Вдребезги. Соберешь?

На следующий день настроение Ника было поганым, самочувствие ужасным, а от слова «школа» хотелось блевать. И тем не менее, утром он прилежно встал со звонком будильника, оделся, причесался, взял рюкзак и направился в Альма матер. Его ждало незаконченное дело, которое не следовало откладывать на потом. Антона в школе не было, но Ник скорее даже обрадовался этому. Сегодня он искал другого человека.

***

Сказать, что Дима не боялся идти в школу после случившегося накануне, было бы ложью. Он был наслышан о мстительном нраве Воронового дружка и чувствовал, что тот от него так просто не отстанет. Дима по жизни всегда старался избегать конфликтов, и у него совершенно не было опыта драк. В последний раз он кого-то ударил еще в младшей школе. И тем не менее он знал, что перестанет себя уважать, если прогнется под этого чокнутого гопника и сбежит. А потому, когда он увидел стремительно направляющегося к нему парня, то не попытался юркнуть в ближайший кабинет, несмотря на внутреннее желание так поступить, а приосанился и как можно естественней, будто его ничего не волновало, продолжил свой путь.

***

Ник заметил очкарика случайно среди толпы учеников и, не теряя времени, направился в его сторону. Хотя Кот специально пришел в школу, чтобы найти его, он понял, что в действительности увидеть этого парня, как ни в чем не бывало разгуливающего по коридорам, стало для него неожиданностью. Он даже немного растерялся. Впрочем, он быстро вернул себе самообладание и, придав лицу угрожающее выражение, направился к очкастому борзонавту. Когда Ник подошел достаточно близко, так, что уже не оставалось никаких сомнений в конечной цели его направления, очкарик остановился, выжидающе и немного напряженно смотря на него. Кот проигнорировал обозначенную Димой дистанцию и продолжил свое движение, сократив расстояние между ними до минимума, так, что при желании одному достаточно было протянуть руку, чтобы задеть другого, и упер в парня тяжелый взгляд. За тобой должок, очкастый. Тот вздрогнул, но как и в прошлый раз посмотрел в ответ открыто и прямо. — Не понимаю, о чем ты. Было видно, что парень изо всех сил старался выглядеть уверенно, но нервно вцепившаяся в штанину рука и дёрганные движения выдавали его с головой. — А я думаю, понимаешь, — опасно сощурился Кот и для пущей убедительности сжал правую руку в кулак, показывая, что церемониться не намерен. — Собираешься ударить? Давай. Две драки за два дня с твоим участием. Как думаешь, что на это скажет директор? Кот удивленно посмотрел на лохматого парня в простых очках с толстыми стеклами, в аккуратной старомодной рубашке и невзрачном джемпере, на парня, который выглядел как гребаная модель пай-мальчика, прямо с конвейера, что б его, разве что бирки не было. И этот мудила своим петушиным голоском снова ему угрожал. Боялся его до дрожи, в этом Ник не сомневался, и тем не менее угрожал. Неожиданно для себя Ник почувствовал, как его изнутри распирает смех. Не в силах ему сопротивляться, он сначала тихо хмыкнул, а потом и вовсе расхохотался в голос, не волнуясь, что о нем подумает очкарик. — Думаешь, меня это волнует? — он заметил, как очконавт поморщился от досады, и снова хмыкнул. Репутация всегда работает — иногда на тебя, иногда против. Сейчас определённо был первый случай, — И думаешь, это волнует директора? Да если б так, меня бы уже сто раз выперли. Вновь посерьезнев, Никита угрожающе уставился на парня. — Так что не пытайся меня запугивать. Еще одна попытка, и твой голубой дружок будет тебя от стеночки отскребать, усек? Дима упрямо проигнорировал этот вопрос, отведя взгляд в сторону. — Чего тебе от меня нужно? — Мне? — Кот действительно удивился этому вопросу, — Мне нужны твои извинения, обезьянка. — Извинения? За что?! За правду тебе извиняться?! — возмущенно воскликнул очкарик. Кажется, его негодование было таким сильным, что перебороло даже страх. — Да мне плевать. Ты оскорбил моего друга. Оскорбил меня. Да еще, блять, выпендривался, когда не надо. Так что извиняйся, или я надеру тебе жопу. — Это еще кто кому надерет! — с бравадой суицидника выкрикнул пацан, явно не думая о том, что делает. — Хера се! Что, еще не обмочился? Окей, пошли на площадку, разберемся, — под площадкой Никита имел в виду старую баскетбольную площадку на заднем дворе, которая была легендарным местом выяснения отношений при помощи кулаков, о котором знали даже те ученики школы, которые сами никогда в драках не участвовали. Кстати сказать, знали о ней и учителя, но в то, что происходило вне стен здания школы, никогда не вмешивались. Однако с поразительной смелостью очкарик отказался, оставшись стоять на месте: — Если тебе плевать на учебу, это не значит, что и остальные такие же. Давай разбираться в чем хочешь и где хочешь, но только после занятий. — О, что я слышу. Малыш боится получить а-та-та? — издевательски пропел Ник, насмешливо его разглядывая. — Думай, что хочешь, — как-то враз сдувшись и растратив весь свой пыл, отмахнулся пацан, устало глядя в сторону. Кот внимательно на него посмотрел. — Ладно. Но если вздумаешь сбежать, найду и разрежу на множество маленьких пиздоболов, понял? По взметнувшемуся на него взгляду было ясно, что его ответ стал неожиданностью для очкарика. По правде сказать, и для самого Ника тоже. Медленно кивнув, словно боясь спровоцировать собеседника резким движением, как дикого зверя, Дима поспешно удалился. Ник посмотрел ему вслед и еле сдержался от желания сплюнуть. Заняться было абсолютно нечем. Прихватив по пути двух подвернувшихся под руку приятелей, Ник направился в давно облюбованный ими двор недалеко от школы. Парни затарились пивом и теперь глушили его под аккомпанемент непрекращающихся пошлых и относительно смешных историй, а сам Никита задумчиво вертел в руке свою непочатую бутылку, курил и думал над сложившейся ситуацией. Он не ожидал, что борзый очканавт окажется таким упертым и не растеряет свою смелость. Ник правда не хотел доводить до драки. Так, припугнуть просто. А теперь что будет? Избиение младенцев? Хотя нет, поправил себя Ник, этот парень хоть и выглядит, как полный ботаник, телосложение у него неплохое. И рост у них почти одинаковый. Стоило признать, что чисто с физической точки зрения у Кота не было особого преимущества. Но телосложение это далеко не все. Этот очкарик не умел драться, это было очевидно, Никита видел это в каждом его движении, как бы тот ни храбрился. А сам Ник, хоть и не особо любил махать кулаками, тем не менее, имел изрядный опыт в этом деле. Во многом благодаря Ворону, конечно, хотя и сам, порой, нарывался. — Сам виноват, — пробормотал Ник, пытаясь прекратить думать о такой дури. — Че ты сказал? — переспросил его один из приятелей, решив, что он обращается к ним. — Ниче. Так что там сосед твой сделал, когда увидел, что кто-то спер колеса его тачки? В конце концов, пусть очкарик о своем здоровье сам переживает. В оговоренное время Ник пришел на площадку и теперь стоял, привалившись к старым прогнившим доскам забора и покуривая сигарету. Очкарика не было. Докурив, Кот с раздражением выкинул бычок в сторону и посмотрел на часы. Шестнадцать минут. Чем так долго можно заниматься? Неужели ботаник все-таки сдрейфил? Подумав об этом, Никита испытал даже какое-то облегчение. Потом проучить его можно будет другими методами, без тупого мордобоя. Но нет, скоро в проход между досок вошел человек, заозирался по сторонам, кого-то выискивая глазами, и заметив, наконец, Ника, направился к нему.

***

Диме не верилось, что он действительно это делает. С какой стороны ни посмотри, это было полнейшей глупостью. Ну что, скажите, его заставляло идти на эту дурацкую площадку? Дима никогда не верил, что что-то может быть решено кулаками. И уж тем более его не волновало мнение о нем дружка психа, который избил его друзей. Кроме того, на сегодня у него были совершенно другие планы. Он собирался навестить Вову, справиться о его самочувствии. Да и Мишу нужно поддержать, для него все случившееся, должно быть, стало большим стрессом. И вряд ли новость о том, что еще и Дима с кем-то подрался, сможет приободрить его. И тем не менее Дима после уроков аккуратно сложил учебники с тетрадями в портфель, тщательно причесал волосы, поправил костюм, отправил маме смс, что задерживается в школе, и пошёл на злополучную площадку. — Все еще не хочешь извиниться? — спросил Кот, одним слитным движением отлепляясь от стены и делая шаг ему навстречу, — Я сегодня добрый. У Димы был выбор. Поступить как разумный, взрослый человек, или же… — Мне не за что перед тобой извиняться, — да. Или же упереться, как баран, и получить по морде. — Ну, сам напросился, — бросил Котов и стал надвигаться на него. Дима поднял кулаки и изобразил нечто вроде боксерской стойки, виденной им раньше по телевизору. В голове он лихорадочно пытался представить, куда противник будет бить и как на это ответить, решив сосредоточиться только на защите. Но когда Котов оказался совсем близко, Дима запаниковал и выбросил правую руку вперед, целя тому в лицо. Но тот легко блокировал удар. А затем все происходило так быстро, что Дима даже не успел ничего понять. Вот Кот оказался за его спиной, и шею сдавила сильная рука. Потом в ноги что-то ударилось, Дима потерял равновесие и упал на спину, как подкошенный. Сердце замерло, пропуская удар, но падение вдруг прекратилось, а спина ощутила под собой не асфальт, а чужое тело. Но в тот же миг пришло осознание, что чужая рука все еще сдавливала его шею, перекрывая доступ кислороду. В панике Дима попытался отцепить от себя эту конечность, начал лягаться ногами в надежде сбросить с себя противника, но у него ничего не выходило. Ник вцепился в него, как клещ, и ни на секунду не ослаблял захвата. — Ну, я не слышу извинений, — прошипели ему в ухо. В ответ Дима еще сильнее забился, расходуя остатки кислорода. Перед глазами начало темнеть. Уже не контролируя своих действий, парень в отчаянии вцепился пальцами в душащую его руку так, что костяшки побелели. Сознание медленно ускользало от него. Конечности становились ватными, отказываясь слушаться хозяина и безвольно повисая… Неожиданно он почувствовал, что его больше никто не держит. Все еще не веря, Дима сделал глубокий вздох и тут же закашлялся. Несколько мгновений спустя он понял, что лежит на спине. Не прекращая кашлять, парень перекатился в сторону и встал на корточки, опершись руками об асфальт и наклонив голову. Руки тряслись так, что, казалось, вот-вот подогнутся. Да он весь трясся, все еще не в силах прийти в себя. Когда Дима наконец-то смог отдышаться и поднять голову, то с удивлением увидел, что на площадке уже никого не было. — Псих. Два чертовых психа, — прохрипел он и вновь закашлялся. Этих двух психованных дружков следовало немедленно изолировать от общества.

***

Все опять пошло не так. Совсем не так. Ник должен был признать, что проиграл. Проиграл долбанному очкарику! И неважно, кто кого чуть не задушил. На самом деле он проиграл, и Никита это понимал. Он отступился. Сбежал. Не добился своего. Когда этот парень перестал дергаться и обмяк в его руках, вдруг сделалось так противно. От себя, от этой ситуации… Никите сразу расхотелось выбивать что-либо из очкарика. Он вообще больше уже не понимал, какого черта забыл в этом месте. Ноги сами его куда-то несли, зажив своей жизнью. Но когда Ник обнаружил себя стоящим перед квартирой Антона, он вдруг осознал, как сильно хочет увидеть друга. Он позвонил в дверной звонок. «Пожалуйста, будь дома. Пожалуйста, будь дома. Пожалуйста…» Дверь никто не открывал. Ну, правильно — середина дня. С чего бы это Антону быть сейчас у себя? Плечи Ника поникли, и он медленно побрел по лестнице вниз, запихнув руки в карманы. Он уже отходил от дома, когда услышал, как его окликнули. Обернувшись, Никита увидел идущего к нему друга. Тот был одет во все ту же серую толстовку, а в руке нес черный целлофановый пакет. Почему-то вид пакета рассмешил Ника, и он улыбнулся. — Привет! Ты чего тут? — Антон выглядел удивленным, но, кажется, тоже был рад его видеть. — Привет. Да так, делать нечего, — пожал плечами Ник, — Прошвырнемся? — Давай, — легко согласился Антон. — Только продукты домой заброшу. Хочешь, пошли со мной? У меня в холодильнике еще должно было пиво остаться. Ник сразу же представил их вдвоем, наедине. В маленькой Антоновой комнатке. Совершенно определенно, этого делать не стоило. — А пошли, — махнув на все рукой, улыбнулся он и первым направился обратно к подъезду. Ворон рассмеялся и шутливо ударил его по спине, придавая ускорение. Ну и черт с ним. В конце концов, сегодня он только и делает, что поступает неправильно.