Сладкое беспамятство

Выбери меня, и я смогу подарить тебе тепло.

Примешь ли ты мои специфичные, но хрупкие чувства?

Позволь мне опробовать один единственный шанс.

— Ну что же, Ацуши, у тебя обыкновенная простуда, — сообщила радостным голосом Йосано. — Было бы тяжко, подхватив ты какую-нибудь инфекцию. Если будет подниматься высокая температура, и она будет держаться, с попутно выпитым жаропонижающим, то об этом я должна знать в обязательном порядке. — продолжала свою речь женщина, снимая белые резиновые перчатки, и убирая не нужные врачебные атрибуты. — Пей много жидкости и горячего чая. Тебе нужен отдых, поэтому у тебя постельный режим. — Акико-сан, я всё равно хотел бы поработать с документацией дома. Всё-таки работы уже не так много, но она ведь есть, так? — Моё дело дать тебе рекомендацию, а тебе решить нужно ей следовать или нет, — сказала темноволосая, следом поднявшись с футона, и резво остановившись, будто чуть ли не забыв что-то сообщить. — Кстати, Ацуши, что стряслось с Дазаем? — с удивлением произнесла она. — Я встретила его как раз, когда он выходил из своей квартиры. Он был трезв, но, на удивление, ужасно печальным и грустным. Ты случайно не знаешь в чём дело? Дыхание перехватило, а руки невольно стали дрожать. Ацуши не удержал себя, потеряв контроль над своими эмоциями. Он был слишком прямолинеен. — Да, это скорее всего, из-за меня, — с тоской произнёс светловолосый. — Я... — Ты задал ему вопрос на тему суицида? — без доли сомнения вынесла свою теорию Акико. — Это был не один вопрос, а целый ассортимент, — выдал тяжкую правду Накаджима. — Не знаю как это замечают в Агентстве, но Дазай-сан будто чем-то озадачен. Как будто мечется между двух огней. — Ты ведь видишь, как ведёт себя Дазай, да? Он всегда поступает странно, как-то неестественно, но ведь, значит, ему так удобней, — рассуждала Йосано. — Он в вечном поиске чего-то, — женщина задумчиво почесала затылок. — Думаю, ему не хватает поддержки. У него никогда, как я знаю, не было любви и серьёзных отношений с кем-то. Скорее всего, ему просто не хватает кого-то. — Односторонняя любовь? — с опаской предположил Ацуши. — Это просто мои догадки. Я ведь тоже человек, поэтому бывало мне тоже нужна обычная поддержка и забота. Дазая можно понять. Прекратившееся пение птиц сообщало о том, что непогода полноценно добралась до Йокогамы. На улице был слышен звук тарабанящих капель дождя об массивную крышу дома. Начавшийся дождь, попутно увлажняющий сухую, дряблую землю, щедро разводил слякоть и грязь. — А вот и настоящие весенние дожди, — тихо произнесла женщина. — А у меня нет зонта. — У меня тоже, — неловко проговорил Накаджима. — Вы не против выпить со мной чая? — С радостью приму твоё предложение, Ацуши. Накаджима отказался вдаваться в подробности перед Йосано, твёрдо решив сохранить всё в тайне. Это их конфликт, поэтому он обязан оставаться их собственным до самого конца. — Понимаешь, каждый из работников Детективного Агентства пытался внести свой вклад в изменение Дазая. Каждый протягивал руку помощи, но на все, что было предложено, он просто отмахивался, с насмешкой отказываясь, — говорила темноволосая, то и дело отпивая зелёный чай с липой из керамической кружки. — Теперь твой черёд, Ацуши. Попробуй изменить его. — Я не смогу. — У тебя есть время, и это самое главное. — У меня нет и шанса. — Так создай его, в чём проблема? — с лёгкостью возмутилась Акико. — Сдаваться — не особо приемлемый вариант. Если ты и вправду так сильно его задел, что он открыто стал выражать свои гнусные эмоции, то это поистине важная проблема. Всё только в твоих руках. — Эта ответственность полностью ограничивает мои действия. — Не ты ли волнуешься за Дазая больше, чем всё Вооруженное Детективное Агентство? Немая тишина. — Тогда сделай это ради себя, ради Дазая. Тебе не терпится лишить его этих таинственных страданий, ведь так? — Вы абсолютно правы. — Тогда действуй, он же всё-таки отвечает за тебя. Точнее, с точностью до наоборот. Томные переживания ложились тяжким грузом на Накаджиму. Йосано, подбодрив, внушила тигру необходимые мысли и рвения, которые служат твёрдой основой для осуществления заданной цели. Ацуши как-будто был уже готов предпринять какие-нибудь действия, но язвительное сомнение нежданно врывалось в план, нарушая весь настрой и уверенность. Мысль о своих незначительных хрупких силах сбивала Накаджиму, принуждая смириться со своей никчёмной помощью. Ацуши не планировал принимать поражение. Проводя Акико-сан до двери, с уважением попрощавшись, светловолосый множество раз поблагодарил женщину за представленные советы. Он был благодарен небесам, что есть тот, кто пребывает на его стороне. На улице властвовала отрезвляющая свежесть, попутно идущая с поднявшимся холодом. Когда женщина скрылась за высокими зданиями, а Накаджима чуть ли не захлопнул входную дверь, из соседней квартиры послышался звон ключей. Знакомый силуэт не спеша перешагнул порог, следом прикрыв за собой массивную серую дверь, прислонившись спиной к ней. Не думая, Ацуши вышел из дома, услышав знакомый, въевшийся в разум за несколько месяцев запах алкоголя. — Всё нормально, Дазай-сан? — Я немного пьян, в этом вся проблема, — с насмешкой проговорил Осаму. — Медленно, но точно превращаюсь в алкоголика. — Вы всё таки не примите мою помощь, да? — хриплым голосом произнёс Накаджима — Пойми, Ацуши, не в этом загвоздка, — озадачено почесав затылок, темноволосый переместил свой взгляд на парня. — Я должен рассказать тебе очень важную вещь, но чем больше проходит времени, тем сложнее мне решиться на разговор. — Что мне нужно сделать? — с невеликим удивлением задал вопрос подчинённый. — Пообещай мне, что не бросишь меня, ладно? — Обещаю. Поднявшийся ветер слегла ворошил чужие каштановые пряди. Осаму ощущал холодный поток воздуха, который блуждал по голым участкам тела. Он делал глубокий вдох и выдох, восстанавливая сбившееся дыхание, затупляя ноющую боль. Хотелось забыться в этом ценном моменте спокойствия и редкостной тишины. — Ацуши, ты всё-таки простужен, зайди, пожалуйста, в дом. Забота, что нежно обволакивала разум, приносящая нежные и трепетные чувства. Накаджима застыл на месте, будто бы лишившись способности двигаться, пребывать в этом мире. Он так отчаянно пытался понять Осаму, взглянуть в его печальные глаза, увидев всю правду, попытавшись избавить его от этих страданий.

Я ожидаю дня, когда смогу увидеть твою непредсказуемую реакцию.

Лишишься ли ты слов и мыслей?

Ответишь ли ты мне?

Возненавидишь ли меня?

Сдержи своё обещание, Ацуши-кун.