острота

— Ну что, засранец, сходил в клуб?! Если нет, пойдешь нахуй в прямом смысле! — войдя в дом, Тэхен уже слышит, как из кухни на него орет мать. Он молчит, проходит на кухню и согласно кивает, мол: «Да. Так и есть.» — А я щас позвоню и узнаю, правда это или нет, бесстыдник. Даже мать не поблагодарил за такой подарок. Наконец-то человеком сможешь стать! Бабы начнут хотеть! А то как педик засранный! Зря только рожала, фигуру портила. Уйди с глаз моих, ничтожество! — орет она, а после закуривает и подливает себе в стопку соджу. Парень еще раз кивает и медленным шагом уходит в свою комнату.   Так проходит каждый день Тэхена. Ему ежечасно напоминают, какая он неблагодарная мразь, а Тэхен просто хочет взять все книги своего любимого автора, немного мятных пряников, пижаму с медведем и закрыться от всего мира нахер. Чтобы не трогали ближайшие лет так сто.   Парень относится к такому типу людей, которых общество называет — книжные черви. Еще он интроверт, немного социофоб, любит тишину, одиночество, книги, «Gorillaz» и «Skillet». А еще булочки с вишней. И хоть убейте, но он готов обменять родителей на все это. Часы показывают 22:47, и Тэхен, недолго думая, идет спать.  — Тэхен, блять! Вставай, гнида неблагодарная! У меня клиент через полчаса! Вали в спортзал! — «Лучше любого будильника» - думает Тэхен, поднимаясь с кровати. Наскоро чистит зубы, одевается, прет у матери деньги и выбегает из квартиры. Идет в город пешком, потому что денег слишком мало, а есть хочется. Вообще, он живет в маленькой, никому не известной деревеньке. Город для жителей этой деревни — это место, где ты покупаешь продукты на неделю, примеряешь одежду в секонд-хенде и ешь в дешевых кафешках. Пешком примерно минут 30, а Тэхен не прочь пройтись. Втыкает в уши наушники, включает «Skillet» и, забыв обо всех своих проблемах, направляется в сторону города. Там, войдя в продуктовый, Тэхен берет бутылку воды, булочку с вишней, оплачивает и выходит на улицу. На ходу открывает упаковку и начинает есть, потому что мать позвонит в клуб и спросит, в какое время Тэхен туда пришел. А он не хочет, чтобы на него снова наорали и отправили спать на улицу, поэтому доедает и идет по направлению к клубу. Даже бежит, но спотыкается и как-то странно на кого-то падает. Странно — это мягко сказано. И тот, чье лицо он видит перед собой, кажется, очень рад их неожиданной встрече. И неожиданной позе. Которая, к слову, имеется в камасутре. Называется «поза наездницы». «Наездницы», а не «наездника», блять. Тэхену неуютно, а качку, на которого он, мягко говоря, сел, кажись, довольно-таки наоборот. Прям чувствуется, как это «наоборот» упирается в тэхенов зад. — Оу, какие люди! Признай, ты, все-таки, хочешь меня, да? Иначе зачем тебе меня выслеживать и специально падать в такую прекраснейшую позу. Но я больше предпочитаю шестьдесят девятую. Извини, если обидел. Но это все равно мило с твоей стороны, малыш, — проговаривает он с той же гадкой интонацией. А Тэхену как-то похер. Но, все-таки, немного напрягает та твердая херня, которая там, в серых трениках горе пикапера. — Чего молчишь, детка? — Ну, я скажу, что виагра тебе не нужна. Стоит так стоит. А вообще, к чему эти дурацкие подкаты? Они уж очень тупые. Извини, если обидел, — передразнивает Тэхен. — И еще… Может уже прекратишь лапать меня и уберешь свои грязные руки с моей задницы, и я смогу спокойно с тебя слезть?! Люди, мать твою, смотрят! — Детка, да не кипятись. Люди смотрят на нас, потому что мы вместе выглядим просто невероятно сексуально. Настолько, что они аж текут, как вон тот мужик, — тыкает он на проходящего мимо жирного мужика. А Тэхену хочется фейспалмить просто вечно.  — Это пот, — вырывается Тэхен. — Отстань, страус, — встает, отряхивается и, даже не смотря на парня, молча идет в сторону клуба. — А че страус сразу-то?! — орёт вдогонку. — У страусов мозги размером с глаз. Извини, если обидел. Хери пробивает карту, дает Тэхену ключ от шкафчика, полотенце, и желает всего самого наилучшего. Тэхен улыбается. Через силу, правда, но улыбается же. Он же не виноват, что одна не очень приятная личность испортила ему и так плохое настроение. Так что без претензий, пожалуйста.   Спускается вниз, заходит за угол и открывает дверь в мужскую раздевалку. Голые мужики синхронно поворачивают свои головы в сторону двери, смотря кто пришел. А Тэхен думает, что они, кажись, готовились, потому что такой синхронности он отродясь не видел. Парень подходит к своему шкафчику и начинает переодеваться. Стянув футболку, старенькие кроссовки и носки, он поворачивается для того, чтобы посмотреть на часы и узнать время, но вместо этого так, совсем немного, охеревает, ибо там мужик. Тот мужик.Текущий который. Такой толстый. И голый. И смотрит он на Тэхена так, будто руки Кима привязаны к кровати, во рту кляп, ноги раздвинуты, и хер стоит из-за него. У Тэхена неплохая фантазия. И блять, Тэхен об этом сожалеет. Мужик, кажется, думает, что он - гей, ну а Тэхен хочет вскрыться. Быстро надевает на себя растянутую футболку с Тоторо, спортивные штаны, чистые носки, кроссовки, выбегает и думает, что хочет стать хамелеоном, ибо тут, о боже, как неожиданно, появляется тот самый парень, на которого Тэхен упал часом ранее на улице. Ну, судя по фотке на стене, которую Ким заметил относительно недавно, его зовут Чон Чонгук. А еще он тренер. Выебистый, поганый, тупой тренер! У Тэхена подгорает. Совсем немного, но подгорает. С каменным выражением лица он идет на дорожку и ходит там 15 минут для разогрева. Ну, а потом, просто не знает что делать, а спрашивать стремно, потому что тренер тут, на данный момент, только один. И это Чон Чонгук. Тэхен обреченно выдыхает, не находя другого развития событий у себя в голове, и идет в сторону, где стоит Чон, чтобы спросить, что ему делать дальше. «Просто спроси, что делать и все. Ким Тэхен, хули ты так нервничаешь, а?» Парень уже 10 минут стоит на одном месте, втыкает в стенку и думает, как подойти к Чонгуку. Короче, завис. — Тэхен… Тэхеен.  КИМ ТЭХЕН, МАТЬ ТВОЮ, ОТВИСНИ! — и он, что весьма странно, отвисает и думает, что для своего двадцати одного годика он слишком много тупит, зависает и глючит. Уходит в другие миры, так сказать. Прямо как старый компьютер. Кто же потревожил его личное пространство, блять?! Тэхен все же решил сфокусировать свой взор на этом несчастном, и после, у него в мозгу пробегает мысль, что домой этот хер точно не дойдет. Хотя, дойдет…но вот только без особо важного мужского органа, потому что Тэхен его кастрирует. Прям возьмет и отрежет без всякой анестезии. У-ха-ха… — Я этого не хотел, но ты меня вынудил. Сам виноват, — хмыкнув, Чонгук, толкнув Тэхена к стене, расставляя руки по обе стороны от его головы, прижимается вплотную, и это, о боги, работает. Маленький демон, сидящий на левом плече Чона, тихонечко хохочет. — Ч-что ты д-дел-лаешь?! — «С каких пор я начал заикаться?», — Вооб-бще оф-фигел?! — Детка, я спасаю тебя от зависания. А то виснешь, как винда, ей богу. Хочешь, я буду твоим личным врачом, который периодически будет спасать тебя от этого, ну и прописывать там всякие витамины, м?  — и, гад, наклоняется, и шепчет снова в то же самое, мать его, что и тогда ухо:  — Знаешь, как лечатся такие болезни? Нет? Так, значит, врачу надо встать на колени, — встает, — развязать шнурок на штанах пациента, — «Что ты делаешь, ирод. Мы в коридоре фитнес-клуба! Я щас от стыда сгорю! От испанского и обычного вместе взятых!», — томно посмотреть в глаза своему пациенту… Завязать красивый бантик, встать и миленько улыбнуться. Работает на двести процентов, — Чон стряхивает невидимые пылинки с плеча Тэхена, улыбается и уходит в тренерскую.  — Пошел в жопу! — через несколько секунд взрывается Тэхен. — Если только в твою, детка, — доносится из тренерской. «Ну нахер! Обойдусь и без этого фитнеса! И Чонгука нахер! Скажу маме, что не так уж мне и нужна эта бицуха с прессом. Хотя меня не послушают… НУ НИЧЕГО, ПЕРЕЖИВУ» — с этими мыслями Тэхен врывается в раздевалку и, в темпе вальса, стянув с себя шмотки, идет в душ, не забыв взять полотенце и гель для душа.