My Salvation

Первый рабочий день оказался довольно томительным и тянулся, как показалось Леви, целую вечность. Мужчина перевёл взгляд в сторону окна, надеясь получить подтверждение собственной шаткой теории. Солнце в зените. Сейчас только полдень. Прищурившись и прикоснувшись к переносице бледными тонкими пальцами, Леви поёрзал на стуле от большой усталости и опустил голову на твёрдый стол. На мгновение в нём зародилось чувство устрашающего одиночества и невыносимой бесполезности для окружающих, для общества в целом. Шумно вздохнув полной грудью, мужчина потянулся к алому галстуку на шее и медленно ослабил его, а после и вовсе снял, отложив его на дальний угол стола. Теперь, кажется, немного лучше. - Ты по ночам спишь вообще? – Майк бросил встревоженный взгляд на поникшего коллегу, попутно заполняя какие-то бланки, документы. Сосредоточенный как никогда в окружении тоненьких папок, он ни разу не выпускал сигарету изо рта, только если её срочно нужно было заменить другой - посвежее. - Ты даже во сне куришь? – вяло поинтересовался Леви, не поднимая на собеседника уставших голубых глаз. Наверняка, в ответе на только что поставленный вопрос он не нуждался, да и из собственных уст он вырвался случайно, как бы невзначай. - Конечно же, нет, - быстро среагировал Майк, отрывая взгляд от очередного почти законченного бланка. – Ведь нормальные люди по ночам спят, правда, Леви? Он усмехнулся и блестящими оживлёнными глазами посмотрел на Ривая, который тут же оторвал от поверхности стола мертвецки бледное лицо. - Значит, я ненормальный, - на выдохе произнёс Леви, запустив руку в густые чёрные пряди. При виде измученного судьбой коллеги цветущая улыбка Майка слегка перекосилась – выглядел он и впрямь хуже обыденного. Гораздо хуже. - Мне кажется, тебе пора вливаться в нормальную жизнь и пытаться сомкнуть глаза по ночам хотя бы на несколько часов. Леви, ты слышишь меня? Последствия могут быть слишком серьёзными. И, поверь, тогда уже я вряд ли смогу протянуть тебе руку и вытянуть из этого дерьма. Но в ответ последовала затяжная тишина. Леви осторожно касался пальцами собственных волос и с интересом рассматривал небольшой календарь на столе коллеги. - Леви, ты вообще слушаешь меня? – громко рявкнул мужчина, звучно закрыв очередную папку и вложив в неё стопку белоснежных листов. – Со здоровьем шутки плохи. - Не превращайся в Ханджи, Майк, - процедил сквозь зубы Ривай, бросив холодный взгляд на переживавшего за него коллегу. – Взрослые люди способны сами решать свои проблемы. Без посторонней помощи. На то они и взрослые, верно? Леви самодовольно фыркнул, и уголки тонких бледных губ вновь поползли вверх. - Верно, - недовольно пробурчал светловолосый, стиснув ладони в кулаки. Одарив своего упрямого коллегу переполненным раздражением взглядом, Майк поправил непослушные светлые волосы и, тяжело вздохнув, открыл следующую папку. После услышанного ему с трудом удавалось сосредоточиться на чём-то более важном, особенно когда перед ним располагался этот изнуривший себя «коротышка», отвергающий от себя любые попытки помочь ему. Сам себя загнал в угол, а вот как выбраться из него – и сам не знает. Изредка поглядывая на бледного Ривая, тело мужчины сотрясалось от некой внутренней злости. Продолжай в том же духе, Леви, и тогда мы сразу же лишимся ещё одного ценного коллеги. Да при чём тут работа? Невозможно отвыкнуть от человека, с которым ты привык общаться каждый день. Невозможно вот так издеваться над людьми, которые тратят последние силы на то, чтобы как-то помочь попавшему в беду. Мы каждый день сталкивались с чем-то подобным и делали всё возможное. Но когда в такой же беде оказался один из нас – мы бессильны. Не поднимая встревоженных глаз на коллегу, Майк нащупал в кармане телефон. Шустрые пальцы мужчины быстро заскользили по экрану, ловко набирая сообщение. «Ты нужна ему, Ханджи. В кабинете через полчаса.» Отправить. Дождавшись оповещения «Доставлено», Майк быстро нажал на кнопку, и телефон в его руках потух. Он собирался вновь убрать его в карман, как вдруг экран засветился, оповещая о новом сообщении. «Поговорю с ним.» При виде нужного ему оповещения мужчина облегчённо вздохнул и отложил телефон в сторону. В конце концов, Ханджи имеет несколько высших образований, одно из которых – психолог. Не зря на особо важных заданиях она смело вела переговоры с террористами, захватившими целые здания с заложниками в них, убийцами и прочими криминальными элементами. Пускай она не всегда могла понять те или иные мотивы их преступлений, но разговорить или успокоить она умела всегда. Не раз в отделе её называли чокнутой, но каждый из них знал – Ханджи уникальна и незаменима, а ведь незаменимых вроде как нет. Леви с любопытством наблюдал за настороженным и молчаливым Майком, который вот уже несколько минут сжимал крепкими пальцами тонкую незажжённую сигарету. Его глаза явно смотрели в никуда, да и сам он слишком усердно думал о чём-то. - Что случилось? – нарушил повисшую в кабинете тишину холодный голос следователя. Майк быстро перевёл на него растерянный взгляд и заметил неприкрытый интерес со стороны коллеги, который переводил взгляд то на грубоватое лицо мужчины, то ли на сигарету в его руках. Слегка опомнившись, Майк тут же вынул из верхнего ящичка ещё не тронутую зажигалку и подпалил ею тонкую сигарету. Дым вновь заполнил маленький кабинет, практически вытеснив из него остатки свежего воздуха. Ривай слегка поморщился от порции табачного дыма, но тут же самодовольно усмехнувшись, отвернулся от напарника. - Сейчас бы чашечку чая, - еле слышно пробормотал он, вглядываясь в голубое чистое небо и расстёгивая верхнюю пуговицу на белоснежной рубашке. - Крепкого, - поддержал его Майк, с улыбкой глядя в сторону напарника. - И без сахара, - на выдохе завершил мужчина, разворачиваясь наконец лицом к собеседнику. - Можно, конечно, и чего-то покрепче, - загадочно произнёс светловолосый, жестикулируя в сторону небольшого шкафа напротив, на что Леви неодобрительно покачал головой. - Чая будет вполне достаточно, - нахмурился он, заставляя Майка растерянно пожать массивными плечами и откинуться на спинку стула. - Придётся потерпеть, - устало потянувшись, Майк перевёл взгляд на настенные часы. – Перерыв уже скоро. Он приоткрыл верхний ящик и достал оттуда ещё две папки, покрытые пылью. Благо, Леви сейчас не смотрит сюда – вид пыли вывел бы его из себя. Ещё одного психа в отделении нам для полного счастья не хватает. Майк осторожно переложил их на свой стол, внимательно изучая каждую из них. За эти дела когда-то бралась она, так что ему не очень-то хотелось, чтобы Леви даже краем глаза видел их. Любое напоминание в таком случае слишком болезненно и как правило наносит большой урон психике. Добравшись то последнего листа одной из папок, мужчина спешно собирался закрыть её, чтобы со спокойной совестью пообедать в компании остальных коллег. Но не смог. Тело пробила мелкая дрожь. Не веря собственным глазам, он начал вновь листать злосчастную папку, пытаясь отыскать нужную страницу. Предпоследняя? Или последняя? Или, может, он увидел это в середине? Пытаясь вести себя как можно спокойнее, он продолжал листать страницу за страницей, опасаясь вызвать подозрение у слишком догадливого коллеги. Глаза его широко распахнулись, увидав ту самую страницу. Всё же предпоследняя. Он замер, не доверяя самому себе. Фотография. С глянцевого кусочка фотобумаги на него смотрели трое: высокий светловолосый крепкий парень, улыбающийся самой счастливой улыбкой на свете, невысокий бледный мужчина, отчаянно пытавшийся улыбнуться, и хрупкая девушка, крепко обнимавшая того самого бледного мужчину, при этом сияющая от неприкрытой радости. Не может быть… Майк пододвинул фотографию ближе к себе, скрывая её от взора коллеги стопкой папок. Так вот о какой фотографии твердил Ривай. Тогда он перерыл весь кабинет, перевернул всё верх дном, но так и не нашёл то, что искал. Майк пытался взбодрить его – фотография могла быть у него дома или же у неё. И вот теперь, спустя две недели, пропажа всё же нашлась. Но кому это сейчас нужно? Нет, он прекрасно понимал, что это далеко не то, что можно поставить у себя на столе и мило любоваться воспоминанием на глянце каждый раз. Да и отдавать Леви – идея далеко не из лучших. Он действительно пытается прийти в себя, и безо всяких напоминаний это даётся ему с большим трудом. Нет, сейчас не самое подходящее время для этого. Он остановил свой взор на коллеге, якобы дожидаясь некого одобрения с его стороны. Вот пройдёт ещё недельки две, а лучше, конечно же, месяц, и тогда я с радостью отдам ему это. Но сейчас нужно перепрятать её в более надёжное место или вообще забрать к себе домой. Там-то он точно искать не будет. Мужчина слегка улыбнулся, соглашаясь с собой и собственными мыслями. Избавить Леви от тяжких воспоминаний, тянущих его ко дну, казалось ему неоспоримо лучшей идеей. Ханджи, имея достаточно большой опыт в таких личных делах, также разделяла мнение Майка в этом вопросе. Поэтому и работали они как бы вместе и очень часто обсуждали вдвоём, как бы вытащить домоседа из дома, отвести его в кино или в театр, сводить в парк или просто посидеть в кафе небольшой, но дружной компании. Как таковой семьи у Майка не было – родители жили за три тысячи километров от северного городка. Конечно же, Майк, как хороший сын, пытался навещать их как можно чаще, но ужесточённый график и частое отсутствие выходных позволяли ему вырваться в родной дом только по большим праздникам. Жены у него не было, девушки, вроде как, тоже. Зато у него была младшая сестра, которая заканчивала университет в этом же городке. Майк безумно любил её и поощрял все её рвения к учёбе. Исходя из всего этого, парень зачастую поддерживал идеи Ханджи о спасении Леви из «психологического плена» и не боялся тратить время на очень нужное и полезное дело. Да и сам Майк очень часто ловил себя на мысли, что без Ханджи вытянуть Леви из этой паутины оказалось бы совсем нереально. Когда он вновь и вновь запирался на сто замков – она умело подбирала ключ к каждому из них, хоть и зачастую на это уходило очень много времени. Можно сказать, что она жертвовала не только своим временем, но и собой, лишь бы заставить его снова полюбить эту жизнь. Но Ривай смотрел на «рвения» коллег явно не с очень позитивной стороны. Он никого никогда не любил и, как ему всегда казалось, никогда не умел. Как только это чувство полностью раскрылось в нём – несправедливая жизнь отняла у него всё, что было. И вот теперь, потеряв любимую и окончательно разочаровавшись в жизни, он был уверен – больше никогда никого не полюбит. И вот здесь взгляды товарищей разошлись, ведь Ханджи, как и Майк, неутомимо твердила ему, что нельзя ставить крест на себе и таком прекрасном чувстве, каким является любовь. Но Леви, считая мысли девушки полным бредом, старался быстро переменить тему или вообще заткнуть очкастую, чтобы она больше не действовала на нервы. Но когда однажды, находясь в доме у Леви, девушка пропела что-то вроде: «Любовь нечаянно нагрянет, когда её совсем не ждёшь», он не удержался и бросил ей в лицо тяжёлую подушку, отчего девушка с сильным грохотом рухнула с дивана на пол. Но она никогда на него не злилась. То ли на этом сказалось то, что она считала Ривая своим самым близким другом. То ли из-за того, что, зная всё о его переживаниях, она прощала ему всё. А может, она просто обладала удивительным мягким и дружелюбным характером, не имея возможности держать злобу в себе и обиду на людей. Поэтому однажды Майк и прозвал её «солнечным человечком»- таких ведь ещё поискать надо! Они прощали ей её нелепые рассказы о муже, работе, передачах, а она прощала их буквально за всё и обиды на них никогда не держала. Да если бы не её горделивый муж – Майк с радостью взял бы девушку в жёны и любил бы её до конца своих дней. Она знала – в её силах вернуть жизнь Леви в прежнее русло, а парень с радостью вызывался помочь ей. - Обеденный перерыв объявляется открытым, - Ривай перевёл взгляд на коллегу и слегка потянулся вверх. - А, да, - растерянно кивнул Майк, глядя то на часы, то на какого-то слишком странного Леви. Уж не увидал ли он «привет из прошлого»? Именно поэтому, тихо вздохнув, светловолосый быстро попытался спрятать фотографию в одном из своих многочисленных дел, зная, что добровольно Ривай не попытается сунуть туда нос. Но сквозной ветер, просочившийся из окна, подхватил фотографию и, перевернув её, с лёгкостью отбросил на пол недалеко от стола. Парень тут же попытался поднять её, но замер, услышав возле уха ледяной голос напарника: - И что это? Майк тревожно взглянул на него, пытаясь хоть как оправдать себя, но заметив привычное спокойствие в голубых глазах, облегчённо вздохнул, - он не заметил. - Да так, - отозвался парень, пытаясь как можно осторожнее поднять фотографию с пола, не перевернув её, - Пустяк. - Вот как, - задумчиво протянул мужчина, глядя на небольшую дрожь в руках напарника. – Покажи мне. Их глаза столкнулись, и Майк вновь опустил фотографию на пол. - Пожалуйста, - тихо добавил Леви после небольшой паузы. - Извини, но я не могу. Тебе это не понравится. Майк быстро оторвал её от пола и уже собирался убрать в любой из своих ящиков, как вдруг бледные руки перехватили глянцевое воспоминание и забрали к себе. Майк замер на месте – сердце пропустило удар. Так не должно было случиться. Дурак. Какой же я дурак.