарри был слишком близко. Каблуки сделали их почти на ровне, и теперь это стало огромным минусом для агента. Как можно противостоять влажной после душа коже, мокрым кудрям и все еще ярко красным губам? Луи тяжело выдохнул, надеясь, что натянутые в области ширинки штаны хоть немного скроет утолщенная ткань свитера. - Хочешь чаю? - Луи пожал плечами и кивнул, опускаясь на кожаный диван. Его удивил этот вопрос и он задумался. Гарри не спрашивал, что он делал здесь. А так же этот бородатый будущий труп сразу понял, почему "она" здесь. Эскорт услуги? И часто к нему так приходили девицы? И когда это Гарри Стайлс стал натуралом?! Он улыбнулся кудрявому, когда тот поставил перед ним чашку ароматного чая. Луи втянул носом воздух, тут же нахмурившись. Его чутье подводило, а это значит, что времени слишком мало. Положив пару ложек сахара, он звучно постукивал ложечкой по дну чашки, хотелось опять же провалится сквозь землю или просто убежать от этого пристального взгляда. Нет, он привык, что Гарри смотрел на него так. Он ненавидел себя за то, что теперь он знал, что этот взгляд принадлежал уже не ему. И это было в тысячу раз больнее, чем его легким в эту минуту. Внутри что-то булькало и он боялся сорвать операцию очередной порцией кровавого кашля. Луи сделал пару глотков чая, улыбаясь тому, что кошки перестанут драть его горло на ближайший час. Гарри следил за каждым его движением, запоминал каждую эмоцию на прекрасном лице. Стайлс давно понял, что перед ним сидит парень. Изящный, с округлыми бедрами и с явно выделяющейся талией, но точно парень. И это нисколько не отталкивало Эдварда. Правда поиграть все же хотелось. - Как тебя зовут? - спросил он, придвигаясь к "девушке" еще ближе. Гарри был наготове для того, чтобы поймать его вовремя. - Луи, - В глазах уже темнело, но было даже приятно почти не чувствовать своего тела. Так ничего не болело. К глазам подступили слезы, но он ничего не мог с этим сделать. Его раздирала обида, неужели Гарри его узнал? Тогда почему он накачал его, черт возьми?! - Увидимся через час, Луи, - Эдвард подхватил заваливающееся на стол тело, чтобы прижать его ближе к себе. По приятному теплый и уютный. Стайлс покрепче ухватился за тело парня, чтобы отнести его в кровать. Он был на стадии эйфории от предвкушения, чем же они могут заняться после пробуждения спящей красавицы. Последним чувством Луи стала бескрайняя обида на весь чертов мир. Это было нечестно. Несправедливо. То, что сделали с Гарри, то, что сделали с ним. Почему им не дали просто остаться вместе? Просто вместе, всё равно где, всё равно как. Луи бы всё отдал, чтобы вернуть время вспять и закончить все это еще до того, как это вышло бы из-под контроля. Ну, что ты воешь, что ты сопли развозишь, Луи Томлинсон? Ты знал. Тебе дали выбор между покоем и свободой. Никто не обещал тебе справедливости.

***

Это было не то вспышкой света, не то ударом - а может, тем и другим одновременно. Из приятной пустоты Луи вывели слишком резко, выбрасывая в реальный мир, где болело абсолютно все, что могло болеть и даже не могло. Томлинсон резко открыл глаза, успев вовремя улизнуть от массивного удара в челюсть. Он тут же метнулся по кровати, но что-то откинуло его назад, больно выворачивая руки. Наручники. На руках и ногах. Луи на секунду взглянул вниз, осматривая собственное обнаженное тело, которое смотрелось еще бледнее на фоне серебра наручников. Он в изумлении окинул взглядом свой голый торс, и с неменьшим изумлением - Гарри. Тот, будто вся эта ситуация была обыденной, спокойно сидел с правой стороны от его бедра, разминая костяшки пальцев. Рядом на полу лежал чемодан Луи, раскрытый и одинокий без своего содержимого. Гарри знал, что Луи пришел не просто так. Он убьет его, изобьет или сдаст Эрипьеру. Лучше бы третье. - Я рад, что ты проснулся, - начал он, крутя любимый пистолет Луи в руке, будто это была всего лишь никчемная игрушка, а не самая важная вещь для Луи. Последний рвано выдохнул, ревниво бросая взгляды на родной металл в чужих руках, - Мне стало скучно, да и петарды в штанах я у тебя не нашел. - Воды принеси, - сморщившись, прохрипел шатен, ели сдерживая болезненный стон от боли в груди. - И что-нибудь от головы. Не успев договорить, он с ужасом наблюдал, как Гарри внезапно отвёл руку назад и в пол силы врезал Луи прикладом в висок. В эти мгновения он как никогда чувствовал свою близость со Смертью. Он мог учуять ее запах и увидеть ехидную ухмылку сквозь пелену боли и нехватки воздуха. Его тут же скрючило в кровати, он буквально задыхался от рваного кашля. - Говори кто ты, - стальным голосом послышалось где-то далеко, почти не слышно из-за звона в голове, - Или ты не умрешь еще очень долгое время. Луи усмехнулся кровавой улыбкой, будто Стайлс только что рассказал один из своих никогда не смешных анекдотов. Он бы сказал этому ублюдку парочку ласковых, но теперь он не знает, что может произойти в следующий момент. Удар об стену, еще один удар в голову, сдирание кожи, поджарка почки. Или вовсе простой выстрел в голову из собственного же пистолета? Конечно, Луи боится. - Ты будешь говорить? - спустя пару минут заговорил он, пустыми жестокими глазами смотря прямо в серебристые омуты глаз того, кому поклялся когда-то больше не причинять боль. Как пусты ваши клятвы, Гарри Стайлс. Луи взглянул на него так, словно хотел сказать: «А разве я могу отказаться?», и отвернулся к окну. Сил не было смотреть, он поморщился, но уже от кисло-сладкой жалости к себе. - У тебя нет доступа к ответам, которые тебе нужны, - Это было бы даже эффектно, если бы не жалкий писк голоса из-за порванного схватками кашля горла. Гарри усмехается на эту жалкую попытку сохранить лицо, но все же не бьет его снова. Что-то странное полыхает в груди. Кудрявому не хочется причинять этому парню боль. Наоборот, Эдварда беспокоит кровь у краев губ и смертельно больной вид. Неужели к нему бы послали наемника, который сам по себе то едва походит на человека? Труп ходячий. Его хочется обнять, излечить и никогда не отпускать. Мысли глупы и нелепы, вместо этого Гарри кладет руку на горячее бедро и сильно сжимает его, чтобы услышать хруст. В этот раз Луи кричит, надрывно и сипло, будто кричал много часов до этого. И в груди Гарри боль, которая пугает и отталкивает, но заставляет больше не делать ничего парню на кровати. Несколько минут они в молчании от нечего делать разглядываем друг друга: Гарри - с наигранно насмешливым интересом, Луи – с все нарастающей злостью. Черт, какого хрена он должен сдохнуть от рук Гарри? Почему его спасение и погибелью всегда оказывается этот комок бедовых проблем и любви к переделкам? За что судьба его так наказывает? Что он сделал миру, чтобы теперь глотать кровь и умирать от банального рака? Глаза Луи впервые за неделю полыхают золотом. Он и чувствует себя лучше, рана на виске затягивается, а в груди почти не болит. Но этого неприлично мало, чтобы почувствовать себя здоровым. Зато этого оказалось достаточно, чтобы Гарри отступил, вглядываясь в горящие глаза.